Ключ от Севера

      Час пути до Таненгрева? Ха, да как бы не так! От силы минут двадцать, если бежать сломя голову сквозь кусты и валежник. И нет, вовсе не потому, что на берегу Ларш аг Зерре его дожидается горячий во всех смыслах котик (хотя и поэтому тоже). Однако трудно наслаждаться видами, когда пропал твой единственный и даже чуточку любимый племянник. Или не любимый, это как посмотреть. Сейчас хотелось как следует оттаскать Хоту за шкирку, запереть в комнате и ближайшую неделю проводить профилактические беседы в лучших традициях Дердры.       И не важно, что он нашёлся. Вообще ничего не важно, даже так называемая родственная любовь. Ну как он вообще умудрился потеряться, находясь под присмотром целой деревни? Впрочем, Дар прекрасно знал ответ — бестолковое дитя пошло в него. Сидеть на месте, не ища приключений на пушистый зад, — как можно?       Он направился к длинному дому, которым заканчивалась главная улица. Старая постройка тех времён, когда гномы враждовали не только с Греймором, но и со всем Антеарром, служила резиденцией для всех альф Предгорья. Когда-то здесь жил сам Дар, его родители. Его брат. Однако же теперь из всех гро Маграт тут остались только Дердра да Алэки — его бета и дальняя кузина. Остальные выстроили себе отдельные берлоги сразу после Великой зимы, а работать и вовсе предпочитали в городе. Отнюдь не из любви к карьеризму, просто нажиться на людишках ради благополучия стаи — в крови у всех оборотней.       Навстречу ему вышла Алэки, не иначе как почуяв запах. Тут же протянула халат, привычную одежду для всех оборотней, однако нелюбимую Даром. По его мнению, этот сомнительный предмет гардероба создан исключительно для того, чтобы торчать в нём у камина после горячей ванной.       Впрочем, не до игр в столичного модника.       — Где этот пакостник? — едва перекинувшись, поинтересовался Дар.       — В комнате. То ли плачет, то ли строит планы по захвату мира. Поди пойми… — Алэки пожала плечами и едва заметно усмехнулась, однако её волнение всё равно чувствовалось. Немудрено. Медведи любят детёнышей и заботятся о потомстве, даже о чужом.       Он протянул руку, погладил её по голове — мол, твой альфа рядом, все нормально. На этот раз ответная улыбка была куда более радостной.       — Подать мне племянничка, — велел он, входя в дом, — сожру без кетчупа.       Не сожрёт. Жалко же — кто будет заниматься делами клана, когда Дар уйдёт на заслуженную пенсию? Кстати, ещё одна причина, почему Хоту всё же надо выпороть — сбежал невесть куда, на ночь глядя, не подумав о любимом дядюшке! А ну как случилось бы чего? Пришлось бы отдуваться, заводить медвежат, чтобы не отдавать клан кому попало. А с этим, меж тем, имеются серьёзные проблемы. Даже будь Изар девчонкой, медвежат от тигра поди дождись. Не то чтобы Дар против котяток, однако было бы странно, руководи кланом медведей полосатый зазнайка.       Алэки направилась наверх, Дар же прошёл внутрь — на запахи жареного мяса и пирога с малиной. И Кэм, меланхолично потягивающей домашнее вино из стакана. Увидь кто из Совета — непременно скривили бы нос на столь неподобающее префекту Греймора поведение. Слава Хаосу, в Таненгрев эти напыщенные засранцы сунутся разве что под дулом пистолета. Ну или со страха перед очередной Великой зимой, как уже бывало. А значит, Кэм и Дар могут побыть теми, кто они есть, — диковатыми лесными жителями без манер и склонности к изыскам.       — Быстро ты, — вместо приветствия отозвалась она, махнула стаканом и похлопала по месту рядом с собой. Принюхалась, стоило ему оказаться рядом. — Ты в курсе, что от тебя воняет котом? Большим, полосатым таким… Опять соблазнял моего маршала?       — Это мой маршал, — отозвался Дар, налил вино себе. — И я только что бросил его ради тебя!       — Мог бы не приходить. Подумаешь, племянник с дружками убрел вниз по реке… — она обидчиво надула губы. Но тут же согнала с лица это выражение, возмущенно хлопнула рукой по столу. — Три дня, Шандар! Три дня, как это несносное создание получило назад свою драгоценную звонилку! И вот уже половина деревни ищет его. Как ему доверить клан, ему даже комм доверить нельзя!       — Наказала?       — Не смогла. Знаешь, наше дитятко вырастет избалованным мамкиным сынком! А все потому, что я не могу всыпать ему ремня как следует. Видит Хаос, совершенно зря!       — Предлагаешь, чтобы ему всыпал я? — усмехнулся Дар, прекрасно понимая — он с трудом представлял себя, берущимся за ремень. Сколько ни шути, а бить детей — значит признавать свою несостоятельность как родителя.       — Предлагаю запереть его до совершеннолетия, — она повысила голос, наверняка чтобы слышал Хота. — Без средств связи, но могу выдать голубя!       — Только если сожрать, — хмыкнул Дар в ответ. — Бедные наши предки, как они вообще жили без благ цивилизации?       — Отлично жили, — в зал вошла Дердра, по обыкновению кутающаяся в шаль, но от того не выглядящая менее суровой. Все-таки детские воспоминания самые яркие — уж ему-то в отличие от Хоты ремнем прилетало не раз. За дело, а как же.       Бабушка выставила на стол пирог, такой ароматный и даже на вид вкусный, что даже о горячем котике забылось. Всего на одну минуту, но всё же. Пожалуй, он не сильно опоздает, если съест кусочек… Или два. Малиновые пироги под вино идут ой как хорошо.       Пирог заинтересовал не только его — Хота спустился с лестницы так резво, будто это не он тут наказанный. И нет, заплаканным не выглядел совсем. Какие уж тут слёзы, когда еда на столе, семья в сборе и даже ремня нет в обозримом пространстве.       — Ты уже забыл, что наказан? — лениво поинтересовался Дар, пирог на всякий случай подвигая к себе. Племянничек — тот ещё ухарь: только глаза отведи, и вот уже тебя оставили без еды, денег и штанов.       — Ну Дар!       — Что? Овсянка на воде — вот всё, что ты заслужил! Как ты мог уйти без разрешения матери?       — Но я же нашёлся! И вообще, это наша деревня, ну куда я денусь?       И ведь и впрямь никуда бы и не делся. Как не девались другие дети. Сам Дар, Кэм, Ньордан… Но ни один из них не был ребёнком префекта, более чем неугодного для многих. Шантаж, месть, фанатичная вера в превосходство людской расы — причин украсть медвежонка более чем достаточно.       — Ну сейчас-то, уж конечно, никуда… разве что в свою комнату, — пообещала Кэм. — Правда, я подумываю сдать тебя в частную школу построже. Дар, где ты там учился?       — Нет таких школ. А в военную академию я его сам не пущу. В жизни столько не пил, сколько там!       — Прекратите третировать ребенка, — Дердра уселась рядом, подтолкнула Хоту к тарелке с кашей (увы, не овсяной) и мясом. — Ешь. И пирог тоже — в этой семье едой не наказывают.       — Только лесопилкой, колкой дров и уборкой сараев, — закончил за неё Дар.       — Ну да. Труд сделал из нас людей! Ну, почти людей и не из всех, но это уже детали.       Пожалуй, в семейных ужинах есть своя прелесть. У всех заняты рты и никто не спрашивает ерунду. Навроде той, что так любит бабушка — о том, когда Дар остепенится, возьмёт в жены приличную бету, а лучше альфу. В последние лет… много, в общем… каждый его визит в Таненгрев начинался одинаково — с попыток Дердры его обженить. Не так чтобы у неё руки чесались понянчить правнуков (Хаос, можно подумать, хоть у одной дамы старшего возраста они чешутся!), просто она твёрдо убеждена, что следующим вожаком клана непременно должен быть его, Дара, отпрыск. Так что надо бы покончить с едой быстрее остальных, да валить уже к своему котику, он там наверняка заждался.       Ага, размечтался.       — Куда собрался, беспутный?! — грозно окликнула бабушка, когда он поднялся с места.        — Чего это я беспутный? — приосанился Дар с деланным возмущением. — Явился, как только позвали! Исполняю семейный долг и долг альфы!       — Ага, пожрать и сделать вид, что ты тут главный, — хмыкнула Кэм. — Мечты, мечты… А собрался он к своему коту, бабуля. Нет, не поспоришь, к такому коту и я бы собралась…       Выражение на лице Дердры было поистине непередаваемым. То ли жажда убийств и крови, то ли желание палку всё же найти и как следует отходить ею нерадивого внучка. Она замерла, повернулась к нему полностью, вперила в него тяжёлый взгляд тёмно-карих глаз.       — Скажи мне, что это не то, о чем я подумала.       — То самое.       — Значит, не врали… — пробубнила она и добавила уже громче: — Вот послал же Хаос родственничков! Мой внук нашел себе мужика!       — Не-не-не, — замахал руками Дар, заторопился к выходу, — я не готов обсуждать свою личную жизнь с вами ещё… Никогда, пожалуй.       — А придётся, — возразила Дердра и нахмурилась. — Твоего кота Изаром зовут?       Дар изумлённо посмотрел на неё — он не припоминал, чтобы называл это имя, а судя по тому, как удивилась Дердра, Кэм ей ничего не рассказывала. Волчара, что ли, болтает о его тигре на каждом углу? Но в ответ кивнул.       — Значит, про него вещунья говорила.       — Что говорила?       — Что Зима идет. Что-то там про спасительную звезду было. Спроси сам, она давно тебя ждёт.       Дар нахмурился. Это ещё что за новости? Как связаны его Изар и зима, без которой достаточно проблем? И где брать припасы? Октябрь почти, не успеют до заморозков… А ещё грёбаный Варен так невовремя решил покрутить хвостом!       «Так, Дар, решай дела по порядку», — приказал он себе.       — Хорошо, наведаюсь. Она у себя?       — А где ж ей быть? Это ты у нас по всяким кошачьим питомникам шляешься.       Отвечать Дар не стал. Понадеялся только, что глаза закатил достаточно красноречиво. А когда вышел из своей комнаты, уже прилично одетый, внизу его поджидала Кэм.       — Я с тобой, прогуляться хочу.       Дар окинул её подозрительным взглядом. Как же, прогуляться! Скорее, поглумиться над своим альфой, получившим выволочку наравне с медвежонком-восьмилеткой.       — Что, маршал котик сегодня был тебе не рад? — Кэм, разумеется, не разочаровала. Только вот разговор пошёл по несколько иному руслу. — Ты весь как на иголках, и это явно не благоговейный страх перед альфа-бабулей.       — Нашу альфа-бабулю не забоится только полный псих, — хмыкнул Дар. Без особого, правда, веселья. — А что, так заметно?       — Ой, когда тебе вообще удавалось от меня хоть что-то скрыть? — ответила она вопросом на вопрос. — Я жду горяченьких подробностей, Шандар! Да поживее, тут идти всего-ничего.       Видит Хаос, он держался. Всё это время держался, потому как семье о его постельных (ну, почти) неурядицах знать необязательно. Однако же проблемы с Изаром касаются и Кэм тоже, как бы он ни хотел обратного.       — У маршала котика чересчур большое шило в пушистой заднице! — воскликнул Дар, впрочем, вполголоса. — Ты же в курсе, что он посрался с волками и барсами? Ничего мне не сказав! Не то чтобы я против безвременной кончины наших пушистых дружков, но вот так в лоб, одному против всех — зачем? И ведь слова не скажи, сразу во враги записывают… Хаос, этот кошак просто невозможен!       Кэм, к его удивлению, только плечами пожала.       — Нет, а что ещё должен был делать столичный красавчик стриптизёрской наружности, с порога заимевший репутацию твоей альфа-сучки? Причём твоими же стараниями, — она покачала головой, глянула с неожиданной холодностью. — Варен и Мэйс — скоты, признающие лишь грубую силу. Изар правильно сделал, что поломал их. Жёстко поломал. Теперь, не дождавшись от нас поддержки, они или приползут к нему на брюхе, или полезут с разборками и будут разодраны в клочья — а их кланы, зная, на что способен твой маршал котик, не рискнут помешать. А то и вовсе ему помогут.       — Да с чего бы вдруг им помогать? — поинтересовался Дар, благоразумно умолчав, что разодраны они будут в том числе и благодаря ему. Не обязательно в буквальном смысле, но…       — Изар вступился за них. Встал между ними и их альфами; дал понять, что альфам больше не дозволено творить что вздумается, — Кэм чуть нервно закусила губу, как будто ощутив вину перед всеми теми оборотнями, которые по сути и не её забота. — Смело до безумия, но при этом расчётливо до безобразия. Кошак твой и вправду невозможен.       Дар невольно замедлил шаг, озадаченно поскрёб подбородок.       — Мне как-то даже и в голову не пришло посмотреть на ситуацию с такой стороны.       — Ну естественно, тебе не пришло, — теперь её голос наполнился обидной желчью. — Дар, ты никогда не был жертвой. Тебе просто не понять, каково это; ты мужчина, альфа…       — Изар ведь…       — Изар прошёл через ёбаный кровавый ад и чудом не свихнулся, — Кэм вздохнула, неуютно поёжилась под гнётом несчастливых воспоминаний. — Не проси подробностей, ладно? Нет их у меня. Я и это-то знаю только потому, что Лилли в сердцах обмолвилась.       Подробности? О нет, Дар не стал бы спрашивать её, даже знай она всю биографию Изара в подробностях. Хватит и того, что он уже узнал от Варена. И пусть не питал иллюзий, но задело же. Заставило глупо ревновать, сомневаться, чего никак нельзя допускать по отношению к тому, кого любишь. А теперь ещё и злиться на тех, кто посмел обидеть его — теперь уже точно его! — Изара.       Злиться Дар не любил — уж больно тёмное чувство, напрочь отшибает мозги, мешает мыслить здраво. Однако ничего не мог с собой поделать. И жалел, что не уродился каким-нибудь книжным некромантом, смело поднимающим трупы. Потому как он бы с радостью убил того прелестного братца снова. Жестоко, грязно и мучительно. Он всех бы убил ради Изара, это даже не обсуждается! Но начал бы с этого… Кироса.       — И почему я узнаю о своём тигре от кого угодно, кроме него? — невесело усмехнулся Дар.       — Потому что не спрашиваешь?       — О таких вещах не спрашивают, Кэм.       Она подумала немного, прежде чем кивнуть. А потом вдруг приподнялась на носочках, легонько чмокнула его в щёку и тут же отстранилась.       — Не обижай моего маршала, Маграт. И трахни его уже наконец, даже я со своим графиком попробовала кису раньше!       Какой там любимый жест у бабушки? Ладонь у лба? Вот, именно это и захотелось сделать.       «Когда она успела вообще?!»       — У меня, по-твоему, график лучше? Да я один на этом грёбаном Севере стою десятерых!       — Что ж так мало? — усмехнулась Кэм, толкнула его в сторону деревянной двери, отделяющей улицу от деревенского храма. Хотя какой там храм — даже алтаря нет! Просто дом Оры, по старой привычке выкрашенный в серый — цвет Хаоса. — Если дела ты делаешь так же шустро, как по улицам расхаживаешь, то и на полработничка не потянешь.       — Эй, это ты виновата! — тут же парировал Дар. — Болтаешь тут без остановки! А у меня, между прочим, вещунья не допрошена!       Кэм фыркнула, глянула на дом вещуньи и посерьезнела вмиг. Оно и немудрено. Речи про новую Великую зиму напрочь отбивают всё веселье.       — Тебя подождать?       — Нет, — Дар покачал головой. — Меня там Изар заждался. Поговорю с Орой и сразу к нему.        Дом Оры, чьи двери не запирались никогда, встретил привычным полумраком и тусклым светом нескольких свечей. Зачем они нужны в век, когда электричество проведено даже в самые захудалые трущобы, а гномьи лампы куда надежнее воска с фитилем — поди пойми. Впрочем, как и самих вещуний, женщин по обыкновению весьма своеобразных и загадочных.       — Шандар, — Ора склонила голову в приветствии. Он ответил низким поклоном, коснулся лбом подставленных рук. — Ты один. Жаль.       — Зачем тебе Изар?       Она отошла к камину, поворошила поленья. Осень уже, нагретые солнцем стены после заката остывают вмиг.       — Ицаре. Звезда-на-заре. Звезда, что проведёт нас через холод и мрак Великой зимы.       — Почему он?       Ора покачала головой, плеснула в две кружки пахнущее травами пойло. Чай из горьколистника, очень горячий и ничуть не сладкий. Дар поморщился, но под её взглядом послушно допил. В голове поселилась приятная расслабленность, которую не смогло вызвать вино — точно проблемы не отошли на второй план, но взяли паузу.       Речи Оры, правда, понятнее не сделались.       — Он не страшится ни стали, ни серебра. Он — звезда, что может воссиять во тьме, а может рассеять её.       Она заметила его ошалелый взгляд и тепло рассмеялась.       — Не смотри на меня так, Шандар, я не сошла с ума. То речи Прядильщика, не мои. Приведи кота, вот что он сказал. Приведи к алтарю, а когда он вернёт его тебе, угроза Великой зимы отступит.       — И когда он мне его вернёт? У меня, знаешь ли, на этого кота есть планы!       — Он знает. Но твой кот должен поприветствовать его. Это всё, что я могу сказать.        Всё, что хотелось сказать Дару в ответ на сомнительное предложение — это твёрдое «нет». Богам нельзя верить, особенно когда в заумных речах имеется слово «алтарь». Мало ли тех книг, в которых подробно описываются последствия таких предложений? Но Судьбы Прядущий — их бог, их создатель. Они все — его дети. И как бы ни был Дар убеждён, что от богов мало проку, всё решают только собственные силы, ему Прядильщик ещё не вредил.       Великая Зима или Изар на алтаре бога Хаоса? Северянин Шандар гро Маграт знает, что выбрать. В смятении лишь дикий зверь, признавший свою пару и любящий так, что готов ради него рвать глотки всем и каждому.       Он примет решение. Но сначала возьмёт своё. Чтобы даже боги знали, кого получат во враги, если осмелятся навредить его тигру.