Споры о Шекспире

POV Настя - Да нет! Быть того не может, - возглас Кейт привлекает внимание одноклассников. Я закатываю глаза. Учитывая умение Кейт сдерживать эмоции, было опрометчиво в стенах лицея рассказать ей о знакомстве Лёши с моими родителями. - Кейт, тише ты, - я тыкаю подругу в бок, от чего она вздрагивает. - Шкипер, ты гонишь, - подруга понижает децибелы своего голоса. – Ни за что не поверю, что дядя Дима и тётя Ира спокойно отнеслись к тому, что ты встречаешься с Лёшей. - Да я и сама не ожидала, что всё будет так, - я пожимаю плечами. - Ну и дела, - Кейт откидывается на спинку стула. Я нервно раскручиваю ручку. С того самого вечера меня не покидает странное чувство, будто в животе не бабочки, а гусеницы. Такое ощущение, что вот-вот произойдёт что-то плохое. Да и Лёша стал каким-то другим. Пока я болела, он лишь пару раз написал мне, чтобы узнать о моём самочувствии. Он не звонил, не приезжал. А когда я позвонила сама, Лёша был каким-то дёрганым, и разговор продлился недолго. Левина явно что-то тревожит. Но что? Надеюсь, что сегодня после пар мне удастся с ним поговорить. - Слушайте, я всё понимаю, понедельник, первая пара, но Лёха мог бы предупредить, что опаздывает, - с задней парты послышался страдальческий голос Литвинцева. – Мы бы позже приехали. - Слушай, точно, - Кейт смотрит на экран мобильного. – Звонок был полчаса назад. Где твой Левин? - Не знаю, - вяло протягиваю я. - Так напиши ему. - Не думаю, что это хорошая идея, - чувствую, что сейчас начнётся допрос от Кейт. - С чего вдруг? – подруга настороженно смотрит на меня. - Потом, - я хмурю брови. Кейт хочет что-то сказать, но по аудитории разносится мелодия звонка её мобильного. На экране высвечивается «Левин». Мы с подругой обмениваемся непонимающими взглядами. - Ответь, - говорю я настороженно. Уже и без того зародившееся семя беспокойства в моей душе даёт росток. - Алло, - лицо Кейт серьёзное. Напрягаю слух, пытаясь услышать, что говорит Левин на том конце трубки. Но всё без толку. Я слышу лишь ответы Кейт. – Да, в лицее. -... - Да, Настя тоже. Ей что-нибудь передать? -... - Нет, мы ждём тебя. -... - Да, но... – подруга напрягается ещё больше. -... - Окей, поняла, - Кейт убирает телефон, и, поворачиваясь к классу, отвечает на вопрос, застывший в моих глазах. – Народ, короче, Левина не будет. Он просил тихо посидеть до конца пары и не палить контору. Домашку он кинет на почту. Консультации тоже не будет. По классу прокатилась волна недовольства из-за того, что пришлось зря приехать на первую пару, а следом волна ликования, что не придётся задерживаться на пятую. Мне было плевать на пары. Меня беспокоило совсем другое. Почему Лёша позвонил Кейт? И почему его сегодня не будет? Плохое предчувствие усиливалось с каждой минутой. Происходит что-то нехорошее. Но что? - Шкипер? – осторожно спрашивает подруга. – Всё хорошо? - Не знаю, - растерянно говорю я. – Видимо нет. POV Левин Неделя пьянства сказывается не только на мне, но и на моей квартире. Повсюду пустые бутылки из-под джина и виски, грязные кружки с остатками кофе, коробки из-под пиццы и лапши, чеки, окурки. Голова раскалывается от похмелья с примесью бессонницы. Наверное, я слабый человек, раз топлю проблемы в алкоголе. Забил сегодня на работу. Позвонил Трофимовой и предупредил, что меня не будет. Я ещё не готов встретиться с Настей, потому что не знаю, как быть с той правдой, которая чёрной грозовой тучей повисла над нами с Филатовой. Неделю назад: За последние полчаса я выкурил, наверное, шесть сигарет, но так и не смог успокоиться. Меня трясло изнутри. Запускаю руки в волосы. Откидываюсь на спинку кресла. Пытаюсь расслабиться. Всё без толку. В голове снова и снова всплывает прочитанная информация. Сжимаю кулаки с такой силой, что костяшки белеют, а голубовато-синие вены становится ещё более заметными. Я не могу совладать с собой. Шквал негативных эмоций обрушивается на меня. - Где он? – послышался обеспокоенный голос дяди из прихожей. - В кабинете. Так и сидит, - отвечает Наташа. - Лёша, - дядя открывает тяжёлую дверь. - Как ты мог? – я вскакиваю с кресла. – Ты столько лет скрывал от меня, что случилось на самом деле. Неужели Настин отец и правда замешан в этом? - Лёша, успокойся. Сядь, - дядя достаёт из шкафа бутылку виски и два стакана и садится на диван. – Я всё расскажу тебе. Падаю в кресло. Закрываю глаза. Делаю несколько глубоких вдохов. Меня всё ещё трясёт. Дядя наливает полный стакан и протягивает мне. Я в несколько больших глотков осушил его. По телу распространяется тепло. Немного расслабляюсь. По крайней мере, меня уже не трясёт. Дядя делает несколько глотков из своего стакана, а затем шумно выдыхает. - Как ты знаешь, наша компания одна из самых успешных не только в стране, но и за рубежом. Мы с твоим отцом буквально положили свою жизнь на алтарь успешности компании. Мы трудились день и ночь не покладая рук. И вот когда компания вышла на международный уровень, у нас появился конкурент – Дмитрий Иванович Филатов. Отношения между нами были напряжённые. Он постоянно вредил нам. Да, не буду скрывать, мы тоже играли нечестно. Но без этого никак, ведь это бизнес. И вот однажды мы увели у Филатова из-под носа перспективного клиента, на сделку с которым он очень рассчитывал. После этого дела у Филатова пошли на спад. Мы снова и снова уводили его клиентов, - дядя наполняет мой стакан. – И тогда Филатов, видимо, решил избавиться от конкурентов. В тот вечер мы с Витей должны были поехать на встречу с клиентом, но твой отец перенёс её, потому что как он всегда говорил: «семья важнее». В той машине должны были оказаться мы с Витей... - Откуда ты это узнал? - Лёша, когда случилась эта авария, я сразу понял, откуда растут ноги. Тормоза не могли быть неисправными. Витя следил за состоянием запчастей и машины в целом. Когда я давал показания, сообщил следователю о своих подозрениях. Но зная, как работают правоохранительные органы, я нанял детектива, чтобы тот нашёл доказательства виновности Филатова. И улики нашлись. Филатов заплатил человеку из автосервиса, чтобы тот испортил тормозную систему в машине твоего отца. Я принёс доказательства в полицию. Следствие продлилось недолго, Филатова взяли под стражу... Настал день судебного разбирательства. Но засадить Филатова не получилось. Он всех подкупил и вышел сухим из воды... – дядя достаёт из кармана брюк пачку сигарет. Я прислушиваюсь к себе, к своим эмоциям. Я должен ненавидеть Дмитрия Ивановича за то, что по его вине погибли мои родители и Аня, но я не могу. Злость накрывает меня с головой, но ненависть... Её нет. - Не понимаю. Если было следствие и суд, почему меня там не было? – я беру у дяди сигарету. Закуриваю. Прокручиваю в голове дядины слова. Пытаюсь, пусть не разложить по полочкам, но хотя бы собрать в кучу свои мысли. - Тебе и так было нелегко. Я боялся за твоё психологическое состояние, хотел уберечь от лишних переживаний и стрессов. Я не хотел, чтобы ты видел всю эту грязь... Планировал рассказать тебе всё тогда, когда бы ты был готов к этому. - Я понимаю. Понимаю, что ты хотел как лучше. Ты беспокоился за меня. И я очень это ценю. Но дядя, ты должен был рассказать мне всё раньше, - делаю затяжку. Выдыхаю. Клубы дыма, кружась в танце, плавно поднимаются вверх. – Как давно ты знаешь, чья Настя дочь? - С того дня, когда мы катались на коньках. Узнав, как зовут её отца, и чем он занимается, я до последнего надеялся, что это просто совпадение. Но, увы... Я несколько раз пытался рассказать тебе всё, но просто не смог. Ты был так счастлив. А я не мог разрушить твоё счастье. Не мог лишить тебя любимой женщины. - Так в долг врагу вся жизнь моя дана.* Какая ирония, - уставившись в одну точку, я озвучиваю, выхваченную из водопада мыслей, фразу. В моей голове творится что-то невообразимое. Кирпичный замок привычного мира рушится, когда я пытаюсь возвести в нём башню чудовищной правды. Злость, растерянность, обида улетучились. Сейчас во мне не осталось эмоций. Я ничего не чувствую. *У. Шекспир «Ромео и Джульетта»