Как твоё самочувствие ?

Элиана Каденца взглянула на особняк перед собой. Будучи змеей с южной стороны, она редко пугалась. Она была не их кого можно было напугать. Она ни от кого не зависела и всегда была сама по себе. Даже когда ей было восемнадцать и она была самой молодой работницей в доме престарелых в Саутсайде, она была главной, все слушали и уважали ее. Но вот она, пять лет спустя, сломленная и отчаявшаяся. Достаточно отчаявшись, чтобы стоять возле Тислхауса, особняка в самом дальнем уголке Нортсайда—на Севере Ривердейла. В доме избалованной богатенькой принцессы—несмотря на подтверждение Свит Пи про Шерил Блоссом, что она изменилась и они вместе с Наной Роуз не такие, как другие члены их семьи Блоссом. Неприятная фамилия, что так горчит на вкус. Блоссомы годами противостояли Змеям. Они смотрели на них сверху вниз, ненавидели их. И ненависть была глубока на несколько поколений, когда Блоссом подписал ордер, который привел к резне почти всего племени Уктена—племени, откуда происходили основатели южных змей. Но это было задолго до рождения Элли. Она узнала эти истории только от Томаса Топаза, который был для нее как дед, как и многие змеи. Нет, обида Элли возникла, когда она была студенткой в Саутсайде, когда Клиффорд Блоссом, покойный отец ее новой работодательницы, начал поставлять джингл джангл через Саутсайд, создавая наркотики в средней школе, и когда южные дети были арестованы за поставки, он оставался тихим и позволял этому случиться. Девушка негодовала, когда узнала, что ее преданный лидер был заарканирован, чтобы избавиться от тела единственного сына Клиффорда Блоссома и Близнеца Шерил, как человек заставил короля-змея взять на себя вину за убийство и отправиться в тюрьму, оставив их беззащитными для упырей. Негодование, когда ее брат ворвался в ее трейлер с Тони—которая была так же сестрой Элли, как и Свитс—жалуясь на то, как ужасен для них был первый день в их новой школе на северной стороне и все из-за Шерил. Как она дискриминировала их, потому что они были на южной стороне и они были членами банды. Как разозлился Свит Пи. Как, несмотря на то, что она была жесткой сукой, боль показалась на лице Тони при резких словах, брошенных в адрес рыжей. Все это явно изменилось, хотя Элли была в замешательстве. Ее брат покинул трейлер, который они с Тони называли домом, и переехал в особняк к рыжеволосой. Складывалось чувство будто эта бестия околдовала их. Элли была здесь отчасти потому, что нуждалась в оплачиваемой работе, даже если деньги поступали от смертельного врага змей, а отчасти потому, что отчаянно хотела понять, почему Свитс и Тони так укоренились на северной стороне. Элли глубоко вздохнула, надевая свою фальшивую веселую маску в тот день, когда она встретила рыжую, которая казалась достаточно дружелюбной. Но Элли была слишком хорошо знакома с убедительными, но фальшивыми улыбками и жестами. Она постучала. Дверь открылась, появилось улыбающееся лицо Шерил. «Элиана! Пойдем, Нана будет так рада, что ты здесь, ” она провела девочку внутрь. «Все, о чем она говорила сегодня, это когда ты придешь.» Элли последовала за, казалось бы, веселой рыжей по коридору в оранжерею. «Нана! Посмотри, кто здесь!» Пожилая женщина подняла глаза и улыбнулась, протянув руку к своей новой сиделке. Элли отбросила все сомнения и взяла дрожащую руку женщины. Это была сильная сторона Элли—она умела помогать пожилым людям. И она любила тех, у кого есть мужество и любовь к жизни, и она была уверена, что у Наны Роуз есть и то, и другое. Шерил протянула Элли конверт и папку. «Это небольшая сумма, чтобы начать помогать моей любимой Нане. После этого вам будет предоставлен двухнедельный чек за вашу помощь. Что касается работы—есть инструкции по времени приема лекарств, обычное расписание Наны и ее любимые лакомства и мероприятия. Моя мать держала ее взаперти все время, и я отказываюсь позволить ей прожить остаток своей жизни таким образом—я хочу, чтобы она наслаждалась остальной частью этого, как бы она ни хотела с минимальными ограничениями. Я пойду приготовлю ей утренний чай, прежде чем уеду по очень важным делам, просмотри инструкции, чтобы ты могла задать мне любые вопросы перед отъездом.» Шерил резко повернулась и, щелкнув каблуками, вышла из комнаты. Элли сидела на стуле рядом со старшей Блоссом, заглядывая в конверт, чтобы увидеть маленькую сумму. Она ожидала пару двадцаток—нет, она надеялась, что будет пара двадцаток. Но то, что она увидела, было небольшой пачкой купюр, спрятанных в конверте. Она изо всех сил старалась незаметно считать. Раз, два, три, четыреста. Четыреста и она была на работе пять минут. Она испустила дрожащий вздох и открыла папку. Шерил была организованной и ответственной. На первой странице перечислено время, когда старая женщина принимает лекарства, фотографии были приложены. Утро, день и вечер, лекарства были помешаны даже по цвету. Следующая страница была расписанием, аккуратным и согласованным по цвету. Следующие несколько страниц перечисляли мероприятия, на которые Шерил дала добро, от прогулок в саду до телевизора, так же разрешалось взять автомобиль и поехать в город, на случай если Нана захочет что-нибудь. Шерил вернулась в комнату, поставила чай на поднос у телевизора и выжидательно повернулась к ней. «Есть вопросы?» Элли покачала головой. «Не сейчас.» Шерил кивнула. «Если у тебя есть вопросы, на последней странице есть номер моего мобильного. Если вдруг ты не сможешь связаться со мной по какой-либо причине, номер Ронни также на нем, наряду со Свит Пи и Тони, но у вас, вероятно, уже есть их. Все номера экстренных служб, которые вам могут понадобиться, также там есть.» Она поцеловала бабушку в щеку, прежде чем исчезнуть. Элли вздохнула, одарив старуху, которая пристально смотрела на нее, обнадеживающей улыбкой. *** «Ты в порядке?» Спросила Тони, когда Шерил припарковала машину. Шерил помедлила, глядя на здание, маячащее перед ними. Шерил была в здании всего один раз, когда давала показания, о своём участии в убийстве близнеца, после чего ее отпустили. И вот она снова здесь, на этот раз лицом к лицу с матерью. Где она впервые расскажет миру о жестоком обращении, которому подверглась. Где, с помощью адвоката Маккой, она, надеюсь, навсегда освободится от своей матери. Освобождение. То, о чем она мечтала с двенадцати лет, но никогда не осмеливалась что-либо предпринять, когда была достаточно взрослой. Что-то, что она никогда не думала, что это возможно. Но ее храбрость проявилась в виде двух змей с южной стороны и принцессы с Парк-Авеню. С эмансипацией пришла стабильность в Тислхаус, почти три миллиона долларов в наследство, а также кленовый бизнес, который будет можно оставить или продать. С эмансипацией пришла свобода. Шерил повернулась к Тони. «Так и будет.» Тони наклонилась и ободряюще поцеловала рыжую. «Так и будет.» Обе девушки ободряюще улыбнулись друг другу, прежде чем выйти из машины. Вот и все. Это был момент, когда Шерил Блоссом сделает это или сломается. Это наше время, пути назад нет. Мы можем жить как легенды.