Chains.

— Что в фразе «свали нахер отсюда» тебе не ясно? — как я и предполагала, на том самом месте куда меня посадили, сидит парень, который пытается быть «бэд боем». У задиры крашенные в белый волосы; взгляд холодный; голос — спокойный. Школьный закон для него не писан, поэтому темно-зеленый пиджак он не носит, ну, я могу его понять, выглядит так себе. Рубашка с зелёными полосками на манжетах выглаженная, чистая, только-только стиранная; хорошо на нем сидит и не застегнута на последние две пуговицы. Брюки чёрные, тоже чистые, до щиколоток, а на ногах парня чёрные, пыльные джорданы. По нему так и не скажешь, что он грубый задира. Но он отличается от тех, кого я встречала раньше. Те, кого я видела были бездарями, хамами и отвратительно воняли, словно обезьяны, а этот чистый, аккуратный, от него веет мужским одеколоном, он вежливо и уважительно говорит с учителями да и в классе один из лучших. Обращался он со мной странно: вроде уважительно, а вроде грубо и холодно. По-моему, его достало, что я сижу и изучаю его милое, злое лицо, и он выдал: — Эй, долго будешь меня разглядывать? — он наклонился чуть ниже, заглядывая в мои глаза с ухмылкой, обнажая передние маленькие зубы. Попытался меня смутить, похвально мальчик, но я не из тех кого можно смутить таким наглым, высокомерным взглядом, да и не разозлить тебе меня, ведь так ты будешь только сильнее смеяться. Он оперся обеими, довольно небольшими, но жесткими кистями рук, о мою, а вернее нашу, одиночную парту. Я приметила на его левой руке красную фенечку и только ухмыльнулась. — Милая игрушка, сам сделал или сестренка постаралась? — съязвила я, улыбаясь. Белобрысый бросил испуганный взгляд на фенечку и прикрыл рукой, прорычав «не твоё дело». Выпрямившись, он поправил все той же рукой с фенечкой свои волосы, а затем запустил руки в карманы школьных брюк, ожидая, когда я покину его место. — Хей, что здесь происходит? — Чонгук подошёл к нам выяснить, что случилось и почему Юнги не отходит от моей парты, точнее нашей, ну, вы поняли. Красный пожал руку Белому и начал перешептываться с ним. Парней отвлёк звонок, означавший мою победу над смешным Мином Юнги и что теперь это место мое. Юн уселся за парту впереди меня, и чего было ссориться, если он мог сесть на эту, но в какой-то степени я понимаю его, это уже дело принципа отвоевать свою парту, но не судьба, милый Мин.       Только спустя пару минут урока до меня дошло, что это тот самый Мин Юнги о котором рассказывал Тэ вчера, сидя у меня дома на кухне, попивая чай и плача. Знаете, как я это поняла? Тэ ведь говорил, что Юн хорош в английском, а ведь и правда хорош, только не стремится это показать, оно ему без надобности, я тоже не далеко от него ушла, с английским мы вроде друзья, но все же я ему уступаю. Парень прочёл текст, который просил прочесть его учитель, и белая голова снова опустилась на руки, лежащие на парте, он прикрыл глаза, чтобы поспать. Он мне нравится: такой загадочный, молчаливый, холодный, грубый, умный, а в душе наверняка добряк. Нет, я не романтизирую «бэд боя», хотя именно этим я и занимаюсь. Он давно красил волосы, потому что краска в корнях отличалась по цвету; натуральный цвет — чёрный. Белый повернул голову к окну, его взгляд говорил, что он ждёт цветения этой прекрасной вишни, которая растёт в школьном дворе в огромном количестве. Мечтает сидеть под этим большим деревом и чувствовать как ветер ласкает его мягкие волосы. Боковым зрением он заметил, что я наблюдаю за ним и отвернулся, неужто такой стеснительный? Не успела я отвернуть голову от доски, как на парту прилетела бумажка от сидящего спереди.

«Хватит глазеть на меня, извращенка.»

Я лишь фыркнула и продолжила искать предмет, на котором можно задержать взгляд до конца скучного урока.       Учитель понял, что я не слушала его и подловил меня на этом. Меня постепенно начала накрывать паника, ведь я хорошо знаю и люблю этот предмет, я не могу ударить в грязь лицом, что же делать, какой текст они только что закончили читать. Мой палец начал елозить по глянцевым страницам учебника, а мозг пытался вспомнить где они закончили читать. Вдруг со стороны Юнги послышалось какое-то копошение, а его рука тихо взяла мой палец и передвинула его на нужное место, указывая что нужно прочесть. Поблагодарила его одними глазами. Прочитав, мы оба вернулись к созерцанию прекрасного за окном.       Парень накинул легкий рюкзак и вышел из кабинета, я поспешила за ним: — Мин Юнги, — он обернулся, а я остановилась в полушаге от него, — спасибо. — поблагодарила его я наклонившись. Его лицо озарила улыбка, опять обнажая зубы. — Для друзей Юнги, — подмигнул он, развернувшись на одних пятках, зашагал прочь от кабинета. Мой рот не смог сдержать этого, и я крикнула ему вслед: — Я знаю кое-что о тебе. — беловолосый был чуть дальше от меня, его закрывала толпа других учащихся, но он все же обернулся и не понял меня, — Имя Ким Тэхен тебе знакомо? — мой язык упёрся в щеку, а лицо приняло хитрое выражение. Эмоции на лице этого парня сменились по щелчку, со скоростью света. Сначала непонимание, затем удивление, и в конце испуг. За этим было забавно наблюдать. Но всё-таки Юн прислонил указательный палец к своим губам, давая понять, что мне стоит молчать, а затем указал на фенечку, что была на его левой руке. Получается, что это подарок Тэ. И он все ещё хранит его. Думаю, стоить напомнить Тэхёну о его друге из средней школы. Я лишь понимающе кивнула и, спускаясь по лестнице, встретила Юту и Гука, которые решили снова пообедать и взять меня с собой, а я не была против.

***

       — Я говорю тебе ты должна пойти с нами! — уговаривал меня красноволосый с полным еды ртом, — Давай, Минджи, ну что тебе стоит пропустить одну смену на работе? Что может случиться? — уже умоляюще морщил лицо парень, пытаясь разжалобить меня пойти с ними в тир после школы, но я не могу, ведь сегодня моя смена в магазинчике недалеко от дома, что я скажу хозяину. — Ну, — ковыряя еду в своей тарелке начала я, — меня могут уволить, — я подняла улыбающееся лицо на него, а он сморщился, словно боль поразила его.— и тогда, — продолжала я, засовывая в рот рыбу, — мне снова придётся искать работу, а может пойти в ближайший ночной клуб танцовщицей, опыт-то у меня имеется, — посмеиваясь от собственной иронии закончила я. Всё-таки насилу они меня уговорили, я попросила девчонку, с которой я виделась от силы раза два, заменить меня сегодня, та лишь согласилась и было решено: я иду в тир.        Обожаю стрелять в тире. Серьёзно, сколько себя помню мне всегда нравились фильмы с опасными людьми. У отца азарт это карты, а у меня — стрельба. Как же я люблю это чувство, когда ты крепко, уверенно держишь этот пистолет, следишь за тем, чтобы цель была на мушке, выжидаешь, будто она двинется, пытаешься сосредоточиться, твоё лицо принимает серьезное, даже злое выражение. Чувствуешь себя сильным, неуязвимым — королем. Все в твоей власти. Цель задета — банка упала на пол. А это означало только одно — я выиграла приз. Мужчина, работающий здесь, лет сорока с заметной сединой, сказал, что я могу выбрать абсолютно все, что захочу. Юта и Гук говорили мне взять огромного медведя, чтобы спать с ним, но я решила выбрать маленький кулон в форме пистолета, напоминание об этом милом дне.       Странно, мы не так давно знакомы с ними, но мне нравится проводить время с ними. Они — моя новая жизнь. От них нет негатива, агрессии, злости, проблем. Из рассказов Юты о семье я поняла, что у неё есть младший и старший братья, отец очень любит и уважает мать, а та в ответ мужа. Братья растут настоящими мужчинами: воспитанными, честными, умными и разносторонними. То ли мы плохо знакомы, то ли у неё и вправду нет проблем в семье, она говорит, что это за счёт разговоров за ужином. Все члены семьи рассказывают как прошёл их день и главное правило в их доме — быть честным. У Чона вроде тоже все хорошо. Есть брат и мать с отцом. Говорит, что мать ударила отца и он решил, что именно эта женщина та самая. Забавно и мило. Юта и Чон часто вспоминают какие-то милые моменты из детства, оказалось, что они дружат семьями, и знаю достаточно друг о друге, самое интересное то, что родители не хотят их свести и понимают, что между этими детьми дружба и намёком на чувства не пахнет, ну, может мне так кажется.       К несчастью, я решила надеть красную бархатную юбку вместе с чёрной легкой футболкой, вернувшись домой после школьного дня, и побежала стрелять, дождь решил пойти именно сегодня. Чон надел клетчатое пальто и синий свитер, но из-за дождя ему пришлось держать его над нашими с Ютой головами пока мы не нашли убежище с крышей, чтобы спрятаться. Мы много смеялись из-за того, что промокли. Стоя под крышей какого-то старого грязно-жёлтого здания с выбитыми окнами, я заприметила в толпе всех зонтов парня, который шёл без него, разглядев цвет его головы, я поняла, что это был: — Тэхён! — громко крикнула я, а горло начинало першить, ибо нельзя так громко кричать, но парень не услышал меня, — Тэхён! Тэ! Ким Тэхён! — я звала его и махала руками, пытаясь обратить на себя, стоящую под зданием и накрытую пальто, внимание. Бирюзовая голова неуверенно обернулась, задаваясь вопросом: меня ли зовут? Пальто цвета ночного неба промокло, как и весь парень. Чёрные штаны прилипли к его стройным, привлекательным ногам. Всё-таки он обернулся в нашу сторону и заметил как я махала руками, пытаясь привлечь его внимание.       Медленно, хлюпая красными конверсами, он подошёл к нам. Выжал мокрые от дождевой воды волосы одной рукой и поздоровался с нами. На наш вопрос почему он без зонта, ответил что оставил его дома. Спустя ещё время вода перестала капать с неба и мы смогли уйти из-под этой крыши уже вчетвером в сторону моего дома. Солнце пробивалось из-за чёрных туч зайчиками падая на серый, мокрый асфальт. Разные пары кроссовок ступали то в лужи, то на сухую поверхность. Тэхеновы выглядят хуже всех: потертые, старые, грязные, пятен крови не хватает и выглядел бы как убийца. — Ладно, мне туда, — проговорил Тэ, отходя от нас спиной к своему углу, большим пальцем указывая за спину. Вдруг из тэхеновского дома послышались женские крики и битая посуда, парень лишь медленно закрыл глаза. Было ясно — он сдерживал гнев. Ярость. Злость. Страшно представить, что он сотворит когда войдёт в дом. Выдохнул и улыбнувшись попрощался, оставив нас троих испуганно смотреть как его красные конверсы отдаляются, а бирюзовые волосы развивает ветер.