Встретимся в субботу

Все пошло по наклонной уже давно. Викина жизнь перевернулась с ног на голову еще тогда, в парке, когда она познакомилась с Матвеем. С того момента она как будто катилась кубарем с горы, на которую так долго поднималась все эти годы. С психическим спокойствием и здоровым сном пришлось попрощаться еще с осенних каникул. Затем ушли хорошие оценки, потом доверие учителей. Но девушка держалась из последних сил, замазывала синяки, больше походившие уже на две черные дыры, и скрывала оценки. Ходила по школе с фальшивой улыбкой через силу и хлестала кофе литрами. Она правда старалась как могла, но жизнь решила добить ее окончательно и бесповоротно. И удар этот пришелся прямо в точку. Стал последней каплей ее и без того очень сомнительной стабильности. Телефон так и остался лежать с открытым диалогом «Асечка». На дисплее расположились ровные ряды букв, сложенных, видимо, в слова, которые девушка никак не могла понять начиная уже с третьей строчки. Или не хотела. Потому что первых двух хватило по уши. Вика, спасибо за все. Это были отличные четыре года, но все когда-то кончается. Князева часть моргала и терла глаза руками в попытках прийти в себя, но делала только хуже. Глаза щипало от подступающих слез. Она мотнула головой и потянулась к телефону. Взять себя в руки и дочитать. Ты и сама понимаешь, что наша дружба уде не такая крепкая как раньше. Я больше не хочу мучить ни тебя ни себя. Я ни о чем не жалею, правда, но нужно это заканчивать. У нас с тобой все меньше тем для разговоров и общих интересов. Так что пока. Такое иногда случается. Друзья уходят. Ты этого сначала не замечаешь, думаешь, что твой друг вернется. Что он немного отдохнет от вашего общения, а потом с новыми силами отправится вместе с тобой на поиски приключений. И ты все ждешь, когда же он вернется. А он только отходит от тебя все дальше. Тихо так, без скандалов. Да вообще без слов. Уходит и все тут. И ты наконец понимаешь, что вы никогда больше не будете лучшими друзьями. Максимум знакомыми. И то не факт. И ты смотришь, как он идет мимо тебя по улице со своим новым лучшим другом, и понимаешь, что ты в прошлом. Что он уже не поздоровается с тобой, и уж тем более не обнимет тебя. Что он может заговорить с тобой из приличия, но того огня в глазах ты не увидишь уже никогда. Что у него теперь новая жизнь, а ты для него — пережиток прошлого, которое не всегда приятно вспоминать. И ты пытаешься забыть все шутки, понятные только вам. Пытаешься удалить общие фото с телефона. Пытаешься, в конце концов, сдвинуть его страничку со списка «важных» во ВКонтакте. А у тебя не получается. Находишь у себя его ручку, одолженную когда-то очень давно. Ты так и не отдал ее ему. Видишь на стене перед столом прикрепленную фотографию, где вы вдвоем смеетесь над чем-то. Она смазанная и лица у вас на ней глупые, но все равно она самая любимая. Потому что настоящая. Потому что вы на ней друзья. Ты ищешь в себе причины, почему он так поступил. Почему он однажды позвал погулять не тебя, а кого-то другого. А потом пожелал кому-то другому доброй ночи. И с кем-то другим пошел в кино на мультик, который вы так ждали. Ты все ищешь и никак не можешь найти. Потому что раньше все было хорошо. Потому что что могло пойти не так? Потому что как же он мог променять тебя на кого-то другого? Ты всегда считал его идеальным, примером для подражания. Восхищался его жизнерадостностью и целеустремленностью. А теперь смотришь на его новую фотографию в социальной сети и видишь другого человека. От твоего лучшего друга ни осталось и следа. Это совсем другой человек, чужой и холодный для тебя. И ты уже сам не здороваешься при встрече на улице и не следишь за ним в интернете. Тебе больше не интересна его жизнь. Потому что ты не знаешь его. Потому что того, кого ты считал лучшим другом, больше нет. У Вики уже был такой опыт в прошлом. Еще в первом классе девушка встретила свою будущую лучшую подругу на семь ближайших лет. Леся была веселой доброй и понимающей. Они сидели за одной партой, ходили по школе за ручку, не расставались даже во внеучебное время. Записались вместе на танцы и рисование. Приходя домой бежали к домашним телефонам и звонили друг другу. Они могли говорить часами и совсем не надоедали друг другу. Вика и Леся пережили вместе очень многое. Было несколько крупных ссор с бойкотами и даже добавлением в черный список, но девочки, не выдержав и трех дней, бежали мириться, потому что друг без дружки уже не могли. И снова по школе за ручку, за одну парту, в один кружок, а потом весь вечер на телефоне или в диалоге в социальной сети. Но время шло, интересы менялись, и в седьмом классе Леся ушла. Не как обычно, когда они не могли что-то поделить или договориться, с криками и спорами. По-другому. Тихо. Молча. Просто нашла подругу получше, и ушла домой не с Викой, а с ней. А потом не отвечала на телефон и игнорировала во ВКонтакте. Вот и все. Без всяких объяснений, без обид и вообще без каких-либо чувств. Вика просто надоела. И была оставлена в прошлой жизни. Князевой тогда казалось, что ее предали. Она тогда совсем поникла, на учебу забила и бросила все кружки. Вот тогда-то и появилась Ася. Перевелась из другой школы. Супер общительная и веселая, душа любой компании. А в лучшие подруги выбрала почему-то тихую и грустную Вику с последней парты. Подсела к ней на первом же своем уроке в новой школе, и больше уже не отсаживалась. И понеслось. А теперь Князева сидит на пустом подоконнике, накрывшись одеялом с головой и обхватив руками колени, и понимает, что Ася ушла. Точно так же как и Лика когда-то. И Вику трясет. Потому что она не готова. Потому что так нельзя. Потому что лучшие друзья не должны вот так уходить. И ей хочется бежать за Асей, кричать, просить остаться, но так нельзя. Она не может заставить девушку делать вид, что все так же как раньше. Не может заставить ее дружить. Она понимает это, и слезы сами катятся из ее глаз. Вика всхлипывает, вытирает щеку рукавом толстовки и ругает себя за слабость. Стиснуть зубы и идти дальше. Когда-нибудь все будет хорошо.

***

С момента их последнего разговора прошла неделя. Неделя, полная переживаний, грусти, ссор с Аленой и мыслей о Вике. Матвей с каждым днем был все больше уверен в том, что проебался. Очень сильно проебался. Потому что все это было неправильно. Потому что нужно было сделать по-другому. Правда, как по другому, Матвей не знал, но то, что получилось сейчас, было самым худшим из всех возможных вариантов. Не было ни одного дня, когда он не сожалел о том, что все рассказал Князевой. И хотя Новый Год он встречал с Аленой, мыслями он был совсем с другой девушкой. И чудом тогда удержался и не поздравил Вику с праздником. Потому что понимал, что только испортит ей настроение. Но с каждым последующим днем ломка по общению с девушкой становилась все более невыносимой, и он, наплевав на все, решился ей написать. И не важно, будет ли она рада ему. Не важно, простила ли она. Не важно, готова ли она вновь с ним общаться. Главное — написать. Сказать, что он тут, что все еще думает о ней, что он так сильно по ней скучает, что не может не думать, и что очень сожалеет, что все так получилось. Извиниться за резкость, сказать, что он полный придурок, и что не хочет ее потерять. Хотя, наверное, это глупо. Потому что Алена никуда не делась. Они вместе, и бросить ее Матвей не может. Или не хочет. Или боится. Ведь они вместе больше полугода, ведь он был уверен, что любит ее больше жизни. Ведь вместе с ней столько пережито. И она такая хорошая и понимающая, вечно поддерживающая и почти не выносящая мозг. Она удобная, в конце концов. Мысли о Князевой поглощают сознание, постепенно отвоевывая все больше места в голове, не давая забыть о ней хоть на минуту. Желание становится невыносимым. Но как только парень открывает окно диалогов и видит в левом верхнем углу экрана улыбающуюся девушку, вся уверенность вмиг улетучивается. На смену ей приходит печаль. И хочется выть от грусти, скулить и умолять о прощении. Но чтобы не написать лишнего парень ограничивается в итоге всего двумя словами.

***

Вика сидит на подоконнике в кухне совсем одна. Родители уехали к друзьям, забрав с собой даже Тедди, и оставив девушку размышлять о смысле жизни в маленькой квартирке поздно вечером. В комнате царит полумрак. Так лучше видно происходящее за окном. Хлопья снега лениво падают на безлюдный тротуар, освещаемый парой старых желтых фонарей. Изредка по дороге проезжают машины. В доме напротив свет горит всего в одном окне и, кажется, что город просто вымер. На душе у Вики тоже все вымерло. Такая вот параллель. Ей так же спокойно и пусто. А еще холодно. Хотя это, наверное, от открытого окна. Телефон, лежащий рядом, вибрирует и вспыхивает, сообщая о новом сообщении. Девушка тянется к нему и открывает диалоги. 22:34. Матвей Я соскучился. Вика не верит своим глазам. Она перечитывает еще раз, убеждаясь, что ей не привиделось. Но, к сожалению, зрение ее не подвело. Руки начинают дрожать. Князева откидывает голову назад и закрывает глаза. Зачем??? Зачем ты написал это? Почему сейчас? Не плакать. Только не плакать. Пожалуйстапожалуйста. Только не сорвись. Никак. Нельзя. Поджимает губы. Руки немного трясутся. Внешне почти не заметно, зато внутри ее как будто убили. Часто-часто моргает и вдыхает рвано, через рот, полной грудью. Вдох — выдох. Трясется теперь уже вся. Закрывает лицо руками. Глаза щиплет от подступающих слез. Поджимает губы. Моргает. Вдыхает. Срывается. Всхлипывает. Сначала тихо, сдерживаясь. Потом сильнее. Буквально сползает по стенке. Телефон выпадает из руки куда-то на пол. Утыкается головой в коленки. Сидит тихо. Ее трясет. Конкретно трясет. Каждый вдох даётся с трудом. Слезы душат. Стекают по щекам. Ткань джинсов промокла уже насквозь. Плевать. Проводит руками по щекам. Тушь потекла. Плевать. Вдыхает. Спрыгивает с подоконника и шарится по полу. Находит телефон. Пальцы плохо слушаются, не ей все же удается ответить. 22:36. Вика. Я тоже.

***

Простила. Он теперь точно знал, что простила. Радости не было предела. Ему столько всего хотелось сказать, стольким поделиться. Рассказать про все свои чувства и переживания, и про Алену тоже. Потому что Вика должна знать. И пусть Матвей еще не разобрался в своих чувствах, он просто расскажет ей все, так будет проще. Она поймет. Точно поймет. И все будет хорошо. Парень рассказал все с самого начала. Назаписывал Вике целую кучу голосовых сообщений, рассказывая все так, как оно было. Про их с Аленой первую встречу в общей компании, про первую прогулку только вдвоем, и про то, как еще в июне они начали встречаться. Не то, чтобы Вике сильно хотелось все это слушать, но теперь она понимала, почему виделись они с Матвеем только в школе, а гулять не ходили. Ведь все свободное время он проводил со своей девушкой. А еще поняла, что не злится на него совсем, хотя надо бы. Потому что о таких вещах говорят хотя бы до того, как целуют. И еще то, что ей до жути приятно слушать его голос, а на остальное сейчас плевать. Главное, что они снова общаются. И не просто общаются, а Сухинин зовет ее в кино. Вика вспоминает, что они еще ни разу не ходили в кино вместе, и соглашается, спросив перед этим, не будет ли против его девушка. К этому моменту они общались уже не голосовыми сообщениями, а по телефону, и Вика слышала счастливый выдох на том конце провода. — Тогда встретимся в субботу? — Встретимся в субботу, — повторила девушка, с трудом подавив счастливую улыбку