Встретимся в субботу

Прощай — Шура Кузнецова Иногда люди перегорают друг к другу. Да, такое бывает. И это не значит, что чувств не было. Нет, они были, это точно, просто все меняются, и этого не остановить. Ты заводил отношения с одним человеком, а сейчас перед тобой находится совсем другой. Нет, он не хуже, может быть даже лучше, но это все равно не тот человек, которого ты знал изначально. И хочется все вернуть, сделать общение прежним, а не получается. Потому что никто из вас прежним уже не станет. Никогда. Общение угасает. Тихо, медленно, не хотя. Но угасает. И больше никогда не вспыхнет вновь. Это нужно понять. Принять и отпустить чтобы не мучить. Остаться хорошими знакомыми, запомнив друг о друге только самое лучшее, и справляться иногда о делах друг друга. Потому что в свое время ты отдал этому человеку частичку себя, оставив у себя в душе немного места для него. И это уже навсегда. Но время идет, и нужно жить дальше. Матвей тяжело вздыхает и откидывается на спинку стула. Трет глаза и немного хмурится. Принимать такое решение всегда сложно. Еще сложнее его исполнить. Но жить как раньше он уже не может. И пусть он в итоге останется совсем один, ему уже плевать. Главное — что-то изменить. Алена больше не сводит его с ума. Не вызывает одним прикосновением бурю эмоций. Не переворачивает его мир с ног на голову. Этим теперь занимается другая девушка. И хотя Сухинин старается быть реалистом, и понимает — с Викой у него нет шансов, все равно не может и дальше мучить Алену. А он ее сейчас именно мучает. Потому что как еще можно назвать отношения без чувств? Алена в этом мире как второе солнце. Ходит и светится. Тепло свое всем вокруг дарит просто так. Улыбается вечно. И Матвею всю себя отдает. Но парень ответить взаимностью больше не может. И Алена от этого тухнет. А так нельзя. Нельзя девочку-солнце тушить, она не виновата ни в чем. Виноват только Матвей. И чем раньше он ей скажет, тем лучше.

***

Он долго стоял перед дверью в квартиру и никак не мог решиться. Поднимал руку, подносил к кнопке звонка, вдыхал нервно, и тут же убирал руку обратно. Мотал головой. Пару раз разворачивался, спускался вниз на несколько пролетов, потом психовал, возвращался, снова поднимал руку. Наконец решился. Зажмурился. Нажал на кнопку. За дверью послышалась мелодия звонка, затем тихие шаги. Ручка щёлкнула, и перед парнем предстала хозяйка квартиры. Алена улыбнулась и посмотрела на парня удивлённо. Подняла брови, немного наклонила голову. Вид Матвея и правда вызывал удивление. Она никогда не видела своего парня таким. Бледный, грустный, обеспокоенный очень. И смотрит с таким сожалением, как будто натворил что-то жутко страшное. — Ты чего? Проходи скорее, и рассказывай что случилось. — Ален, — Матвей никак не мог собраться с мыслями, но отступать было некуда, — я поговорить хотел. — Давай проходи, я чай заварю, сядешь и все мне расскажешь, — девушка подошла ближе в попытке поцеловать, но брюнет отшатнулся назад в подъезд. Алена решительно ничего не понимала. Он наконец переступил порог квартиры, закрыл за собой дверь, но снимать верхнюю одежду не стал. Так и застыл, смотря на девушку неотрывно, как будто на что-то решаясь. — Нам нужно расстаться, — на выдохе. Сжав кулаки до побелевших костяшек. Сказал, и самого от этих слов в дрожь бросило. Восемь месяцев. Восемь гребаных месяцев они были вместе. Как же так? Нет, он конечно не думал, что они вместе навсегда, но как минимум до окончания школы…теперь уже поздно думать об этом. Все уже произошло. — Что? — голос дрогнул. Черт. Холод по всему телу так резко, что девушка вздрогнула и неосознанно натянула рукава свитера на запястья, сжимая его слишком сильно. — Прости. Это были прекрасные месяцы, спасибо тебе за все, но я больше не могу тебя мучить. Мне нравится другая. Остаться друзьями не прошу, знаю, что не сможешь. Прости за все. Я… — «люблю тебя» должно было быть здесь. Просто так. Попривычнее. Потому что он всегда говорил это, не придавая словам особого значения. Но уже не было. Не было, если честно, ни с одной стороны. Алена тоже не испытывала к нему тех чувств, что были вначале. Но она никак не могла себе в этом признаться. Первая любовь всё-таки. Она-то думала, что это навсегда. Что Матвей ее будущий муж. Наивная такая. Они были вместе так долго. Они так хорошо друг друга знали, понимали с полуслова. Она была влюблена в него. В начале. Сейчас же все было по-другому. Но Алена до последнего надеялась, что все вернётся в норму, они просто немного устали, поэтому стали видеться чуть реже и не так хорошо чувствовать друг друга, но это ненадолго. Они отдохнут и все наладится. А вот не получилось. Не сложилось. Не наладилось. Он поднял глаза и посмотрел на теперь уже бывшую. Она стояла, не произнося ни слова. По выражению лица невозможно было понять, что чувствует сейчас девушка. Хотя Матвей, конечно, догадывался. Он знал ее так хорошо. И эту грусть в глазах знал. А ещё знал, что она сильная. И со всем справится. И он так хотел бы ей помочь, но уже не мог. И понимал что это правильно. Это честно по отношению к ним обоим. Она сделала глубокий вдох, закрыла глаза. — Я понимаю. Спасибо, что был честен со мной. Алёна посмотрела ему в глаза в последний раз так, как смотрела раньше, улыбнулась горько, развернулась и вышла из коридора куда-то вглубь квартиры. Ее слегка пошатывало. Глаза щипало от подступающих слез, но плакать при парне она не собиралась. Дошла до дивана, села, нет, упала на него. Окинула невидящим взглядом всю комнату как будто впервые. Силы вмиг куда-то делись, не хватало даже чтобы расплакаться. Сползла на ковер, периодически вздрагивая от беззвучной истерики, закрыла глаза руками и затихла. Матвей смотрел из коридора, не решаясь подойти. Да она и не подпустила бы. Он-то знал. Постоял ещё несколько минут, не решаясь сдвинуться с места, а затем вышел из квартиры, последний раз взглянув на коридор, в котором, скорее всего, больше никогда не окажется.