Obsessio

Вот и жизнь налаживается. Так кажется всегда, если вокруг торжество и плещется шампанское из бокала в бокал, пузырьками заполняя душу каждого. А потом эти пузырьки лопаются, с треском, визгом, неприятным шипением. Ровно в тот момент, когда начинают расходиться первые приглашенные. Зал пустеет, свет меркнет и звуки приглушаются. И тогда вновь серая масса остаточных эмоций начинает пробиваться сквозь барьеры успешности и таланта. И топит, топит человека в его же сомнениях, в его же страхах. Гарри, одетый в строгий черный костюм с бабочкой поверх идеально белой рубашки, сидел на мягком диване в углу золотистого шатра, который натянули вдоль поля для Квиддича. Решили далеко не уезжать, поэтому мероприятие в честь помолвки Гарри и Джинни проходило на территории Хогвартса. Было уже ближе к полуночи, столы почти полностью опустели, если не считать внушительного количества алкоголя, на него отец семейства Уизли не скупился, сказал, что такое событие надо хорошенько обмыть. Но почти никто не планировал веселиться до утра, на завтра еще оставалось много работы по восстановлению школы, поэтому больше половины гостей уже отправились отдыхать. Те, кто остался, либо просто допивали свою порцию игристого, либо были заняты задушевными разговорами, либо просто попали под очередную авантюру Джорджа. Несмотря на смерть брата, Джордж Уизли держался молодцом и продолжал дело, начатое близнецами когда-то: чудить и развлекать народ. И вот, чтобы самые стойкие гости не скучали, он устроил соревнование по превращению: надо было составить композицию из превращенных во что-либо бокалов и посуды. Победу обещали тому, кто оригинальнее всего составить эту самую композицию. Гарри тоже хотел поучаствовать, только вот была проблема. - Милый, это же Хогвартс, тут должно быть полно запасных палочек. Джинни стояла над своим будущим мужем и рассеянно оглядывалась, будто бы где-то поблизости могла появиться любая другая волшебная палочка. - Даже если есть, они перестанут работать как только я попытаюсь колдовать. Поттер раздосадовано опустил голову, задумчиво переминая пальцы рук. С некоторых пор, все палочки на свете, которые попадали в его руки, начинали выходить из строя и порой даже портиться, гнить, ломаться. Даже палочка Рона этим утром ударила Гарри разрядом молнии и отказалась выполнять свои обязанности. И единственным волшебным инструментом данного назначения, который беспрекословно слушался хозяина, была, конечно же, палочка Малфоя. Но взамен, она стала отбирать у парня силы, энергию, и нельзя забывать про видения, которыми она снабжала и без того перегруженное сознание. - Слушай, раз палочка моего брата дала отпор, может быть моя подойдет? - Джинни всячески искала способы помочь. - Не хватало еще твою вывести из строя, - Гарри поднял взгляд на девушку и слабо, но вполне правдоподобно улыбнулся. - Ты иди, поучаствуй в батле, покажи себя. - А ты? - А я буду сидеть и болеть за тебя! - Точно не расстроишься? - Нет! Ты главное не расстрой меня и не проиграй своему брату. Уизли-младшая смущенно захихикала и растормошила и без того лохматые волосы Поттера. - Не скучай, я скоро вернусь. Чмокнув его в макушку, девушка побежала к остальным, так как подошла ее очередь. Как только она принялась усердно колдовать, мысли, как и взгляд Гарри, вновь приковались к злосчастной палочке Малфоя, которая покоилась на столе рядом с пустой тарелкой. Вот вроде бы, сегодня важное событие, особенный день, когда он скрепил себя обещанием вступить в брак со своей прелестной суженой. А он сидел, поникнув взором, и думал, и думал о человеке, чье присутствие запечатано в его волшебном инструменте и не дает покоя Гарри и во снах, и наяву. Он даже толком не понимал, что означали эти видения. Порой он видел тускло-зеленую комнату, в которой какие-то мрачные типы, чьих лиц он разглядеть не мог, о чем-то спрашивали Малфоя. Хотя судя по тому, как он был измучен и запуган, его скорее допрашивали. Иногда Гарри видел, как Драко плачет и молит о помощи, будто бы зная, что Великий Спаситель слышит его. Но чаще всего, Поттеру являлись воспоминания. Воспоминания, которые связывали его и Малфоя. Только угол зрения на них был совсем другой. Да и эмоции иные, не было прежней озлобленности и отвращения. Скорее непонимание и совсем немного грусти. - Гарри, - из очередного мыслительного потока парня вытащила Гермиона, которая стояла слева от него, скрепив свои руки в замок и улыбаясь, - я могу присесть? С секунду потупив, Гарри резво закивал. - Да-да, конечно, - он пододвинулся так, чтобы было достаточно места и для девушки. - А ты разве не будешь принимать участие в соревновании? - Не-а, решила дать остальным шанс, - Гермиона игриво хихикнула и осторожно присела, придерживая подол своего пышного платья нежно-розового цвета с мягкой белой бахромой. - Если я вдруг выиграю, Джинни меня в прямом смысле испепелит. - Это уж точно, - согласился Гарри, откинувшись на спинку дивана. - Как-то она ревностно стала относиться. - Это не удивительно, ты и раньше был звездой, а сейчас так вообще супер герой, завидный такой жених среди многих волшебниц Англии. - Грейнджер шутливо ущипнула Поттера за щеку, что смутило зеленоглазого парня больше, чем ее слова. - Ты вообще как сам? Вопрос был весьма в тему, ведь с утра его одолел мандраж, и Молли уже боялась, что окончательный невроз может сорвать помолвку. - Уже лучше. Когда вся эта тягомотина с официальной частью прошла, стало куда легче. Они превратили помолвку в венчание, а ведь мы даже брак не заключили. - На то это и семья волшебников Уизли, чтобы чтить традиции. Гермиона вдруг немного замялась, не зная, как подойти к интересующей ее теме,ведь ждать она больше не могла. Чем больше оттягивала момент, тем сильнее себя накручивала и была готова снова сорваться в Министерство и добиться хоть какого-то правосудия. И Гарри, безусловно, заметил смятение подруги. - Что-то не так? - Ты так вообще, можешь воспринимать информацию? Разговор есть. - А это до утра никак не отложить? У меня голова немного не варит… - Я была у Малфоя. Эта фраза била похлеще любого разряда палочки Рона, что отказалась взаимодействовать с Поттером с утра. У парня мурашки по спине табуном пробежались, словно он услышал пугающий звук из запретного леса. Пугающий и интригующий. Пульс заметно участился и бился где-то на уровне гланд, из-за чего голос, как и выражение лица, впрочем, заметно исказился. - Серьезно? В его доме? - Ага, конечно, чаек с примесью яда у него пила, - Гермиона, негодуя, закатила глаза. - Да нет же, в Министерстве. - Но как… - Неважно, как я туда попала, важно то, что я узнала. - И что ты узнала? - Нечто, что повергнет в шок. Ты обязан это услышать и даже увидеть. И для этого нам понадобится кабинет Дамблдора, который сейчас принадлежит МакГонагалл. Гарри довольно резко повернулся и нашел взглядом Джинни. Она увлеченно доделывала последние превращения своего шедевра: игрушечный замок с фигурками рыцарей, служанок, королевы и короля. Она выглядела такой беззаботной и счастливой, несмотря на задиру Рона, который фукал и утверждал, что ничего более женского и слащавого он в этой жизни не видел. Именно в этот момент в сердце Поттера проснулись какие-то очень теплые и уютные чувства к Уизли-младшей. Правда, любовью это не назвать. - Надо предупредить тогда остальных… - хотел сказать он о необходимости известить друзей, что им нужно отойти, но Грейнджер перебила. - Не стоит, Джинни не одобрит, да и будет слишком много лишних вопросов. Поверь, много времени это не займет. Поколебавшись пару секунд, Гарри согласился тихо слинять из шатра. По пути Гермиона максимально кратко, без особых деталей поведала Гарри о том, что увидела в голове Малфоя, настолько информативно, насколько сама могла вспомнить. Поттер внимательно слушал ее, не перебивал. И не потому что было настолько интересно, скорее у него просто дыханье сперло. Ведь не только воспоминания, эти эмоции, переживания, все это было так знакомо, будто бы он сам побывал в сознании Драко. - В общем, вряд ли все то, что я увидела, может как-то разгадать его тайный замысел, однако совершенно точно, что наша с тобой теория о том, что Малфой - твой тайный Хранитель, имеет веское основание существовать, - этими словами Гермиона окончила свой монолог, оказавшись на месте. Кабинет Дамблдора практически не изменился, профессор МакГонагалл постаралась сохранить все на своих местах: столы, тумбы, шкафы, полки, домик для Фоукса, даже привычное захламление рабочего места никуда не делось. Разве что только освободили одну стену, так как портрет погибшего директора уже скоро должны были переместить на законное место. Гарри захлестнула волна ностальгии, он не торопясь прошелся вдоль кабинета и остановился у огромного стола, заваленного картами, книгами и письменными принадлежностями. Память - хрупкая и ненадежная вещь, всегда все события пропитывает излишним эмоциональным восприятием и делает их “слишком”. Слишком хорошо или слишком плохо. Слишком тепло или слишком холодно. Слишком любовь или слишком ненависть. Память - это Лукавый. Всегда в прошлом будет либо намного лучше, чем сейчас, либо намного хуже. Но никогда не нейтрально. - Знаешь, Гермиона, - Гарри оторвал отрешенный взгляд от рабочего места Дамблдора, а теперь директора Минервы МакГонагалл, - все, что ты мне сейчас рассказала, по сути, я и так знал. - Что ты сейчас сказал? - голос Грейнджер, несмотря на сдержанность, прозвучал с ноткой претензии. Ее ноги изрядно устали за вечер, да и школьные лестницы не предназначались для праздничной обуви, поэтому ей пришлось снять туфли, которые теперь девушка держала в руках, и смотрелось это весьма угрожающе. - Не то, чтобы прям знал, - Поттер поспешил объясниться, еще одной разъяренной дамы он не выдержит, - у меня были основания так думать, но я не думал, потому что не догадывался о значении знаков. И сейчас ты мне раскрыла всю суть. - Что за основания? Что за знаки? - Палочка. Палочка Малфоя, - парень изъял из кармана хрупкий артефакт. - Она видимо служит непрямым порталом, соединяя наши сознания. - И ты молчал?? Гермиона в очередной раз придирчиво закатила глаза и, придерживая подол платья, широкими шагами подошла к Гарри. Она долго не решалась притронуться к палочке, но любопытство, так присущее ей, победило, и вскоре волшебный инструмент оказался в ее руках. Грейнджер крутила и вертела предмет, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, объясняющее необычную взаимосвязь двух врагов. Но ничего сверхъестественного не обнаружилось. Не считая дикой отталкивающей энергетики, коей также обладал настоящий хозяин. - Может, мне попробовать поколдовать с ее помощью? У девушки проснулся азарт, и Гарри это не особо радовало, поэтому он поспешил забрать палочку и отправить ее обратно в специальный чехол, который блокировал ее дурную ауру. - Тебя либо током ударит, либо она вообще не сработает. Но не будем рисковать. - Согласна, - Гермиона кивнула. - То есть, ты уже видел все эти воспоминания из головы Малфоя? - Не могу сказать, что все. И до твоего рассказа я думал, что это просто бредни, хотя и сейчас мне кажется все ненормальным, особенно факт того, что у Малфоя мания спасать меня. Скорее это я одержим, как и утверждает Джинни. - Не думала, что это скажу, но тебе нужно поменьше ее слушать, - победив в себе желание высказать все свои мысли по поводу того, как за последнее время испортился нрав сестры Рона, Гермиона окинула взглядом просторный кабинет и замерла, заметив черный шкаф с прозрачными створками. - А вообще, у меня есть еще кое-что, что я могу поведать тебе. Сохраняя загадочность, девушка медленно прошагала к шкафчику, и Гарри, который толком не понимал, к чему она клонит, проследовал за ней. Внутри покоилась каменная чаша омута памяти. - Что ты мне хочешь поведать? - Поттер выжидающе сверлил подругу взглядом, не в состоянии выдерживать эту волну таинственности. Грейнджер запустила руку в подол, и Гарри сконфузился - платье с карманами! Гениально! Восторг сменился смятением, когда рыжая подруга достала запечатанную прозрачную ампулу с серо-голубой газообразной субстанцией внутри. - Пока ждала Министра, запавший на меня охранник решил провести для меня экскурсию по хранилищу извлеченных воспоминаний из разных лиц, которые хоть как-то привлекались к судебному: от преступников до потерпевших. Мое внимание приковал вот этот сосуд. Это воспоминания Малфоя, взятые, если датирование на полках стояло верное, в тысяча девятьсот девяносто первом году. - Когда мы в Хогвартс поступили? - Я думаю, немного до этого. Но меня привлекла не только дата, - Гермиона протянула находку другу, - прочитай, что там написано. Только сейчас Поттер заметил, что на ампуле наклеена полоска ткани. Он осторожно забрал сосуд и поднес его к лицу. И даже очки не спасали от того, как мелко было написано примечание на крохотном кусочке ткани. И все-таки, парню удалось. - Гарри Поттер. Стертое. Совершенно секретно. Глаза округлились до размера оправы очков. Гермиона поспешила пояснить. - Предполагаю, там какое-то воспоминание, которое семья Малфоев решила стереть из памяти Драко, так как оно было тесно связано с тобой. Какое-то, видимо, совсем криминальное. Гарри окончательно запутался и потупил взгляд, разглядывая метаморфозное воспоминание Малфоя, заключенное в стекле. А имеет ли он право видеть то, что не помнит сам хозяин обрывка памяти? Поттер хмыкнул. Конечно же, имеет полное право. Воспоминание же о нем. Ему не терпелось узнать, что связывало его с Драко кроме Хогвартса. Парень без лишних слов надломил зауженную часть стеклянного сосуда и вскрыл его, после чего вылил воспоминание в омут памяти. Газообразное содержимое забурлило неоново-синим цветом и постепенно превратилось в сквозную серебристую поверхность, за пределами которой формировалась картинка. - Думаю, ты тоже должна увидеть, - не позволив Гермионе среагировать, Поттер положил свою ладонь на ее затылок и с силой надавил, резко погружая ее лицо в омут, а затем сам нырнул головой в чужую память. Размытая картина поглотила и уронила астральные тела на твердую землю. Гарри и Гермиона оказались посреди высоких, богатых листвой кустарников и массивных деревьев, чьи кроны почти достигали темно-синего вечернего неба. Да, судя по тому, как сгущался сумрак и чернели дневные яркие цвета, был вечер. Вокруг - ни души, только легкий ветер беспокоил обильные зеленые заросли. И к своему ужасу Гарри узнал это место. Лесопарк в Литтл Уингинге, в двух кварталах от дома, где он раньше жил с Дурслями. В детстве Поттер частенько гулял здесь и прятался от дяди Вернона, когда тот был не на шутку разъярен. Но при чем тут воспоминания Малфоя? Ответ не заставил себя ждать. Послышались отдаленные голоса и шаги, сопровождаемые щелкающими звуками - это под ногами трещали и ломались позвонки тонких веток. Поттеру и Грейнджер пришлось отскочить в сторону с протоптанной тропинки, чтобы никто ненароком не прошел сквозь них, очень уж это было неприятно. Стоя за небольшим кустом, они увидели идущих по тропе маленького Малфоя (тогда ему было всего одиннадцать лет) и… еще какую-то девушку. Она была очень необычной внешности, чем-то даже напоминала покойную Тонкс: ярко-розовые косички по всей голове, глаза блестели цветом тающего от пламени воска, сама она была худющая, кожа просто обволакивала скелет, руки от кистей до локтей увековечены татуировками в виде знаков древних рун. Одежда тоже казалась вульгарной, начиная от латексного черного топа без бретелей и шорт такого же материала, заканчивая черными лакированными ботфортами до колен, закрепленными с помощью тонких подтяжек к шортам. Такая колоритная девушка очень странно смотрелась рядом с одиннадцатилетним ребенком. - Драко, мальчик мой, мои видения - это как гадание на кофейной гуще, - говорила она, обступая поваленное старое дерево. - Мне просто могло и померещиться. - Ты никогда не ошибаешься, Агнесса, - отвечал ей Малфой, убирая ветки с пути, чтобы не поранить лицо. - Если ты сказала, что почувствовала его, значит он тут. - Да я даже сама не уверена, что мне это не приснилось. У вампиров сомнительная аура присутствия, я могла перепутать его с кровожадностью обычного волка. - Вот не надо сейчас бла-бла, я знаю, как ты умеешь зубы заговаривать, ни раз уже видел, как ты отчитываешься перед моим отцом. - Кстати, насчет Люциуса: за то, что я тебя привела сюда, он меня по головке не погладит и не очень обрадуется тому, что ты шляешься Лорд-пойми-где на ночь глядя. Его терпение не резиновое. - Ой, да ладно тебе, не уволит он тебя. Твоя обязанность - выполнять все мои прихоти. В конце концов, поэтому ты моя гувернантка. Поттер охнул. Если уж в семье Малфоев для маленького мальчика брали таких неординарных гувернанток, то сколько же еще странных традиций они таили? Из глубин лесопарка раздался душераздирающий крик. Драко тут же остановился и бросил обеспокоенный взгляд в гущу зарослей. Гувернантка, в свою очередь, также обеспокоенно посмотрела на мальчика, перетаптываясь на месте. - Нет, Драко. Я тебя умоляю. Мы никуда не пойдем. Мы пошли искать вампира, и никому на помощь я не пойду. А Малфой будто и не слышал ее вообще, буквально через секунду рванул, пропадая за ветками кустарников. - Драко, нет! Драко, вернись! Дра… А, черт бы тебя побрал, маленький гаденыш! Девушка помчалась вслед за непослушным ребенком, Гарри и Гермиону переместило на новую локацию. Это было небольшое круглое озеро, окруженное ветвистыми могучими ивами. Драко и Агнесса замерли рядом с одной из них. Их ошарашенные взгляды были направлены к берегу озера, где виднелось два силуэта. Одно тело, небольшое, видимо ребенок, лежало на рыхлой земле, а второе склонилось прямо над первым. Разглядеть их из-за приближающейся ночи было почти невозможно. Тогда Агнесса медленно подняла руку вверх, направляя ладонь к небу, и произнесла каким-то загробным голосом: - О, Бессмертный Великий Космос! О, могучее Всесильное небо! О, Прекрасные Беспощадные звезды! Осветите мне путь истинный, да не дайте пасть духом перед силой тьмы! А далее произошло чудо. Мелкие, почти невидимые звезды на мрачном небе вдруг вспыхнули и зажглись так, как никогда ранее, даруя столько света, что можно было разглядеть, что покоилось на дне озера. И тогда Гарри увидел мальчика… а еще знакомую рубашку, знакомые волосы и вообще. Он надеялся, что ошибался. Вторая личность была незнакомой, но внешний вид сразу дал понять - это Вампир. Человекоподобное существо, полностью голое, спина костлявая, лопатки торчат так, будто бы крылья пытались вырасти и застряли, волосы на голове были похожи больше на шерсть, на ногах и руках длинные изогнутые когти. Это существо присосалось к шее мальчика и хлестало из него жизненную энергию. Но как только звезды осветили все вокруг, Вампир оторвался от жертвы и прищурился, взирая на Драко и его гувернантку, устрашающе оголив окровавленные клыки. Агнесса сделала шаг вперед, загораживая собой потрясенного до глубины души Драко, который явно не так себе представлял встречу с Вампиром. Девушка вытянула перед собой руку и начала шептать что-то на неизвестном древнем языке. Слов было не разобрать, но их сила оказалась мощной: земля под ногами начала дрожать, вечно спокойно озеро покрылось рябью, а деревья зашуршали как при ураганном ветре. Существо отчего-то попятилось назад, а затем, издав что-то похожее на шипение кошки, скрылось за деревьями. Только убедившись, что Вампира точно по близости нет, девушка опустила руку и замолкла. Пришедший в себя после эмоционального шока Драко тут же рванул к мальчику. Он рухнул на колени рядом с пострадавшим и поднял его голову. Гарри и Гермиона тоже подошли максимально близко и… опешили не меньше остальных. - Это что, Гарри Поттер? - Малфой обратил внимание на шрам на лбу, который проглядывался сквозь пряди густых черных как смола волос, и на очки, валявшиеся неподалеку. - Тот самый Мальчик-Который-Выжил, которого отец хочет видеть в списке моих друзей, когда поступлю в Хогвартс? - Похоже на то, - коротко ответила гувернантка, стоя над детьми и разглядывая безжизненное тело. - Что с ним? С маленьким Гарри явно все было плохо. Он был весь бледный, если не сказать белый, синие вены проступали и виднелись сквозь почти прозрачную кожу. Губы приобрели оттенок полежавшей мертвечины. - Думаю, он почти мертв. - Что значит почти? - Это значит, что в его организме почти не осталось крови. Скоро окончательно откажет сердце, и он погибнет. - И не станет Вампиром? - Обратиться он уже не сможет, Вампиры пускают свой яд только в случае, если им не позволили сделать полноценный глоток. Тут смерть, однозначно. - Его надо спасти. - Я, к сожалению, не могу… - Спаси его! Драко вдруг закричал. И тогда Гарри заметил в нем то, что было бы совсем не свойственно семье Малфоев - переживание за чужую жизнь. Светловолосый мальчик весь дрожал, зажимал губы и сдерживал слезы, которые уже массово накопились в его стальных глазах. Он обеспокоенно смотрел на юного Поттера и пытался уловить хоть какие-то признаки жизни. Агнесса тоже заметила это, потому смягчилась. - Мальчик мой, я хотела бы помочь, но мне запрещено пользоваться вашей магией с помощью волшебных палочек, а трансгрессировать в поместье с вами я не могу, вы еще маленькие, вас разорвет. - Я не говорю о нашей магии, - Малфой повернул голову и бросил на гувернантку холодный пронзающий взгляд, практически копируя своего отца, - Я говорю о магии твоего народа. Я видел, как ты собирала омелу вчера утром. Не совсем было понятно, к какому народу принадлежала Агнесса, но совершенно точно было ясно, что она не простой маг. Девушка заметно поникла и замялась. Она осторожно опустилась на колени и прямо посмотрела в глаза юному Малфою. - Не буду спорить, у меня всегда с собой есть лечебный эликсир, даже сейчас. Но в данной ситуации он нам не поможет. - Почему же? - Потому что он может заживлять раны и нормализовать кровообращение, но не восстанавливать количество крови в организме. Особенно такое количество. Драко упрямо сверлил ее угнетающим повелевающим взглядом, отчего Агнесса психологически прогнулась и недовольно вздохнула - Хорошо-хорошо! Есть способ, но я ни за что не пойду на это. - Какой способ? - Кровь нужна. Магла или волшебника, как сам Гарри Поттер. - Возьми мою, - Драко закатил рукав свитера и оголил запястье. Агнесса протестующе замахала руками. - Ну уж нет, это все равно что самой положить голову на гильотину Люциуса. - Возьми! - Черт, Драко, да прекрати ты быть капризным ребенком и таким дураком! Ты понимаешь, что тогда практически девяносто процентов крови в организме Гарри будет твоей? Ты понимаешь, какими узами ты связываешь себя с незнакомым, пусть и знаменитым, мальчиком? Драко затих. Он явно призадумался. Но скорее всего только над тем, как будет объясняться перед отцом, так как в следующий миг он еще увереннее протянул свою руку и требовательно заявил: - Режь уже мою плоть и дай этому мальчику хоть каплю жизни. Ты обязана выполнять все то, что я скажу, у тебя непреложный обет. Гувернантка побледнела и заметно напряглась. Мышцы лица скривились в болезненной гримасе, после чего она резко обхватила запястья Драко своей ладонью. - Если я выполню, обещаешь снять с меня этот обет? Малфой, похоже, был совсем отчаянным и ни капли не колебался в решении. - Обещаю. Вокруг их рук обвилась ярко-голубая мерцающая нить заклинания и тут же испарилась. Агнесса довольно грубо развернула запястье мальчика внутренней стороной к себе и полоснула по коже острым длинным ногтем. На удивление, царапина оказалась достаточно глубокой, образовывая форму лепестка, отчего Драко сдавленно зашипел. В этот момент гувернантка изъяла из набедренной кожаной сумочки небольшую колбу с прозрачной сероватой жидкостью, открыла ее, вытащив деревянную пробку, и поднесла к руке Малфоя. Из образовавшейся раны прямо в колбу непрерывной струей стекала теплая кровь. И эликсир тут же поменял свой цвет на ядовито-зеленый с серебряным отливом. Драко завороженно смотрел на колбу, даже забыв, что ему только что фактически чуть не вскрыли вены. - Это твоя сущность, - пояснила Агнесса, заметив интерес юного Малфоя, после чего нашла взглядом под ногами подорожник, сорвала его и, приложив к открытой ране на руке, что-то прошептала на непонятном языке. Когда она убрала растение, от надреза не осталось ни следа, что изумило мальчика ничуть не меньше. - Открой ему рот, - попросила девушка, взбалтывая жидкость в колбе. Драко незамедлительно ринулся к телу Гарри и осторожно надавил двумя пальцами на обе щеки, заставив челюсть автоматически раскрыться. Агнесса успела влить жидкость в рот мальчику до того момента, как сработал рефлекс, и зубы клацнули, соединяя верхнюю и нижнюю части челюсти. Малфой неотрывно смотрел на лежащего на земле Гарри, явно очень сильно волнуясь, и ждал. Ждал чуда. И оно свершилось. Постепенно кожа Мальчика-Который-В-Очередной-Раз-Выжил приобрела живой оттенок, где-то даже раскраснелась, вернулось прежнее размеренное дыхание, отчего грудь начала ровно вздыматься, а значит, легкие работали безотказно, а губы снова стали алыми и на вид даже теплыми. И как же Драко засиял, как же загорелись его глаза, когда стало понятно, что Поттер не мертв. Он улыбался, искренне улыбался, и по-настоящему был счастлив за то, что смог кому-то подарить жизнь. В этот момент настоящий Поттер, который следил за этой сценой, совсем не узнал Малфоя. Это был совсем другой человек. Или может, он никогда не знал истинного лица и видел только маски? Это поразило его до глубины души. Но тут внезапно Агнесса изменилась в лице, оно стало каким-то безумным с дикой ухмылкой. Девушка резко вытянула руку и схватила Драко за горло, поднимая мальчика над землей, сама также уже стояла на ногах. Драко не успел даже пискнуть, он просто вцепился в сильную руку девушки и пытался освободиться от ее захвата. - Ну что, щенок, - голос ее казался кислым, мерзким, - сам снял с меня обет. Теперь я имею полное право не только уйти из вашей семьи. Я могу и прибить тебя, а может даже сначала помучить за все твои тупые капризы, которые доставили мне слишком много хлопот. Ну так что, придушить тебя сразу, или начать с отрывания конечностей? Драко был очень напуган, он барахтался, повисший на чужой руке и не мог освободиться. Раздался многозначительный хлопок, и недалеко от них так вовремя трансгрессировал Люциус. Увидев обезображенную, внешне искаженную Агнессу он зарядил в нее непростительным заклинанием, но девушка ловко увернулась и, отбросив Драко, отпрыгнула на несколько шагов назад. - Чертов друид! - разъяренно процедил сквозь зубы Люциус и хотел направить еще одно заклинание. Но Агнесса резво прыгнула в воду и, судя по вспышке, тут же трансгрессировала. Выругавшись, Люциус быстрыми шагами подошел к своему сыну, который, испугавшись, невольно попятился назад. Понадобилась где-то минута, чтобы Малфой старший, внимательно рассмотрев сначала Гарри, потом Драко, проанализировав саму ситуацию с друидом, понял, что произошло. Своим тяжелым взглядом он посмотрел на сына, который готов был провалиться сквозь землю, и навел на него палочку, заставляя того зажмуриться. - Я не позволю кому-либо узнать о том, что вы вытворили с Агнессой сегодня. Я не позволю этому позору пролиться на свет. После слов Люциуса, наступила резкая темнота, и астральные тела просто вышвырнуло из воспоминания. Гарри резко отпрянул от чаши назад и сконфуженно сполз по стенке на пол. Гермиона тоже не сразу пришла в себя и, случайно оступившись, резко села на стул. - Ты, - начала говорить она, - ты хоть понимаешь, что Малфой сделал? Гарри обреченно посмотрел на нее, ожидая очевидного и такого нежеланного ответа. И она ответила. - Он отдал тебе свою кровь. Вы как генетические близнецы. Только в мире волшебников это называется “узы крови”. Это сильнее, чем непреложный обет.