Вечность и еще чуть-чуть

— Чонгук! Границы! — надрывно кричит Джин, заметив, как новый низкоуровневый монстр вырвался из открытого портала, и быстро зачитывает заклинание, чтобы отбиться от орка, напавшего на него самого. Экстренная ситуация; они едва-едва прибыли на место, где внезапно появился астральный путь, и даже не успели возвести барьер — жители бездны, выкарабкавшиеся наружу, бросились на них и обычных смертных, оказавшихся поблизости. Обязанности были распределены еще заранее: Тэхён занимается эвакуацией людей, Юнги закрывает портал, Чонгук держит барьер, а Джин и Хосок отправляют низкоранговых монстров восвояси — поэтому оказавшись в опасной зоне, они сразу же взялись за дело. Однако тролль оказался быстрее, чем дедуля Мин Юнги, и ворвался в мир людей до того, как черный маг приступил к работе. Услышав громкий вопль Джина, Чонгук не теряется и, соединяя ладони вместе, зачитывает заклинание, давным-давно выученное наизусть. За его спиной, на расстоянии нескольких метров, появляется яркий голубой поток света и ударяет в небеса, а плотные и пушистые, точно вата, хмурые облака, грубо атакованные таким количеством энергии, расходятся в стороны, позволяя лучам скрытого за серостью солнца попасть в пасмурную реальность. Чонгуку требуется еще короткая доля секунды, чтобы разделить ослепительную вспышку на две части и резко развести руки в стороны, указав направление для получившихся половинок. Яркие лучи, полностью подчиненные волшебнику, разбегаются в разные стороны, оставляя за собой туманный мерцающий шлейф голубого цвета, и движутся по окружности навстречу друг другу. Чонгук пытается добавить скорости, вкладывая больше энергии в стремительно несущиеся потоки света, но тролль всё равно оказывается быстрее, отчего молодой волшебник неприкрыто бесится, ощериваясь точно бешеная собака. — Чонгук! — Джин вновь позволяет себе сорвать голос в крике, ведь если младший ничего не предпримет, то барьер закроется, а монстр вырвется в мир людей и примется сеять Хаос вокруг. — Меняй чертову форму барьера! Разумеется, никогда прежде ничего подобного мелкий не делал, но демон уверен — пацан справится. В конце концов, Чонгук с самого детства невзлюбил игру в догонялки, и сейчас продолжать бессмысленную погоню тоже не горел особым желанием — уж по его нахмуренному недовольному взгляду ясно. — Давай, жопа мелкая, — усмехается Джин, успевая оглянуться на Чонгука за спиной, и опять возвращается к своим врагам, сжигая их в бездымном кроваво-красном пламени магической энергии. Своими словами демон просто не оставляет Чонгуку никакого иного выбора, поэтому стиснув зубы, парень концентрирует большую часть силы на одном из бегущих голубых лучей — он читал об этом в книге по магии, которой обычно Юнги бил его по глупой голове. Сначала, правда, ни черта не выходит, — поток света двигается по строго заданной с самого начала траектории, не сворачивая и не меняя скорости — но Чон Чонгук не из тех, кто легко сдается. Он пробует еще раз и еще раз. Ещё раз и ещё раз. И, наконец, с пятой попытки, луч всё же сходит со своего пути и устремляется вслед за монстром. Какое-то время тролль остается впереди, но к тому моменту Чонгук уже успевает полностью взять контроль над голубой вспышкой и, приложив чуть больше усилий, поддает ей скорости — яркий поток света молнией проскальзывает перед носом тролля и соединяется с другим лучом, а мерзкий монстр с глухим ударом вписывается мордой в прозрачную стену. — Отличная работа, мелкий! — похвалил Джин. Часто дыша Чонгук устало улыбается на его слова и, тряхнув головой, откидывает намокшую от пота челку с глаз. Барьер закрыт. Теперь все, кто остался внутри, не смогут из него выбраться, пока заклинание не будет снято. — Эй, Чонгук-и! — смеется Хосок и выстреливает ледяной стрелой по врагу; та, ударив по монстру, заставляет близстоящего Джина прищурится от яркого света. — Твои границы по форме напоминают член! — Хосок, блять, сейчас не время шутить! — и хотя Джин попытался пригрозить шаману, по голосу было понятно, что ему самому смешно. Но Хосок послушно заткнулся и отправил еще одну стрелу в голема, на всех парах приближающегося к Юнги. Портал до сих пор не закрыт, хотя черный маг уже успел наложить заклинание, позволяющее сдерживать монстров, не давая им вырваться в мир людей, но для полного уничтожения пути необходимо больше времени. И сейчас главной задачей для других волшебников становится защита Юнги. Ему нельзя ни в коем случае ошибиться, иначе бездна поглотит его и уничтожит в своих бесконечно черных объятиях. А на поле боя сконцентрироваться на работе и не облажаться, мягко говоря, пиздец сложно… — Хён, им нет конца! Ох, блять, спасибо, Хосок, Джин в курсе, но ответить не может, потому что отбивается от огромного тролля. Уничтожать низкоуровневых монстров проще простого, однако в этот раз их какого-то хрена слишком много — даже демон чувствует усталость (что уж говорить о волшебниках, чья энергия стремительно заканчивается). — Твою ж мать! — ругается Джин, осознавая, что ситуация медленно, но верно выходит из-под контроля. Прикончив еще одного монстра, он бросается на помощь к товарищам, ведь Чонгуку уже явно тяжело держать барьер, а Хосок элементарно не успевает зачитывать заклинания, поэтому, достав меч из ножен, продолжает сражение, спустившись на землю. Помоги Хосоку, я дам Чонгуку свою энергию. В ушах эхом звучит низкий голос Тэхёна — он закончил с эвакуацией. Джин коротко кивает головой, заметив мелькнувшую в стороне тень младшего, и уже собирается отправиться на помощь к Хосоку, но тут, словно из ниоткуда, появляется мерзкий тролль. Он, жутко рыча, тянет к демону свои лапы, чтобы размазать того по асфальту, однако не учитывает немаловажную деталь — это сильнейший, кого породила бездна. Джину хватает мгновения, чтобы беззвучно взорвать тролля одним лишь взглядом. Дымящиеся ошметки его обгоревшей плоти разлетелись в разные стороны, а теплая зеленая кровь брызнула в лицо демона и заструилась по щекам к подбородку, отчего где-то внутри пробудилось давно забытое знакомое чувство, от которого всё тело охватило трепетом. Джин делает жадный глубокий вдох, наполняя легкие горьким воздухом, и с шумным выдохом закрывает глаза. Хён, успокойся. Ах, если бы хён мог, то с радостью бы успокоился, но его словно по башке кирпичом ёбнули — никак не реагирует на обеспокоенный голос Тэхёна, что доносится многократным эхом со всех сторон, а это пиздец плохо. Джин начинает погружаться во тьму и теряет над собой контроль. Его истинная сущность, бесконечно стремящаяся к уничтожению, постепенно просыпается и берет власть над пульсирующей энергией. Хён! Возьми себя в руки! Ты же всех поубиваешь! И вновь голос Тэхёна достигает его грохочущим эхом. Джин понимает, что с ним начинает творится пиздец, но сделать уже ничего не может — с каждой новой секундой его затягивает глубже и глубже. Сопротивляться лихорадочному жару внутри становится практически невозможно — темнота медленно отравляла его, словно приятный, но одурманивающий запах ядовитого растения, заставляя огромное количество энергии покидать тело. Если Джин не придет в себя, то, как и сказал Тэхён, уничтожит всех, — и врагов, и друзей — превратит их в жалкую горстку пепла сокрушительным багровым пламенем. И, к счастью, где-то вдалеке прогремел выстрел, а следом за ним под расслабленное тэхёново «Ну, наконец-то!» наигранно недовольное: — Тебя прям ни на минуту нельзя оставить без присмотра! Голос Намджуна бьет битой по башке, и Джин, вздрагивая, тут же приходит в себя — темнота вмиг отступила и поплывшая в эффекте блюр картинка вновь обретала четкие очертания. Демон трет глаза и, промаргиваясь, оборачивается на звук. Лидер стоит в нескольких шагах позади него, держа в одной руке пистолет, а в другой — свой пиджак, и победно скалится во все тридцать два. Ёбанный Бог. Джин сглатывает собравшуюся во рту слюну и мотает головой из стороны в сторону, чтобы прийти в себя и не позволить пошлым мыслишкам забраться в голову в такой неподходящий момент. Вот если бы всё это произошло при каких-то других обстоятельствах, в другом месте и в другое время, то демону бы точно снесло к хуям чердак от той преступной сексуальности, свидетелем которой он стал. В голове раздражающий смех Тэхёна, но Джин не в состоянии попросить его заткнуться, потому что Ким Намджун с закатанными по локоть рукавами и дымящейся пушкой — это уже ни в какие ворота. — Может, вы, блять, уже поможете мне?! — взвизгивает Хосок, успев разрубить тролля пополам за секунду до того, как тот напал на Юнги. — Потом налюбуетесь друг другом! Демон собирает свои слюни обратно в рот — возвращается из розовых грёз на поле боя — и щелкает пальцами, избавляясь от бегущих монстров за спиной друга. — Опаздываешь! — заявляет, театрально закатив глаза. Намджун на слова реагирует коротким смешком, прикрыв ненормально обворожительную улыбку ладонью, и поднимает другую руку, в которой зажат револьвер. — Я забирал заказ, прости, — говорит совсем тихо и щурится от радости. — А ты тут, кажется, малость успел наворотить дел. — Ну я — демон, что поделать, — отвечает Джин, виновато улыбаясь, и пожимает плечами, а затем толкает друга, покосившись на оружие, и добавляет веселым голосом. — Давай за дело, выпендрёжник! Намджун усмехается и покачивает головой, наблюдая за с треском сгорающими в языкастом пламени — словно дрова, брошенные в костер — троллями и големами. — Ну и кто тут из нас выпендрёжник? — шутливо интересуется лидер и, не теряя времени зря, тоже присоединяется к уничтожению врагов.

*** ***

— Да ну! Вы всё-таки встретились! Он сделал тебе эту пушку! Офигеть! — громко восторгается Хосок, улыбаясь во все тридцать два, пока рассматривает револьвер. — Ох, бля, Намджун, ты точно способен уболтать любого! Раз уж даже Хёнвон согласился тебе помочь… Намджун смеется, прикрыв рот ладонью, и кивает головой. Джин встречает его улыбающийся взгляд и тоже улыбается в ответ одними краешками губ, хотя именно сейчас не чувствует абсолютно никакой радости. С приходом Намджуна на поле боя они покончили с врагами за считанные секунды, но, если бы Джин узнал про этот портал раньше, то проблем явно было бы меньше. Вот только никакого подозрительного жжения в груди накануне он не ощутил — всё было как обычно — и это непомерно пугало. До сегодняшнего дня Джин всегда чувствовал какие-либо изменения астрального плана и предполагал о возникновении нового пути между их мирами, но какого хрена в этот раз всё настолько откровенно пошло по пизде, что он даже позволил своей безумной сущности, истинно желающей только разрушений и кровопролития, частично показать себя? Я чуть не убил их… Мысленно произносит Джин, продолжая смотреть в глаза напротив с искренним сожалением — из-за него чуть было не пострадали их друзья. А Намджун как будто бы все понимает — не сводит с демона взгляда, хотя рядом сидящий Хосок активно достает его различными вопросами. Джин натужно вздыхает и отворачивается первым, тогда же лидер возвращает свое внимание волшебнику. — Если честно, то сначала мне показалось, что проще научить горошину пользоваться магией, чем этого парня заставить работать, — говорит Намджун до чертиков радостному Хосоку. — Но, когда я передал ему твой подарок, он всё же согласился. Кофе из Starbucks творит чудеса! — Ну да, в том мире же нет такого… — бубнит Юнги, растекшись в кожаном кресле, точно медуза, и отхлёбывает виски из пузатого стакана, и только потом, когда ловит на себе ошалевшие взгляды, понимает, что взболтнул лишнего. — Ой… Хосок поспешно старается увести разговор до того, как до Чонгука — единственного, кто не в курсе — дойдет, но успевает лишь открыть рот. — Что за мир? — интересуется мелкий, сидя на соседнем от Юнги кресле, и, невинно хлопая длинными ресницами, переводит взгляд на Джина, пристроившегося у стены. — О чём это вы? Как жаль, что именно в такой ситуации обычно невнимательный Чон Чонгук вдруг услышал то, чего не следовало, и теперь нетерпеливо ждал хоть каких-то объяснений. Его вопрос заставляет всех мгновенно заткнуться — в шумной общей комнате, где они собрались все вместе после тяжелой битвы, чтобы отдохнуть, вмиг становится слишком тихо и напряженно: Чимин и Тэхён перестают о чем-то спорить; Хосок все еще сидит с открытым ртом; Юнги, из-за которого и случился весь этот конфуз, отворачивается к книжному шкафу, словно видит его впервые; а Намджун и Джин смотрят друг на друга и просто не имеют ни малейшего понятия, что делать в сложившейся ситуации и каким образом преподнести информацию мелкому. — Эээ… — Джин не отводит от Намджуна взгляда и чувствует себя умственно отсталым, когда издает этот звук. Он не знает, с чего начать. Спасибо, Мин-не-фильтрую-свой-базар-Юнги, за то, что так любишь создавать неприятности. Намджун видит, — Джину срочно нужна помощь — и поэтому решается разрушить воцарившуюся тяжелую тишину и первым попробовать дать Чонгуку объяснения. — Видишь ли, — он прокашливается в кулак и поворачивается к замершему в ожидании мелкому. — Мы, на самом деле, давно хотели тебе сказать, что… — Ты приёмный! — выдает Юнги и тут же заливается хриплым смехом. Намджун бьет себя рукой по лбу, а Джин роняет челюсть на пол и изо всех сил надеется, что остальные тупую шутку просто проигнорируют, но увы — Чимин и Тэхён начинают угорать вместе с черным магом и даже валятся с дивана на пол, хватаясь за животы. Хосок же добросовестно держится еще ровно три секунды, после чего не выдерживает и тоже взрывается диким ржачем, падая следом, а бедный Чон Чонгук ни черта не втыкает и просто поочередно смотрит то на Джина, то на Намджуна своими огромными детскими глазами, чуть приоткрыв рот. — Ладно, а теперь давайте уже все объясним, — говорит лидер, когда громкий гогот, стоящий на весь дом, наконец стихает, и сразу добавляет, что Юнги долбоёб и слушать его — идея говно прям очень. Пока Намджун замолкает на короткие несколько секунд, чтобы подобрать верные слова, Джин оставляет стену, у которой стоял все это время, и, пройдясь вдоль по комнате, опускает зад на кожаный диван. — Чонгук, сразу проясним одну вещь — мы от тебя ничего специально не утаивали, просто как-то не было возможности сказать, — уверяет демон, за что получает одобрительный кивок от лидера, сидящего рядом. Они действительно не пытались намеренно скрыть от Чонгука существование еще одного мира, в котором родился он и все его друзья, собравшиеся в комнате. — Не тяните кота за яйца! — подает голос Юнги, отставляя пустой стакан на маленький столик. — Расскажите ему уже! Намджун и Джин синхронно вздыхают и, соглашаясь со словами черного мага, начинают объяснять все, о чем Чонгук даже не подозревал долгое-долгое время. У мелкого брови ползут вверх, когда парни говорят ему, что помимо мира Тьмы, созданного для демонов, и мира людей есть еще один, где и те, и другие могут существовать вполне свободно, а магия не является чем-то удивительным и сверхъестественным. — И я один, кто ни хрена не знал? — вопрошает Чонгук, уставившись на Джина нахмуренным взглядом, и всплескивает руками, когда получает в ответ только пожимание плечами. — Ну пиздец, блять, как обычно! В отличие от остальных Чонгук куда раньше стал жить среди людей — Намджун и Джин забрали его, когда парень был еще совсем крохой — и по этой причине не имел никакого понятия о существовании еще каких-то других миров, пока, конечно же, сам не начал изучать магию. — Я хорошо знал твоих родителей, Чонгук, — в голосе у Намджуна отчетливо слышится грусть, которая тяготит его уже почти 20 лет, и в комнате, среди всех, в курсе об этом только Джин. Демон видит: другу всё еще тяжело вспоминать о давно минувшем. Пальцы его рук едва заметно дрожат, он тяжело дышит и нервно кусает губы — и чтобы хоть каким-то образом показать — всё в порядке, ты не виноват — Джин кладет свою ладонь на его колено. Легкая улыбка касается губ Намджуна, после чего он с возобновленной уверенностью решается продолжить разговор с Чонгуком, жаждущим подробностей всем своим существом. — Я пообещал им, что позабочусь о тебе, если что-то случится, — голос зазвучал спокойнее, отчего у Джина уголки губ непроизвольно дернулись кверху. — Они не очень-то хотели, чтобы ты занимался магией, поэтому я забрал тебя с собой и привел сюда. Намджун обводит взглядом помещение, Чонгук, с особым вниманием внемля каждому слову, понимающе кивает головой и оглядывается по сторонам следом, и где-то в этот момент Джин слышит, как брякают красные камни на браслете, и пережимает очередной взрыв своей Вселенной — рука Намджуна накрывает его собственную…