Волшебный камень Ландесаделя.

      Утром мы отправились в клинику. В приёмной сидела Анжелика, на столе перед ней лежала развёрнутая тетрадь для записей на приём. Когда вошёл папа, девушка встала. Она выглядела несколько встревоженной.       — Доктор Сноу, к вам пришёл человек, говорит, у него к вам дело есть, и что вы вчера договаривались о встрече.       — Да, и.?       — Здравствуйте, мистер Сноу.       Мы обернулись. У окна, удобно расположившись в кресле и скрестив руки на груди, на нас смотрел человек лет сорока, с чёрными усами и коротко стриженными волосами. Его серые быстрые глаза осматривали меня и, казалось, замечали каждую деталь. От этого пронзительного взгляда у меня пробежали мурашки по коже. Одет он был в длинный серый поношенный плащ, на ногах были кожаные сапоги до колен, на подлокотнике лежала шляпа. В этом человеке чувствовалась скрытая сила и власть. Смотря на него сейчас, мне слабо верилось, что именно этого человека мы спасли несколько дней назад.       — Простите, что пришёл раньше времени, — сказал человек, поднимаясь. -– Уж больно мне не терпится оказать вам ответную услугу.       — Благодарю вас, мистер Ричи. Позвольте мне представить мою семью. Это Тереза, моя жена, и дочь, Ингред. Это она первая заметила Вас, тонущим в канале.       — Ну, что же, Ингред, премного вам благодарен.       — Не стоит благодарности, — ответила я, смутившись.       — Хорошо, теперь давайте обсудим всё по порядку, — предложил мистер Ричи.       --Тогда пройдёмте в мой кабинет, пожалуйста, — сказал папа.       В кабинете у папы всегда было светло и чисто, и пахло бинтами. В шкафу за стеклом стояли книги и рабочие папки. На одной стене висели фотографии животных, схемы строения скелетов и мышц. На другой стене — награды и дипломы, а на столе между растений стоял кубок «1 Место». Этот кубок получил Генри в Нью-Орлеанской выставке собак. Под окном стояло кресло и софа. Папа сел за свой рабочий стол, мистер Ричи расположился в кресле, а я и мама — на софе.       — Итак, — произнесла мама, — прежде всего, мне хотелось бы узнать, где расположено ваше ранчо, и как до него добраться?       — Ранчо располагается в штате Колорадо. Мы планируем доехать до Чикаго на поезде, потом пересесть на поезд до Денвера. Дальше автобусом. Поскольку я большой поклонник природы, моё ранчо расположено поблизости, так сказать, курортного городка Гранд Лейк, в довольно уютной горной долине, защищённой от холодных зимних ветров. От городка можно доехать как на такси, так и мои ребята могут подвезти. Но если вы пожелаете самостоятельно добираться, то можете лететь самолётом до Денвера, а дальше — автобусом.       — Хорошо. А каковы условия жилья?       — На территории есть большой дом, где круглый год живут работники. Личные комнаты расположены на втором этаже, на первом — столовая и гостиная. На втором этаже две ванных комнаты, но на территории также есть баня с гостевой комнатой на втором этаже. Есть библиотека и пункт медицинской помощи с лазаретом. Помимо конюшен и хозяйственных построек, на ранчо есть небольшой огород и беседка для отдыха.       — А что касается оплаты за проживание?       — Что вы, миссис Сноу? Какая оплата? Я предлагаю вам пожить у меня совершенно бесплатно. Но если вы пожелаете помочь в обслуживании ранчо, я возражать не буду. Скоро должен подойти мой помощник, с такими вопросами лучше обратиться к нему.       — Хорошо. А…       — Прошу прощения, это же ведь ваша собака? — произнёс мистер Ричи, смотря поверх меня в окно. Я обернулась, мама и папа поднялись, и у всех троих вырвалось:       — Генри!!!       Я выскочила из кабинета и побежала к выходу. Каким же образом Генри оказался здесь? Я прекрасно помнила, как закрывала его утром в вольере. Оказавшись на улице, я позвала пса. Генри радостно замахал хвостом и подошёл ко мне.       — И как ты здесь оказался? — спросила я, беря пса за ошейник и отводя его в клинику.       — Красавец! — восхищённо произнёс мистер Ричи, когда мы вошли в кабинет. — Вы же заберёте его с собой?       — Конечно.       — Хм… А какой из него сторож?       — Самый лучший! — с гордостью ответила я. И тут мне вспомнился один случай.       Однажды днём, когда родители были на работе, а я дома, Генри вдруг начал скрестись в входную дверь. Было похоже на то, что кто-то забрался в наш сад. Я вышла посмотреть, но Генри проскочил в дверь вперёд меня и с лаем бросился к яблоням. Оказалось, что к нам во двор забрался Рой, главный враг садов и огородов нашей деревни и похититель чужих яблок. Он убежал, едва успев перескочить через забор… После этого случая Рой больше никогда близко не подходил к нашему забору и уж тем более не заглядывался на наши яблоки.       — Мистер Ричи, а кроме лошадей, на ранчо есть другие животные?       — Есть, конечно. Куры, пара коров, кролики. Но лошади — наша главная цель. Весной с конезаводов к нам завозят кобыл с жеребятами, за лето они подрастают и крепнут, и осенью их забирают обратно. Большая конюшня рассчитана одновременно на пятьдесят голов.       — Скажите, а вы мустангов видели? — не удержалась я.       — Конечно, и не единожды.       — Вы — ковбой? — Кажется, у меня заблестели глаза.       — Да, причём в молодости был самым удалым… — пустился в воспоминания мистер Ричи. — Моего коня зовут Немо. Он был мустангом, которого я сам поймал и объездил.       — И он вас не сбросил?       — -Нет, хотя он долго боролся за свободу, а я — за свою лошадь. Ведь у нас как: объездил коня — он твой, а если конь сбросил — его объезжает другой.       Я сидела в немом восторге. Настоящий ковбой! У меня перед глазами проносились сюжеты из кино и книг о жизни Дикого Запада. И я тут же представила мистера Ричи в облике ковбоя — конь нетерпеливо бьёт копытом, а он сидит в высоком седле, в одной руке поводья, а в другой — лассо… Здорово!       Тут в дверь постучали. Мы оглянулись в сторону двери, а Генри навострил уши и негромко тявкнул.       — Войдите, — сказал папа.       Дверь открылась, и в кабинет вошёл парень. Высокий, стройный, его открытое и чистое лицо обрамляли золотистого цвета волосы длиною до плеч. Но больше всего меня поразили его глаза — пронзительно голубого цвета. Такие глаза могли быть только у человека смелого, с благородной душой. Когда он сделал шаг вперёд, я невольно восхитилась — столько грации и лёгкости было в каждом его движении.       — Здравствуйте, — сказал он и, чуть наклонив голову, обратился к мистеру Ричи. — Вы вызывали меня, сэр?       Парень стоял ко мне в профиль, и поэтому я увидела, что у него прямой нос и словно отточенные рукой мастера губы. Черты лица были тонкие, но не мелкие. Он был похож на творение гениального скульптора, которое ожило. На вид ему было лет двадцать — двадцать два.       — Да, вызывал. Мистер и миссис Сноу, мисс Сноу, это мой помощник и правая рука — Уилл. Уилл, это мистер Йорк, миссис Йорк и их дочь Ингред. Они поедут с нами.       Когда Уилл взглянул на меня, меня окатило волнами жара и холода одновременно. Этот взгляд будто изучал, хотел добраться до самых дальних тайников души. Не выдержав, я отвернулась, но успела заметить, как губы парня дрогнули в насмешливой улыбке.       — Уилл, ты взял билеты на поезд?       — Сэр, прошу прощения, но на наш поезд было только три свободных места, два в одном купе, одно отдельно, сидячее. Из-за недавнего урагана многие стремятся покинуть город, и все билеты раскуплены чуть ли не на месяц вперёд.       — Какая досада… Что же тогда делать? — огорчилась мама.       — А почему бы не полететь самолётом? — спросил папа. — Насколько я понял, в Денвере есть свой аэропорт, да и будет это быстрее и дешевле.       — Понимаете ли, мистер Сноу, тут вот какое дело… Я боюсь летать на самолёте. Мне не по себе, когда понимаю, что под моими ногами — пустота, — несколько смутившись, ответил мистер Ричи.       Папа помолчал, глядя в окно и постукивая пальцами по столу. Он всегда так делал, когда о чём-то размышлял.       — Мистер Ричи, я могу поговорить со своей семьёй наедине? — попросил папа. Мужчина кивнул, и вместе с Уиллом покинул кабинет.       — Девочки, я предлагаю поступить так. Пусть Ин едет вперёд, а мы после приедем на машине сами.       — Но, милый, это же опасно! С практически незнакомыми людьми и в такую даль…       — Это лучше, чем оставаться здесь. Негры и бедняки громят магазины, нападают на одиноких прохожих. Чем скорее наша девочка покинет город, тем будет лучше.       — Не думаю, что это была бы уж совсем хорошая идея.       — Мам, а если со мной будет Генри? Ты же прекрасно знаешь, что он не даст меня в обиду.       — Тереза, решайся. Мы ведь тоже поедем, но своим ходом, как только уладим дела с клиникой. Уже послезавтра встреча с покупателем, нужно будет только подписать документы и получить чеки.       Мама хмурилась. Однако, помолчав некоторое время, она вздохнула и произнесла:       — Ладно, я согласна.       Папа пригласил мистера Ричи и Уилла обратно в кабинет. Мужчина сел обратно в кресло, парень остался у двери.       — Мы решили поступить так. Ингред поедет с вами, а мы приедем потом, на своей машине. Так будет лучше.       — Мудрый выбор, — кивнул мистер Ричи.       Тем временем мама изучающее смотрела на Уилла, а тот смотрел ей прямо в глаза.       — Но только с одним только условием, — наконец сказала она.       — С каким же, миссис Сноу?       — За мою дочь отвечаете головой!       — Прошу, не беспокойтесь. С нами Ингред будет в полной безопасности, уверяю вас.       — Ладно, — вздохнула мама. — Когда вы выезжаете?       — Послезавтра.