Неучтённый фактор

      — Я не буду участвовать в этом балагане.       — Гретта…       — Идите к черту, директор.       — Что ты себе позволяешь?! — возмутился Каркаров.       — А вы что себе позволяете? — зло прищурилась Гретта. — Или хотите сказать, что это не вы бросили мое имя в Кубок?       — Что за чушь? Конечно нет!       Сам Каркаров полагал, что его удивление выглядит достаточно натурально, но Гретта только поморщилась.       — О, умоляю, вы оскорбляете мои интеллектуальные способности. Вы — единственный в курсе моей настоящей фамилии, — она сверкнула глазами. — Были!       — И зачем бы мне, по-твоему, так подставлять тебя?       — Да затем же, зачем вы меня сюда притащили!       На пару минут в крошечной комнатке повисла тишина. Гретта и Каркаров сверлили друг друга взглядами, а затем…       — М-м, я прошу прощения, — дверь приоткрылась и в проеме показалась голова Людо Бэгмена, — но если все недоразумения улажены, то мы ждем вас обоих для объявления…       — Нифига, — перебила его Гретта. — Нифига ничего не улажено, потому что я все равно не стану плясать под вашу дудку.       — Тише, — процедил Каркаров, натянуто улыбнувшись. — Мистер Бэгмен, нам нужна еще пара минут. У девочки шок, выбор Кубка стал для нее большей неожиданностью, чем она предполагала.       — О, разумеется! — закивал Бэгмен. — Уже испаряюсь! Но, пожалуйста, поторопитесь.       — Зря вы так, директор, — холодно сказала Гретта, когда за ним закрылась дверь. — Вы же меня знаете, я такой скандал устрою, что от этого места камня на камне не останется, но в вашем паршивом шоу участвовать не буду.       — Дорогая, я нисколько не сомневаюсь в твоих способностях, — неожиданно мирно сказал Каркаров. — Более того, я должен извиниться перед тобой…       — Да плевать мне на ваши…       — … я виноват в том, что недооценил коварство Дамблдора.       — Что? — Гретта подняла брови.       — Ну подумай сама, — Каркаров взял ее под локоть и неспешно повел к двери, — зачем мне разоблачать тебя и подставлять себя? Ведь ты права, я единственный знал твою настоящую фамилию. Единственный — из нашей школы.       Гретта резко остановилась.       — Вы сейчас хотите сказать…       — Могу поклясться, что он узнал тебя, — кивнул Каркаров. — Ты же помнишь, как его перекосило, когда вы встретились? Более, чем уверен, что это Дамблдор бросил твое имя в Кубок, чтобы подставить. И мы оба знаем, что у него были на это веские причины…

***

      А тем временем, в комнате по-соседству набирала обороты массовая истерия.       — Гриндевальд! Мерлин, неужели это правда?! — хваталась за сердце МакГонагалл.       — Если девчонка действительно не бросала имя в Кубок, нужно провести отбор заново! — рычал лже-Грюм. — Мы не имеем права заставлять ее!       — Какое горячее участие, Аластор, — язвил Снейп. — С каких пор вас так беспокоит судьба мисс Грин?       — Господа, все это не имеет никакого смысла! — пытался воззвать к их рассудку Крауч. — Бросила ли девочка свое имя сама или кто-то сделал это за нее — теперь не важно. Кубок принял решение, магический контракт заключен, и ей придется участвовать в Турнире, хочет она того или нет!       — Я согласен с Барти, — мягко улыбнулся Дамблдор, и все замолчали. — Конечно, нехорошо принуждать кого-то рисковать, но раз уж так вышло, я полагаю, иного выхода нет ни у нас, ни у мисс… Грин.       — Какая жалость, не правда ли, профессор? — раздался вдруг от двери полный сарказма голос.       Все разом вздрогнули и обернулись.       — Прошу прощения? — брови Дамблдора поползли вверх.       — Действительно, крайне досадное недоразумение, — продолжила Гретта, мило улыбаясь, но взгляд ее был недобрым, — и вы, конечно же, совершенно ничего не можете сделать… Прямо как в двадцать седьмом, правда?       Дамблдор аж с лица сбледнул, все остальные навострили уши, почуяв, что могут пропустить что-то важное.       Однако Гретта всех благополучно обломала.       — Впрочем, любую неприятность можно обернуть в свою пользу, не так ли? — все с той же улыбкой пропела она, не отпуская взгляда Дамблдора. — Вот только, боюсь, моим однокурсникам понадобится время, чтобы принять неожиданно открывшуюся информацию обо мне, поэтому будет лучше, если какое-то время я поживу в замке. У вас ведь найдется для меня лишняя кровать? — она слегка склонила голову набок. — Ради общего блага…       Дамблдор, открывший было рот, клацнул челюстью, как чемодан крышкой, услышав последнюю фразу.       Зато оживился Снейп.       — В подземельях Слизерина есть свободная комната, — сказал он, глядя на Гретту с тщательно скрываемым одобрением. — Думаю, вам будет там вполне комфортно, мисс Грин.       — О, благодарю вас, профессор, — лукаво сверкнула глазами та. — Уверена, что проведу время в замке с большим удовольствием.       — Вот и замечательно! — воскликнул Бэгмен, сияя, как новенький галлеон, и все остальные поморщились от его пронзительного голоса. — Тогда пора переходить к делу! Барти…       — Это было великолепно, дорогая, — тихо сказал Каркаров, стоявший за правым плечом Гретты. — Что-то подсказывает мне, что этот Турнир войдет в историю.       — А мне что-то подсказывает, что мистеру Бэгмену неплохо бы было показаться целителю, — задумчиво отозвалась Гретта. — Его патологическая жизнерадостность начинает меня беспокоить…

***

      Получасом позже все обсуждения наконец были закончены, Крауч-старший отбыл в министерство, Бэгмен умотал в Хогсмид пропустить стаканчик, профессора во главе с оклемавшимся Дамблдором расползлись успокаивать взбудораженных учеников, а Снейп любезно предложил проводить Гретту в подземелья.       Коридоры к этому моменту были уже пусты.       — Мисс Грин, — не выдержал Снейп после пяти минут тишины, прерываемой лишь звуками их шагов, — могу я задать вам вопрос?       — Нет, профессор, я действительно не бросала свое имя в Кубок, — безмятежно отозвалась та.       — А…       — И да, я знаю, кто его туда бросил.       — Но…       — Но теперь это не имеет никакого значения.       — М-м…       — Мы, кажется, пришли?       Гретта изучающе оглядела сплошную стену, появившуюся за очередным поворотом коридора. Снейп примерно с таким же выражением оглядел саму Гретту.       — А вы не слишком обеспокоены произошедшим, не так ли?       — Беспокойство, профессор, это пустая трата энергии. Я предпочитаю действие.       Снейп пару секунд помолчал, прикидывая, во что обойдутся предпочтения мисс Грин Хогвартсу в целом и ему лично, а затем развернулся к стене и произнес пароль…       … чтобы тут же едва не оглохнуть от царившего в гостиной шума.

***

      Откровенно говоря, до Тремудрого Турнира и прочей общественной мути слизеринцам дела было мало. Особенно учитывая, что в этот раз в нее каким-то чудом не вляпался вездесущий Поттер.       Но новость о том, что в замок прибыла родственница легендарного Гриндевальда, не оставила равнодушным никого.       Впрочем, едва увидев появившегося в гостиной декана, «змейки» тут же синхронно захлопнули рты.       — Мисс Грин временно займет свободную спальню, — без предисловий объявил Снейп и жестом подозвал одну из старост. — Мисс Селвин, проводите гостью, помогите ей устроиться и проследите, чтобы за время ее пребывания здесь не произошло никаких эксцессов.       — А…       — Рассчитываю на вашу ответственность.       — Конечно, профессор.       Снейп еще раз обвел взглядом притихший серпентарий.       — Для излишне любопытных напоминаю, что уроки начинаются через десять минут. Если кто-то лишится баллов за опоздание — неделя отработок ему будет обеспечена. Мысль ясна?       — Предельно, — ответила за всех староста.       Удовлетворившийся этим ответом Снейп стремительно развернулся, взметнув полы мантии, и свалил, оставив Гретту под горящими интересом взглядами.       «Змейки» синхронно набрали в легкие воздуха, готовясь обрушить на гостью миллион вопросов, но та среагировала быстрее.       — Без комментариев. Мне туда? — и, дождавшись растерянного кивка старосты, бодро потопала в сторону арки, ведущей к спальням девочек.       Слизеринцы было разочарованно выдохнули, но в этот момент в проеме арки вновь показалась светловолосая голова.       — Для всех интересующихся, общий сбор вечером, после отбоя, в гостиной.