Долго и счастливо. Сборник

      Царапнув покрытый лаком стол сильверитовыми перчатками, Каллен тяжело оперся на костяшки пальцев.       — Мы все знаем историю Рэд-кроссингской резни из первых уст. Ничтожный повод толкнул людей и эльфов на неоправданную жестокость — но чем тогда может закончиться для клана Лавеллан операция в Викоме? Даже если долийцам удастся проникнуть в город незамеченными, даже если у них получится остановить это безумие… — Он сокрушённо покачал головой, глядя в отмеченную на карте точку. — Дворяне наверняка сочтут удобным обвинить эльфов во всех своих невзгодах, а горожане поддержат это решение и перебьют их до того, как мы успеем что-то предпринять.       Лелиана скрестила на груди до того сложенные за спиной, как у птицы, руки.       — Я вас услышала, коммандер. Что вы предлагаете?       Каллен выпрямился, сверкнул отстветом пламени в горящих глазах. Не было нужды догадываться о том, как он собирался ответить.       — Ввести в Виком войска. Выступить немедленно.       Его собеседница со вздохом уронила голову. Тень капюшона всего на мгновение скрыла от присутвующих её лицо, которое, судя по звеневшей в голосе стали, вновь стало непроницаемым.       — Мы не способны защитить клан миледи Инквизитора в любом случае. И вам это известно.       Последовала пауза, красноречивее слов говорившая о смятении в умах советников; Каллен нервно усмехнулся.       — Но… Мы не можем оправдывать такой риск своим бессилием! Вам ясно дали понять, что жители Викома сошли с ума!..       — Риск существует всегда. Мы можем хотя бы попытаться изменить ситуацию без кровопролития, обратив свои слабости в силу.       — Как можно обратить толпу поражённых красным лириумом дворян в свою силу? Я не понимаю.       — И всё же это не повод действовать по единственному понятному вам принципу.       — А разве это не веская причина задуматься о последствиях для эльфов?!       — Бездействие приведёт их к гибели, поймите уже наконец!       — Довольно!       Спорящие как по команде обернулись на Жозефину, до того не принимавшую участия в дискуссии. Её лицо вспыхнуло и тут же смягчилось.       — То есть… Пусть миледи Инквизитор сама решит, как нам следует поступить. Если от этого решения зависит судьба её клана, думаю, никто из нас не захочет брать на себя такую ответственность. — Жозефина пробежала взглядом пару строк из только что вскрытого послания. — Кстати, она прибудет с минуты на минуту.       Лелиана с Калленом молча переглянулись.

***

      По мере того, как Лаора вчитывалась в письмо от леди Гвиневры Волан, на её лице всё больше проступало напряжение. Каждая фраза только усиливала тревогу, хотя её истинные причины были искусно замаскированы эвфемизмами и каламбурами.       В который раз перечитав письмо, Лаора наконец отложила его в сторону, измученно облокотилась на стол и прикрыла глаза. В ставке командования снова воцарилось нехорошее молчание.       — Надеюсь, у вас есть идеи.       Лелиана чуть заметно кивнула Каллену. Впрочем, он и так собирался заговорить первым.       — Инквизитор, я предлагаю задействовать нашу армию. Дипломат Жозефины явно намекает на безумие, охватившее город, и в такой ситуации у нас просто нет другого выхода.       Слова повисли в воздухе где-то между ним и Лаорой; Лелиана решила воспользоваться моментом.       — Если, конечно, не считать выходом менее очевидные решения. Леди Волан сама указала нам путь нейтрализации назревающего конфликта — небольшой отряд клана Лавеллан справится с этой задачей лучше, чем все военные силы Инквизиции, а ваш Хранитель наверняка сможет облегчить состояние знати и городских жителей.       Лаора даже не пошевелилась.       — Дайте мне время, чтобы обдумать это. Наедине с собой.

***

      — Во имя Митал…       Каменная ограда балкона была покрыта коркой льда, обжигающе-шершавой на ощупь. Золотые рассветные лучи, пронизывая насквозь нетронутую бутыль какого-то крепкого кунарийского пойла, становились похожими на кровоподтёки. Лаоре вдруг захотелось столкнуть её с парапета, увидеть, как она разобьётся о плиты где-то внизу, взорвавшись на камнях огромной чернильной кляксой, но слова Быка вновь всплыли в её памяти и заставили отказаться от этой затеи.       «Выпей после того, как отдашь приказ. Ты уже делала это. Благодаря тебе выжили мои ребята и погиб целый дредноут. Только те, кто способен выбирать и жить со своим выбором, становятся лидерами — помни об этом, босс.»       Разумеется, в тот раз на Штормовом берегу выбирать ей было проще. Всегда проще делать что-то за других, руководствуясь их желаниями. В случае с Быками верное решение было таким очевидным — семья или сомнительные, пускай и перспективные, союзы… А вот решать такую задачу самой Лаоре ещё не приходилось.       Рисковать всем сразу или самым дорогим — какая разница, если любой шаг обернётся жертвами.       Краем глаза заметив на окнах покоев тень, напоминавшую очертаниями юношу в широкополой шляпе, Лаора обернулась.       — Коул…       Юноша подошёл к ней вплотную и с мольбой заглянул в глаза.       — Красное безумие жужжит, жалит, жжётся, жаждет жертв. Этим людям нужна помощь. Позволь себе помочь им. Позволь своей семье помочь им. Я пришёл помочь тебе… Тебе ведь тоже нужна помощь.       С минуту они просто смотрели друг на друга, затем Лаора отошла от ограды и заключила Коула в свои объятия, неосторожным движением сбросив с него шляпу. Едва почувствовав, что юноша гладит её по спине, она благодарно вздохнула и уткнулась носом ему в плечо; тут же по её щеке на кожу доспеха соскользнула первая слеза.       Именно этого она и ждала.

***

      Минуло несколько недель с того дня, когда Лаора сделала свой выбор. Позади было ещё полдюжины тревожных вечеров за отчетами из Викома — однако ни в один из них Лаора не оставалась наедине со своими страхами. Всегда к ней в кабинет заглядывал кто-нибудь из друзей или советников, но вовсе не за тем, чтобы хоть как-то повлиять на её решение; бутылка, подаренная Быком, так и стояла на комоде в её покоях.       Однако на этот раз известий с другого берега Недремлющего моря пришлось ждать вдвое дольше обычного. Чтобы унять глухую тревогу, Лаора ещё до зари спустилась в сад.       — Я подумал, что этот отчёт должен доставить тебе лично. Леди Монтилье и Сестра Лелиана единодушно меня поддержали.       Каллен, беззвучно вошедший в беседку, опустился на скамью. В мучительном ожидании событий дня грядущего Лаора не заметила ни того, как он пришёл, ни того, что за тёмными очертаниями хребтов и башен Скайхолда небо начинало стремительно светлеть.       — Наши войска прибыли вовремя, Инквизитор. Объединённая армия городов Вольной Марки была уже на подходе к Викому, когда наши солдаты установили знамя Инквизиции на городской стене. Все разногласия были быстро улажены благодаря усердию леди Волан, развенчавшей слухи об эльфийском мятеже и раскрывшей знати глаза на злодеяния венатори. Эльфы же — и городские, и долийские — на данный момент в безопасности.       Каллен перевёл взгляд с дорожек сада на её лицо, враз отбросив ненужные формальности.       — Лаора, ты справилась с этим.       Небо из дымчато-сизого медленно превратилось в голубое с редкими ало-рыжими всполохами облаков; Лаора Лавеллан вдохнула прохладу раннего утра.       — Мы справились все вместе. Спасибо, Каллен.       — Тогда, быть может, партию в шахматы?       — У меня есть идея получше. — Лаора встала со скамьи и потянулась. — Зови всех в таверну. Покажем Быку, что не только крепкий алкоголь помогает настоящим лидерам быть лидерами.       Каллен еле слышно усмехнулся и, поднявшись, вышел из беседки навстречу очередному рассвету.