Коул. Сострадание
29 апреля 2019 г., 22:49
Чья-то боль уже с четверть часа не давала Коулу покоя. Она была словно шёпотом на грани сознания — неуловимым, неразборчивым, ускользающе-зовущим; то стихая, то вновь набирая силу, эта боль вела его через мрак осенней ночи подобно свету маяка.
Коул сразу понял, что она исходит не с нижних этажей таверны и уж точно не из лазарета — её источник был значительно выше, на уровне крепостной стены. Выбравшись на улицу из башни, вплотную примыкавшей к чердаку Приюта Вестницы, он поёжился и судорожно выдохнул. Облачко пара вырвалось из его рта, чтобы бесследно растаять во тьме. Шёпот в голове стал чуть отчётливей.
Глаза быстро привыкали к темноте, и Коул, прислушиваясь к чужим страданиям, сделал несколько нерешительных шагов вперёд. По телу его вдруг пробежали мурашки, ледяной волной лизнул кончики пальцев застарелый страх — полузабытый кошмарный сон, который он переживал снова и снова, пока леди Инквизитор не помогла ему остановиться.
Нет, этого не может быть…
Оцепенение пропало, и ноги сами понесли Коула к полуразрушенной башне. Голос звучал всё громче и громче, в нём проскальзывали знакомые нотки, но то, о чём он говорил, заставляло сердце Коула сжиматься и холодеть.
Распахнув что есть силы последнюю дверь, он застыл на пороге.
— Что за… Коул? Дыхание создателя, как же ты любишь появляться из ниоткуда.
Каллен убрал ладонь с рукояти меча, облокотился на ограду и с облегчением покачал головой.
— О чём ты думал?!
Коул тяжело дышал. Наверное, Каллен не понял истинного смысла вопроса — как бы там ни было, он нервно усмехнулся и посмотрел на юношу поверх плеча.
— Знаешь, я бы хотел спросить у тебя то же самое. Хвала Андрасте, ты вовремя остановился… Не стоит бегать по Скайхолду сломя голову, хотя бы ночью.
— Нет, Каллен, я спросил тебя, о чём ты думал.
Коул сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Его одолевала дрожь, сердце его захлёбывалось, а воздух обжигал горло, но хуже всего было то, о чём Каллен так и не сказал.
— Я… Кажется, я начал понимать…
— Ты думал о доме. На пустоши. Ты думал о том, как брат и сестра прятались в кухонном шкафу. Но сестра, она плакала… Почему именно это? Зачем…
У Коула подкосились ноги. Он сполз по стене и забился в угол, укрывшись полями своей шляпы. Каллен было бросился к нему, но замер буквально в паре шагов. Вздохнул.
— Ладно, Коул, я понял тебя. Прости, мне не стоило… Думать об этом. Кто же знал, что ты читаешь мысли на таком расстоянии.
По шуму и скрежету наплечников о камень Коул понял, что Каллен всё-таки опустился на землю рядом с ним. «Совсем как Рис, — подумал юноша и сразу же отогнал эту мысль. — Но Рис был и остаётся другом, понимает. А Каллен…»
— Эй, ты в порядке? Наверное, тебе стоит вернуться в таверну. Я слышу, как ты стучишь зубами.
Коул замер. Дрожь унялась.
— Знаешь, у меня ведь есть сёстры. Они вечно так далеко — но мне спокойнее, когда они в безопасности. И у меня просто в голове не укладывается, каково это — пережить такое; жить в семье без любви, под гнётом безжалостного монстра… С трудом представляю, как ты страдал. И как страдаешь до сих пор.
Под тяжестью воспоминаний Коул будто сжимался ещё сильнее, однако мысль, мелькнушая в уставшем сознании, искала выхода. Медленно, подбирая и взвешивая каждое слово, он заговорил.
— Я услышал тебя, потому что тебе было больно. Я ведь слышу боль и печаль, не все мысли. Оно было таким неразборчивым, потому что болело и у меня тоже. Это… Сострадание? А твоя печаль — отражение моей…
Каллен усмехнулся, на этот раз уже вполне спокойно.
— Думаю, Коул, ты куда лучше меня разбираешься во всем, что касается сострадания. Но да, если честно, твоя история потрясла меня. Я всё думал о том, как мы можем помочь тебе; Лаоре, кажется, удалось… — Каллен сокрушенно вздохнул. — Вот только думать я не перестал. Извини.
Спустя какое-то время он поднялся и, попросив Коула не сидеть на холоде, исчез в сыром мраке. Коул ещё долго смотрел ему вслед.
«Нет, Каллен. Это я должен извиниться.»
