Тьма и свет

      Асока проснулась рано. Солнце только начинало освещать рассветными лучами её родную планету Шили. Почему-то Штейн избрал именно этот мир для начала основных тренировок. Тано была не против. За время обучения в Ордене Джедаев и ведения войны она так и не попала на родину. Это несколько удручало, но теперь, снова очутившись дома, девушка была счастлива.       Встав с кровати, она оглядела палатку. Одежда девушки валялась на стуле. Там же лежали и её мечи. Шили, хоть и уже давно входила в состав Республики, опасений о том, что их найдут, было немного. Само собой, и ей, и Штейну приходилось скрывать свой род деятельности и истинную причину прибытия на планету. Поэтому они выбрали максимально удаленное место от столицы для того, чтобы основать там временный лагерь. Но это не могло испортить настроение юной тогруты.       «Империи», — мысленно поправила себя Тано. — «Республика перестала существовать».       Новость о том, что Верховный Канцлер Палпатин реорганизовал республику в очередную Империю разнеслась быстро, но Асоку это не трогало. Республика, Империя — какая разница? Политика — это последнее, о чём сейчас хотела думать девушка.       Откинув полог палатки и выйдя на свежий воздух, тогрута с лёгкой полуулыбкой взглянула на полосу рассвета. Она не стала себя обременять одеждой. Штейн уже несколько дней находился в медитации и заранее предупредил, что может остаться в ней на неделю или больше. Разумных существ вокруг не было на многие километры, поэтому Асока без какого-либо стеснения нагишом двинулась в центр лагеря. Лёгкий ветер ласково щекотал нежную кожу, а ещё не согревшаяся от ночной прохлады земля приятно освежала. Увидев, что костер до сих пор тлеет, Тано решила, что насущные дела могут подождать. В конце концов, она уже давно не наслаждалась природой вживую, довольствуясь лишь подсознанием.       Она с озорной улыбкой вышла за пределы лагеря, войдя в бурьян. Оранжевая трава доходила до середины живота и щекотала пупок. Асока с интересом наблюдала за своими длинными босыми ногами, которые почти сливались с травой. Кожа все-таки была чуть темнее.       Пройдя несколько километров, девушка вышла к реке. Сильный поток воды рассекал долину на две части. Присев на берегу, тогрута медленно опустила ладони в воду и умылась. Приятная прохлада отогнала остатки сна. Лёгкая прогулка, конечно, тоже освежала, но подлинную бодрость она ощутила только умывшись. Недолго думая, Асока вошла в воду. Она оказалась холоднее, чем показалось сначала, но девушку это не остановило. Она развернулась, откинулась на спину и позволила течению нести себя. В груди появилось чувство лёгкости. Это было сравнимо с пребыванием в невесомости, но вода была приятнее, чем пустота.       Через несколько минут она подплыла к берегу и вышла из воды. В голове появилась глупая идея. Девушка закусила губу и с интересом склонилась над водной гладью, разглядывая себя в отражении.       Тано никогда не задумывалась, красива ли она. Обучение в Храме было аскетичным, да и в детстве её не интересовало подобное. На войне было как-то не до этого. Сейчас же тогруте стало интересно. Из воды на Асоку смотрела красивая девушка. Высокий лоб, большие голубые глаза, которые ярко выделялись на фоне бурой кожи. Над глазами складывался приятный белый узор. Кажется, у людей это называлось бровями. При этой мысли Асока улыбнулась и чуть-чуть наморщила свой слегка вздёрнутый носик. Ей это показалось милым. Ещё милыми ей показались белые отметины на щеках. Они были чем-то похожи на своеобразные клинки с широким лезвием, и прекрасно оттеняли цвет кожи. Улыбка стала шире. Кстати об улыбке! Тано чуть расслабилась и убрала её с лица, не переставая улыбаться глазами. Её взгляд был прикован к собственным губам. Они были чуть темнее кожи. Пухлые, мягкие. Она в этом удостоверилась, проведя по нижней пальцем, а после закусив. Это вызвало смех. Она и подумать не могла, что так красива. Но ведь лицо — это ещё не все. Усмехнувшись собственным мыслям, Асока ещё раз внимательно взглянула в воду.       Длинная шея мягко переходила в прямую линию ключиц. Тогрута улыбнулась. Она понимала, что, по сути, является ещё ребёнком. Ей едва стукнуло восемнадцать. От этой мысли только разыгрался интерес. Взгляд скользнул дальше, к груди. Асоку радовало умение управлять Силой. В противном случае, она рисковала скорее упасть в воду, чем увидеть свои грудь и живот. Отражение ей понравилось. Два небольших упругих полушария груди увенчивали набухшие тёмные соски. Девушка провела пальцем по рёбрам, но удержалась от соблазна провести по соску. Она ещё не все рассмотрела. Грудь переходила в плоский живот. На боках, чуть выше пупка, появлялись две белые линии. Это было приятно глазу. Девушка провела по одной линии, лёгкая щекотка заставила ещё раз улыбнуться. Рука по своей воле потянулась ещё чуть ниже. Асока прикрыла глаза и потеряла концентрацию, с размахом упав в, как ей показалось, на этот раз ледяную воду.       Возвращаясь в лагерь, Асока чувствовала себя великолепно. Солнце медленно ползло по горизонту, согревая и обещая ясный день. Наскоро одевшись и взяв мечи, тогрута начала тренировку. В её глазах было удовлетворение, а движения стали более уверенными и чёткими. Совсем скоро начнутся настоящие тренировки, которые потребуют от неё максимум сил и умений. Девушка не могла ударить в грязь лицом. Теперь она знала, что не просто является носителем величайшей Силы. Теперь она была уверена, как никогда!