Vie de gratter 2. Croyez moi.

      — Мои братья, мои сёстры, мои друзья. — Начал Гриндевальд, выйдя в середину, и подняв руку, призывает толпу к вниманию. — Сегодня вы дарите свои аплодисменты не мне. Нет. Они предназначены вам самим. — Он промолчал. — Вас привели сюда жажда перемен и понимание того, что обычаям прошлого больше нет места. Вы пришли, потому что жаждете чего-то нового. Иного. — Он замолк. Луиза посмотрела на стоящего рядом Ньюта. Он сосредоточенно смотрел на мага. — Говорят, я презираю Les Non-Magiques. Маглов. Не-магов. Не-волшебников. — Он выждал минуту.— Это не так. Я не сражаюсь из ненависти. Я считаю, что маглы не хуже нас. Они другие. Они не бесполезны, их польза в другом. Они не лишние, у них просто иное предназначение. — Сделал паузу.— Магия зарождается только в избранных. Ею владеют только те, кто живёт для высших целей. И мы построим прекрасный мир для всех нас, мы, кто живёт ради свободы. Правды… И ради любви.— Луиза прижалась плечом к Ньюту. Сейчас, когда пришло понимание, что в этот момент может произойти, ей стало по-настоящему страшно. Скамандер приобнял девушку за плечи. — Пришло время показать, какое будущее ждёт всех, если мы не восстанем и не займём то самое место, что принадлежит нам по праву.        Розье поднесла Гриндевальду кальян в виде черепа. Наступила полная тишина. Свет кальяна озарил лицо Гриндевальда. Он поднёс трубку к губам и сделал глубокую затяжку. Когда маг выдохнул, произошло нечто удивительное: струился дым… В дыму то и дело мелькали изображения… Люди изумлённо выдохнули. Раздавался грохот… Грохот тысяч марширующих солдат… Слышались взрывы… Вооружённые люди мелькали перед глазами публики. Один за другим люди падали… Был слышен крик… Огонь пылал, дрожала земля… На лицах людей в зале был неподдельный страх. На глаза Луизы навернулись слёзы. Вдали, на этой страшной картине, стояли дети… Дети с винтовками, с оружием… И точно также, как и взрослые люди, солдаты, они падали… Война не щадила никого… А затем картина ядерного взрыва… — О, Мерлин!.. — прошептала девушка. Вдруг страшное видение исчезло, дым рассеялся. Вся публика облегченно вздохнула. — Только не война…— Прошептал Якоб, стоящий на другом конце зала. — Вот с чем мы сейчас сражаемся. Это наш враг. Их высокомерие! Их жажда власти! Их варварство. Сколько времени пройдёт, прежде чем они обратят это оружие против нас? — В зал вошли мракоборцы.— Прошу вас сохранять спокойствие. Среди нас есть мракоборцы. Присоединяйтесь, братья волшебники! — Толпа забурлила ненавистью, слышался свист и злобные возгласы. Один из молодых мракоборцы встретился взглядом с рыжеволосой ведьмой. Оба схватились за палочки. — Они убили многих моих последователей. Это правда. Они держали меня в заперти в Нью-Йорке, пытали. Они губили таких же волшебниц и волшебников. Из-за того, что те искали правду. Хотели свободы. — Луиза чувствовала, что Геллерт играет на чувствах Рыжеволосой. Мракоборец поднял палочку. Мэлоун прижалась к Скамандеру. — Ваш гнев, жажда мести естественны! — Рыжеволосая подняла волшебную палочку, чтобы произнести заклинание, но мракоборец опередил её. Зелёная вспышка, и ведьма упала замертво. Луиза почувствовала как слезы навернулись на глаза. — Нет! — крикнул Гриндевальд и подбежал к лежащей на ступеньках. Толпа раздвинула ему проход. Он опустился на колени, и взял безжизненное тело девушки на руки. — Отнесите эту юную воительницу к её родным. — Луиза еле сдержала крик. Из сапога Гриндевальда вылез нюхлер, и что-то отдав второму, нюхлеру Луизы, они оба скрылись в толпе. — Трансгрессируйте. Уходите. Разнесите по всему миру моё слово. Это не мы были жестоки. — Волшебники взяли тело и, вместе с большей частью публики, трансгрессировали.       Мракоборцы спустились к первому ряду. С надменным видом Гриндевальд отвернулся от мракоборцев: — Протего Диаболика! — Вот так. Заклинание высшего уровня. Заклинание мощи. В следующее мгновение Гриндевальд развернулся и очертил круг магического огня. Выходы закрылись. Абернэтти, Кэрроу, Крафт, Макдафф, Нагель и Розье — все, которых знала Мэлоун, пересекли черту. Кралл перешёл линию, но сгорел заживо. Луиза вздрогнула. — Мракоборцы, присоединяйтесь ко мне. Поклянитесь мне в вечной преданности или умрите. Только здесь вы обретёте свободу, познаете себя. — Гриндевальд послал новые языки пламени вслед спасающимся бегством мракоборцам. — Следуйте правилам, и не пытайтесь обмануть! — Криденс! — крикнул Ньют, и попытался пройти к нему, сражаясь с огнём, но тот лишь сильнее бил, превращаясь в гигантских змей. Криденс вырвался от Нагайны и шагнул в огонь. Та пыталась его остановить, но стена огня отбросила назад. — Криденс, остановись! — с мольбой в голосе крикнула Мэлоун. Тот, поразмыслив секунд двадцать, всё-таки шагнул в огонь. Куинни ведёт Якоба к огню. «Самоубийца, что-ли.! Куинни не смей!»       Раздаётся крик Якоба. Луиза, обернувшись, увидела, как Куинни шагнула в чёрный огонь. Та, кое-как, с видным мучением на лице, прошла сквозь огонь и дезаппарировала. Тина пыталась сопротивляться, но огненный круг все яростнее жёг языками, вынуждая мракоборцев спасаться бегством. Луиза грустными, но в то же время яростным взглядом окидывала помещение. — Мистер Скамандер, вы думаете, что Дамблдор будет скорбеть по вам? — Гриндевальд послал в братьев Скамандер язык чёрного пламени. — Гриндевальд! Стой! — услышали все присутствующие в зале голос Литы. — Лита…— Произнёс Тесеус. — Вас я, кажется, знаю.— Тесеус отчаянно пытался пробраться к Лите. — Лита Лестрейндж. Вечно презираемая, нелюбимая, гонимая, но храбрая, очень храбрая. Вам пора домой, — Он протянул ей руку. Она помедлила. Гриндевальд пристально смотрел на неё. Лита оглянула Скамандеров. — Я люблю тебя. — Произнесла она сразу двоим. Направила палочку на череп в руках Розье. Череп с грохотом взорвался. В следующее мгновение Гриндевальд обратился в бешеный чёрный смерч. — Уходите! Уходите!       Языки пламени приближались к Лите. Луиза, казалось, обезумев, бросилась к пламени. — Мэлоун, остановись! — крикнул Ньют, и попытался броситься за ней, но его брат придержал его. А девушка не слышала. Она прорывалась к подруге. — Лита, уходи, живо! — Кричала Луиза. Прорвавшись сквозь огонь, она откинула Литу в строну небольшим заклинанием. — Добралась до истинной силы, Мэлоун? — воскликнул Гриндевальд. И пустил в неё ещё несколько языков пламени. Та успешно отбивалась. Мэлоун увидела стоящую поодаль Розье. Та стояла с удивлённым, испуганным лицом, и смотрела на дочь. — Да кто ты такая, чтобы противостоять мне?! — воскликнул маг. Ньют смотрел на девушку. Вся растрёпанная, в крови, сейчас билась с самым могущественным волшебником этого времени. Казалось, что внутри неё самой сейчас огонь, похуже того, что создал Гриндевальд.       Луиза прокричала: — Протего Фортекулилум*! — казалось бы, заклинание вылетело прямо от сердца девушки. Рыжее пламя окружило синее пламя Геллерта. Пламя Мэлоун наскакивало на темное. — Тесеус! Ньют!.. Быстро уведите всех! — Крикнула девушка. Маги начинали трансгрессировать. Тина схватила Якоба, Кама помог Нагини. Тресеус подбежал к Лите, и они вместе трансгрессировали. Ньют подбежал к Мэлоун. Та, держала огонь (А также Гриндевальда) в кольце огня. — Скамандер, быстро уйди! — крикнула девушка, но из-за того что отвлеклась, Гриндевальд пробил в её защите дыру, и начал быстро кидать на нее языки пламени. Ньют подбежал к только что вставшей с пола девушке (упала она из-за выброса энергии) и трансгрессировал с ней.       Они аппарировали на кладбище из амфитеатра. За ними следовали языки чёрного пламени. Фламель трансгрессировал сюда же, и сразу закричал: — Вместе, в круг. Палочки в землю! Иначе весь Париж будет разрушен! — Все волшебники закричали: — Фините! — Очищающий огонь заставляет Гриндевальда отступить. Город был спасён…       Фламель стоял и утешал Якоба. Нагайна сидела одна, в темноте. Луиза заметила, что на глазах у той блестели слёзы. Лита подбежала к Луизе и, со слезами на глазах, обняла её: — Прости меня…— Сказала она, всхлипывая, — Спасибо, что спасла…— дальше Лита говорить не могла. Она лишь тихо плакала в плечо подруги. Тесеус и Ньют стояли вместе. Затем Тесеус подошёл к ним. Лита обняла его. Луиза отошла, решив не мешать. Она прислонилась к стене. Тина стояла рядом с незнакомым Мэлоун мужчиной. Видимо это и был тот самый Ахиллес Толивер. Кама присел рядом с Нагини.       Луиза подняла голову и увидела стоящего рядом с ней Ньюта. Он посмотрел на неё. Затем обнял. — Зачем ты вообще туда полезла…— Спросил он, зарываясь в её волосы. — Я бы не пережил… — Девушка уткнулась носом ему в плечо. — А ты, мог и не лезть под огонь…— Девушка тихо всхлипнула, а затем почувствовала, как что-то трется о её ноги. Она посмотрела вниз, и вздрогнула. У её ног стоял один нюхлер, явно только что побывавший в том же бою, что и они. А вот второй, её нюхлер, лежал, почти не дыша. Девушка вскрикнув, подняла двух нюхлеров и прошептала: — Ньют…— На глаза сразу навернулись слёзы, девушка смотрела на своего, еле движущегося нюхлера, и прошептала: — Ему ещё можно помочь?..— Девушка едва сдерживала чувства, которые сейчас бушевали внутри неё. Ньют забрал её нюхлера на руки и посмотрел на него. Тот уже почти не дышал. Ньют посмотрел на девушку печальным взглядом. Нет, маленькому зверьку уже ничем не помочь. Он опустил нюхлера на землю. Тот, казалось бы, улыбнулся, и, через пару минут, перестал дышать. Он попал под то пламя Гриндевальда. Луиза почувствовала, как слёзы начали медленно стекать по её лицу. Нюхлер Ньюта подполз к своему другу и обнюхал его. Не найдя признаков жизни, тот, казалось бы тоже начал плакать. Девушка присела рядом со своим маленьким другом. Закрыв лицо руками, та заплакала. Ньют присел рядом с ней и обнял её. А к ним прижался оставшийся в живых нюхлерчик.

***

      Рассвет. Снова в Хогвартсе. Снова здесь. Но без своего верного друга… Война не щадит никого…       Дамблдор шёл по мосту Хогвартса навстречу Ньюту, Луизе, Якобу, Тине, Тесеусу, Нагайне и Треверсу. Неподалёку стояли несколько мракоборцев. Ньют и Луиза вышли навстречу Дамблдору. Они встретились на середине моста: — Это всё правда? Про Криденса, Нюхлера.? — Ньют с Луизой кивнули. Вторая с более грустным видом. — Мне очень жаль. — произнёс Дамблдор. Ньют достал из кармана склянку. — Это клятва на крови, верно? Вы поклялись не сражаться друг с другом? — Дамблдор кивнул. — Но как во имя Мерлина ты раздобыл это? — Из кармана Ньюта высунулся нюхлер. Но он даже не посмотрел на отобранную у него склянку. Луиза до крови закусила губу. Дамблдор, видимо увидя это, произнёс: — Я думаю, тебе лучше уйти к себе, Луиза. — Та кивнула, и, видя удивлённый взгляд Ньюта, грустно улыбнулась ему. — Спасибо, я буду у себя в кабинете. — Сказала она, и круто развернувшись на каблуках, пошла по направлению к воротам Хогвартса…

***

Примечание автора:

Дорогой читатель, я хочу чтобы ты знал: смерть малыша-нюхлера я перенесла довольно тяжело. Изначально, такой идеи и в мыслях не было. Ну, а затем пришлось сделать именно так. Затем, написав эту главу, я подумала: «А с какого это перепугу он умер? Могло же всё обойтись…       Потеря нюхлера для Луизы точно такая же, как и потеря подруги. Но в то же время нюхлер связан только с ней, Элоди и Эдит. Ну и Ньютом немного. Эдит погибла при «Битве в Шармбатоне», Элоди находится в Америке, и, кстати, в это время приглядывает за Модести. Получается, то что нюхлер связан только с двумя. Тем временем, если умрёт Лита, то погибнут важные части жизни трёх героев, а Тесеус и подавно погибнет. Но по моему мнению, нюхлер погиб не просто так. Он стал жертвой вместо Литы…