Хет-трик

       Рассеянный неоновый свет, пятнами вырывающий из полумрака помещения барную стойку и лица смеющихся загулявших посетителей, невнятное техно из динамиков и громкий гомон голосов – бар встречает футболистов как обычно, точно так же они отмечали здесь день рождения Димы месяц назад.        Кажется, даже наливал им тот же бармен, что сейчас загадочно улыбается, наполняя для Феди два высоких бокала. Федя даже не разбирает, что в бокалах, просто ощущает в руках холодное тяжелое стекло, наслаждается легкой эйфорией от победы и бесконечных поздравлений ребят и, выискивая глазами Марио, нервно пробирается к самому дальнему столику.        Марио выглядит совсем не таким бодрым, даже вымотанным, он принимает принесенный бокал, обхватывает тонкими губами стеклянный край и очень медленно делает пару глотков, затем почти незаметно морщится и издает короткий смешок.        Наблюдающий за этими манипуляциями Федя даже не улыбается. Он серьезен – пожалуй, слишком серьезен для такого вечера. Ну и кто здесь собирался праздновать?        - Федя? - Марио мягко тянет парня за локоть, приглашая наконец присесть.        - Федь, и чего вы так далеко забрались, прячетесь что ли? – появившемуся откуда ни возьмись Косте весело и он шутит – похоже, всем сегодня весело, кроме Феди – Костя говорит что-то про ребят, хлопает по плечу Марио, обнимает и еще раз поздравляет Федю и наконец снова скрывается из виду.        - Он звал присоединиться. Мы сегодня и правда сами себя переплюнули, - Федя фальшивит, как будто слышит себя со стороны и резко осознает, что говорит совсем не то, что сейчас нужно, - тебе здесь нравится?        Марио неопределенно качает головой, затем опускает взгляд на бокал и неловко улыбается:        - Кажется, мне хватит.        - Мы можем уйти отсюда, без проблем. В смысле, не обязательно вместе. Просто если тебе некомфортно… - Федя чувствует, что нещадно вторгается в чужое личное пространство и совсем не уверен, что имеет на это право. Его щеки покрываются румянцем.        - Давай посидим еще чуть-чуть. Я рад, что пошел сегодня вместе с тобой.        Марио вновь касается руки Феди, на этот раз парень поддается и опускается на диванчик рядом с бразильцем.        - А я рад, что мы играем в одной команде. Когда я смотрю на твою игру и на тебя...        Федя краснеет пуще прежнего и порывисто сжимает плечо одноклубника. Марио становится серьезным, он поворачивается и хочет что-то сказать, но Федя внезапно подается вперед и касается губами его полуоткрытых губ – он сам не понимает, что на него нашло, и точно никогда себя не простит, если это поставит крест на их только зарождающейся хрупкой дружбе, но пересилить себя не может. Он просто чувствует, что все самое совершенное, виденное им в этой жизни, сосредоточено сейчас в сидящем рядом человеке и отчаянно желает прикоснуться, ощутить вкус.        Горячие губы Марио вздрагивают, но не отвечают, бразилец снова морщится – чуть заметнее, чем ранее от алкоголя, мягко притягивает к себе парня для объятия и тихо-тихо, почти неслышно шепчет:        - Не нужно.        Федя понятливый парень, он уже с пяти лет играл в группах со старшими пацанами и проявлял чудеса сообразительности на поле и за его пределами, Феде не надо повторять дважды – он молниеносно отстраняется, закусывает губу, кидает невнятное «прости» и вскакивает с места. Марио не пытается его остановить.        Лучше бы он разбил в детстве все фигурки из серванта, распорол запястья острыми осколками, мать закрыла бы его на неделю дома и запретила заниматься футболом.        Лучше бы он пропустил самую важную в жизни тренировку и никогда не попадал в клуб с таким громким именем.        Лучше бы он не узнавал, что в мире существуют идеальные люди, которые похожи на ангелов, никогда не нарушают режима и к которым невозможно прикоснуться, не опалив при этом сердце.        Только бы не терпеть сейчас эту невыносимую боль.        Уже на самом выходе из бара спешащего бледного Федю вновь окликает Костя и зовет выпить за талантливого автора сегодняшнего хет-трика. Про себя Федя почти проклинает эту победу, но без лишних раздумий соглашается, только бы не оставаться сейчас в одиночестве и хоть ненадолго укрыться от разрастающейся где-то внутри черной дыры.