The Choice

— Мы с Гуком вчера работали в ночную смену и от нечего делать составили статистику, — вдруг произносит Хосок, наливая кипяток в чашку. Его красивые, тонкие пальцы барабанят по столу, и этот тихий стук эхом отдается в ушах Чимина. После тяжелого рабочего дня Хоби решил остаться у лучшего друга и немного растормошить мозги обычными бытовыми вещами, такими как безалкогольные посиделки, комедийные передачи и расслабленные разговоры ни о чем. Последняя неделя была сложнее обычного. Хосок не знал, что Чонгук лишь недавно «вступил в клуб» убийц нечисти, и вообще это получилось чисто случайно. Хоть Чонгук и говорил, что уже работал с этим раннее, на личном опыте он мало что знал, и кроме работы с главными делами, Хосок также помогал младшему коллеге быстрее влиться в процесс, показывая различные энциклопедии, рассказывая важные для спасения жизни вещи и уловки, а также часто приводя того к Чимину домой, даже когда самого хозяина квартиры там не было, зато была хорошая и полезная библиотека. Ибо на всё это неумение и неопытность Чонгука Юнги было в принципе наплевать, что он там может, а что нет. Его устраивало и то, что Чон снабжал его заданиями, а больше от него ничего и не требовалось. — Ага, и что там было? — с интересом спрашивает Чимин. — Подсчитывали количество съеденных пончиков за неделю? — Я почти засмеялся, — Хоби плюхается на диван в чистой пижаме и поджимает под себя ноги. — Ты же уже неделю работаешь с Юнги в паре, да же? — Чимин закатывает глаза, стоя вне поля зрения Хосока, но тот словно чувствует этот недовольный жест. — Ой, давай только без этого. После вашего объединения статистика решённых дел возросла в три раза по всему штату. В три ебанных раза, Чим! — чуть громче повторяет он и с вальяжным видом делает глоток чая с мятой. — Прекрасно, — язвительно отвечает охотник, вынимая чайный пакетик из кружки. Хосок не видит его, и никто другой его не видит. Поэтому Чимин улыбается. Улыбается счастливо и широко, после сказанных Хосоком слов. Он рад, что они с Юнги работают вместе, ибо свою «работу» он ставит на первое место в жизни, хоть этого и не показывает. И главной целью его существования сам Чимин считает спасение. Спасение неугомонных душ, спасение людских жизней, спасение мира и спасение собственного достоинства. Хосок знает это. Конечно же, он знает. Чон Хосок далеко не первый день, и даже не первый десяток лет стоит плечом к плечу со своим лучшим другом. Он знает, что Чимин рад и счастлив слышать это, и что в глубине души охотник благодарен судьбе за то, что та послала ему такого же умелого профи, как и он сам.

***

— Знаешь, мне кажется, что Юнги подозревает что-то, — спустя несколько минут молчания под шум телевизора произносит Чимин. — С чего ты взял? — Хоби откусывает шоколадный батончик и протягивает его другу. — Не знаю, как сказать, но я чувствую это. Плюс ко всему, он задавал мне какие-то подозрительные вопросы… Да и вообще он — ебанный сыщик. Очень внимателен. Намного внимательнее меня и тебя, — Чимин разом доедает шоколадку, отчего Хосок чуть кривит бровями и тут же открывает новую. — Я даже не удивлюсь, если он обо всём уже догадался. — Ой, да ладно тебе! — Чон скептически отмахивается. — Не догадался он. Но ты же понимаешь, что рано или поздно он всё равно узнает, — с осторожностью в голосе произносит он, всматриваясь в подавленное лицо лучшего друга. — Сколько Тэхену понадобилось? Три недели? — Давай не будем! Я спалился случайно! Это все из-за третьего оргазма подряд. Я просто не мог себя контролир... — Стоп, я понял, — Хоби приподнимает ладонь, уберегая себя от подробностей эротических чиминовых похождений, и продолжает. — Могу сказать тебе лишь быть готовым, либо быть более осторожным. Чимин медленно кивает головой, засмотревшись на несуществующую точку в пространстве, и залпом допивает остывший чай.

***

— Это что, бирка? — Чимин поддевает кусок картона на медицинском костюме Джина и проходит мимо. — Отвали, выданный костюм порвался, и мне пришлось купить халат в секс-шопе на углу, — протягивает Ким Сокджин, задвигая труп обратно в шкаф. Юнги тут же заливается диким смехом, и губы Чимина накрывает широкая улыбка. — Здорово, покажи эту бирку из прекрасного магазина своему главврачу, и он назначит тебе премию, — хихикая, проговаривает Пак, делая пометки в блокноте. — Ага, или свидание, — давит из себя Юнги, вновь сгибаясь пополам от смеха. — Мне лень ее срезать, — обиженным голосом оправдывается Джин. — Так, а ну пошли вон отсюда!

***

— Этот санитар Джин — просто чудо какое-то! — с улыбкой говорит Юнги, когда они с напарником выходят из морга. — Даже не знаю, что забавнее. То, что он ходит с биркой или то, где именно он купил халат, — брюнет вновь прыскает от смеха, и Чимин весело улыбается в ответ. — Проверим? — Пак игриво приподнимает бровь, останавливаясь на месте. — Что проверим? — в замешательстве переспрашивает Юнги, останавливаясь рядом. — Идём, — кротко отвечает Чимин с хитрой улыбкой на лице. Он хватает напарника за руку и быстро ведёт за собой. Касание его пальцев бьет Юнги, словно удар током, и ладонь мгновенно потеет, но он старается не подавать вида растерянности и уверенно позволяет Чимину вести себя в неизвестном направлении. Они несколько минут идут куда-то в тишине, но, похоже, Чимин знает, что делает, поэтому лишь увереннее сжимает чужую ладонь. Розововолосый останавливается у входа в небольшой магазинчик, дверь которого сливается с цветом стены основного здания, и понять, что это магазин интим товаров можно лишь по миниатюрному розовому кролику сбоку от двери. Юнги поднимает вопросительный взгляд, и его ладонь, которую все ещё беззаботно держит Чимин, снова потеет. — Заходил когда-нибудь в такие? — с азартом в голосе спрашивает Пак, проворачивая свой любимый жест в виде откидывания волос назад. — Как-то не доводилось, — неуверенно слышится в ответ, и Юнги, быстро моргая, сглатывает вставший в горле комок. Чимин уверенно открывает легко поддающуюся дверь и вновь тянет Юнги к себе. Внутри намного лучше, чем кажется на первый взгляд снаружи. Широкое помещение с разного вида витринами обделано красными обоями и чёрным паркетом. Продавщица с улыбкой здоровается пришедшим, но кротко ответить хотя бы ради вежливости успевает лишь Юнги, и то в полёте за тянущим его Чимином, что с серьезными намерениями направляется в глубь зала с горящими глазами. — Господи, для чего нужна эта хуёвина? — Юнги удивленно тычет на что-то неизвестное, и Чимин, кинув один лишь взгляд, быстро отвечает: — А, это — анальная пробка. Хуйня на самом деле, — отмахивается он, рассматривая различные костюмы для ролевых игр. Что-то внутри Юнги щёлкает, и неожиданно для себя он спрашивает: — Да ну? А ты откуда знаешь? — Смотри, вот этот халатик приобрёл Джин! — Чимин тихо хохочет, указывая на костюм с названием «страстный доктор», и Юнги смеётся в ответ, хотя в его голове все ещё висит вопрос, на который Чимин, по всей видимости, отвечать не собирается.

***

Прикупив несколько упаковок презервативов для страстного вечера с Тэ, Чимин выходит из магазина, а следом за ним шагает и Юнги. До машины оба идут молча, и лишь Чимин изредка прыскает, тыча в телефон и прочитывая новые пошлые сообщения от Тэхена. Юнги уверенным взглядом осматривает парня с головы до ног, пока тот не видит, и размышляет над тем, зачем же Чимину столько средств для контрацепции, и лишь когда Пак оборачивается, брюнет замечает, что прикусил собственную губу до крови. — Ты чего это? — Чимин приподнимает одну бровь и кидает взгляд на кровавое пятно на чужих губах. Юнги слизывает красную жидкость, чуть сморщившись, и быстро отвечает: — Просто задумался, а губы от ветра потрескались.

***

— Есть какие-нибудь планы? — невзначай спрашивает Юнги, когда Чимин садится в машину и выбирает музыку в дорогу. — Ты о чем? — Пак даже не поднимает взгляда и лишь уверенно проматывает плейлисты. — Ну, сегодня вечером после работы... Домой сразу поедешь? — Юнги чувствует себя неуверенно и слегка неловко, ибо ему сразу начинает казаться, что со стороны он выглядит словно прыщавый пятиклассник, подошедший к знакомой девочке на пару лет старше, чтобы пригласить ту попить вместе сока. — А, — Чимин чуть улыбается и откидывает волосы назад. — Наверное, а что? — он смотрит прямо в глаза Юнги, чуть щурясь и ожидая ответа. — Можно было бы посидеть где-нибудь, — после долгих гляделок уверенно проговаривает Мин. — Выпить, я имею в виду, — подытоживает он, всё еще не отводя взгляда. — Да, можно, — Чимин нажимает на газ, и машина выезжает на главную дорогу. — Можешь зайти ко мне после того, как мы завершим дело. Как раз познакомлю тебя с Тэхеном, — сладким голосом мурлычет он. — Кто это? — Мой… лучший друг, — Чимин пожимает плечами и начинает подпевать в ритм громкой песне.

***

Всю неделю, что Чимин и Юнги работают вместе, последний начал замечать что-то странное в собственном поведении. После того случая с вампирами, а перед этим и вечера «знакомств» у Чимина в квартире, Юнги стали сниться странные вещи. Несколько дней назад охотник проснулся рано утром от того, что во сне Чимин спал рядом с ним, и Юнги так сильно от этого возбудился, что кончил прямо во сне. А сразу после этого, на следующий же день, во сне он повалил Чимина на кровать, и всё было бы прекрасно, если бы после того, как они оба не кончили, глаза Чимина не покрылись чёрной пеленой, как у демона. «Слишком давно не было секса, наверное», — думает Юнги, успокаивая себя после каждого подобного сна.

***

— Чёртова сука! — громко рычит Чимин, пока Юнги обрабатывает его рану. Оба парня сидят в машине, за окном поздние сумерки, а запах свежескошенной травы перебивает запах крови охотника, что матерится всеми возможными и известными ему словами на эту «ебанную пизду однокрылую», вспоминая, как последнее чудовище на предсмертном одре глубоко поцарапало его шею, которую Юнги сейчас внимательно обрабатывает. — Прекрати орать! — шепелявит Мин, сжимая чужое оголенное плечо. — Из-за того, что ты шевелишься, я не могу ничего нормально сделать, — вновь шипит он, и Чимин закусывает своё же запястье от безумной боли в шее. — Сегодня уже не выпьем, — грустно ухмыляется брюнет, и Пак тут же отрезвляется ото всякой там боли. — Как это? — Ну, твоя рана не позволяет, как видишь, — Юнги заканчивает обрабатывать и складывает небольшую аптечку обратно. — Да ёб твою мать! Что, первый раз что ли? — раненый охотник накидывает клетчатую рубашку обратно и пытается размять шею. — Едем в круглосуточный, а потом ко мне. После этой злой суки мне необходимо холодное пиво.

***

— Ты хотел меня с кем-то познакомить? — как бы невзначай спрашивает Юнги, раскладывая на небольшом столике Чимина банки пива, чипсы и прочую ересь для порчи желудка. На часах недалеко за полночь, но это совсем не причина ложиться спать. Тем более, Чимин уже твердо предупредил Хосока о том, что у него завтра выходной, и никакие оборотни делов не наделают и смогут подождать еще денечек и пожить в людском мире. А вот Юнги даже не удосужился сообщить о своей дневной отставке Чонгуку, ибо правила в «их команде» он устанавливает сам, тем более, так как они с Чимином теперь в паре, своими делами и выходными руководит не только он один. — А, да, Тэхёнчик, — Чимин стягивает с себя окровавленную футболку и тут же кидает на пол. — Ему завтра на работу, поэтому я был послан. А его работа… Слегка отличается от нашей, и он не может создать себе выходной, если его поцарапала фурия или другая летучая хуеблудь, — сладким голосом продолжает он, накидывая домашний свитер. — Да ну? — Юнги поворачивается к хозяину квартиры и плюхается на диван. — И кем же он работает? Тоже чей-то «подручный коп»? — Лучше, — улыбается Чимин и садится рядом с Юнги на диван с расстеленным на нем постельным бельем. — Кассир в мебельном, — они с Юнги хихикают и одновременно открывают пиво. Сложно найти друзей или просто знакомых не из круга охотников или людей, вообще никак не связанных со всякими убийствами и жертвоприношениями. Это одновременно кажется каким-то нереальным и из рук вон выходящим. Ведь нормальные люди бегут как можно дальше от такой жизни, воспринимая её в штыки, или же просто считают всех этих «охотников» несчастными психопатами. Около двух часов подряд Юнги и Чимин наперебой рассказывают друг другу различные байки с «работы», что происходили с ними до объединения. Сейчас они похожи на Хосока с Чонгуком в прошлую «общую встречу», и Чимин на мгновение вспоминает о том дне. Внезапно его уши словно заливаются воском, и голос Юнги становится прозрачным, фоновым и приглушенным. Он старается слушать, но единственное, на что он способен, это повторять в своей собственной голове фразу, брошенную Юнги в прошлый раз. «Ты вкусно пахнешь, кстати». Остекленевшими глазами он смотрит на чуть раскрасневшееся лицо своего напарника, и в ушах слышится проскальзывающая в речи шепелявость, что кажется Чимину очень забавной и мягкой для ушей, хотя слова он понимать перестал еще несколько минут назад. «Ты вкусно пахнешь, кстати». — Времени уже много, я, наверное, пойду, — Юнги прекращает говорить и расплывшимся взглядом смотрит на розововолосого. — А, стой, — Чимин залпом допивает шестую банку пива и кидает ее на пол. — Ты можешь остаться, если хочешь, — он кивает на кресло, где сидит Юнги, и тихо добавляет. — Оно раздвигается.