The Choice

— Видишь? — Чимин указывает на мелькающие силуэты в окне светлого особняка. Боковым зрением он ловит кивок Юнги и присаживается ещё ниже, чувствуя, как ледяной пистолет упирается в живот. Чимин на мгновение закрывает глаза и задерживает дыхание; до слуха доносятся лишь пение птиц и шуршание листвы. — Идём, — внезапно шепчет Юнги после недолгого выжидания, и они, чуть согнувшись, бегут по направлению к дому. Оборотни нечасто убивают людей — обычно лишь портят жизнь или превращают в себе подобных, расширяя клан. Но жестокие убийства тоже имеют место быть, особенно если человек всячески сопротивляется превращению. Чтобы выжить в мире людей, многие оборотни грабят и убивают ради жилья и денег. Облачаясь в людей, они тем самым отравляют им жизнь, навсегда загоняя за решётку за преступление, которого те не совершали, либо просто-напросто лишают жизни. Юнги и Чимин тихо ползут под окном, время от времени заглядывая внутрь дома. Приходится переждать ещё какое-то время, прежде чем силуэты исчезают на лестнице, ведущей на второй этаж. Знаком Чимин подгоняет Юнги за собой, и тот демонстрирует всё своё мастерство в беззвучном открывании окон, поднимающихся вверх. Всё идёт гладко ровно до тех пор, пока Юнги не задевает арбалетом кухонные приборы, тут же громко повалившиеся на пол. Чимин раздражённо прикрывает глаза, пуляя уставший взгляд на напарника, и тот лишь виновато пожимает плечами, как бы говоря: «Ну, бывает». Реакции долго ждать не приходится, да и охотники сразу же перемещаются с кухни, в которую им удалось забраться через окно, на середину гостиной комнаты. Две твари в обличии молодых парней выбегают из-за угла, быстро спустившись со второго этажа, и, не выжидая ни секунды, обнажают острые зубы, чуть присаживаясь. Не успев ничего понять, Юнги падает на пол, ударяясь головой о мягкий ковёр. И хотя приземление со стороны может показаться не слишком сильным, голова начинает чуть побаливать, предательски пульсируя на месте удара. Оборотень наваливается сверху на Юнги, обнажив клыки, и всячески пытается укусить охотника, с силой прижимая к полу. Мин отталкивает тварь, упирая руки тому в плечи, но это не сильно помогает. Одной из важных особенностей оборотней является сверхсила, и не всегда обычный человек может побороть это существо, даже являясь натренированным охотником. Боковым зрением Юнги видит свой арбалет, заряженный серебряными стрелами, но взять его просто невозможно, ибо тогда укус на теле будет обеспечен. Стараясь сопротивляться изо всех сил, брюнет начинает громко кричать, придавая голосом немного смелости самому себе. Он не видит, как спасается Чимин, но слышит рычание второй твари и матерные слова, которые орёт напарник, отбиваясь. В то же время Пак сильно толкает оборотня, и тот падает на шкаф, чем выигрывает охотнику несколько секунд. Он в один шаг подбегает к арбалету Юнги, хватает его и тут же выпускает серебряную стрелу в голову оборотня, уже почти укусившего свою цель. Стрела насквозь пронзает голову в районе виска, разбрызгивая капли крови и жёлтой жидкости прямо на мягкий ковёр. Юнги, быстро выдохнув, скидывает мёртвое тело в сторону и поднимается на ноги. Арбалет лежит у сваленного шкафа, а перед этим же шкафом дерутся Чимин-человек и Чимин-оборотень. — Сука, — шепчет Юнги, не двигаясь с места. Он пытается понять, кто из этих двоих действительно является Чимином, но оба сражаются с одинаковой силой. Перед глазами брюнета мелькают лишь розовые волосы и окровавленные места кожи. — Чистокровный! — громко кричит тот, что сражается справа от Юнги. Чистокровный оборотень отличается от обычного тем, что копирование чужой внешности для него безболезненно и занимает от силы несколько секунд, в то время как обычный — как тот, что облачался в Чонгука, — вынужден, испытывая боль, сбрасывать свою кожу, волосы, ногти и зубы, и процесс этот занимает несколько часов. Чимин с громким рёвом ударяет свою же копию ботинком в живот, освобождая небольшое свободное пространство рядом с арбалетом и давая возможность напарнику до него добежать. От злости вены на лбу вздуваются и начинают быстро пульсировать, и Чимин-человек улыбается, скаля окровавленные зубы, когда оборотень тихо шипит: — Какого хера ты такой сильный? Юнги хватает своё оружие и, пока копия Пака поднимается на ноги, внезапно подходит к своему же напарнику и замахивается. Сжатый кулак летит в уже и так окровавленную щеку Чимина, и тот не успевает даже опомниться, чтобы уйти от удара. Это происходит слишком неожиданно. — Ежедневная пробежка по утрам, — с усмешкой отвечает Юнги на вопрос и расслабляет руку. Стрела пронзает сердце оборотня, не успевшего ничего понять, и пульс Юнги резко учащается, когда точная копия Чимина падает прямиком на пол. Голова, словно в замедленной съёмке, ударяется о твёрдый паркет, и стрела с неприятным звуком вонзается ещё глубже, позволяя крови течь более сильным потоком.

***

— Что это за хуйня сейчас была? — орёт Чимин, чуть ли не срывая голос. Охотник тяжело дышит, восстанавливая дыхание, и морщит нос, смотря на Юнги. Неприятный привкус крови во рту усиливается, и Пак сплёвывает её на чистый пол в чужой ванной. — А тебе что, больно? — с иронией в голосе спрашивает Юнги, хитро улыбаясь. — А ты типа не понял, что это был я? — раздражённо отвечает Чимин вопросом на вопрос. Он включает холодную воду и быстрыми движениями пытается стереть с себя кровавые следы, пока брюнет за всем этим наблюдает, скрестив руки. Злость так и кипит в Чимине, вырываясь наружу в виде матерных слов и посылов куда подальше, однако ледяная вода понемногу успокаивает. — Кофе хочешь? — вдруг спрашивает Юнги, и Чимин резко поворачивается, сталкиваясь с ним взглядом и демонстрируя всё недовольство и раздражённость, которые полыхают в нём вот уже половину сегодняшнего дня. — Хочу, чтобы ты пошёл нахуй, — рявкает он, вновь сплёвывая кровь и набирая в рот чистой воды из крана. В ответ раздаётся довольное хихиканье, от которого отметка на шкале агрессии подпрыгивает вдвойне. Нет, даже втройне. Чимин быстро отталкивается от раковины и замахивается на Юнги, но тот останавливает падающую на него руку так быстро, что Пак не сразу это понимает. Улыбка на лице брюнета сменяется хитрой ухмылкой, но в глазах ещё остаётся тот лёд, который он держал в себе всё это время. — Я тоже умею драться, или ты забыл? — хрипит Мин. Чимин долго рассматривает разрез чужих глаз, сухие от частого дыхания губы и цвет радужки, осторожно расслабляя руку. — Да что с тобой такое? — он отрывает взгляд и вырывается из хватки напарника, отходя назад и повышая тон. — Я ничего не понимаю. Это из-за Чонг... — Давно тебя ебёт это «воскресенье»? — холодный голос Юнги заставляет Чимина остановиться на месте и замолчать. Пак поворачивается. Свои ладони Юнги зарывает в карманы толстовки, пальцами нервно перебирая какие-то старые смятые чеки. Чимин чуть наклоняет голову, повторяя этот неожиданный вопрос в голове и обдумывая ответ. — Ты там сильно головой, что ли, ударился? Как это вообще относится к делу? — Значит, давно, — Юнги кивает и закусывает нижнюю губу, чуть приподнимая подбородок. Чимин открывает рот, но тут же закрывает, проделывая это действие ещё несколько раз. Со стороны он напоминает рыбу, которой не хватает воздуха. — Почему я вообще должен оправдываться? — вдруг фыркает он, отмахиваясь и вновь поворачиваясь к раковине. Чимин брызгает на лицо холодной водой, приходя в себя, и смотрит на отражение Юнги в зеркале. Внезапно он закрывает кран, и на лице его появляется еле заметная издевательская улыбка, которую тут же замечает Юнги. — Чего смешного? — строго спрашивает брюнет, отталкиваясь от стены. — Ничего, — Чимин хватает полотенце и начинает протирать влажное лицо. Он не понимает, почему хихикает, не понимает, когда отстраняется от полотенца, и не понимает, когда Мин Юнги больно и неожиданно впивается своими сухими губами в его.