Lustrum

      Сокджину потребовалось много времени, чтобы заснуть, но в итоге сон был коротким и прерывистым, не таким, в каком Джин нуждался. И когда он, в конце концов, пришёл в себя, как только свет в комнате стал ярче и мягче, у него случился тот внезапный момент паники от непонимания, где он находится. Ему потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить прошлую ночь: длинный путь на поезде, возвращение в родной город, дом Юнги. Сокджин застонал от сожаления и потёр лицо, чтобы окончательно избавиться ото сна. Он реально вернулся, ха. Из всех мест, куда он мог уехать в отпуск, он действительно выбрал эту дыру, где ветер всегда слишком сильный и слишком холодный, а пляжи дерьмовые, и делать тут нечего. Сокджин проклял своего босса за то, что тот уговорил его поехать сюда. Если бы его босс не был таким хорошим человеком, Джин бы ненавидел его так же сильно, как ненавидит этот город.       Он сел на кровать, слишком усталый, чтобы нормально соображать, но уже бодрствующий, чтобы снова уснуть. Ему нужен кофе. Не хреновый кофе, приготовленный кое-как, а настоящий. Джин соскользнул с кровати, побрёл на кухню и принялся обыскивать полки. Это не заняло много времени, но когда он закрыл шкаф и повернулся к столу, то не ожидал, что какая-то фигура прислонится к нему. Сокджин вскрикнул и сильно дёрнулся от испуга. Это был просто Чонгук, одетый в новую худи и с рюкзаком на плече: — Боже мой, прости, я думал, что ты меня услышал, — протараторил Чон. Он прикусил губу, но у Сокджина было чувство, что это не из-за сожаления, а скорее из-за попытки сдержать смех, от которого плечи Чонгука слегка дрожали. Джин прикрыл глаза и вздохнул. — Всё в порядке. Ну, теперь я точно проснулся. Чонгук усмехнулся. Вообще, это была милая улыбка, но Сокджин всё ещё был угрюм из-за того, что так легко испугался. — Ты делаешь кофе? Можешь сделать для меня тоже? — Конечно. Только принеси мне чашки, я без понятия, где тут что находится.       Чон снял рюкзак и резво обогнул стол. Вскоре они вдвоём уже потягивали горячие напитки. Сокджин отпил свой чёрный кофе и вздохнул с благодарностью, что кофеин ударил ему в душу как надо. У Чонгука, вероятно, было больше молока, чем кофе. Он пристально смотрел на Джина, достаточно долго, чтобы последнему стало неловко. Младший, наконец, нарушил тишину: — Каким был Юнги пять лет назад? — спросил он. Сокджин задумался на мгновение. — Он был ворчливым, но больше мягким, несмотря на то, как устрашающе вёл себя. Ещё он всегда любил музыку, был очень худым и с зелёными волосами. — Да ну, — удивился Чонгук. — Какой именно зелёный? — Мятно-зелёный. Я помогал ему осветляться, — Сокджин улыбнулся воспоминаниям. Глаза Чона сверкали. — Это потрясающе! У тебя есть какие-нибудь фото? — На моём телефоне, к сожалению, нет, — Джин не сохранил ни одной сделанной им фотографии, когда жил здесь. — Я уверен, у Юнги тут где-нибудь заныканы, он всегда любил хранить фотографии, — он указал на рамки по всему дому в подтверждение своим словам. — Ты когда-нибудь красил волосы в яркие цвета? — Чонгук прислонил ладонь к щеке. — Я обесцвечивал их, но мне никогда не хватало смелости покраситься в броский цвет. — Дурила. Я вот могу представить тебя с яркоокрашенными волосами. Что-нибудь мягкое, типа розового. — Почему розовый? — Сокджин засмеялся, немного растерявшись. Чонгук улыбнулся. — Я думаю, что ты мягкий и милый парень. Прежде чем Джин ответил, из своей комнаты появился Юнги, с беспорядком на голове. — Чонгук, почему ты еще тут? У тебя урок через десять минут начинается, — сказал он. Чонгук посмотрел на время. — Чёрт! — он схватил свой рюкзак и выскочил за дверь, бросив улыбку через плечо. — Увидимся днём! — Оставайся в общаге и учись! — крикнул Юнги в ответ, когда дверь захлопнулась. — Интересного помощника ты нашёл, — саркастически заметил Сокджин, делая глоток кофе. — Если бы он не нравился мне так сильно, он бы не справился с этим дерьмом, — Юнги прислонился к кухонному столу и сложил руки на груди. Он медленно кивнул, просто так. Тишина заполнила помещение, стало неловко. — Как дела между вами с Хосоком? — тихо спросил Сокджин. Юнги глубоко вздохнул, ему потребовалось несколько секунд, чтобы ответить. — По сути, ничего особо не изменилось с того времени, как ты уехал. Мы время от времени видимся, но… ничего серьезного. — Это плохо. Я помню, как сильно ты его любил. — Я до сих пор люблю, правда. Просто… пока не время, — пробормотал Юнги.       Сокджин протянул руку и нежно погладил Юнги по плечу. Он помнил, как безнадёжно тот был влюблён в Хосока, как жаждал большего, чем пьяные перепихоны, за которые он цеплялся. К сожалению, Хосок всегда был самым безбашенным из них и ненавидел быть привязанным к кому- или чему-либо. Сокджин надеялся, что Хо, возможно, утих теперь, когда они стали старше и ответственнее, но казалось, что он всё еще имел этот дикий пыл и всё еще хотел свободы и случайных связей, и Джин знал, что это убивало Юнги каждый раз, когда он просыпался в пустой постели. — Любовь глупа, — сказал Сокджин. — Так и есть, — Мин положил свою руку поверх руки Джина и мягко потёр ее. Опять тишина. — Слушай, — нерешительно произнёс Юнги, — я знаю, что ты не хочешь, но тебе стоит попробовать поговорить с Намджуном. Ну вот. Сокджин безрадостно засмеялся. — Он последний человек, которого я хочу видеть. — Я знаю, и я понимаю, но… он изменился за последние несколько лет. Он больше не тот парень. — Это не значит, что я могу просто забыть произошедшее, — немного грозно сказал Сокджин. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. — Я здесь не для того, чтобы видеть его, и меня не волнует всё это жалостливое дерьмо. Я просто хочу хорошо провести время, пока я тут, и, честно говоря, встретить его было бы противоположным событием. — Ладно, ладно, я просто предложил, — фыркнул Юнги. Сокджин не хотел отвечать, поэтому быстро выпил остаток своего кофе. — Ты нормально спал? — спросил Юнги. — Спал отлично, — соврал Джин. Юнги удовлетворённо кивнул. — Есть чем заняться сегодня? — У меня есть несколько поручений, но, если ты не хочешь идти, то я пойму. — Ты серьёзно? И пропустить приятное времяпрепровождение с моим лучшим другом? — улыбнулся Сокджин. — Я с тобой.       Юнги пожал плечами, вздохнул и отвернулся, но не смог скрыть маленькую, но яркую улыбку, появившуюся на его лице.