Poison and salvation

С самого начала Захария знает, что Натаниэль не купился на обман. По сути, это была просто лёгкая проверка умелости его подчинённых — он дал ложный адрес, вот и всё. Впрочем, когда к месту, где обосновались они с «псами», как он совсем не ласково называет собственных помощников, прибывает чудесная команда из нескольких человек, он… просто наблюдает. Он находится в стороне ото всех. Никто не знает о его местоположении, даже свои, они думают, что он поднялся на верхние этажи. А вот у него камеры абсолютно везде, потому что он хочет видеть, как работает Натаниэль. Как работают они все, пытаясь спасти своего драгоценного дружка. Ему не нужна победа, ему не нужно ничего, даже убивать их не нужно. Только наблюдать… Так ведь интереснее всего. И стоит ему увидеть Ната на экране — он сразу же оживляется. Потому что его бывший друг совсем не изменился. Всё такой же красавец, всё такой же босс для всех… удивительно, что прошло одинаковое время, но только один из них стал совершенно другим. По вине второго? Вполне возможно. Как Каин и Авель… но, нет, нет, к чему странные сравнения?.. Но пока сектанские тараканы расползаются по разным точкам, он без особого интереса слушает, о чём разговаривают между собой его собственные собачки. " -…да ты взгляд этого ублюдка видел? И ведь баба ж у него есть. Охуеваю от жизни, бывает же такое… — Да видел, видел. Это ещё ничего, на босса бы лучше посмотрел… — Не надо о нём, — совершенно испуганно, дрожащим голосом. — Я уж боюсь, мало ли, вылезет из-за угла и… и как с Гришкой. Или вообще как с этим, вражеским. Я бы не удивился!.. — Да всё может быть. Когда сменяемся?.. — Через десять минут. Сразу вниз, никаких «мне отлить»! — А, кстати… — со смехом. — Босс же не уточнял такие пункты, когда про этого, пленного, говорил? — Мозги включи! Ты бы ещё про секс пошутил, придурок! — неожиданно вклинивается третий человек. — Да хрен там. Я слышал, босс убил каких-то дебилов, которые решили выебнуться и штаны приспустил. Уж не знаю, чё это он. Хороший же метод, не? — Ты отвратительное животное… нахрена я вообще с тобой работаю?.. — вздыхает третий, кажется, более разумный. " А Захария наблюдает за ними с интересом. Лишь по той причине, что в помещение, где находятся это трио несчастных, уже пробрался Нат и ещё несколько человек. Кто это с ним, интересно? Какой-то блондинистый парень… ах, точно, до него долетали слухи о том, что бывший друг завёл себе пару. А ведь раньше он во многом отрицал то, что его тянет исключительно к парням. Лгал самому себе, можно сказать — Захария уже тогда знал, что Нат так или иначе, но влюбится в какого-нибудь мужчину. И вот оно. Что ж, он даже мог бы одобрить его выбор, если бы… не чувствовал дополнительное, тянущее чувство предательства. Нат заменил его многими людьми. Интересно, вспоминает ли он его так же часто?.. Или совсем не думает? Сейчас-то точно покрывает ненавистными словами, уж Натаниэль-то точно догадался, чьих рук дело это похищение. Голос наверняка узнает, никакая маска не поможет. Ох, Натаниэль… Да почему же всё так несправедливо?! Встряхнувшись, Захария устраивается поудобнее и продолжает наблюдать. Сегодня он свидетель. Не более того. А всех троих людей в итоге убивает Нат и его подчинённые, направляясь куда-то ещё. Понятно, куда именно — в сторону парковки. Пора послушать, что происходит там… Вернее, неподалёку от спуска на нижний ярус, где и держат бедненького пленённого Дэнни. " — Босс когда обещал спуститься?.. Что он там вообще наверху делает?.. — Откуда я знаю? Он взял и ушёл, как видео записал, — второй оказывается женщина, что, впрочем, не делает её хоть сколько-нибудь лучше. — Вот странный мужик… и ведь реально пристрелил Гришку, ну ты прикинь? Ничего не сказал про то, что насиловать нельзя, а потом такой «ну-ка нахуй, я тя ща пристрелю и стручок твой тебе в жопу засуну». Ну, он так не говорил, но выглядело очень натурально! — Да он во многом больной. Камеру ещё свою поставил… О, а ты про Макса слышал?.. — Да кто ж не слышал? Он чё там хотел? Спросил что-то вроде, нет? Взял и сдох… — сплёвывает на пол. — Я уж про одержимость босса молчу. «Натаниэль, Натаниэль, Натаниэль». Тьфу, блять, паскудство! Пидорас, что ли?.. — Так мы же тоже не просто так сюда пришли. Так что это как раз-таки нормально, — вздыхает, закуривая. — Интересно, а они реально припрутся?.. Или там этот так и сдохнет?.. — а после как давай ржать. — У нас найдутся некрофилы, как думаешь? — И не такие находились!» Какие, всё-таки, омерзительные люди. Сам бы всех до единого пристрелил, но они ему ещё нужны. Они ещё пригодятся… И вот он совершенно не удивляется, когда и этих болтунов убивают. Так им и надо. Удивительно, неужели вся эта бравая компания думает, что он не знает об их присутствии? Но, боже, как же они хорошо и слаженно действуют… устраняют всех одного за другим, двигаются тихо, так, что не будь он параноиком с кучей камер, не догадался бы, что кто-то тут есть. А камеры компактные, спрятанные в самых неожиданных местах. Эта кучка наверняка думает, что камера есть только внизу. Их убить — раз плюнуть. И это не смотря на всю умелость, на великолепную командную работу и то, как они помогают друг другу. Удивительно… это так напоминает ему о прошлом… и воспоминания действительно приятные. Сейчас, наблюдая за тем, как они передвигаются ниже, уничтожая якобы «его» людей, он не чувствует совершенно никакой ненависти к команде Натаниэля. А ему, на самом-то деле, даже не надо следить за людьми, которые «развлекают» Дэнни. Потому что там находится его доверенное лицо, девушка, которую он специально заслал, чтобы докладывала обо всём, что там происходит. Уж она-то точно не подведёт. И вот он совсем не удивляется, когда камера в том помещении вдруг выключается. Но вот дальше… замолкает и девушка, до этого строчившая ему сообщения о каждом слове «товарищей». Убили… Её действительно жаль, пожалуй. И вот если бы у него не было возможности следить за всеми ними — устроил бы им судный день прямо сейчас. Но у него есть такая возможность. Потому-то он и наблюдает спокойно за тем, как они утаскивают пленного на улицу. И взрывает парковку. Уже после того, как они её покидают. Да… пожалуй, лучше и не придумаешь. Однако, есть ещё кое-что. В его руках — телефон Дэнни. И он отправляет сообщение на уж очень знакомый, почти родной номер. «Натаниэль, ты такой невежливый, правда уйдёшь раньше времени?» Следом ещё одно. «А ведь всё могло закончиться всего одной смертью». И ещё. «В любом случае, было приятно иметь дело с вашим другом. Пожалуй, стоило всё же ничего не запрещать моим людям, но… уже поздно думать об этом.» Он собирался остановиться на этом. Правда, собирался. Блеф, фальш, как можно больше лжи, в которую он мог бы поверить. Скрыться, уехать, забыть обо всём, дожить остаток жизни где-нибудь, не попасться «своим» же помощникам… Но пальцы словно против воли печатают. «И что ты будешь делать? Сидеть дома, не высовывая носа? Или спустишь своих собак, чтобы они нашли меня? В любом случае… Мы ещё не закончили.»