Новая реальность (Хроники Переселенцев:книга 3)

Эпизод 27: СКВОЗЬ ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ (Земля, 2007) «Чем хуже, тем лучше…» Вся психиатрия по большому счету основана на очень простом и очевидно действенном принципе: сделай больному плохо так, чтобы даже нормальные мысли в его голове исчезли начисто. Повизгивающая сиреной неотложка привезла Настю Булатову не в обычное больничное отделение, а в дорогую специализированную клинику для небедных людей. Вадим Карнаухов, с победным видом топчущийся на пороге всеми неправдами захваченного «Астрона», решил не выставлять себя последней мразью перед лицом коллег. Разумеется, большинство из обитателей офиса будет уволено завтра же окончательно и бесповоротно, но те пять-шесть специалистов, которые просто-таки необходимы ему для комфортного управления всей финансовой империей покойного Зарубского, не должны брезгливо морщиться при виде нового начальника. Одно дело сказать, что бывшая председатель совета директоров в элитном лечебном заведении поправляет, пошатнувшееся вследствие невосполнимой потери психическое здоровье. Лежит там заботами Вадима Карнаухова. Другое – они сами прознают, что Булатова обретается в государственном психиатрическом отделении местной провинциальной больницы, покинутая всеми и лучшим другом покойного жениха в том числе. Вадим не стал ехать вслед за скорой помощью, слишком опьянел за последние полчаса. «Отмечать такое удачное дельце - это вам не хухры-мухры, - думал покачивающийся на ногах Карнаухов, тыкая наугад в кнопочки мобильного, - но я молодец…» Организм обреченно промолчал, имея иное диаметрально противоположное мнение. До «молодца» человечку двадцать четыре часа отсыпания и еще сутки тяжелого похмелья. Хорохориться телу незачем, оно - человеческий организм, а не гипертрофированное эго его обладателя. Принятые поутру стаканы «Хеннесси» конфликтовали с поллитровкой «Немирова». Ехать Вадим не стал, он всего лишь позвонил – благо язык все еще слушался хозяина – знакомому главврачу. Позвонил, посулил немалую сумму за услугу, обрисовал ситуацию. Поверхностно. - При встрече растолкую подробности, - подытожил Карнаухов, - Ты только сделай так, чтобы Булатова быстро не вышла. С нервами у нее непорядок. Обращалась к профессору Слимашевскому в область. Да-да. Вроде отпустило. Но вот сегодня ее жених на дороге разбился. Да, Зарубский. Насмерть… У компании проблемы, так она на собровца накинулась. Лечить надо. Понимаешь? Согласие Олега Юрьевича получить относительно легко, ибо доктор обожал толстые, пахнущие роскошью пачки денежных купюр. Психиатрическая лечебница с легкой подачи Вадима Карнаухова и под опекой Олега Юрьевича Семипалова развернула Насте «радушные» объятия, словно дом родной. - Почему к нам? – немолодая женщина с выкрашенными в ярко-рыжий цвет волосами скептически окинула взглядом сжавшуюся на коридорном стуле Настю. - Семипалов звонил, просил положить у нас, - донеслось из-за двери кабинета, где новый лечащий врач Булатовой набрасывал на узенькие плечики пиджак. Рабочий день спешно стремился к логичному завершению. От уюта квартиры доктора отделяли полчаса тряски в автобусе и пять минут, необходимые чтобы распорядиться о новой больной. И откуда эта особа взялась на его голову?! Если бы не личная просьба Семипалова… Женщина взяла вздрогнувшую Настю за руку и провела по ее ладони пальцем. - Странно, сухая совсем, - удивилась она. Как известно, руки у психов постоянно потеют. - Она на милиционера с кулаками набросилась, - сказал наконец вышедший в коридор врач, - В приемном покое едва заставили переодеться. Ты, Ирина Дмитриевна, не возись с ней особо, но и не переусердствуй тут. Семипалов рекомендовал церемониться. - Как скажете, Андрей Николаевич. «Как о пустом месте говорят», - Настя потупилась. Попытка объясниться с людьми в белых халатах ни к чему хорошему не привела. Ей не поверили! «Какое там «просто горе», милочка, - скептически ответили ей в приемном покое, - спонтанная агрессивность, неадаптированность к внешней среде…» Раздевали ее насильно впервые. Умело, ловко, довольно грубо вытряхнули из модного плащика, юбочки и полупрозрачной кофточки, сняли украшения и часы. Мужчин в комнате при всем этом безобразии присутствовало несколько. Девушка готова была сквозь пол провалиться со стыда. Предложенную больничную пижаму она послушно натянула сама. Так же смирно, сопровождаемая двумя крепкими санитарами, поплелась, шаркая обутыми в нелепые розовые тапочки ступнями на второй этаж. Посадив ее на стульчик, те замерли по бокам, будто охрана из чертей у ворот пекла. Девушка провела умоляющим взглядом спешащего домой врача. Как там его зовут? - Андрей Николаевич… - начала она. - Пойдем, пойдем - Ирина Дмитриевна подняла Настю за локоток и повела по коридору, - не надоедай доктору. Я сама покажу тебе палату. Санитары бесшумно двинулись следом. Настя старалась не сосредотачиваться на происходящем. Важнее память о Сереже. На выходных они собирались во Францию, в Канны. Пляж, солнце, море, беззаботность и океан его нежности… «Никогда. Больше никогда не будет отдыха вместе!» Чистенький больничный пол, розовенькие стеночки (Настя терпеть не могла розовый!), на окошках опять же розовые занавески. По мнению начальства вполне уютно. Только отсутствие дверных ручек, да решетки на окнах напоминали, где она находится на самом деле. «Тридцать три», - прочла Настя на двери, возле которой ее остановили. - Вот и твоя палата, - возникшая в руке рыжеволосой женщины отмычка ловко поместилась в отверстие для ручки и открыла дверь, - одноместная. Настя испуганно заглянула внутрь. Кровать посередине и розовые занавески на окне! Нет! Кошмарный цвет… - Я не хочу! – возразила Булатова. - Хочешь, - ласково проговорила Ирина Дмитриевна. - Нет! Я не пойду в эту камеру! - Это палата, дорогая моя. Ребята, - обернулась медсестра к санитарам. Истерично орущую и извивающуюся в сильных руках Настю втащили в палату за загривок, как нашкодившего посреди гостиной щенка и уложили в кровать. - Сейчас укольчик сделаем, - весело пообещала Ирина Дмитриевна, - инсулинчик… Название лекарства не показалось девушке опасным. Она попыталась расслабиться. Наивная простота! Уколола ее Ирина Дмитриевна ловко. - Не привязывайте! – вяло трепыхнулась она, чувствуя нарастающий в ушах шум. Инсулиновый шок - очень «забавная» процедура. Настя не знала, что ей предстоит, потому затихла, подчиняясь накатывающейся слабости. Лица склонившихся мужчин, затягивающих на ее запястьях ремни, расплылись. Вместо лиц у них образовались бесформенные белесые маски, как у того типа, который встретил ее вечером у супермаркета. И воздух стал какой-то мерцающий, дрожащий вокруг этих чужеродных фигур. «Эфир – тонкая материя, обиталище душ… Да, так наверное выглядит эфир…» - решила она. Но ведь все на самом деле неправда! Как она могла забыть, где находится?! Почему нет стен?! Отчего исчез потолок? Она была в комнате или ей приснилось? «Все приснилось…» - заметил мозг. Вверху висело темное небо, усыпанное блестками отдаленных звезд, под ногами зияла яма - тьма без дна. Три тени находятся рядом, паря посреди чистилища. Выбраться отсюда! Убежать! Тени пришли за ней… Инсулин потихоньку убирал сахар из крови, а мозг без него начинал судорожно агонизировать. Конвульсии, предшествующие коме, сотрясали худенькое тело Насти. Кровать под ней заходила ходуном, хотя ножки ее были наглухо прикручены к полу. Деревенеющие пальцы привязанных рук впились в металл, торчащий из-под матраса. На глазах изумленного персонала девушка начала гнуть раму панцирной сетки. - Сейчас кончится! – отметил один из санитаров. - Нет, - важно ответила Ирина Дмитриевна, вкалывая в вену на руке «больной» пару кубиков глюкозы, - Зато теперь будет тихая и спокойная, как агнец. Спать смене не помешает, обещаю. Девушка вдруг открыла мутные глаза, глупо хлопнула ресницами и улыбнулась. - С возвращением, - проговорил санитар, - и спокойной ночи. Дверь за людьми закрылась. Настя Булатова прислушалась к себе. Никаких мыслей! О чем она размышляла? Размышляла? А как это… «размышлять»?! Холодный пот, неприятно заливший все тело, навеивал единственное желание – принять горячий душ или поваляться в бурлящей водой джакузи. Но еще больше хотелось спать. Пустая голова странно звенела. Интересно, звон слышит кто-нибудь кроме нее? (Галактическая Империя) Неспешная прогулка по военному судну рядом с НИМ. «Неужели подобное возможно?» - спрашивали себя имперские штурмовики, встречающие в коридорах «Исполнителя» странную пару. Высокий, закованный в черную броню Дарт Вейдер, неожиданно для себя утерявший присущую ему стремительность движений. И грациозная молодая женщина с открытым аристократичным лицом. Создавалось впечатление, что еще секунда, и она возьмет грозного Повелителя под руку. Встречные аккуратно жались к стенкам. Широкоплечий Вейдер занимал половину узкого коридора. Если его и можно обойти, не теряя чувства собственного достоинства и не вжимаясь в стенные панели, это все равно никому не приходило в голову. Никто не рискнул коснуться краешка черного плаща. Лорда боялись до дрожи в коленях. Женщина также шла по-королевски. Видимо привыкла к почтению со стороны окружающих. А говорили ведь на крейсере, что она охотница за головами! Но судя по осанке и манерам – вылитая принцесса. - Я жертва обстоятельств, Лорд Вейдер, - поясняла Илесия, подавляя желание коснуться его плеча, - господин Советник держит в заложниках моего второго пилота и его невесту. К тому же, у него мой корабль. Решительность допросить гостью растаяла сама по себе. Да, Вейдер вел ее в тюремный отсек «Исполнителя», в комнату с пыточным дроидом, но передумал на ходу, замедлил шаг и вступил с ней в неспешную, почти светскую беседу. Почему повел лично? Из любопытства и… еще кое-чего, в чем он сам себе стеснялся признаться. Очарование Илесии Этамин пробивалось сквозь непроницаемую защиту костюма и холодность, выработанную годами службы Императору. Милое, элегантное существо. Любопытно, как она пахнет? Имплантаты, вживленные в мозг вместо выжженных лавой Мустафара человеческих нервных волокон, не позволяли распознать все тонкости аромата. Вейдер промолчал. Отчего он затих? В том, что Повелитель собрался закрыть ее под замок и подвергнуть пыткам, она не сомневалась. Да вот что-то остановило его, изменило решение. И она знала, что именно. Телепатия позволяла незаметно касаться мыслей Вейдера. Если он и отмечал странности за своей гостьей, то опираясь лишь на подсказки Силы - энергетической субстанции своего мира, и не мог докопаться до сути ее способностей. Зато сама Илесия вполне ощущала, как ее геномодифицированный дар - обаятельность и женский шарм приковали к себе его внимание. В далеком прошлом женщины всегда лгали, ведя свою древнюю игру, придуманную миллионы лет назад с зарождением мира. Врали реальностью своего существования. Врали, что терпеть не могут липких взглядов на игриво просвечивающие через гипюр юбки трусики; что стройны, а не вышли в свет после откачки жира, подтяжки и протезирования груди. Илесии, наследнице всех чудес обновленной человеческой расы, лгать не приходилось. Она без особых усилий являлась райским яблоком, искушающим Адама и одновременно той, что держит запретный плод в изящных пальчиках. Тщательно просчитанный генетиками набор психофизических параметров привлекал противоположный пол сильнее любого райского искушения. На подсознательном уровне брал в плен совершенством форм и содержания. И чем больше инопланетная раса отличается от генома Переселенцев, тем неустойчивее оказываются ее представители перед чарами их женщины, их наследницы из рода Этамин. «Я вновь поступаю нелогично. Опираюсь едва ли не на гипноз. Нельзя так. Я делаю себя слабой, подпадаю под эфемерную уверенность надежды. Надежды на пустоту. Не будет здесь взаимопонимания! Не будет никаких чувств. Он - Вейдер, я шпионка из чужой цивилизации… Разные мотивы, разные судьбы. Не смешивай прошлое и настоящее, Илесия Этамин, не будь глупой!» - Я хотел бы, - Повелитель облек приказ в мягкие формы вежливой фразы, - чтобы мы по прибытию на Корускант виделись чаще. Илесия удивленно подняла глаза на его угловатую безликую маску. - Следить за Сейтом Пестажем? Для вас? - Для блага Империи, - отрезал Вейдер, - Вы в очень щекотливом положении, Илесия Этамин. Отвечать мне отказом… неправильно. «Империи? – наследница иронично хмыкнула про себя, - Меньше всего ты сейчас размышляешь о благе Империи! Больше о Люке и о том, как Палпатина нейтрализовать. Вон как с предложением вышел - напрямую, торопливо и без дипломатии. Нужда в лишних глазах и ушах, вот что руководит тобой, милый…» - Я знаю, Лорд Вейдер. Мой отказ косвенно подтвердит, что я человек Советника Пестажа. Но и согласие не повод для доверия. Вдруг я обману вас? Или же начну служить двум господам одновременно? Что тогда? - Тогда вас убьют, - сухо ответил Вейдер, - Сейт Пестаж не защитит от гнева Императора, если я выскажу предположение, что вы… шпион Хэйпанского сектора. Королева Хэйпа отказала в подписании мирного соглашения. Император был весьма огорчен. Неотложные дела в Империи не позволяют ему покорить Хэйп, но как только он освободится… - «Дела в Империи»? Проще сказать повстанческий Альянс, - не удержалась от иронии Илесия, - Император еще долго будет занят. Насколько я наслышана об Альянсе, не в их правилах сдаваться. Придется уничтожить всех до одного, включая верхушку сопротивления: генерала Бел Иблис Гарма, госпожу Мон Мотму, генерала Акбара и… Люка Скайуокера. Он вздрогнул? Нет, показалось… наверное. - Ваши размышления смешны, - парировал сит, - вы ничего не знаете о мощи Императора. - Простите, Лорд Вейдер, - неожиданно извинилась Илесия, - я не хотела оскорбить. «…слишком умна для охотницы за головами! Шпион Хэйпа? Но убить ее сейчас нерационально. Палпатину понравится моя идея. Старая немощь любитель поиграть чужими жизнями». - Для вас освободили 345-ю каюту на второй палубе. Можете идти. Турболифт рядом. Дарт Вейдер окинул удаляющуюся Илесию долгим взглядом. И что же в ней такое до боли знакомое? Где они встречались раньше? Где? Илесия вовремя успела переступить порог каюты. Мучительная судорога сбила с ног. Очень похоже на… Невозможно! Она не беременна. Уже нет конфликта между охранным энергетическим устройством семейства Этамин, имплантированным в позвоночный столб, и симбионтами ее детей. Да и сам чип биоимпульсной защиты давным-давно отсутствует в ее теле. Изматывающая судорога. Чужие лица. Трое незнакомых людей, склонившихся над ней. Тело надежно привязано к койке. Сбоку окно с розовой тканью вместо жалюзи. Вверху звездное небо с яркой, бросающейся в глаза Альфа Цефея на переднем плане. Бред? Чей?! Не ее мысли, и не присущие ее телу ощущения! - Скорлессианская конфронтация! – просипела Илесия Этамин, проваливаясь в тошнотворную темноту. Мрак отчасти изолировал боль, рвущую тело на части. Но думать по-прежнему тяжело! В голове резонировал протяжный звон. Так звенит пустота. Чужая пустота. (космическое пространство Колонии 20 Аналог, Космический крейсер тысячной модификации) Знакомые светлые коридоры родного крейсера. Идти по ним вполне приятно. Бейд машинально отметил посетившую его столь неуместную эмоцию и тут же напустил на себя еще более суровый вид. Встречные курсанты Космической Академии с почтением кивали головами и беззастенчиво провожали высокого цефейца восторженными взглядами. Легенда флота собственной персоной! Учебный полет обещает быть интересным. «Ох, люди! И как таких эмоционально нестабильных выпускают в космос? Космос не терпит суеты и рассеянности!», - Бейд с удовольствием укрылся от чужого внимания за створками лифтовой низкогравитационной шахты. Мягкий толчок катапульты снизу. Пролетев сто метров, Бейд, бережно подхваченный улавливающими воздушными потоками первого уровня, вошел на капитанский мостик. - Разрешите на борт, капитан Николас? Крепко сбитый кареглазый мужчина с безукоризненной офицерской осанкой поднялся с капитанского кресла. - Бейд! Рад видеть вас на КК-1 000, дружище! - проговорил полковник Эриаду с застенчивой как у ребенка улыбкой, - В штабе поговаривали о вашем повторном назначении на флагман, но мне не сообщили, что вы прибудете как раз к учебному полету. Как видите, я не придал значения слухам, но зато верю собственным глазам. - Логично, капитан, - сдержанно ответил экзот, - Разрешите приступить к служебным обязанностям? - Разрешаю, старший помощник Бейд, - довольно потерев ладони, Николас вернулся в командирское кресло. Будь на месте цефейца человек, рукопожатий и бурных приветствий сослуживцев ему бы избежать не удалось. Но зная, насколько оскорбительна для врожденных телепатов бесцеремонность и человеческая эмоциональность, офицеры мостика предпочли обменяться радостными улыбками между собой и вновь склониться к приборными панелям. Ты хоть сто миссий пройди бок о бок с цефейцем, но будь добр не касаться его руками без надобности, если желаешь и в дальнейшем оставаться другом представителя столь щепетильной в проявлении эмоций расы. - Внимание. Начинаем учебный полет, - капитан Николас включил корабельный аудио-тек, - Машинное отделение, вперед! Четверть досветовой. - Есть, капитан, - донесся из динамиков задорный женский голосок. - Узнали, Бейд? Курсант Рея Бассиан собственной персоной. Та самая девушка, которая произвела неизгладимое впечатление на адмирала Этамин. И адмирал в ней не ошиблась! - сказал Николас, отключившись, - Как вам перспектива проверки желторотых новичков? Бейд обернулся от пульта научной установки. Его приподнятая бровь ярко свидетельствовала о нелогичности в речи капитана. - Желторотых? - переспросил экзот, - Я не замечал, чтобы ваша раса отличалась подобными физиологическими признаками, капитан. Смешок, пронесшийся среди присутствующих на мостике курсантов, разбился о строгий взгляд капитана. - Господа выпускники Космической Академии, серьезность на борту – залог безопасности судна, - говорил Николас вполне серьезно, - Вы поняли меня? Сам Эриаду и его бывалые офицеры позволяли себе на мостике многое, причем безо всякого «вреда безопасности». Опыт компенсировал все. У курсантов опытности - кот наплакал. Посему для юнцов и одной девицы (как известно, среди выпускников оказалась девушка - Бассиан) устав превыше всего. По уставу не полагается глупо хихикать, вертя головами как попугаи. - Да, сэр, - дружно ответили молодые офицеры. - Так-то лучше. Следите за приборами. Советуйтесь с находящимися рядом консультантами. Они опытные офицеры. Как только мы выйдем за пределы системы, начнется отработка боевой тревоги. Там подсказывать вам никто не станет. - Крейсерская скорость, капитан, - доложил рулевой. - Прекрасно! Начинайте ускорение. - Есть, капитан. - Как в старые добрые времена, - тихо заметил Николас подошедшему Бейду. - В «старые времена» с нами была адмирал Этамин, - проговорил педантичный цефеец. - Ее не хватает, вы правы, старший помощник, - с сожалением произнес капитан Николас, отвернувшись к обзорному экрану, в носу защипало. «Как маленький! Будто вот-вот заплачу…», - Никогда не думал, что такая женщина погибнет в полном одиночестве, вдалеке от Аналога, КК-1 000, нас с вами… окажется без помощи и друзей. Хрип сбоку заставил Николаса вскочить на ноги. Схватившийся за спинку кресла цефеец, неуклюже налег на нее грудью. - Что с вами? – капитан подхватил друга за плечи, - Связист, вызовите на мостик врача! - Не нужно, капитан, - Бейд распрямился. - Что это было? - Подозреваю, телепатическая связь, капитан, - невозмутимо сказал Бейд, направляясь к своему рабочему месту. Капитан увязался следом, готовый при необходимости помочь упрямцу устоять на ногах. Лифтовая дверь распахнулась, пропуская на мостик бортового хирурга. - Я же сказал, мне не нужна помощь, - Бейд решительно отодвинул руку доктора с зажатым в ней анализатором, задорно мигающим зеленым диодом. - Бейд! – сердито заметил Николас, - Доктор Зауракк исполняет мой приказ. - Я в курсе, капитан. Нет необходимости меня сканировать. Я здоров. - Он здоров, - подтвердил Зауракк, запихивая цилиндр прибора в сумку на плече. - Вы свободны, док, - распорядился капитан. - Раньше подобные осмотры проводила младший хирург Майя Тан, или… - задумчиво начал Бейд. - Или Илесия Этамин, когда была на медицинском дежурстве. Она погибла, Бейд, - вздохнул Николас, - Мне жаль… - Нет, - взволнованно сказал Бейд, - еще нет! Она жива, капитан. Я чувствовал ее… только что… телепатически! Ее боль. - Вы ошибаетесь, – лицо Николаса стало растерянным. «Чувствовал? Жива?! Но…как ей помочь?» - Нет, капитан, не ошибаюсь, - угрюмо проговорил цефеец, - Но я уверен на сто процентов, что мы не можем ей помочь. Я не знаю, где находится адмирал после прохождения сквозь сингулярность квантовой дыры. - Не можем? – капитан поморщился. Бравый звездный волк, кавалер полного комплекта орденов Славы и вдруг это оглушающее осознание собственной беспомощности! Как это горько. Он любил девочку едва ли не сильнее родного отца, Лароя Этамин. Илесия напоминала капитану дочь, погибшую на станции «Альфа-Промо». - Очевидно, капитан, - понурившийся цефеец вмиг растерял внешнюю невозмутимость. «Ее здесь все ценили…» - Николас обвел глазами офицеров команды, демонстративно уткнувшихся в мониторы. Стажеры и те притихли, растерянно переглядываясь между собой. «Поддались всеобщему угрюмому настроению… Нельзя подчиняться эмоциям. Желторотики!» - Бейд, введите план учений в бортовой компьютер. - Ввел, капитан. - Что ж, господа выпускники, - бодро произнес полковник Эриаду, - вы предоставлены космосу и своим знаниям. Наступает главный и самый первый экзамен в вашей, надеюсь, безупречной карьере в Космическом Флоте. Испытаний на вашу долю за годы службы выпадет немало. Но сегодняшний день вы запомните навсегда, в мельчайших подробностях и цифрах. Удачи всем! Эпизод 28: КОРРЕКТИРОВКА ПЛАНОВ (Галактическая Империя, Корускант) В каждом из нас спит волк В каждом из нас спит зверь, Я слышу его рычанье… (Цой, «Спокойная ночь») Спутанные планы всегда, в любом мире и любому мыслящему существу, внушают мало оптимизма. Задумки, неожиданно измененные многолетним оппонентом, практически твоим врагом, помимо испорченного настроения привносят в голову некоторое опасение за собственную жизнь. «Увел охотницу из-под самого носа! Как теперь ей поручишь работу? Побежит к Вейдеру! Непременно доложит. Иначе Повелитель ей шею свернет…» Вейдер слишком хорошо умел вербовать нужных людей, чтобы сомневаться в результатах встречи Темного Лорда и охотницы. Ему понадобилась Илесия Этамин и он, со свойственным ему цинизмом, отобрал желаемое у соперника. Безо всяких объяснений! Целая неделя проведена охотницей на борту «Исполнителя» - нет сомнений, что с флагмана на Корускант спустится другая женщина. Совсем другая. Господин Советник пребывал в дурном настроении с той самой минуты, как ступил на твердую почву галактической планеты-столицы. Корускант встретил Сейта Пестажа тепло. Как иначе? Второе лицо в имперском госаппарате просто обречено купаться во внимании и роскоши. Двое рабынь твилекк, делающие сегодня массаж хозяину, получили от того взбучку - не с того бока подошли к телу «его капризности». Надо заметить, Пестаж плевал на отвращение Императора к экзотическим расам, окружая себя инопланетной прислугой и девушками наложницами самого чужеродного облика. Не столь давно весь двор гудел от вполне логичной новости – Траун отправлен с тремя крейсерами на исследование необжитых территорий Империи. От придворных не укрылась истинная причина удаления во Внешнее Кольцо блистательного гранд-адмирала. Чисс к несчастью имел не тот цвет кожи и глаз, дабы ему доверял Кос Палпатин. Сит, упившийся властью до помутнения разума, держал экзотов подальше от Корусканта. То ли на родном Набу ему не угодили гунганы, поддержавшие в свободолюбивых устремлениях новую королеву Апайлану, то ли близкое знакомство с сепаратистскими вожаками, сплошь экзотами, помогавшими осуществить государственный переворот, оставило на память ксенофобию на всю последующую жизнь? Сейт был твердо убежден, что и первое, и второе предположение вполне обоснованы. Император не верил экзотам и не любил их. Не разделяя взглядов господина, Советник нашел способ убедить того не обращать на свои вольности особо пристального внимания. Сейт Пестаж умело исполнял обязанности Советника и был верен Палпатину. По крайней мере, Кос так считал. Предположение, что ему рискнет изменить наперсник всех темных дел, похоже, вовсе не приходило ситу в голову. Вейдер способен на многое, Сейт нет. Не та у него фактура! Пестаж заносчив, смакует власть, но он не достаточно смел. Выслушав едва ли не слезливую жалобу на самоуправство Вейдера, Палпатин отправил Пестажа восвояси. Пусть отмокнет в ванной, примет массаж. А то исходит от ярости, как ядовитый воксин кислотной слюной. Сейт клялся, что девчонка понадобилась ему для выманивания повстанцев из их логова. Мол, она охотница, но везла бластеры неизвестно кому, как заправский контрабандист. Разбираться в биографии и политических убеждениях смазливой барышни Кос Палпатин не собирался. Сейт кое-что не договорил. Прожженный интриган обожал «таскать карты в рукаве», жульничая на ходу. Император происков Советника не опасался. Верный человек уже успел доложить, где именно побывал Пестаж. Не только с инспекцией на вздумавшем бунтовать аграрном Бендомире, но и на маленькой планетке, производящей глиттерстрим. «Мошенник… - весело подумал сит, - и бабник!» Позже он сам оценит ту, ради которой два его цепных ранкора едва не перегрызли друг другу глотки. В одном Иператор не сомневался – девушка явно хороша собой, ибо верный соратник падок на красоток. Чтобы он там не выдумывал, а суть в томных глазках и соблазнительных формах охотницы, не иначе! - Глупец, - проворчал его величество, кутаясь в темный плащ. В последнее время он постоянно не мог согреться. Интересно, виной тому возраст или же полное слияние с Темной стороной? И Сила возмущена, между прочим. Юный джедай Люк Скайуокер мутит тихую заводь своими тщетными попытками набраться опыта. Неужели рискнет? А Вейдер, ведь, не торопится привести к нему любопытного сына! Спрашивается - почему? Жульничать Вейдеру он не позволит. Два Скайуокера вместе – слишком опасная, гремучая смесь. Того гляди и к власти потянутся. Абсолютной власти, без Дарта Сидиуса. Но они забывают, что Сидиус, он же Император Палпатин - непревзойденный мастер устраивать психологические ловушки. Тут Вейдер ему не соперник. - Ваше величество, - стоящий у двери имперский гвардеец, облеченный в кроваво-красную мантию, почтительно поклонился, - к вам Лорд Вейдер. Мог бы и не говорить! Ученика сит «услышал» еще при вхождении того во дворец. Падший джедай весьма неумело скрывал свое присутствие в Силе. Ответа гвардеец не дождался. Темная фигура Вейдера «материализовалась» в зале, небрежно оттолкнув элитного охранника плечом. «Ах, как жаждут «отблагодарить» тебя за «учтивость» гвардейцы, друг мой… - съязвил про себя сит, - знал бы ты, как жаждут. Передушил бы всех заранее!» - Вы опаздываете, Вейдер, - как несмазанная шестеренка проскрипел Император, - я давно жду вас! «То он ждет, то не ждет! Не угодишь. Старая немощь…» Повелитель чинно проследовал к подножию трона и преклонил колено. Среди дурных привычек Императора была и эта – каждую комнату дворца оборудовать мини-троном, обязательно водворенным на возвышение. Любуется собой, что ли, взгромоздив тщедушное тельце, наделенное нечеловеческим могуществом, на десять-пятнадцать ступеней выше посетителя? Палпатин молчал долго, молчал и Дарт Вейдер. Терпению он давно научился. Наконец старший сит смилостивился: - Подойдите, Лорд Вейдер! Жужжание сервомоторов протезов, размеренное дыхание через респиратор, тяжеля поступь, под которой прогибались деревянные ступени лесенки, исподволь вызвали у Палпатина змеиную усмешку. Обрубок человеческой плоти будил в нем единственное чувство – интерес естествоиспытателя. Что сможет противопоставить ему ученик? Инвалидность значительно уменьшила владение Силой. В одиночку Вейдер не опасен, но с сыном… - Я искал повстанцев, учитель, но не обнаружил их. - Мой друг, оставьте повстанцев мне, - хихикнул старик, - у меня для них лакомый кусок приготовлен. Наживка. Вы видели новую Звезду Смерти? Как она вам? - Впечатляет, но для завершения строительства нужно время. - Лорд Вейдер, - Император остановил помощника властным жестом ссохшейся, как у мумии ручки, - я удивлю вас. Звезда Смерти полностью в рабочем состоянии. Если Палпатин и ждал восторгов, он ошибся. Человек в маске разучился удивляться. Досадливо поморщившись, его величество продолжил: - Я дам вам планы Звезды, в которых будет явственно видна ее…незавершенность. Проследите, мой друг, чтобы информация и чертежи попали в руки повстанцев. - Ваше величество… - Моя ловушка захлопнется, Дарт Вейдер, а в ней будет весь повстанческий флот и…Л юк Скайуокер. «Старая немощь!», - повторил про себя Вейдер. Интерес Палпатина к юному Скайуокеру возрастал с каждым днем. Не к добру это. Ой, не к добру. Сит недоволен учеником, сит ищет замену. «Поспешить и найти Люка первым!» Холодное касание Палпатина сквозь Силу вызывало почти ощутимую физическую боль. Закрываться от него удавалось с трудом. Старик навязчиво лез в чужую душу и мысли. Вейдер даже зажмурился под маской, чувствуя, как по ногам прошлась судорога. Он не может испытывать сокращение отсутствующих мышц! Фантомная боль, отголосок борьбы в Силе против мысленного интереса Палпатина. У него нет живых ног, больше нет. Безжалостно отняты борцом за правду, Оби-Ваном Кеноби. Прежний учитель вполне заслужил смерть от вейдеровского клинка. Жаль, Люк увидел того, кто убил его драгоценного наставника джедайским премудростям! Видите ли, старик Кеноби умудрился скрыть от Люка личность его отца. И после смерти подлостью одарил, «идеалист» проклятый… То-то попотел мальчишка, когда пытался примирить чувство ненависти к убийце Бена Кеноби, сыновнюю жалость к полумеханическому уроду, манящему его властью, и отвращение повстанца к холоднокровному убийце своих товарищей. - Он придет? – переспросил Вейдер, отвлекая Императора от «исследования». - Я предвижу это! – торжественным полушепотом провозгласил Палпатин, - Люка и тебя многое связывает. Он должен присоединится к нам, или умереть. - Он присоединится. Обещаю, учитель, - ответил Вейдер. Ответил, пожалуй, слишком поспешно. Если Император и заметил неуклюжую попытку Повелителя защитить жизнь сына, то сделал вид, что ничего не понял. - Что у тебя еще? – поинтересовался Палпатин, чувствуя нежелание ученика уходить. - У меня есть кандидат на роль «спасителя» повстанческого Альянса. Женщина, которую я забрал с крейсера Советника Пестажа. Палпатин ехидно хихикнул. Вейдер озадаченно умолк. - Продолжайте, друг мой, - ободрил Император, - и просветите меня, отчего я должен исполнение всех своих планов доверить какой-то… охотнице. - У меня есть основания полагать, что Илесия Этамин не охотница. Она хэйпанский шпион. И куда делась вся симпатия Вейдера к Илесии? Он и сам не знал, но выпал хороший повод легализовать молодую женщину перед подозрительным наставником, как свою будущую помощницу. Пусть и ценой позорного клеймения. - С чего вы так решили? – из-под капюшона, приспущенного на изуродованное поединком с Магистром Винду лицо, блеснуло два заинтересованных желтых глаза. - Она сама указала на свое происхождение, ваше величество. Аристократка, в ссоре с королевой, изгнанница, вынужденная стать охотницей за головами. Она перечислила мне всех основных лидеров Альянса. Неслучайная осведомленность, как мне кажется… - Вам кажется? Вы допросили ее? - Я уверен, что Илесия передаст планы Звезды Смерти своим знакомым из Альянса. Если не лично сделает, то поручит доверенному лицу или тому, кого мы с ней сведем. Предлагаю установить за ней наблюдение и поручить ей претворение вашего плана в жизнь, учитель. Она пригодится нам и в дальнейшем… для влияния на Хэйпанский сектор. Мы совсем не знакомы с Хэйпом. - Как же ты ненавидишь Пестажа! - хмыкнул Император, - Он явно положил глаз на эту девушку. Завтра мы встречаем моффов (прим. «наместников») из Корпоративного Сектора. Приведи ее сюда. - Пусть ее выведет в свет Советник Пестаж, учитель. - Как хочешь, мой друг. Сообщи ему о моем желании. - Да, учитель. «Отказать себе в удовольствии лицезреть недовольную гримасу на лице Пестажа? О, нет! С радостью посмотрю…» - Вейдер неспешно спустился по лесенке и направился к двери зала. Сарита носилась по комнате, как спидер на финальном витке заезда в гонках. Полдня потренировавшись с подаренным Илесией ножом, она пришла в такую уверенность в собственных силах, что выставила Карино жесткое требование: либо они идут искать охотницу немедленно, либо она разлюбит жениха! - Сарита! Где ее искать? Мы на Корусканте! – возмущался цереанец. - И что? Что ты предлагаешь? Бросить ее в беде? Она выручила нас на той вонючей наркоманской планетке! - Нет, ты совсем не слушаешь меня, несносная скандалистка! – воскликнул молодой экзот, - Здесь не провинциальная планетка, а многомиллиардный мегаполис! Целая планета, застроенная многокилометровыми высотками! Капитан Этамин была в плену у Лорда Вейдера. Ты помнишь, кто такой Лорд Вейдер? - Помню! Тот, кто отдал распоряжение уничтожить моих родителей и королеву Апайлану… - Если Илесия Этамин жива, она сама найдет Сейта Пестажа, а вместе с ним и нас. Пестаж нас не выгнал, не отдал полиции – значит, уверен, что капитан жива и вернется. Этамин зачем-то нужна Советнику, понимаешь? Он поставил ее судно в личный док на орбите. И содержит нас в своей квартире. Ждать нужно. - Не буду я ждать! – истерично заявила упрямая блондинка, - Меня тошнит от этого гостеприимства. - Ты будешь слушаться меня! – Карино с досадой пнул стул. - Почему? - Я старше! - И что?! – Сарита Тау уперла руки в бока, - Договаривай! Ну? - И я люблю тебя с тех пор, как увидел на невольничьей яхте… - Хватит давить на жалость! – возмутилась девушка. - Жалость? Настойчивый стук в дверь заставил Карино обернуться и открыть защелку. Миловидная девушка ступила на порог и приветливо улыбнулась. - Хозяин послал узнать, всем ли вы довольны? – спросила она. - О да, - лаконично ответил Карино, настойчиво перекрывая ей дорогу. Мысль, что у почти семейного спора появится посторонний свидетель, вызвала на небритом лице цереанца румянец. «Краснею, как женщина!» - поругал он себя и настойчиво взял служанку за локоть. - Все в порядке! Можешь идти, - Карино подтолкнул девушку к двери. - Вы уверены? У вас окно открыто. Господин не любит, когда мы открываем окна. На улице шумно… - Шумно? Но это Корускант, - улыбнулся экзот, - в городе всегда шум и суета. - Под шум и гул в дом может проникнуть дроид-шпион. Хозяин запрещает… - Я тебя понял! – перебил Карино, - Иди. Я закрою окно. Обещаю. Девушка с поклоном прикрыла за собой дверь. Карино в задумчивости приблизился к полуоткрытой раме окна. - Сарита, ты зачем его открыла? Сарита! Хватит дуться. Выходи! Он даже заглянул в спальню, на кухню и в душ, прежде чем убедиться в том, чем же ему не понравилась звучащая в ответ тишина. Сариты Тау на нижнем уровне личной квартиры Сейта Пестажа не было! Через дверь девушка уйти не могла. Остается последний вариант – окно. Вторично метнувшись к окну, молодой человек свесился через подоконник. Вниз от декоративной решетки, оплетавшей окно снаружи примерно до половины, свисал длинный белый пояс. - Силы гравитации! Сарита… эй… - неуверенно позвал он сквозь уличный шум. Затем протиснулся через раму и взялся за привязанную ткань. Пояс пах ее духами. Вздохнув, Карино уцепился за него и пополз вниз, отталкиваясь ногами от скользкого фасада здания. Гибкая и ловкая танцовщица, в детстве не раз бродившая с друзьями по реликтовым паркам Тида на Набу, несомненно, как никто другой подходила на роль городского скалолаза, то есть… высотолаза, или как там правильно назвать это экстремальное безумие? Через этаж пояс закончился. Но куда подевалась его обладательница - неуравновешенная и бесстрашная особа? Одна в огромном, чужом городе. Неопытная обитательница провинциальной Илесии. Большой, красивый ребенок! От дурных предчувствий у Карино похолодело в животе. Присмотревшись, он заметил мелькнувшее в полусотне метров ниже знакомое платьице в простенький серебристый цветочек. - Сарита! – несостоявшийся контрабандист застыл на карнизе, придерживаясь за решетку очередного окна. Боковой поток ветра едва не сорвал цереанца с ненадежного выступа. Ругая про себя Сариту и всех ее родственников до десятого колена, экзот ухватился за какие-то коммуникационные кабеля и продолжил осторожный спуск.