Фантомный вор

      И тут словно земля затряслась. Будто вот-вот случится нехорошее.       – Господин хранитель! – появился неизвестный зверёк, который вышагивал, будто торопился. Очень похожий на кота, но с некоторыми отличиями. Большие крылья, как у летучей мыши, с львиной головой и шеей, козлиным туловищем и змеиным хвостом, персикового цвета. Он нервно подёргивал кончиком хвоста, а его крылья были плотно прижаты к бокам.       Джей замер, его лицо стало каменным. Эйд отшатнулся, инстинктивно хватаясь за кобуру, хотя понимал, что пистолет тут бессилен.       – Мантикора? – тихо выдохнул Джей, опускаясь на одно колено перед существом. – Что случилось, Айрис?       Зверёк издал тревожный, мелодичный звук, больше похожий на птичий щебет, и коснулся носом его руки. В воздухе вспыхнули и тут же погасли несколько искр.       – Они прорвались, – перевёл Джей, и его голос стал ледяным. – Где?       Мантикора повернула голову в сторону окна, в сторону старого промышленного района. Эйд, всё ещё не веря своим глазам, увидел, как по стеклу поползли тонкие, как паутина, трещинки, хотя никто к нему не прикасался. Воздух в палате стал густым и тяжёлым, как перед грозой.       – Сколько? – спросил Джей, вставая. Его движения были резкими, точными. Вся прежняя расслабленность исчезла без следа.       Айрис подняла одну лапу, растопырила когти, затем добавила ещё два пальца.       – Семь. И один… проводник? – он уловил ещё один образ, переданный мантикорой. Его глаза сузились. – Человек. Они нашли проводника в этом мире.       – Что… что происходит? – наконец выдавил из себя Эйд. Его мир, чёткий и логичный, рушился на глазах.       Джей обернулся к нему. В его взгляде не было ни насмешки, ни раздражения. Была только холодная, отточенная решимость.       – Тот самый «плохой план», детектив. Только хуже. Гораздо хуже. – Он потянулся к своему грязному пиджаку, вытащил из внутреннего кармана тонкий серебряный браслет, украшенный рунами, и надел его на запястье. Браслет щёлкнул, сливаясь с кожей, и засветился тусклым синим светом. – Музей Шэдрэн. Вечером. Там будет ключ. И ад кромешный, если мы опоздаем.       – Мы? – Эйд не понял.       – Ты хотел арестовать меня? – Джей криво усмехнулся, поправляя рукав. – Поздравляю. Ты получил фронтовой арест. Ты теперь мой официальный надзиратель. Идёшь со мной, чтобы гарантировать, что я не сбегу. Или чтобы попытаться меня остановить. Как тебе удобнее.       Он сделал шаг к окну, но Эйд перегородил ему дорогу.       – Я не могу просто… Ты должен всё объяснить! Что это за тварь? Какие семь? Какой проводник?       Мантикора, Айрис, фыркнула, и из её ноздрей вырвалось облачко искр. Она смотрела на детектива умными, слишком человеческими глазами, полными нетерпения.       – Объясню. В дороге, – сказал Джей. – Каждую секунду промедления кто-то может умереть. Не от пули или ножа, а от того, что разорвёт его душу и съест память. Ты хочешь быть тем, кто стоит здесь и требует объяснений, пока это происходит? Или тем, кто попытается это предотвратить?       Он не ждал ответа. Отодвинув Эйда в сторону, Джей распахнул окно. Внизу, на асфальте, уже собралась толпа встревоженных людей, смотрящих на небо, где клубились неестественно тёмные, почти фиолетовые тучи.       – Айрис, путь, – скомандовал Джей.       Маленькая мантикора взмахнула крыльями, взлетела на подоконник и прыгнула вниз. Но вместо того чтобы падать, она зависла в воздухе, и пространство перед ней затрепетало, словно нагретый асфальт. Образовался невидимый трамплин.       – Первое правило, детектив, – Джей обернулся, и в его глазах мелькнула знакомая искорка азарта, смешанная с безумием. – Когда мир вокруг тебя становится сказкой, перестань вести себя как следователь. Начинай вести себя как герой. Или как выживальщик. Идёшь?       Не дав Эйду опомниться, Джей схватил его за руку и шагнул в пустоту за окном. Детектив вскрикнул, но крик застрял в городе. Вместо падения их ноги ступили на твёрдую, невидимую глазу поверхность. Они побежали по воздуху, по незримой дороге, которую прокладывала впереди мантикора, её персиковые крылья рассекали сгущающийся мрак. А впереди, над силуэтами заводских труб, уже плясали отблески не огня, а чего-то лилового и живого, и доносился далёкий, леденящий душу вой.       Они бежали по воздуху, и мир под ногами превращался в размытое пятно. Эйд не кричал — не потому что был смелым, а от чистого шока. Его мозг отказывался обрабатывать информацию: он, детектив Эйден Морс, бежит по небу за крылатым котольвом, которого держит за руку вор-оборотень, спасающий город от демонов. Это был бред. Но ледяной ветер, рвущий одежду, и зловещее лиловое зарево впереди были жутко реальны.       — Правило второе! — крикнул Джей, не оборачиваясь. Его голос резал ветер чётко, будто он шёл по ровному тротуару. — Не думай, как это работает. Просто беги и не смотри вниз!       Эйд инстинктивно посмотрел вниз. Улицы, машины, люди — всё уплывало вдаль, как в кадре быстро движущейся камеры. У него закружилась голова, и он едва не пошатнулся. Сильная рука Джея тут же жёстче вцепилась в его запястье.       — Я же сказал — не смотри! — в голосе прозвучала не шутка, а команда. — Айрис, левее! Обходим выброс!       Мантикора впереди вильнула хвостом и изменила траекторию. Воздух перед ними вдруг заволокло едкой, серой дымкой, от которой першило в горле даже на бегу. Это была не просто гарь. В ней плавали тени, обрывки шёпота, чужие воспоминания о боли. Ментальная копоть, мелькнула мысль у Джея, и он мысленно усилил барьер вокруг себя и детектива.       Они приземлились на крышу старого склада на окраине промзоны с грацией, неожиданной для такой безумной гонки. Под ногами хрустнул гравий. Айрис тут же свернулась калачиком у ног Джея, тяжело дыша, её крылья безвольно опустились.       — Она не может долго, — пояснил Джей, проводя рукой по её загривку. Мантикора блаженно прикрыла глаза.       — Порталы — не её специализация. Дальше — пешком.       Эйд отшатнулся, наконец вырвав руку. Он был бледен, дышал рвано, но в глазах горел не страх, а яростное, чистое негодование.       — Объясни. Сейчас. Что это за выброс? Кто такие «семь»? И что значит «проводник»? И почему… — он ткнул пальцем в мантикору, — это… это называет тебя «хранителем»?       Джей вздохнул. Он посмотрел на лиловое зарево, которое теперь было ближе и пульсировало, как гнойная рана на теле города.       — Короткая версия? Есть другие слои реальности. Тени, отражения, адские задворки — называй как хочешь. Иногда грани истончаются. Иногда их рвут нарочно. «Семь» — это охотники из Бездны. Не демоны в библейском смысле. Хуже. Они питаются не плотью, а… сущностью. Эмоциями, памятью, самой душой. Оставляют пустые оболочки. — Он говорил быстро, деловито, как докладчик на брифинге. — «Проводник» — это идиот-смертный, который добровольно или по глупости дал им точку опоры здесь. Помог открыть дверь. Обычно с помощью артефакта вроде адской цепочки.       — А ты? — Эйд не отступал.       — Я — чистильщик. Уборщик. Хранитель границ. Последний из рода, который этим занимается. Моя «кража» артефактов — это попытка собрать их, пока они не попали не в те руки. Как сегодня. — Он посмотрел на детектива. — Ты видел след на шее того трупа? Это была не просто метка. Это был маяк. Они помечают жертв с редкой, сильной аурой — как четвёртая отрицательная — чтобы проще найти и высосать. МоЙ отец должен был оперировать следующего. Музей Шэдрэн — следующая цель. Там хранится Полумесяц Лилит, один из тех самых тринадцати. Он как мощный аккумулятор. Если они подпитаются им…       Он не договорил. Зловещий гул, который они слышали в больнице, прокатился снова, теперь громче, ближе. Крыша под ногами слегка задрожала. В лиловом зареве что-то шевельнулось — огромное, бесформенное.       — Они уже здесь, — тихо сказала Айрис, её мысленный голос, тонкий и мелодичный, прозвучал в головах обоих. — Идут к музею. Сквозь тени. Проводник ведёт их.       Эйд сглотнул. Его мир рухнул окончательно. Но вместе с ним рухнули и сомнения. Перед ним был не просто преступник. Перед ним была катастрофа, которую его протоколы и пистолет не могли остановить.       — Что нужно делать? — спросил он, и его голос, к его собственному удивлению, звучал твёрдо.       Джей ухмыльнулся — не насмешливо, а с каким-то странным облегчением.       — Правило третье, детектив. Чтобы поймать нездешнего монстра, иногда нужно стать немного монстром самому. Готов?       Джей оценивающе посмотрел на детектива. Тот стоял, сжав кулаки, но взгляд его был ясен. Страх остался где-то глубоко внутри, вытесненный жгучей необходимостью действовать. Принимает, — констатировал про себя Джей. Быстро.       — Хорошо, — кивнул он. — Значит, план. Они идут сквозь тени — это их естественная среда. Мы так не можем. Значит, нам нужно их перехватить на физическом плане, у самого музея. Айрис, ты сможешь отслеживать их перемещение в тенях?       Мантикора подняла голову, её глаза сузились в щёлочки, полные сосредоточенности.       «Да. Но я… буду маяком для них. Если сосредоточусь на слежке, они почуют меня», — прозвучал в их сознании её мелодичный, но напряжённый голос.       — Риск, — констатировал Джей. — Но иначе мы опоздаем. Делай. Дай знать, когда они будут выходить в наш слой. Мы должны встретить их у входа.       Айрис кивнула, расправила крылья и, казалось, растворилась в воздухе. Не исчезла, а стала полупрозрачной, как дымка, её очертания дрожали, уходя в иное измерение.       Джей повернулся к Эйду.       — У тебя есть оружие?       — Служебный «Глок», — автоматически ответил детектив, хватаясь за кобуру.       — Забудь про него. Против того, что идёт, пули — как горох об стенку. Разве что отвлечёшь. — Джей порылся в карманах своего потрёпанного пиджака и вытащил два предмета: маленький, похожий на полированный камешек, и тонкий серебряный стилет, покрытый вычурной гравировкой. — Держи. Обсидиановый отбойник. Брось в упор — на секунду нарушит их концентрацию, собьёт с толку. А это — клинок лунного света. Режет не плоть, а сущность. Только не тыкай куда попало. Одно неверное движение, и он может выжечь часть твоей души.       Эйд с недоверием взял предложенное. Камешек был тёплым на ощупь, стилет — ледяным. Оба пульсировали едва уловимой энергией.       — А ты чем будешь сражаться? — спросил он, видя, что у Джея в руках больше ничего нет.       Тот лишь усмехнулся и поднял правую руку. Серебряный браслет на запястьи вспыхнул ярче. Из света и тени у его пальцев начал формироваться клинок — длинный, изогнутый, словно выкованный из чёрного льда и звёздной пыли. Воздух вокруг него зазвенел.       — Я — своё оружие, детектив. В прямом смысле. Пошли. Нам нужно спуститься и двигаться по земле. Айрис поведёт.       Они быстро спустились по пожарной лестнице. Район был пустынным, заброшенным. Лиловое зарево отсюда было видно ещё отчётливее, оно отбрасывало болезненные блики на ржавые стены и разбитые стёкла. В воздухе витал сладковато-гнилостный запах.       «Близко», — донёсся мысленный шёпот Айрис. «Выходят в переулке за углом музея. Их… восемь. Семь охотников. И проводник. Он… он не сопротивляется. Его воля сломлена полностью».       — Восьмой — уже не человек, — мрачно пояснил Джей, ускоряя шаг. — Марионетка. Жаль его, но остановить можно только одним способом.       Они выскочили на пустынную улицу, ведущую к массивному, похожему на крепость зданию Музея Шэдрэн. У служебного входа, в глубокой тени, воздух начал кипеть. Он темнел, сгущался, из него проступали силуэты — высокие, худые, с неестественно длинными конечностями. Их лица были лишены черт, лишь впадины, в которых пылали тусклые лиловые огоньки. А впереди них, словно сомнамбула, шёл человек в потрёпанном плаще. Его движения были механическими, а из полуоткрытого рта струился тот же лиловый свет.       — Хранитель… — прошипел один из охотников, его голос был скрежетом камней. — Маленький щенок на пути стаи.       — Щенок, у которого острые зубы, — парировал Джей, останавливаясь и принимая стойку. Его чёрный клинок замерб в готовности. — Эйд, фланг! Не дай им окружить! Айрис — свет!       Мантикора материализовалась над ними с тихим свистом крыльев и, набравшись сил, выдохнула сноп ослепительно-белого пламени. Это был не огонь, а чистая энергия света. Охотники взвыли, отшатнулись — их теневая природа болезненно реагировала на него.       — Сейчас! — крикнул Джей и ринулся вперёд.       Всё смешалось в хаосе движения, света и тьмы. Джей фехтовал своим призрачным клинком, его движения были стремительны и смертоносны. Там, где клинок касался охотников, они не истекали кровью, а расползались клубами чёрного дыма с визгом. Но их было семеро. Они атаковали с разных сторон, их длинные, как лезвия, пальцы рвали воздух.       Эйд, забыв обо всём, что знал, действовал на инстинктах. Когда один из теней отделился от общей массы и попытался зайти Джею сзади, детектив швырнул обсидиановый камешек. Тот попал точно в «грудь» существа и взорвался вспышкой тёмного света. Охотник замер, его форма поплыла. Эйд, не раздумывая, вонзил серебряный стилет в ближайшую тень. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну, и существо с воплем начало рассыпаться.       Но их было слишком много. Один из охотников, проигнорировав Джея, метнулся к служебной двери музея, к заветному артефакту внутри. Айрис бросилась наперерез, но её отшвырнул мощный удар теневой лапы. Она с писком отлетела в сторону, свернувшись клубком.       — Айрис! — крикнул Джей, на миг отвлекаясь. Этого мига хватило. Двое охотников сцепились с ним, облепив, пытаясь погасить свет его клинка своей тьмой.       А марионетка-проводник, тем временем, монотонно подошёл к двери и приложил к замку ладонь, из которой сочился лиловый свет. Металл двери начал плавиться.       Эйд увидел это. Увидел, как Джей борется, как Айрис лежит без движения. Он остался один на один с решающей секундой. Пистолет бесполезен. Стилет далеко. В кармане — только пустой бумажник и…       Карта. Та самая кредитка, которую он незаметно стащил у Джея в больнице. Он почти забыл о ней.       Не думая, действуя на каком-то запредельном чутье, он выхватил её. Это была не простая карта. На тёмном пластике были выгравированы те же руны, что и на браслете Джея. Эйд не знал, что с ней делать. Он просто в отчаянии швырнул её в сторону проводника, в ту липкую лиловую ауру, что окружала того.       Карта, коснувшись энергии, не упала. Она зависла в воздухе и загорелась. Не сгорела, а вспыхнула чистым, холодным, серебристым светом. Руны на ней ожили и спроецировались в воздух, сложившись в сияющую печать.       Лиловый свет вокруг проводника дрогнул, затрепетал и стал гаснуть, словно его перебивали. Человек в плаще закачался и рухнул на колени, издав первый за всё время человеческий стон.       Этот свет, эта печать — она была знаком. Знаком Хранителя.       Джей, увидев вспышку, рванул с новой силой. Вырвавшись из хватки охотников, он одним прыжком оказался рядом с павшим проводником. Его клинок описал в воздухе быструю, сложную дугу, прочертив руну прямо на расплавленной двери.       — Запечатано! — прогремел его голос, и не только в воздухе, но и в самой реальности.       Оставшиеся охотники взвыли в унисон. Без подпитки от проводника и с приближающимся рассветом их силы таяли. Они начали отступать, растворяясь в сгущающихся тенях переулка, унося с собой своих раненых собратьев.       Тишина, наступившая после боя, была оглушительной. Эйд тяжело дышал, опираясь руками о колени. Серебряный стилет дрожал в его руке. Джей опустил клинок, который медленно растаял в воздухе. Он подошёл к проводнику. Тот, теперь просто бледный, испуганный человек, смотрел на них пустыми глазами.       — Он выживет, — тихо сказал Джей. — Но часть его… навсегда останется там.       Потом он повернулся к Эйду. Его взгляд был усталым, но в уголках глаз играли знакомые искорки.       — Картой, а? — он слабо ухмыльнулся. — Наглый ворюга. Правило четвёртое, детектив. Иногда лучший инструмент — тот, что украден у врага. Или у союзника. Ты… справился.       Он протянул руку, чтобы помочь подняться упавшей рядом Айрис. Мантикора недовольно фыркнула, но позволила себя погладить.       Вдалеке, на востоке, занималась настоящая, земная заря, разгоняя лиловый кошмар. Сирены полицейских машин уже выли где-то в городе, направляясь к музею по вызову сработавшей сигнализации.       — Ну что, мистер детектив, — сказал Джей, глядя на приближающиеся огни. — Готов к самому сложному объяснению в твоей карьере?       И тут резко Эйд потерял сознание.