По лезвию чувств

__________

Воздух пульсировал, лаская обнаженные участки кожи двух женщин, прижавшихся друг к другу. Пальцы Спасителя мягко касались затылка Королевы, успокаивая и расслабляя напряженное тело. Острая боль на губах смешивалась с обжигающей волной, распространяющейся по венам. Ладонь девушки скользнула вниз, оставляя легкий след голубого свечения на шее, и еще дальше по краю шелкового воротника на верхнюю пуговицу ночной рубашки. Миллс разорвала поцелуй, когда почувствовала, как ткань скользнула по плечам, и спустя секунду бесшумно опустилась на кафельный пол ванной комнаты. Ресницы Свон дернулись, и она встретилась со светло янтарным взглядом Королевы, в котором плясали отблески ее магии. - Пути назад не будет, Эмма, - едва слышно прошептала Миллс, останавливая руки блуждающие по коже, сжимая их в своих. Свон замерла, переплетая их пальцы, на долю секунды сжимая горячую ладонь. - Потеряли или не достигли? – также шепотом произнесла Эмма, выпуская из рук ладони женщины, делая пару шагов назад. - Эмма… - Я верю во второе, - разворачиваясь к двери, уверенно произнесла Свон. – Во что веришь ты? Не дожидаясь ответа, девушка покинула помещение, оставляя женщину одну. Регина обняла себя руками, неожиданно остро почувствовав незащищенность обнаженного тела. Магия Спасителя таяла, уступая место беспристрастной реальности. Женщина откинулась на холодную стену, закрывая глаза, успокаивая колотящееся сердце. Она должна ненавидеть, должна презирать и ощущать ярость. Все те чувства, что неизменно следовали за ней по жизни в этом бесконечном проклятье, должны быть направлены на белокурого Спасителя, разрушившего… Миллс развернулась к зеркалу. Смотря в его глубину, она не видела своего лица, взор женщины был направлен гораздо дальше, чем могло показать отражение. Закрыв глаза, она почувствовала, как на коже все еще ощущаются слабые отголоски прикосновений девушки. Из зажмуренных глаз тонкими дорожками потекли беззвучные слезы.

__________

Эмма стояла у распахнутого окна в спальне Регины, перебирая в пальцах разорванный бинт. Она слышала, как Миллс закрутила кран, и особняк вновь погрузился в абсолютную тишину. - Это вполне закономерно, знаешь, - Свон обернулась на тихий голос. Регина стояла в дверях, прижимая к груди измятую рубашку, сжимая края, будто боясь, что она неожиданно выпадет из рук. - Тебя это пугает? – Эмма отбросила бинт на подоконник и приблизилась к женщине, протягивая той руку. - Уже нет. Регина отпустила рубашку и вложила руки в ладони Спасителя, которая, не ощутив сопротивления, подтянула Королеву к себе, обнимая за талию. Второй поцелуй не был смешан с болью, наоборот возродил нечто давно забытое обеими женщинами, что-то, что обе желали ощутить вновь. Эмма отошла назад, ведя Миллс за собой, не разрывая поцелуя, и почувствовав, что ноги уперлись в кровать, развернула женщину, опуская ее на скомканные простыни. Заведя руки Регины за голову, Свон отстранилась ровно настолько, чтоб иметь возможность увидеть карие глаза. Не было страха, гнева, презрения, впервые этот взгляд смотрел прямо и открыто. - Больше не будет кошмаров, - прошептала Свон, касаясь губами ровного шрама над верхней губой брюнетки. – Обещаю. И Регина верила. Неосознанно, не понимая причины этого доверия, но она верила словам врага, столь неожиданно ставшего ее спасителем. Эта вера была такой же ясной и осязаемой, как и прикосновения пальцев скользящих по ее рукам вниз к груди. Миллс позволила себе прерывистый вздох, когда колено Свон опустилось между ее бедер, несильно надавливая на чувствительную плоть. Глаза закрылись, а спина непроизвольно выгнулась под невесомыми поцелуями, спускающимися от подбородка к шее, ключице, груди. Сознание Свон наполнялось ощущением предельной правильности, будто недостающий элемент нашел свое место. Ее не пугало то, с какой отзывчивостью губы Королевы отвечают на ее поцелуи, не пугало то, с каким несдержанным порывом она освободила Миллс от тонкой ткани белья, углубляя поцелуй, чувствуя осторожные прикосновения к своему лицу. И с облегчением выдохнула, когда Миллс помогла ей самой раздеться. Касания стали настойчивей, жарче, ближе. Эмма переместилась чуть выше, проскальзывая рукой между тесно прижатыми друг к другу бедрами, касаясь разгоряченной плоти, слыша, как сорвалось дыхание Регины, когда девушка нежно провела пальцем по самому чувствительному месту. Губы вновь встретились, а рука двинулась дальше, плавно входя в женщину, вырывая стон, утонувший в поцелуе. Эмма плотно закрыла глаза, начав двигаться в такт дыханию Королевы, скользя вдоль бедра брюнетки, чувствуя возрастающее желание с каждым новым движением. Границы размылись, стерлись настойчивостью каждого проникновения в податливое тело. Миллс обняла Свон за шею, притягивая плотнее, двигаясь навстречу тонким пальцам дарящим наслаждение в смеси со столь желанным спокойствием. Находясь у края, на пике ощущений, взгляды женщин встречаются, а пальцы сплетаются в замок, удерживая друг друга, когда Королева и Спаситель одновременно переступают последнюю грань, разделяющую их прошлую жизнь от того, что они сами построили для себя...в этот миг только для двоих. Оставленная настежь открытой дверь еле слышно скрипела, двигаясь от гуляющего по комнате ветра. Мерный стук капель по подоконнику и шум вновь начавшегося дождя были единственными свидетелями того, что происходило в освещенной лунным светом комнате огромного особняка.

__________

Эмма подняла с пола одеяло и накрыла им себя и впервые мирно спящую Королеву. Притянув женщину ближе к себе Свон уткнулась носом в темные волосы, скользнув в сон без сновидений, чувствуя, как под ладонью спокойно бьется сердце Миллс.