Часть 24
2 марта 2019 г., 11:14
— Ты назвал котят? — Толя зажал возмущенно мяукнувшего серого между бедрами и раздавил блоху ногтями. Та, погибая, едва слышно щелкнула лопнувшим хитиновым брюшком.
Погруженный в прошлое Дима покачал головой. Парню эти двое суток было как-то не до котят — кормил обоих, чистил их туалет, и ладно. Уже подвиг.
— Не назвал, — он упорно смотрел мимо Быка. — Да и не силен я в кошачьих кличках. Вообще в кошках не силен. Даже не знаю, кого подобрал, мальчиков или девочек. Отнесем ветеринару, пусть разберется.
Толя коротко, изучающе взглянул на Диму и отпустил пытающегося вывернуться зверька.
— Этот — мальчик, — бандит улыбнулся только уголками губ, его глаза остались серьезными. — На счет рыжего не знаю. Хочешь — словлю и проверю. Надо?
Дима развел руками. В нем сейчас было слишком много смертных подвалов, чтобы заморачиваться полом котят.
— Проверь, — буркнул заморозившийся изнутри парень, — если не лень. Я буду благодарен.
Толя хрустнул пальцами, косился, косился. Явно не понимал, с чего вдруг накрыло Диму, тревожился.
— Все-таки ты очень странный, — наконец вымолвил бандит, придя к какому-то решению. — Ну очень. Не обижайся, хорошо? Мне именно твои странности и нравятся. Не такой, как все. Выделяешься из толпы.
Блядь. Дима вовсе не собирался обижаться на Бычару. Занятый собственными мыслями, парень рассеянно потрепал бандита по колену и встал.
— Чайник-то вскипел, — теперь он смотрел на чайник. — Что будешь есть, рыбу или шашлык?
Толя заморгал.
— К рыбе надо пиво, — чудо заиграло по напряженным скулам желваками. — Доставай мясо, шашлык и с чаем — шашлык.
Лично Дима считал — шашлык лучше запивать красным сухим, но спорить не стал. Распаковал шампуры и свалил на большую тарелку. После, под пристальным взглядом Быка, выставил на стол бутылку принесенного вчера бандитом вина, выдвинул из-под столешницы ящик и извлек штопор. От пары бокалов на рыло, да под плотную закусь, похмелья не случится. Не та доза алкоголя на килограмм веса.
— Садись, — парень решительно воткнул штопор в пробку, не обдирая с горлышка облатки. — Поужинаем по-человечески.
Толя неспешно поднялся и присел на предложенный хозяином квартиры стул.
— Ты и волчара расстались, верно? — бандит хмурился. — Поэтому ты такой смурной? Мое сочувствие.
Дима зыркнул исподлобья с выражением: не влезай, убьет и яростно дернул за вкрученный штопор — пробка выскочила из бутылки с звонким хлопком.
— Расстались, — подтвердил ледяным тоном, швыряя штопор вместе с навинченной пробкой через пол кухни в раковину. Попал и показал Бычаре оттопыренный большой палец — победа. — Не сочувствуй, — добавил чуть теплее, — мне от твоего сочувствия ни холодно, ни жарко.
Толя потупился, заводил по скатерти пальцами вправо-влево и принялся покрываться красными пятнами.
— Дим, — он морщил сразу лоб и нос, — разливай, а? Выпьешь немножко, и полегчает. Что мне для тебя сделать, чтобы ты улыбнулся? Могу показать фокусы с картами — отвлечешься.
Ну блядь. Блядь-блядь-блядь! Понимающий — вот-вот взорвется, Дима схватил с сушилки две чашки и шваркнул на стол, едва не разбив обе. Бешено заколотившееся сердце бедолаги выворачивало наизнанку и пронзало раскаленными шипами. Больно, больно, больно!
Толя подался корпусом вперед и аккуратно взял готового завыть от отчаяния в потолок парня за предплечья возле локтей. Не насилуя — притормаживая.
— Набухаться в дрова — не выход, — низкий голос бандита звучал ровно, обволакивал хрипотцой. — Раз набухаешься, два, три… В результате сопьешься нахуй, как моя мама. Давай-ка, сядь, и придумаем котятам клички. Пожалуйста.
Клички? Дима сглотнул и застонал на пределе слышимости. Клички так клички, лишь бы об Игоре не думать. Невыносимо, Господи. Прости, спаси и помоги. Помолиться, что ли?
