Тёплые будни

- ЭВРИКА! Я НАШЁЛ, НАШЁЛ! Мисс Перегрин! В следующие несколько секунд жители дома могли наблюдать с огромной скоростью несущийся по коридору лист бумаги. - Миллард, прошу, оденься! - послышалось вдогонку свёртку. - Не могу, я нашёл её, я нашёл! - мальчик повторил эти слова раз девять за последние сорок секунд, а в промежутках он ещё умудрялся вставлять "эврика!" и "мисс Перегрин, скорее!". Фамилия имбрины за это время прозвучала больше раз, чем, наверное, за всю её жизнь. Удивительно, как Алма не подпрыгнула от испуга, когда взъерошенный (хотя кто мог это видеть?), но счастливый Миллард с огромной силой толкнул дверь, которая, в свою очередь, с громким хлопком ударилась о стену, и буквально влетел в комнату. - Мисс Перегрин, я НАШЁЛ ЕЩЁ ОДНУ, Я НАШЁЛ, НАШЕЛ!!! Алма смотрела на мальчика слегка ошарашенным взглядом и ждала прекращения радостных воплей. Когда Миллард наконец заметил взгляд имбрины, он на секунду замолчал, а потом уже спокойнее спросил: - Можно войти? - Да, - улыбнувшись, сказала Алма. - Уже можно. Мальчик сделал ещё один шаг вперёд, что можно было определить по плавному движению свёртка. - Я нашёл ещё одну петлю! Алма вопросительно посмотрела на воспитанника. - Сан-Франциско, Мексика, 7 ноября 1920-ого года, - гордо сказал мальчик. - О, да. Я знаю, это петля мисс Гракл. - Но... я думал, о ней никто не знает... - свёрток бумаги уныло опустился. Алма подошла к мальчику: - Когда-нибудь, ты станешь великим первооткрывателем, не переживай, - Алма потрепала Милларда по голове. - А пока, пожалуйста, оденься, - имбрина улыбнулась мальчику и села обратно за стол. - Хорошо, сейчас, - свёрток проплыл к выходу и скрылся в дверном проёме. У Милларда была невероятно сильная тяга к знаниям и открытиям - вот уже три года, ровно с того момента, как Алма нашла мальчика, он активно изучал петли, странности, и всё связанное со странным миром, с нетерпением дожидаясь, когда имбрина создаст петлю, чтобы подробнее изучить её действие, как на странных людей, так и на обычных. Хотя успехи со стороны открытий неизвесных петель у него всё-таки были. Год назад Миллард, перерыв всю библиотеку сверху до низу, нашёл сведения о заброшенной петле в Нью-Джерси от 24 октября 1910-го года. В тот момент его радости не было передела, восторженные вопли были ещё громче, чем сегодня. Алма отвлеклась от воспоминаний и посмотрела на часы. Стрелки показывали 14:00, это говорило о том, что пора готовить обед. Алма спустилась на первый этаж, на кухне уже находились Оливия, Эмма и Фиона, готовые преступить к готовке. Они были единственными девочками в доме, а всего детей на данный момент было семеро. - Что мы сегодня готовим? - спросила Оливия. - В принципе, мы можем запечь курицу, ну, или сварить какой-нибудь суп. - Запечём курицу. Если мы третий день подряд будем готовить суп, остальные поднимут бунт. Девочки засмеялись и приступили к работе. Все продукты были выложены на стол, из радио доносилась тихая мелодия, Оливия нарезала овощи, а Эмма копошилась в поисках нужной кастрюли. От работы всех оторвал резкий и пронзительный вой сирены. Алма вздрогнула от неожиданности, а Эмма выронила кастрюлю. Музыка тут же прервалась, и из радио прозвучал серьёзный мужской голос: "Внимание всем! Началась война..." Дальше Алма уже не слышала, в голове эхом раздавалось лишь одно слово: "война".