Mercy

      — Ты охуела? — отойдя от лёгкого шока, удивлённо смотрю на девушку. — Что на тебя нашло?!       Минерва утирает слёзы тыльной стороной ладони.       — Это твоя вина, … что их забрали, — рыжеволосая почти шипит это мне в лицо, чуть наклоняясь из-за большой разницы в росте. — Теперь и Вай тоже станет такой же, как все вы! Такими же… убийцами, не щадящими никого! Ужасными, немилосердными людьми! И в этом виновата ты и твоя подруга Лилли! Да вы ничего не знаете о том, как тяжело выживать! Ты сразу же оказалась здесь, этакая «элита».       Минерва замолкает, не глядя на меня, и я слышу, как часто она дышит. Я даже не успела разозлиться на неё за незаслуженную пощёчину, но её слова почему-то немного больно слышать. Я ошарашенно гляжу на неё, не зная, что сказать на такой внезапный выпад с её стороны.       Минуту мы смотрим друг на друга в тишине.       — Так, — я задумчиво чешу затылок, стараясь, чтобы голос не дрожал. — В чём заключается моя вина?       — Да потому что! — она срывается на крик. — Ты предложила Лилли обследовать эту местность, а не двигаться дальше. Мол, раз двух девчонок вам выдали, можно забрать и остальных, да?       — Послушай… — начинаю я.       — Нет, это ты меня послушай, — Минерва возвышается надо мной. — Пошла ты к чёрту, поняла?       На этом наш диалог заканчивается, а я не собираюсь больше выносить этого и выбегаю из каюты, громко хлопнув дверью. Вижу парня, Оливера, который сторожит пленных. Скорее, делает вид.       — Иди отсюда, — не очень вежливо прошу его уйти. — Я постерегу их, вали.       Оливер пожимает плечами и уходит прочь. Я громко дышу от злости и зарываюсь руками в тёмные жёсткие волосы. Это всё — лютая хрень. Минерва не имеет права разговаривать со мной таким тоном.       Я сползаю по стене рядом с камерой, где сидят Луис и Вайолет. Кажется, кто-то из них ещё не спит.       — Хей, — брюнет подползает чуть ближе к двери, но потом смиренно возвращается на место под моим злым взглядом. — Воу, воу, полегче. Я всего лишь хотел спросить, что случилось.       Ранее, 30 минут назад в камере Лу и Вайолет.       — Нам нужно выбираться отсюда! — Вайолет поворачивается к парню. — Давай ты попробуешь подлизаться к ней? У тебя же хорошо получается кадрить девушек!       — Что? Я? — Луис протестующе махает руками. — Ты совсем? Ты видела, какая она жёсткая? Да если я хотя бы приближусь к ней, она сотрёт меня в порошок, едва взглянув!       — Ты должен попробовать, Луис, — заговорщицким тоном произносит девушка, пододвигаясь к Луису. — Просто попробуй втереться ей в доверие, она же подросток, в конце концов! У тебя получится, я уверена.       Парень неуверенно кивает. Они оба должны убираться отсюда к чертовой матери.       Он осматривает камеру. Здесь особо нет ничего, только одна жёсткая койка, смахивающая на больничную и… неработающая раковина. М-да.       Луис смотрит на Вайолет. После упоминания Минервы она заметно погрустнела, это видно по её сгорбленному силуэту, сидящим недалеко от самого парня.       Брюнет подходит к двери, и, убедившись, что рядом никого нет, дёргает её. Не поддаётся. Что ж, этого следовало ожидать.       Он осматривает камеру ещё раз. Здесь нет ничего, что могло бы хоть как-то помочь им выбраться отсюда. Вот дерьмо.       Похоже, они тут надолго.

Сейчас

      Игнорирую парня, думая о словах Минервы. Сразу вспоминаю Ли и всех, кого я когда-то знала. О том, как Ли утешал меня, когда мне было грустно. Как спасал мою жизнь десятки раз. Он даже умер из-за меня, чёрт возьми!       Не знаю, что сказал бы Ли сейчас. Наверное, то, что я теперь не та, что раньше. Изменилась, короче говоря. В худшую сторону.       Наверное, так бы подумали все взрослые, когда-то встречавшие меня. Хочу сказать, что я уже не та девчушка, которой была, и что мне плевать на их мнение, … но я бы солгала.       Сейчас я смотрю на свои грубые пальцы, непринужденно теперь держащие оружие. На многочисленные шрамы и порезы на кистях. Я помню. Помню каждый шрам, как я получила его. Как в меня стрелял этот недоносок Арво. Как пёс едва не прогрыз мне предплечье.       Не люблю вспоминать прошлое. Да и о нём особо никто не спрашивает, за исключением Минни и Лилли. Последняя знает почти всё, но даже ей я многого не рассказала.       Мои размышления вновь прерывает тот парень. Луис, кажется.       — Так… долго ты будешь сидеть тут со скорбным видом? — он опять подползает к двери, лукаво улыбаясь. Что на него нашло? — Что случилось?       — А тебе-то, какое дело? — подозрительно спрашиваю я. С пленными будущими солдатами разговаривать позволено, если только ты не поможешь им сбежать. — Что вдруг таким добреньким стал?       Луис пожимает плечами, всё так же находясь от меня на расстоянии вытянутой руки, не считая двери.       — Нельзя поинтересоваться самочувствием хорошенькой девушки? — нарывается. Хотя его попытки подлизаться кажутся мне забавными. Вообще, не понимаю, как он умудряется сохранять спокойствие.       — Почему же, можно, — незамедлительно отвечаю я. И замолкаю. Вопрос о самочувствии остаётся проигнорированным. Но брюнета это не останавливает.       — Слушай, я не знаю, чего ты добиваешься, — спокойно говорю. — Но ты не мог бы просто отвалить, м?       Последняя фраза была сказана совсем недружелюбным тоном, это действует на назойливого соседа, и он отходит обратно.       Вздыхаю.       Сейчас мне не остаётся ничего, кроме как проведать наставницу. Подзываю Оливера, чтобы тот вернулся на пост, и он с недовольным видом возвращается на место.       Я прохожу по открытой части корабля, вдыхая свежий воздух, рассматриваю небо. Очень красиво. Здесь много звёзд. Но рассмотреть мне эту красоту толком не удаётся, потому что надо спешить, и выведать у Лилли, что за дела с Минервой.       Поднимаюсь на верхнюю палубу и вижу женщину, наклонившуюся на перила корабля. Она выглядит задумчивой, так что я не решаюсь потревожить её первая. Поэтому молча встаю рядом с ней, чуть поодаль.       Мы молчим. Первой тишину нарушить решает Лилли.       — Как дела, Клем? — сегодня она выглядит более довольной, чем обычно. Это хорошо. — Как дела с новенькими?       Я замялась.       — Я в порядке, — машинально отвечаю я. — Что связывает Минерву и этих… новеньких?       Женщина тяжело вздыхает. Но мне нужно узнать. Секунд пять она молчит.       — Видимо, Минни не рассказывала тебе, — говорит. — Но… когда ты ещё была добытчиком, отправлялась в дальние «экспедиции» за провизией по нескольку дней, мы наткнулись на школу. А потом заметили четырёх подростков. Среди них и были близняшки и Марлон. Лидер этой школы. Мы решили их немного припугнуть… — она замечает мой удивленный и осуждающий взгляд. — Это был не мой приказ, честно! В общем… этот паренёк отдал девушек в обмен на безопасность. Когда ещё с нами был Джон, руководивший нами, помнишь его? Он и решил запугать этих детей. Мне тоже не нравилось это, но перечить ему я не могла.       Лилли прерывается, но потом вновь продолжает.       — Я… никогда не одобряла такие методы, — тихо произносит рейдерша. — Но когда я ещё не была во главе всего этого, приходилось следовать этим… «законам». А…. Луис и Вайолет, оказывается, тоже из этой школы. Девушка захотела увидеть Минни, а Луис не мог её бросить. Так они и оказались у нас. Ты осуждаешь меня, за то, что я держу их тут. Но я уверена, что теперь они не уйдут. Раз Минерва здесь.       Всё это звучит скомкано и неправдоподобно. Но… я верю ей. Нам нужны солдаты. Они все когда-нибудь поймут. Им придётся понять.       Я сдержанно улыбаюсь женщине, похлопываю её по плечу, в знак прощания. Не оборачиваюсь, быстро спускаясь по лестнице. Хочу поговорить с Минервой.

***

      Осторожно приоткрыв дверь, я оглядываю комнату. Минерва сидит, привалившись спиной к стене. Но уже не выглядит такой злой, какой была. Присаживаюсь на край кровати подруги и затихаю.       Мы сидим так несколько минут, прежде чем она начинает говорить.       — Просто понимаешь, — как-то отрешенно произносит девушка. — Они… они — моя семья. Были… Я целый год не видела их, … не видела Вай…       Я подползаю ближе. Опасливо, с осторожностью обнимаю её.       — Извини, — тихо отвечаю я. — Я понимаю, каково это — быть вдали от семьи. Но ты тоже должна понять. Эти люди… эти люди не остановятся. Мы набираем людей не из-за того, что нам нравится отрывать их от семей. Люди сами приходят к нам, а ваш…. лидер, — я усмехаюсь. — Предал вас. А нам нужны солдаты…       — Прекрати повторять эти заученные слова! — Минерва отстраняется. — Да, вы мне дороги, но я никогда не смогу забыть их. Понимаешь? Никогда. Когда я только оказалась у вас, я смирилась. Но в глубине душе всё равно скучала по ним.       — Минни, — я хватаю её руки, которыми та размахивала. — Ты можешь злиться на меня, но ты не можешь утверждать, будто я неправа. Ты сама знаешь, на что способны другие общины. Боже, да они едва не убили меня на одной из вылазок! Сейчас же нам просто надо успокоиться, и понять, что ты не можешь забрать сюда своего брата Тенесси. Тут слишком опасно. Как только всё это дерьмо кончится, ты сможешь вернуться к своей семье, понимаешь? Ты вновь увидишь их, только потерпи. Мы нуждаемся в каждом, кто живёт в Дельте. Всё будет хорошо….       Минерва кивает. Она прижимается ко мне ближе, а я обнимаю её в ответ. Слышу тихие бормотания, и… извинения? Кажется, за то, что она мне врезала. Ничего, бывает. Но лучше выплескивать свои эмоции не на мне. Довольно странно видеть двух девушек, двух воинственных девушек, просто так обнимающихся, сидя на жестковатой койке. Никогда не думала, что такое возможно.       Я думала, что Ли будет защищать и оберегать меня. В каком-то смысле я права. Почти. Только вот сейчас его нет. Считала, что Кенни, я и Эй-Джей будем покорять мир…! Но этого не случится. Все, кто доверял мне, так или иначе, погибал. Ни Ли, ни Кенни, ни Эй-Джей, ни Криста, ни Люк, ни Ребекка… Я могу продолжать этот список. Но… надежда всё равно затаилась в глубине моей души, что вот, сейчас…!       Нет. Я раз за разом теряла людей. Они погибали либо за меня, либо из-за. Разницы особой нет. Все они мертвы.       Я и сама не замечаю, как слёзы катятся по моим грязноватым и впалым щекам. И Минни плачет тоже. Из-за брата. Из-за любимой девушки. Мне жаль, что ей приходиться переживать это, но… мы не можем отпустить наших солдат.       Знаю, звучит жестоко. Но ничего не поделаешь. Мы пытались создать сильную общину, основанную на взаимопонимании. И у нас получалось. Почти. Только вот всё опять пошло по пизде.       Каждый знает, что он волен уйти. Но только после. Нельзя покидать это место, словно крысы тонущий корабль. Мы даём им кров, еду, тепло и оружие. Взамен просим лишь помогать отражать атаки.       Просто… сначала Минни была расстроена, что её забрали из дома. Но потом поняла, что хоть и её семья осталась, она в безопасности и под защитой.       — Минни, — дёргаю её за рукав. Она спит. Ну, что ж. Придётся мне самой поговорить с Лилли.       Я осторожно вылезаю из-под рыжеволосой и буквально впрыгиваю в ботинки. Натягиваю куртку обратно, и, не удерживаюсь, чиркаю зажигалкой. Блаженно затягиваюсь и выкуриваю целую сигарету. Кто знает, когда в следующий раз придётся?       Открыв «окно», чтобы не так воняло, осторожно выскальзываю в коридор. Прохожу мимо клетки с… будущими солдатами, не удерживаюсь, заглядываю внутрь.       В комнате, прислонившись к кровати, сидит Луис. На самой койке, уткнувшись в руку, спит блондинка. Они оба устали. Приглядевшись, потому что тут темно, вижу, что парень отдал Вайолет свою дублёнку. Видимо, здесь холодно.       Повинуясь какому-то странному чувству, я достаю с верхней полки шкафа, стоящего чуть поодаль камер, достаю небольшой плед.       Вернувшись к двери, я отпираю замок и тихо вхожу внутрь. Укрываю брюнета найденным пледом и быстро ухожу, дабы он не заметил такого странного жеста с моей стороны. Вот только Клементина не знала, что он не спал. To be continued…