Паутина кармы

      Поверенный Бён решил съездить за Минсоком лично и привёз его аккурат через три дня. Омегу поселили отдельно, в противоположном от Лэя крыле дворца. Он смог увидеться со своими только за ужином, правда, сидел на другой стороне зала. Оставалось лишь играть в гляделки и надеяться, что им позволят хотя бы поздороваться.       Когда трапеза закончилась, церемониймейстер объявил о приведении к присяге молодого лорда Чжана и господина Ким Минсока. Оба юноши вышли в середину зала, коротко кивнули друг другу и неторопливым шагом направились к императору. Лэй нарочно шёл на шаг впереди, словно хотел стать щитом для своего омеги.       И ведь стал, с негодованием подумал Кенсу. Физически Минсок был сильнее, да и аура его не напоминала решето, а из Лэя жизненные силы утекали прямо на глазах, хоть видеть это мог только хагонним. В остальном юный альфа держался молодцом, если не учитывать бледность.       Остановившись в пяти шагах от постамента императора, Лэй опустился на одно колено, Минсок повторил за ним, потом произнёс за Лэем слова клятвы верности торжественно, громко, уверенно, отчеканивая каждый слог. Казалось, весь зал удивился, откуда в хрупком лорде-подростке такая сила голоса, Минсок произносил слова клятвы после него гораздо тише.       Следующим действием обоим полагалось подняться к императору, снова опуститься на колено и поцеловать перстень-печать на его руке. Кенсу направил все свои силы на поддержание хрупкого ученика, пока тот исполнял свой долг. Когда дошла очередь до Минсока, император вдруг придержал его руку своей могучей пятернёй и потребовал поднять к себе лицо.       – Вы мало похожи на своего воинственного отца, Минсок, скорее унаследовали черты своей прекрасной матери, – воркующим тоном произнёс император. – Вы очень красивы, рад видеть при своём дворе столь цветущую розу.       Минсок мгновенно побледнел и попытался вырвать свою ладонь, император громко захохотал, однако отпустил. Лэй тут же взял своего наречённого за руку и ободряюще улыбнулся ему.       – О, да у нас тут почти сцена ревности! Юный альфа, очевидно, питает искренние чувства к своему жениху! – съязвил правитель и тут же скомандовал придворным. – Одарите молодых аплодисментами, немедля!       Зал послушно зааплодировал.       – Что ж, при таких обстоятельствах я мог бы повенчать вас, не откладывая, но… С подобными вопросами не стоит торопиться. К тому же господин Чжан ещё не достиг зрелости, в отличие от господина Кима.       Кенсу подумал, что плотоядный похотливый взгляд императора ни у кого не оставит сомнений в его намерениях. Ах, как же прав оказался Лэй!       Наконец, молодую пару отпустили и разрешили какое-то время пообщаться. Альфа ни на минуту не отпускал руки наречённого, а Минсок жался к нему, как дрожащий на ветру лист.       Вместе они представляли собой красивую пару: Лэй на 13 лет моложе, был в тоже время на полголовы выше, а Минсок – миниатюрный, чувственный, почти эфемерный, особенно благодаря неизменным серебристым одеждам, смотрелся рядом с ним изящным дополнением, второй половинкой.       Придворные гуляли по залу, разговаривая ни о чём, разглядывали молодую пару, обсуждали, строили предположения о том, сколько времени понадобится императору, чтобы соблазнить цветущего омегу, или же он просто принудит юношу, невзирая на его чувства и чувства его законного жениха.       Кенсу тошнило от этих мыслей, безошибочно читавшихся в окружающих и почти светившихся на лбу самого императора. Внезапно он почувствовал резкий прилив враждебной императору энергетики, который исходил от… принца Кристиана. Юноша, очевидно, рано повзрослел и понимал, что к чему, сейчас он сердито уставился на отца, прожигая его взглядом.       Кенсу отвлекло прикосновение к его камзолу.       – Если я правильно помню, Вы – наставник юного наследника Чжана, – тихо начала императрица.       – Именно так, моя госпожа, – вежливо поклонился До, радуясь чистой мощной энергетике супруги правителя.       – Как Вы знаете, я весьма гостеприимная хозяйка и всегда рада привечать во дворце молодых людей, однако состояние здоровья Вашего ученика внушает мне опасения. У нас сейчас нет опытных лекарей, и мне думается, господину Лэю надлежит как можно скорее отправиться домой, где родной воздух поместья и забота опытного врача скорее исцелит его, нежели тяжёлые миазмы столицы. И, конечно, его наречённому следует обязательно ехать с ним, дабы поддержать своего альфу.       Закончив речь, императрица улыбнулась и с гордой осанкой направилась к другой группе придворных. Кенсу понравились прямолинейные аккуратные намёки госпожи, слишком хорошо знавшей привычки своего супруга. Он тут же отправился на поиски слуг, отдал распоряжения о сборах к отъезду следующим же утром, а потом сообщил об этих планах Лэю и Минсоку.       – Я хочу уехать сейчас же, не желаю ночевать здесь, – требовательно заявил молодой лорд.       – Я бы и рад, мой господин, – кивнул До, – но нас никто не отпустит, да и Вам не помешает немного отдохнуть перед дорогой - едва на ногах стоите.       Юноша промолчал, полагаясь на мнение наставника и внутренне признавая, что ему действительно стоит огромных усилий даже просто стоять. Ночевали они в той же комнате, только Минсока к ним не пустили. Император заявил, что неженатые молодые люди не должны ночевать вместе, и поселил Минсока в просторных покоях, неподалёку от своих собственных. Увидев затравленный растерянный взгляд омеги, Лэй едва не взвыл от бессилия. Спал альфа плохо, что-то бормотал во сне, барахтался, сопротивлялся, пока, наконец, не вскочил с кровати с криком.       – Тише, мой господин, тише, – увещевал его Кенсу, – что Вам снилось? Расскажите, пока помните.       – Мне немедленно нужно…       Полный отчаяния голос Лэя прервал стук в дверь, которая сразу резко распахнулась, и в комнатку влетели двое. Принц Кристиан, светловолосый и высокий, с точёными аристократичными чертами лицами, грозно хмурил брови. Он держал за руку заплаканного трясущегося Минсока.       – Вам нужно немедленно уехать, я провожу, Вас никто не задержит, – заявил принц, сердито сведя брови. – Не медлите ни секунды!       Лэй порывисто притянул Минсока в свои объятия и крепко обнял.       – Я должен знать, что произошло, – сказал альфа, глядя в глаза Кристиана. Принц внимательно посмотрел на каждого в комнате, оценивая, насколько откровенным может быть, и начал свой рассказ.       – Сегодня ночью мне не спалось, я гулял по пустым коридорам замка и рассматривал созвездия через окна галереи, как всегда делаю при бессоннице. Как вдруг услышал шорох шагов и решил узнать, в чём дело. Я тихо последовал на звук и увидел своего отца, идущего в комнату, отведённую вашему наречённому. У него с собой был ключ от двери. Я – плохой сын, потому что подглядываю за своим отцом. Не удержался и на этот раз, к тому же замочная скважина там довольно велика. Господин Минсок спал, когда мой отец…– юноша остановился, переводя дух. – Решил воспользоваться ситуацией. Он лёг рядом и без предисловий набросился на него. Я позвал стражу, сказав им, что кто-то напал на гостя императора, и надо остановить беззаконие. Отец мне никогда этого не простит, но я не боюсь его. Забирайте господина Минсока и уезжайте прямо сейчас, пока император не изобрёл нового коварства. С утра ему часто приходят в голову безумные идеи.       – Спасибо, – хрипло пробормотал Лэй, обнимая Минсока. – Но если мы уедем, не потребует ли император нашего возвращения и не сочтёт ли это предательством?       А в мальчике просыпается умный придворный, подумал про себя Кенсу.       – Я заставлю дворцового лекаря сказать, что у господина Чжана начался новый виток заразной болезни, и господин Ким, как и все его приближенные, находятся в группе риска, даже сам правитель, которому вы вчера целовали руку, ведь болезнь передаётся через прикосновение. Ввиду неожиданности симптомов, вы все срочно покинули дворец, дабы не заражать окружающих. Лекарь так же объявит, что к вам нельзя приближаться как минимум месяц. А за это время мой отец найдёт себе новую жертву. Вам нужно только поддерживать эту легенду.       – Мы очень благодарны Вам за вмешательство, Кристиан, – Кенсу специально говорил неформально. – И немедленно послушаемся Вашего совета. Если от нас что-то будет нужно, сразу сообщите через доверенного слугу.       Принц согласно кивнул и торопливо покинул их комнату.       – Можем ли мы доверять ему? – обеспокоенно спросил Лэй. – Вдруг это очередная интрига? Игра?       – Принц не врёт, – заверил его Кенсу. Похоже, он уже выбрал свой дальнейший путь. Да сопутствует ему удача.       Получасом позже они уже ехали в карете в направлении дома. В пути у Лэя опустилась температура, как бывало всегда, когда он резко слабел, он впал в забытье и что-то неразборчиво бормотал. Минсок уложил его голову себе на колени, ласково гладил волосы, стирал салфеткой капли холодного пота со лба.       Кенсу постоянно мерил пульс мальчика и снова столкнулся с проблемой, что аура Лэя не принимала его поддержки. Как впрочем и поддержку Минсока, скорее омега слабел рядом с ним.       Странное сочетание: вроде бы истинные, они должны спасать друг друга, но… Хагонним подумал, что не очень удивится, если они угаснут вместе или следом друг за другом. Юный альфа правильно понимал, что у него нет шансов, и желал смерти, а у Минсока попросту не было никого и ничего, ради чего стоило бы цепляться за эту жизнь. В этом мире его любил только Лэй, для всех остальных, даже для собственных слуг, он был лишь надоевшим призраком, исчезновения которого они желали.       Проведя с Лэем полгода, хагонним совершенно не представлял, какое чудо должно произойти, чтобы у мальчика появился шанс выжить. Не смог он разобраться и с тем, какое предназначение у юного альфы в этой тягостной для него жизни. Разобраться в этом он сможет, только изучив историю их обоих.       На пороге особняка их встречал Чондэ, добрый, сильный, с неизменной улыбкой и понимающим взглядом. Кенсу первым вышел из кареты, порывисто пожал руку доктора и грустно улыбнулся. О, как же он соскучился за эти несколько дней! Но обязанности прежде всего. Вместе они вытащили из кареты Лэя, перенесли его в дом, и Чондэ принялся хлопотать вокруг юноши, раздавая команды слугам. Что удивительно, слуги поместья беспрекословно подчинялись доктору, даже в поручениях, не связанных с юным наследником. Кенсу взял этот факт на заметку.       Убедившись, что Лэй в безопасности и под заботливым наблюдением, Минсок ушёл отдыхать в свою комнату, а Кенсу направился в домашнюю библиотеку, чтобы поискать ответы на некоторые вопросы.