Жизнь после Смерти, или Восстав из пепла: Новый Огонь

Обугленная кора

- Хочешь расправить свои крылышки? – ни к тому ни к сему сказал Майлан, смотря куда-то в освещённые залы. – Ну же, не стесняйся, Духам и прихожанам, да и Хранителям с Воинами Судьбы будет приятно увидеть величественный полёт Феникса, о котором сложено так много легенд, Вечный Огонь создан для содрогания сердец.        Я удивлённо смотрела в карие глаза. Это было не предложение – это была просьба, которой мне было стыдно отказать. - Я не понимаю… - Аликис, ты же сама хотела осмотреть окрестности с высоты ночью, - он спокойно взял мою руку. – Разрешаю. Сегодня особенно много паломников. Сделай нам подарок.        Призадумавшись, посмотрела вперёд, вылететь смогу. Подпрыгнула, оттолкнувшись ногой от перил и стала небольшой птицей, нырнула к светящейся воде, «теряя» пепел, коснулась кончиками крыльев водной глади и, вылетев за шторкой ветвей, начала подниматься ввысь, становясь больше. Светлое ночное небо озарилось пламенем огромных крыльев, мои голубые глаза нетерпеливо устремились вниз, выискивая русло Тихого Сна. Я не видела всех прихожан, не видела ни одного Духа, не видела ни одного зверя, но чувствовала – всё внимание приковано ко мне – было бы странно, если это было не так.        Сделав торжественный круг над Храмом, хотела уже возвращаться, как вдруг что-то привлекло меня, от этого я стала держаться на одном месте, выискивая это что-то. Наконец глаза вновь ухватились за обугленную часть древа. Пожар был давно, ветви слабо зеленели на чёрной коре, сторона леса, из которой, по-видимому, пришёл огонь, местами редела, оголяя чёрные стволы. Казалось бы, ничего необычного: случались пожары, поджоги, нападения – Колыбель Судьбы продолжает жить. Но перед глазами то и дело мелькал горящий лес, дымящийся Храм, воздух казался невыносимо душным от тяжёлого пепла негорящих пород. Я не помню этого, я не могла это видеть… понимая, что из-за подобных видений мне, как обычно, уже становится плохо, поспешила вниз, пока перья не стали тухнуть и беспокоить завороженных наблюдателей.        Быстро пикируя, потушила огонь, уменьшилась и залетела на балкон, став человеком, я почему-то не удержала равновесие и упала на колени, хватая ртом воздух, словно сделала несколько глубоких ядовитых вдохов. Я не поднялась настолько высоко, чтобы началось кислородное голодание, не почувствовала и перегрузок – почему мне плохо?! - Аликис, ты в порядке? – сильные руки без труда подняли меня и поставили на ноги. - Что я видела? – я схватилась за предплечье минотавра чёрными руками, стараясь не вонзать когти в твёрдую кожу, искала глаза, но его голова была прямо над моей. - Тише, дитя, выровняй дыхание. - Что я видела? – повторила, отстраняясь из-за того, что он начал ворошить хохолок. – Что за пожар был здесь? Почему дерево обуглено? - Я хотел, чтобы ты сама это вспомнила, - в широкой ладони появилась глиняная пластинка с отпечатком пера и неравномерными обожжёнными краями, а рядом рисунок огненного пера, похожего на моё. - Я не помню этого места, я была уверена, что побывала здесь впервые по вашему приглашению… - бережно взяла рисунок, понимая, что у меня достаточно кривые руки, чтобы не держать в них необожжённую глину. - Но ты была здесь, и мы твои должники. Если бы не ты, то Валдор либо захватил Храм, либо сжёг его, - отпечаток и рисунок растворились, минотавр повёл за собой, - тогда нижний этаж был занят его приспешниками, мы были отрезаны от мира, лестницы уничтожены, сообщение проходило по воздуху и через Духов.        Мы стояли над источником. Древо огромное, но и пустота внутри не маленькая, как же оно живёт? - Не обязательно видеть, чтобы оно было. Тут слишком тонкая грань с потусторонней реальностью, именно благодаря этому древо живёт, иначе бы да – засохло.        Я смотрела вниз на новые лестницы, на озеро-родник, на молящихся прихожан, черпающих лечебную воду, на всегда спокойных Хранителей, но в глазах мелькали обрушившиеся ступени, изуродованные стены, разбитая чаша источника и бардовые балахоны. Воздух становился тяжёлым, душным, ядовитым. - Почему тяжело дышать?... – я дрожащими руками пыталась удержать себя в стояче положении. - Мир снов притаился в этих тенистых краях, воспоминания ярче, забытое возвращается, - Майлан обнял меня, тяжёлые руки не способствовали облегчению дыхания, но я чувствовала себя лучше. – Дитя, дыши ровно, не поддавайся его цепким лапам, воспоминания терзают тебя и поэтому Сны воплощают их. Ты способна отличить сон от яви, теперь ты не должна давать снам властвовать над тобой – ты умеешь это. Дыши ровно, я могу тебя защитить, но лучше учись сама.        Я отстранилась, да, я немного брезгую находиться близко к гиганту, пахнущего тёплыми травами. На руках вновь чернели когти, которые не удавалось спрятать, отчего просто засунула в карманы. - Что тут было? Пожалуйста, расскажите, - опустила глаза, но тут же их закрыла широкая ладонь, отчего я увидела полёт Феникса со стороны. - Мы долго сопротивлялись, из-за этого Валдор приказал сжечь Храм. Пожар пришёл не из леса – с Колыбели он перекинулся на лес. После этого нам пришлось вырубить немало деревьев, чтобы обезопасить обе стороны, а ты видела малую часть обгоревшего Храма. Будучи закрытыми внутри, когда Совет не мог активно действовать, мы могли лишь надеяться на чудо, и оно свершилось. Когда огонь ухватился за кору; опережаю твой вопрос – это усиленный огонь, обычный тут не может бушевать, а прошлая противопожарная полоса была рассчитана на обычный огонь; когда огонь перекинулся на лес, мы услышали звук тревоги подчинённых Валдора, а в небе появилась ты, как мы были рады, что Валдора тогда не было рядом, узнав какие вы оставляете поля сражений, а ведь он мог полностью сжечь Храм, чтобы никому не достался. С тобой пришёл и ливень. Ты разбила укрепления псевдохранителей, след от твоего клюва ещё заметен на воротах, ты нанесла им сокрушительное поражение, что позволило нам снять осаду, а Совет добил остатки, прятавшиеся в лесах. Дождь потушил пожар, но к этому моменту ты уже исчезла – так же неожиданно, как и появилась – никто не успел всмотреться в твои глаза. Ну и надо ли говорить, что я до сих пор не простил Совету эту осаду.        Майлан убрал руку с моего лица, я видела то, о чём он говорил, с разных хаотично меняющихся ракурсов, видимо глазами Духов. - Так зачем же я здесь? – я постыдилась своего вопроса, опуская голову. - Аликис, почему тебя постоянно гложет страх и стыд? Из-за чего они не дают тебе покоя? – мягкие пальцы сдавили плечи, отчего эхом отдалась боль простреленной руки и исцарапанного горла. – Я говорил, что не нашёл у тебя серьёзных страхов. Этот страх у тебя монотонен, даже какой-то инстинктивный. - Предпочитаю это не замечать… - Но оно заметно. Когда ты вступила в Совет, никто не имел права злится на этот страх, но мы уже достаточно хорошо знакомы – чем я пугаю тебя? Или Колыбель заставляет твою душу дрожать? - Я не знаю… боюсь всех и всего, боюсь сделать что-то не так. Да-да-да, никто не идеален, да-да-да, ошибки свойственны всем, пытаюсь бороться с этим, но что поделать? – взяв себя в руки, безразлично посмотрела в полузакрытые глаза. - Я позвал тебя по твоей же просьбе, - минотавр мягко улыбнулся, словно не было этого разговора. – У тебя же ещё есть силы для занятий? Тут нужны не силы физические, а силы разума, ведь в первую очередь чёрные магии – это манипуляции с душой и сознанием. - Да, я ещё бодра, - подумав, кивнула.