How are you?

Йен был на пути к дому детства. Фиона попросила его и Липа приехать на ужин, потому что были весенние каникулы и у самого младшего брата не было школы. Йен был в предвкушении увидеть их всех. Когда он был молод, это было так нормально иметь их постоянный шум вокруг себя. Йен съехал около года назад, после того как накопил денег и начал держать под контролем свои лекарства. Он всё ещё не до конца привык к тихой жизни в одиночестве. Рыжий любил свою независимость и чувство «достижения», которое ему давала личная квартира, но он был Галлагером. И, по правде говоря, Галлагеры жили ради порыва. Порыва жизни. Йен припарковал свою машину и выпрыгнул наружу. Рыжий схватил два пакета чипсов и сальсы с заднего сиденья и торопливо поднялся по ступенькам. Он открыл дверь и прокричал: — Ребят, я дома. Послышался искажённый рёв ответного приветствия из кухни. Рыжий зашёл в гостиную и увидел подбегающего Лиама, чтобы обнять его ноги с возбужденным видом. – Йен! — Привет, малыш. Рад видеть тебя, — Йен подарил ему полуобъятия, в то время как пытался балансировать с пакетами еды в руках. — Я так рад, что ты здесь! — Лиам взглянул на него с огромной ухмылкой и затем, выхватив пакет чипсов, побежал на кухню и завопил. — Йен принёс чипсы! Парень усмехнулся сам себе и последовал за самым младшим братом. Он быстро положил еду на стойку и обнял всех оставшихся братьев и сестёр по очереди. Даже Карл дал ему одно братское объятие. Прошло уже несколько недель, с тех пор как они видели друг друга. Когда чипсы и сальса были высыпаны на стол, Фиона подошла и нежно дотронулась до его бедра. Йен посмотрел на неё и с удовольствием взял пиво, которое она с улыбкой протянула ему. — Ну, как ты? — спросила она. Йен через силу заставил себя не закатить глаза. Каждый раз, когда она задавала этот вопрос, он мог чувствовать, что в основе происходящего лежит признак его психического здоровья. — Всё хорошо. Много работаю, остаюсь занятым, — он увидел быстрый взгляд беспокойства, пробежавший по её лицу. — Но не слишком загружен, — добавил он, понимающе приподняв брови. — Это здорово, — кивнула в ответ Фиона.— Здесь, вроде как, всё было спокойно. Это странно. Карл не попадал в передряги уже месяцы, и Лиам действительно очень хорошо учится в школе. — Ну, посмотри, кто его образец для подражания, — Йен слегка подтолкнул локтем её плечо. Лицо Фионы засияло огромной улыбкой. — О да, продолжай подлизываться. Пожалуйста! Приезжай чаще, если ты будешь выдавать такое дерьмо в первые пять минут. Йен усмехнулся в ответ. — Постараюсь, но ты же знаешь, Галлагер может говорить только комплименты до тех пор, пока правда не вылезет наружу. Фиона посмотрела на него с притворным возмущением. — Как ты посмел… — она была прервана Дебби, кричавшей на Карла за то, что он оттолкнул её руку от сальсы. Фиона быстро подмигнула Йену и пошла играть роль городского судьи. Йен вздохнул и сделал пару глотков пива, прежде чем пойти помогать Липу доставать жаркое из духовки и смотреть как ссорятся его младший брат с сестрой. После ужина Йен и Лип сидели на заднем крыльце и курили. Лип ещё не упоминал приезд Мэнди, поэтому Йен решил вмешаться в это. — Ну так, как там Мэнди? Лип посмотрел на него. — Ты должен знать, ты виделся с ней на прошлой неделе. — И ты тоже, умник. Лип просто сделал большую затяжку и продолжил молчать. — Вы поругались? — надавил Йен. — А когда мы не ругались? — Лип был раздражён. — Мужик… почему ты такой? Она хорошая девушка. — Да, я знаю, — Лип посмотрел на свои ноги и зашаркал ими по ступенькам. — Мы просто… у нас так много историй. Полагаю, трудно… забыть всё это. — Но это не означает, что ты не можешь быть более вежливым с ней во время её приездов. — Эй, почему всё это из-за меня? — Лип ткнул себя пальцем в грудь и злобно указал в ночь. — Это, бля, и из-за неё тоже. — Да, да. Успокойся, — вздохнул Йен. Он сделал еще одну затяжку и решил оставить эту тему. Эти двое ругались и трахались, как животные. Он полагал, что время это не изменит. Несколько мгновений они молчали, потом Лип тихо сказал: — Так, эм, она упоминала Микки. Как он? Йен вздохнул ещё сильнее. — Сейчас ему уже лучше, но, бля, Лип. Я был на этом вызове, когда он получил пулю, и это было ужасно. Типа, я не сразу его узнал, но если бы и узнал, я был бы вне себя от беспокойства. Например, я мог бы зависнуть на работе. Это страшная херня. — Ну, если мы что и знаем, так это то, что от этих долбаных Милковичей трудно избавиться. Йен выдавил болезненную улыбку. Его мысли вернулись к прощальным словам Мэнди. Он заговорил прежде, чем успел подумать. — Он гей. — Хах? Кто? Йен взял сигарету и выдохнул вместе с дымом: —Микки. Брови Липа взлетели. — Микки Милкович? Ребёнок, чей отец был ходячим плакатом неонацистов? Он гребаный гей? — Это то, что мне сказала Мэнди. — Бля, мужик. Ирония судьбы, да? — Лип усмехнулся. — И зачем ей было говорить тебе это? Потому что ты тоже, и гомо должны держаться вместе? Йен почувствовал, что краснеет, и промолчал. Это была плохая идея. Почему он вообще что-то сказал Липу. Иногда его советы оказывались в тени. Лицо старшего парня сохраняло улыбку до тех пор, пока он не наклонился ближе к Йену. — Чёрт возьми. Эта сучка пыталась свести тебя? С её братцем-инвалидом? Йен махнул рукой в сторону самодовольного лица Липа. — Блять, нет…. Ну… не совсем, — Лип рассмеялся. — Иди нахуй, мужик. Я не знаю. Это было такой случайностью, и я не могу перестать думать о Микки после… Лип прервал его. — После того как понял, что он мог бы отсосать? — Заткнись нахуй, — продолжил Йена. — После того, как я видел его в больнице, бессердечный ублюдок. Лип кивнул, и Йен искоса взглянул на него и был рад, что ухмылка исчезла с его лица. — Так, значит, Мэнди просто случайно сказала тебе, что её брат любит члены? —Ага. — Ну, если есть одна вещь, которую я знаю на данный момент, – это Мэнди, — Лип установил контакт взглядом со слегка сконфуженным Йеном. — И я уверен, что она хочет, чтобы ты забрался на её брата. Йен потушил сигарету и встал. — Это чертовски нелепо. Лип последовал его примеру. — Говори, что хочешь, но ты сам об этом заговорил. Йен выстрелил в него взглядом. — Эй, единственная причина, по которой я видел их на прошлой неделе, – потому что Микки получил сраную пулю в живот. Окей. Я не… — он затих, не зная, что сказать. Лип положил руку на его плечо. — Ну, может быть, тебе стоит посмотреть, есть ли у Милковича для тебя особое «спасибо», а? — он открыл дверь и проскользнул внутрь, прежде чем Йен успел что-то сказать. Рыжий пробежался руками по лицу. Нахрена он вообще поднял эту тему? Он запутался ещё больше, чем был до этого, и сейчас ему придётся иметь дело с неизбежными подколами Липа по этому поводу. Парень вошел из холодного, приглушенного воздуха в теплый, гудящий дом. *** Несколько дней спустя, у Йена произошёл неожиданный и совершенно оскорбительный диалог с Мэнди. Он не мог отрицать, что Микки время от времени влазил в его мысли. Оба разговора, с Мэнди и Липом, заставили его убедиться в этом. Йен всегда гордился тем, что он не был нуждающимся или нереалистичным. Он продолжал подавлять трепетные чувства внутри себя, когда бы он ни думал о том, что Микки являлся геем и – шанс один на миллиард – был заинтересован им. И затем другая Милкович написала ему, и любые мысли об игнорировании его фантазий вылетели в трубу. Менди: « Даров, педик. Можешь сгонять проверить, как там Микки? Он уже вернулся к работе» Йен: » Он уже работает? Блин, это разумно?» Менди: «Конечно, нет, он долбоёб. Планирует снова закончить в неотложке» Мэнди: «Пожалуйста, проведай его и скажи мне как он. Он отвечает мне только парой слов время от времени» Йен: «Думаю, могу сходить завтра. У меня выходной» Мэнди: «Спасибо! Ты лучший!» Йен: «Что угодно для тебя, сучка :)» Менди: «О, и пока ты будешь там, почему бы тебе не отсосать ему, чтобы заставить его чувствовать себя лучше?» Йен: «МЕНДИ, КАКОГО ХУЯ» Йен: »?!!??!!» Менди: «Что? Это помогло бы ему чувствовать себя лучше» Йен: «Нахуй тебя» Менди: «Или его. Тебе бы это больше понравилось» Йен: «Блять, ты неотвязная» Менди: «Что я могу сказать: я думаю, вы двое были бы хороши друг для друга» Менди: « Теперь, он немного вырос и стал слегка меньше придурком» Йен: «Боже…» После ещё нескольких фраз, Йен пообещал сходить проверить, как Микки. И ничего больше. Серьёзно. Он должен был продолжать говорить себе это, иначе его старая привычка представлять Микки на коленях, отсасывающего ему, могла бы залезть в его голову. И только одна эта мысль могла заставить кровь прихлынуть к члену. У него были серьёзные проблемы. Йен стал, засунув руки в карманах, и смотрел на противоположную часть улицы. Он набирался храбрости, чтобы перейти дорогу. Знак «Пешка на весь день», казалось, насмехался над ним. Какого хера он нервничал? Он глубоко вздохнул несколько раз и через силу заставил свои ноги начать двигаться. Когда он открыл дверь, услышал лёгкий звон колокольчика. На первый взгляд, магазин был прибран, с тех пор как он был тут последний раз. Никакого разбитого стекла и, к удивлению, никаких кровавых пятен на полу на дальнем конце большой прямоугольной комнаты. Он посмотрел на длинные витрины вдоль каждой стены и различные товары, висящие на них. Услышал какое-то шарканье, исходящее из дверного проёма, находящегося за кассой, на противоположной стороне комнаты. Йен сделал пару шагов, наблюдая, как чёрные волосы Микки выглядывают из проёма, сопровождаемые его сгорбленным телом. Он мог расслышать поток тихих ругательств, исходящих от владельца магазина. Йен подошёл к дальней витрине, когда Микки наконец-то подошёл и посмотрел на него. Йен увидел, как тот остановился, и его лицо быстро растерялось. Рыжий не упустил руку, защищающую его живот. Он, безусловно, всё еще испытывал боль и не был полностью здоров. — Какого хера ты тут делаешь? — спросил Микки. Йен пытался выдавить дружелюбную улыбку. — Приветики, Микки. Просто хотел поздороваться и увидеть, как ты себя чувствуешь. Микки фыркнул. — Я жив, не так ли? — Да… и уже вернулся к работе, — Йен оставил это, позволив Микки понять смысл его заявления. — А кто ещё будет управлять этим местом? — глаза Микки сузились. — Моя долбанная сестра прислала тебя, чтобы проверить меня? Йен закачал головой, но, увидев поднимающиеся брови Микки, медленно перестал. Он сделал глубокий вдох. — Ладно, да. Это она попросила. — Долбанная сука, — Микки провёл большим пальцем по носу. — Я должен позвонить и дать ей ебаную долю моего мозга. Отправлять Капитана, мать вашу, Америка, чтобы следить за мной. Йен поднял свои руки. — Хэй, хей. Я согласился прийти только потому, что она бы не перестала докучать меня этим. Она беспокоится за тебя и не хочет, чтобы ты пострадал, — Микки опять вздернул своими бровями, так что Йен добавил. — Снова. — Да, ну, я не нуждаюсь в сестре-няньке. И я буду в порядке, — черноволосый протянул руку под прилавок и поднял ружье, чтобы Йен увидел его. — И есть ещё три пистолета, спрятанные здесь. Я не буду пойман врасплох снова. Глаза Йена расширились, но он придержал свой язык. Он понимал, откуда был Микки, он пытался защитить себя и свой магазин, после того, что произошло. Даже если рыжий считал, что это было немного экстремально. Микки положил пистолет на место и взглянул на Йена. — Ну так, этого достаточно, чтобы ты мог доложить моей шлюхе-сестре, что у меня всё отлично? Йен слегка ухмыльнулся. — Я сомневаюсь, что твой желудок чувствует себя отлично, но да. Я дам ей знать, что я заходил. — Хорошо. Может, она отвалит и от моей задницы тоже. — Да, она неумолима. — Согласен, — Микки встретил его взгляд приятным выражением лица. Это был его самый тёплый взгляд, с тех пор как Йен его вновь встретил. Йену хотелось попытаться заставить этого человека улыбнуться. У него было чувство, что это потребовало бы больших усилий, чтобы увидеть его счастливым. Но он отбросил эти мысли в сторону и прочистил горло. — Эм, ну, мне тогда, наверное, пора идти. — Ага, — Микки указал на дверь позади Йена и вернулся обратно в дальнюю комнату. — Я действительно рад, что ты в порядке. Было пиздецки стрёмно найти тебя тут, — выпалил Йен. Микки повернул голову к нему. — Да… эм… спасибо. Полагаю. Я тоже рад, что не умер. Йен улыбнулся и кивнул. Он коротко отсалютовал Микки. — Капитан Америка ушёл. К огромному удовольствию рыжего, он увидел однобокую улыбку, пробивающуюся к лицу Микки. Йен ухмыльнулся, когда тот показал ему средний палец и отвернулся. Черт, эта улыбка. Йен быстро ушел и попытался отвлечься, отправив сообщение Мэнди.