Ржавые надежды

После двух месяцев тренировок (хотя, помню, они хорошо разбавлялись поездками в город) наши навыки стали неизменно расти, и хотя даже до Нацу или Гажила с Вэнди нам было далеко, я чувствовала в себе эту силу — незнакомую, бурлящую. С Люси мы коротали вечера — общались обо всем на свете, иногда вспоминали гильдию, но уже без печали — с легкими улыбками и счастливыми моментами. И я внезапно поняла, что та, прежняя Джувия, начала умирать — исчезать из моего мозга, заменяясь другой. Более открытой, более жизнерадостной, более смелой в своих поступках. Словно с новой силой драконов ко мне прибавилась уверенность. А о Грее я теперь вспоминала как о первой любви — не всегда удачной, не всегда счастливой. Хотя и новая магия не обошлась без последствий. Однажды на тренировках с Игнилом я увлеклась, в результате чего получила несильные ожоги, сотрясение мозга и обморок. Грандина рассказывала, что он был бледнее самой смерти, пока нес меня на руках — потом, конечно, получил нагоняй от нее, что не следит. Однако просидел около моей постели, пока я не пришла в себя, а затем долго извинялся. Я нашла это очаровательным и обняла его на порыве чувств — все-таки, да, я даже скрывать сама от себя не стала: Игнил симпатичный и заботливый. А еще смешной. Такому сложно не понравится девушкам. Грандина как-то слишком довольно улыбалась на этот счет, но ничего не сказала. Игнил пожелал мне скорейшего выздоровления, поцеловал в лоб и исчез. Благо, в себя пришла я за дня три или четыре — спасибо все той же Грандине. Но тем не менее кажется именно с того момента наши отношения с Игнилом начали выходить на новый уровень. И хотя это было не так заметно и ощутимо, однако долгие взгляды заметить было несложно. На меня еще никогда так никто не смотрел. Смотрела лишь я.

***

— Помнится, я даже сквозь землю посылала вибрации со слабым усилием. А теперь, вон, деревья выбиваю, — фыркнула я, глядя на выкорчеванную с корнем березу. И хотя губить природу мне не нравилось, это было последнее дерево, которое от меня пострадало. — Да, а потом мне пришлось тебя нести, потому что ты обессилела. — Ну, сейчас я, конечно, бодрячком, однако можешь понести меня — я не против, мне даже понравилось, — предложила я, а затем мысленно хлопнула себя, поняв, какую глупость сморозила. — Это флирт? — прищурился Акнология. Мне захотелось провалиться сквозь землю. Почему я не могу держать себя в руках. — Да не смущайся ты так, — закатил он глаза, заметив мою реакцию. А затем внезапно подхватил на руки, отчего я вскрикнула. — Естественно, я тебя отнесу, если тебе понравилось. — Это был не флирт, — нашлась я. — Как скажешь, — в его голосе не было и доли сарказма или насмешки. Он говорил серьезно, не вгоняя меня в большую краску, что меня сильно порадовало. Смущаться перед парнем, вот еще… — Тебя все равно нести несложно. Ты легкая, как пушинка. — Спасибо? — наверное, это можно считать комплиментом. Акнология покачал головой, а я решила, что лучше буду молчать. По крайней мере не ляпну еще чего. Он опустил меня перед самым домом. Слава богу вокруг никого не было и никто не бросал на нас заинтересованных взглядов. Я поблагодарила его. Странное чувство. Может, на интуитивном уровне я уже догадывалась, что влюбилась, но сейчас могла лишь потупить глазки и скрыться за дверьми как девчонка.

***

— Да ладно тебе, Игнил, все уже поняли, что ты влюбился в нее. Огненный дракон бросил на Вайсологию убийственный взгляд, но ничего не сказал. — Согласен с ним. Ты смотри, уведет так Джувию Металликана и все, плакать будешь, — поддержал товарища Скиадрам. — Эй, не впутывайте в это меня. Свои любовные драмы сами решайте, — отозвался с дальнего конца Ликан, скрестив руки и скептически уставившись на спорящих. — Но ты к ней слишком уж хорошо относишься. Даже в отличие от нас, — влезла в диалог Селена, которая, по-видимому, тоже считала, что Ликану нравится Джувия. — Не, мне просто все было интересно, почему они сумели с Гажилом подружиться. Этот засранец потому что дикий одиночка. — Узнал? — Естественно, — как что-то очевидное произнес он. Дальше диалог не сложился. — Игнил, тебе нравится Джувия. Джувии нравишься ты — это совершенно очевидно, даже не пытайся отрицать, — вновь влез в разговор Вайсология со своим мнением, которое, как ему казалось, было важно абсолютно всем. Забавнее всего то, что так оно и было. — Почему мы должны подталкивать тебя на элементарные вещи, как маленького, а? — Да прекрати так буйствовать. Смысл мне признаваться Джувии, если они с Люси все равно вернуться в гильдию? — привел разумный аргумент Игнил, который, собственно, его и сдерживал. — Пойдешь с Акнологией вместе с ними, — отмахнулась Грандина, словно он сказал какой-то пустяк. — А я-то тут причем? — обескуражено произнес названный, спокойно сидя в стороне от их разборок. — Люси любишь, вот причем. Честное слово, вы как новорожденные, — продолжал настаивать на своем Вайсология. — Я понять не могу — вы взрослые люди или кто. Или драконы. Тьфу, сам запутался. — И не надо делать такое лицо. Мы как-то жили с вами всеми по разным частям континента, всего лишь семь лет назад сошлись. Поэтому ничего страшного не случится, если вы пойдете со своими возлюбленными, — объяснила Грандина, внимательно глядя на Акнологию и Игнила. — Тем более там твой воспитанник. Вот и узнаешь, что с ним такое. — Вы же не собираетесь вновь отдавать их на растерзание Нацу и Грея? — мелодично поинтересовалась Мэй. Они насупились. Подбирать ключи к настроению двух драконов для нее было несложно. И даже интересно. — Когда их обучение полностью завершиться — а это будет ой как нескоро, вы к ним привяжетесь, это очевидно. И отпускать будет тяжело. И им, и вам, — произнесла Селена, в упор глядя на двух парней. — Дуйте давайте к ним. У них как раз выходной, — закатил глаза Металликана. Любовные дела редко его касались, но сейчас даже ему жаль было двух неудачливых любовников. — Хорошая компания. Умеете поддержать, — проворчал Игнил, поворачиваясь спиной. — Удачи, — улыбнулась Грандина. — Вот же балбесы, — фыркнул Скиадрам, когда Акнология и Игнил скрылись за дверьми. Все драконы согласно закивали головами.

***

— О, Акнология, Игнил, добрый день. — Привет, Люси, — первым сказал Нил, кивнув. — А где Джувия? — Джувия! Тут тебя, — крикнула я, оборачиваясь в комнату. Что-то зашумело, послышались шаги. Она появилась на пороге, с удивлением глядя на нежданных гостей. — Опять тренировка? Я не готова. — Разговор есть, — произнес Игнил, а я почувствовала, как по спине побежал холодок. Что такого пришел сказать огненный дракон? — У меня, кстати, тоже, — наконец подал голос Акнология. — К тебе. Я посторонилась, пропуская его в дом. Игнил с Джувией вышли. Мы уселись в гостиной на диване, и я впилась глазами в чересчур серьезного даже для себя дракона. Мне странно его так называть, учитывая тот факт, что с момента нашего спасения они ни разу не превращались в свои животные версии — не видели нужды. Но я знала, что передо мной — дракон. Дракон с важным разговором. — Ты когда-нибудь любила, Люси? Кого-нибудь. По-настоящему. Я нахмурилась. — Ну, — попыталась вспомнить. — Были какие-то модели и мимолетные влюбленности. А так вот чтобы прямо любить, — мне на ум пришелся Нацу. Не знаю, любила ли я его. Однако он мне был определенно очень близок. — Может, Нацу… Но это скорее тоже была симпатия. Особенно после произошедшего. А что за странный вопрос? — То есть сейчас ты никого не любишь? — спросил он, а на его лице мелькнула какая-то загадочная улыбка. — Что за намеки?.. — я прищурилась, кажется, примерно догадываясь, к чему идет разговор. — Ну, например я люблю тебя, — еще шире улыбнулся он, глядя на мое застывшее выражение лица. Акнология меня любит. Акнология, дракон разрушений, меня любит. Черт, да это просто удивительно. Впрочем, да, я могла сказать то же самое. В конце концов его трогательная забота была никак не похожа на Нацу — то, как он следил за моими тренировками, как он поддерживал меня, когда я была без сил, как выслушивал мои проблемы, как защищал, когда иногда нападали монстры. И это, наверное, и подкупило меня. Вместо слов я обняла его, уткнувшись куда-то в шею. Акнология замер от моих движений, а затем как-то неловко положил ладонь на волосы и прижал к себе. — Неужели у тебя наконец хватило храбрости это признать? — я догадывалась. Сейчас осознание этого наконец пришло окончательно. — Меня подтолкнули, — признался он. Я отстранилась, а затем поцеловала его — губы у него были мягкие, чуть обветренные. И внутри словно взорвались тысячи бабочек или мотыльков — или что там обычно порхает в сказках? Он обхватил мое лицо, провел рукой по волосам, заправляя локоны за ухо. — Да, я тоже тебя люблю. Акнология засмеялся, обнимая меня, а я почувствовала как меня разрывает счастье, смех, радость теплота — все чувства смешались в один невнятный комок любви к этому дракону.

***

С Игнилом мы пошли в ту часть леса, где редко бывали — неудобное место для тренировок, да и травы с ягодами не растут (иногда Грандина просила наведаться в лес и насобирать разного — особенно, когда у нее не было времени. Тогда мы всей драконовской и человеческой гурьбой тащились в лес, заглядывали под каждый куст, пугались паутин и насекомых, ели землянику, однажды даже заметили лисицу, которая, впрочем, тут же скрылась из виду). А это место было совершенно пустым и тихим. Самое то для уединенного разговора. И именно в тот момент я поняла, что что-то не так. Что-то случится. — Ты прости мне мою тревогу и такую скрытность, — извинился Игнил. — Видел я немало, а вот с делами любовными проблемы имею. Кажется, только спустя секунды две до меня дошло, что это мне так оригинально признались в любви. Дракон выглядел жутко счастливым — на его лице застыла улыбка. И, не дожидаясь, пока я приду в себя, он резко меня обнял. — Игнил… А я и не думала, что все случится так скоро и так взаимно… Да, я питала к нему симпатию, но почему-то эта ситуация напоминала мне ситуацию с Греем — любовь в одну сторону. А для дракона я, ну, прилежная ученица. Хорошая ученица. Способная ученица. В общем, ученица, остальное — детали. Я улыбнулась. Неужели мои третьи отношения все-таки окажутся удачными? Затем он резко притянул к себе и впился в губы. Я растерялась — ощущения были незнакомыми. Меня еще никто так не целовал. Даже поцелуи Боры были каким-то смазанными и жесткими. А Игнил целовал нежно, осторожно, словно боялся, что я исчезну. Но исчезать я никуда не собиралась и лишь коснулась его груди, ощущая себя счастливейшим человеком на планете.

***

Потом, конечно, выяснилось, что счастливейшим человеком наравне со мной была и Люси. Мы порадовались друг за друга, даже позволили себе немного глупо покричать — я таким никогда не страдала, и вообще глупые крики не переносила, однако любовь словно вновь разбудила во мне меня. Затем мы решили посчитать, сколько уже прошло времени от нашего отъезда. Как оказалось, год. И хотя нам еще многому придется научиться, я чувствовала, что не испытываю ненависти ни к Грею, ни к другим, кто как-то меня обозвал. Конечно, я не простила их и прощать не собираюсь, но теперь вместо ненависти копошилось равнодушие — ну есть и есть они, чего такого-то? У меня есть замечательные друзья, замечательная любовь, и я чувствую себя каким-то другим перевоплощением Джувии. Однако вернуться мы все равно хотели — все-таки гильдия наш дом, да и там остались большинство друзей — помню, Гажил писал, что в гильдии совсем стало тихо, как объяснил — тоскуют по нам, поняли, что потеряли. И Эльза мрачнее тучи, хмурая, сама не своя. Наверное, их двоих мне больше всего и жаль в данной ситуации. Впрочем, я ответила Гажилу, что мы скоро вернемся — ну, по крайней мере за ближайший год. — Люси, кстати, тут Гажил еще писал, что Король Фиора собирается что-то устроить. Какой-то праздник повсеместный. — В общем, опять власть что-то мутит, — поморщилась подруга, накалывая на вилку огурец. Я покачала головой. — С другой стороны, почему бы и нет? А то жизнь станет очень скучной, — и не то что бы я жаловалась на застой, но наши будни часто становились все более и более однообразными. Однажды я даже поймала себя на желании вернуться в Хвост Феи, вновь взять задание и куда-нибудь рвануть с подругами и друзьями. В моей жизни были редко праздники. Однако тот, который я хорошо помню — Фантазия — подарил мне Хвост Феи. И воспоминания о нем навсегда останутся в моем сердце. Это было действительно как в сказке — все блестит, сияет, сверкает миллионом огней. А, помню, еще больше радости доставляло то, что я участвовала с Греем. Знала ли я тогда, что все так обернется?.. — Кстати, спорим, что Нацу с ума сойдет, когда увидит, на что мы способны? — прищурилась Люси. Я согласна закивала головой. Ох, и действительно с ума сойдет. Сразу четыре способности Драгон Слэеров. — Однако он все еще превосходит меня по силе, — смущенно брякнула я. Вроде как мы теперь оба с ним огненные драконоборцы. — И для таких ситуаций у тебя есть остальные три силы, — раздался голос Акнологии у дверей. Мы синхронно повернули головы. Они с Игнилом стояли на пороге и с недавнего времени потеряли привычку стучаться. — Добрый день, — тем не менее спокойно кивнула Люси. — Привет. Ну, думаю, да, — согласилась я с драконом разрушений. Акнология вздохнул — похоже, во мне, как и в Люси, он не сомневался ни на секунду. Они присели около нас и поцеловали, а затем Люси внезапно спросила: — Извини, Джу, что перебью, однако меня давно мучил этот вопрос. Если вы пойдете с нами в гильдию, то что скажете остальным? Какая у вас сила и как вас зовут? Да и Нацу уж точно учует твой запах, Игнил, — встревоженно взглянула на него подруга. Я нахмурилась. Эта идея мне в голову не приходила. И ведь правда — если они еще не знают, как пахнет Акнология, то огненный дракон точно спровоцирует вопросы. — Может, я буду просто утверждать, что мой запах схож с игниловым, но я не он? — невесело усмехнулся тот. — А ведь существуют специальные средства, которые сбивают запах? — вспомнила я, как однажды кто-то из Фантом Лорд пользовался таким. Гажил так и не сумел ничего учуять. — Существуют, но на драконах они не особо эффективны. Все-таки мы не люди, — покачал головой Игнил. — В этом случае даже заклятья не помогут, — поморщился Акно, прижимая к себе Люси. Как же я счастлива за подругу, что у нее появился такой надежный защитник. — Знаешь, Игнил, если он увидит, что ты встречаешься с девушкой его друга, то думаю мгновенно позабудет о запахе. — Я не встречалась с Греем, — он издевается? Что за глупости? Никто никого не уводил. Однако Акнология не был так уверен — в его вечно спокойных глазах играла озорная искра. — Да ладно, Джу. Вы сильно изменились за это время, и, уж простите мне мою откровенность, в таких как вы сложно не влюбиться. И Нацу с Греем это заметят. Люси как-то поморщилась, отвела взор, а затем пробормотала: — Спасибо, наверное… Только нам сейчас этого уже не нужно. У нас есть вы, два дуралея, а куда уж больше. — Именно. В данный момент они нужны нам в последнюю очередь, — серьезно закивала я. — Надеюсь, что они будут такого же мнения, — вздохнул Игнил, а я бросила на него загадочный взгляд. Неужели он намекает… — Хочешь сказать, что ревновать начнешь и драться с ним? Ах, вот и огненный дракон пал перед детскими забавами, — трагично произнесла я, утирая невидимую слезу. — Ни в коем случае! Я наслышан о Хвосте Феи и, будь уверена, я не такой — мутузить первого встречного точно не буду, — клятвенно заверил меня он, целуя в щеку. — Ага, все вы так говорите. В Хвосте Феи просто атмосфера какая-то или лихорадка — каждый, кто туда попадает, живым уже не выходит. Его словно затягивает в этот водоворот, — фыркнула параллельного дивана Люси, подгибая ноги. — Гажил не отличался особым желанием набить кому-то морду, а после вступления в Хвост Феи только этим и занимается, — вспомнила я. Гажил действительно ранее был хоть и агрессивным, но в драки по пустяку и без не лез, а теперь что? Стоит Нацу крикнуть — они все тут как тут. — Ну что ж. Посмотрим, заразит ли нас этим ваша гильдия, — усмехнулся Акнология. Да уж. Мне тоже интересно, что из себя теперь представляет Хвост Феи.