Французская кухня

      Шёл третий день. Деньги, которые Ацуши так до сих пор и не отдал, словно становились с каждым днём тяжелее, а кошелек из-за них было страшно брать.       На четвёртый день Ацуши не выдерживает. Получив наставления «не мямли и не трусь», а ещё отдельные «не волнуйся, Ацуши-кун, умирать это не очень больно», юноша с грузом на душе и с наивной надеждой встретить Накахару где-нибудь… по дороге, отправился прямиком к зданию Портовой Мафии. Правда, перед этим он нанёс визит в уже знакомую кондитерскую и извинился за неудобства и свою неуклюжесть в языке перед девушкой. Та, как ни странно, ничуть не была обижена и представилась Ацуши, как Николь. Накаджима с удовольствием согласился принять помощь от девушки в выборе гостинца для рыжего лиса. —Вот. Это шоколадный мусс. На родине этого десерта его всегда подавали к столу королей и знати. Он очень нежный и не слишком сладкий, так как сделан из натурального шоколада, —объяснила Николь, упаковывая угощение. Она рассказывала столь вдохновенно, что Ацуши невольно поразился — так воодушевлённо рассказывать о чём-то мог только человек действительно любящий и уважающий своё дело. —Спасибо, Николь-сан, —эспер поклонился. Европейское имя звучало несколько непривычно в японской речи, но и имя Ацуши девушка искажала, а потому молодые люди негласно решили не зацикливаться на таких мелочах. —Всегда рада!       Уже идя в сторону набережной Накаджима вдруг задумался: не попробовать ли ему приготовить нечто подобное? А что? И Кёка оценит, и ему развлечение. За своими размышлениями, юноша не заметил, как добрался до места. Вообще-то, ему здесь быть нельзя, даже несмотря на относительно мирные отношения Мафии и Агентства. Задумался об этом Ацуши слишком поздно, но, с другой стороны, ребята из Агентства сразу бы остановили его, будь это плохой идеей… Ладно, будь что будет. Задрав голову и посмотрев на уходящие высоко вверх небоскребы, Накаджима подумал, что офисы мафиозной верхушки, скорее всего, как ни странно, находятся наверху. Ну, с богом.       Добрался Ацуши на удивление быстро и почти без проблем, хотя тигриная душа и ускакала один раз в пятки, стоило юноше увидеть в конце одного из коридоров Акутагаву, говорящего со своей подчинённой. Хигучи, кажется? Но даже несмотря на это, он поднялся на верхний этаж. Ну, подняться-то он поднялся, но вот куда идти дальше… Вообще не представлял. Тигр с неудовольствием отметил, что ему, похоже, придется заглядывать чуть ли не за каждую дверь. А может, применить способность и попробовать отыскать Накахару по запаху?.. Идея показалась Ацуши неплохой и он даже хотел воплотить ее в жизнь, но не успел — из-за одной из приоткрытых дверей донёсся гневный крик. —Я понять одного не могу, насколько большим идиотом нужно быть, чтобы так бездумно рваться в бой?! Миядзава, ты совсем нюх потерял, или бессмертия где-то поел?! Мало того, что дерзишь своему прямому начальству, так ещё и головой не думая, лезешь в самое пекло! Скажи мне на милость, где твой мозг, или его остатки синицы склевали?! —знакомый голос разносился по всему коридору, заставляя Ацуши вытянуться по струнке, хотя отчитывали совсем не его. Надо сказать, что Накаджима ни разу не видел, как Накахара кричал. Да, были пререкания с Дазаем, но выглядело это так, словно два давних приятеля просто спускают пар, так как выдержать друг друга могут лишь они. Но тут… Чуть хриплый от постоянного курения, в мирной обстановке даже бархатистый голос исполнителя сейчас звенел сталью от гнева, иногда срываясь на чуть визгливые нотки. Ацуши понял — Чуя взбешён.       Неожиданно он подумал, что совсем некстати будет его визит. Совсем неуместными стали выглядеть и конверт с деньгами и бумажная коробочка с десертом, а уж тем более — сам Ацуши, так нагло сунувшийся на чужую территорию. К голосу за дверью присоединился ещё один, кажется, это тот самый Миядзава на которого пала Кара божья, стал объясняться. Спустя каких-то семь минут, из кабинета вылетел бледный как смерть молодой человек, даже не заметивший сжавшегося в комок Ацуши, но оно и к лучшему. —Ну, так и будешь торчать за дверью? —недовольно пропыхтел Чуя. Ацуши сглотнул и на ватных ногах вошёл в кабинет. У Чуи изо рта выпала сигарета и, ударившись о паркет, потухла. На лице застыло уморительной выражение — смесь раздражения и абсолютного удивления. —Малой? —Чуя поднял сигарету и кинул в пепельницу.—Вот уж не ожидал. Думал грешным делом на Акутагаву, но он бы не стал под дверью топтаться. Ацуши покраснел от стыда. Пришёл тут… От работы отвлекает… Судя по всему у Накахары и без него забот хватает. —Ладно уж, чего пришел то? Сумел до меня добраться и даже целым, не оставлять же тебя под дверью. Заходи давай. И живее, живее, нечего людей тревожить. Тон Чуи сменился с гневного, на куда более мягкий. Он, ворча и недовольно фыркая, посетовал на то, что детективы совсем распоясались — шастают по вражеской территории. —Но я же не собирался нападать… У меня и оружия-то с собой нет, —возразил Ацуши. —Ты эспер. По сути сам — одно большое оружие. Пуленепробиваемое, —Накахара позволил себе ухмыльнуться. Он уже неоднократно видел и испытывал на себе силу «большой кисы».       Какое-то время назад детективы и Мафия устраивали совместные спарринги и тренировки. По официальной версии — для обмена опытом. На деле же всё это было устроено для того, чтобы улучшить совместную работу нового «Двойного чёрного». А тренировать кто будет? Ну конечно Чуя, ему делать ведь совсем нечего.       Во время таких вот «тренировок» он и увидел силу тигра во всей красе. Ну и что, что мальчишка после первого же выпада когтистой лапой в сторону исполнителя отскочил назад и, приняв человеческий облик, начал лихорадочно извиняться, заливаясь румянцем. Накахара тогда даже контроль над способностью на секунду потерял от удивления — грозная машина для убийств… Просит у него прощения за даже не совершённый удар? Смешно, смешно…       Отвлёкшись на воспоминания, Накахара не заметил как на его стол, на самый краешек, положили коробочку из кондитерской и бумажный конверт. —Что это? —мужчина выгнул бровь. —А это… Вы тогда заплатили и за мой заказ, я пришел вернуть деньги. Ну и… В качестве извинения…—Ацуши неловко улыбался и переступал с ноги на ногу. Чуя невольно задумался, что вот такой Накаджима ну никак не походит на восемнадцатилетнего парня. Его стеснение, неловкость, но в то же время упёртость, где надо и не надо делали из него ребёнка. Скорее всего, такое поведение — итог воспитания, в приюте. Там вообще воспитывают удивительно противоречивых людей. Неуверенных в себе и зашуганных, но при этом чрезвычайно упёртых, а порой и жестоких, если не к другим то, как в случае с Ацуши — к самим себе. Это, на самом деле поражало. Акутагава не раз тихо шипел после их совместных миссий о том, какой его напарник недальновидный и наивный, но при этом, юноша из агентства никогда не воспринимал людей лишь с одной стороны. Жизнь уже сейчас научила его, что нет абсолютно добрых или злых людей. Он не доверял, но стремился к доверию, подпускал к себе близко, но всегда был готов выпустить когти (а потом обязательно извиниться). Новый «Двойной чёрный» был очень противоречивым дуэтом. Как, впрочем, все подобные дуэты в прошлом. —Ты ради этого пробрался на территорию мафии? Скажи честно — Скумбрия надоумил? —Кто? —захлопал глазами Ацуши. —Дазай, —поправился Чуя, убирая в ящик конвертик с деньгами. Он был уверен, что гениальная идея навестить исполнителя прямо на его рабочем месте целиком и полностью принадлежит этому бинтованному недоумку. —Н-нет… Он только сказал, чтобы я был осторожен, —покачал головой Накаджима. Про замечание о безболезненности смерти он решил не упоминать. К чему подробности, право? —Какой же ты дурачок, а? —Устало вздохнул Чуя, подходя к рабочему телефону и нажимая какую-то кнопку. Ацуши замер испуганным сусликом. Накахара на это едва слышно фыркнул. —Сакура-сан, будьте добры, принесите две чашки чая. Да, спасибо, —проговорил он в трубку. —Ч-что это… —Всего лишь моя помощница и чашка чая. Ты же не против, м? —спросил рыжий лис, раскрывая коробочку и вдыхая запах свежего мусса.—Отличный выбор, —похвалил он. —Николь-сан сказала, что это может вам понравиться…—пробормотал с улыбкой Ацуши, садясь на кожаный диван, стоящий в центре комнаты. —Кто? —Та девушка из кондитерской, —проговорил Ацуши, наблюдая, как приоткрылась дверь и Чуя забрал из чьих-то рук поднос с аккуратным чайником и двумя чашками на блюдцах. —Ясно. Значит, культурно просвещаешься в области французской кухни? —одобрительно хмыкнул Накахара, разбивая ложкой шоколадную корочку. Мусс, скрытый за шоколадной бронёй, припорошённой пудрой и украшенной сверху короной из сочных ягодок черники, манил Ацуши своим насыщенным запахом. —Малой, не замирай, —Хохотнул исполнитель. Он протянул юноше чашку с маленькой ложечкой на блюдце и тот, благодарно кивая, поспешил принять ее, все так же не отрывая взгляда от лакомства. Тигриное чутье улавливало каждую нотку… Каждый, даже самый тонкий аромат. Густой запах какао, сладкая ваниль и лёгкая, едва заметная кислинка спелой черники, смешивались с тягучим ароматом чабреца и отголосками игривой мяты, исходившими из чашки. Разум неискушённого такими явствами Ацуши покрывался пеленой удовольствия. Весь он превратился в одно обоняние, главной задачей стало почувствовать все запахи, поэтому он прикрыл глаза и вдыхал, теряясь и наслаждаясь ароматами. Юноша представлял, как великолепно хрустят под ложечкой шоколадные латы, как они рассыпаются, обнажая воздушную, поблёскивающую массу и как ягодка черники падает в неё, мараясь в шоколаде. Ацуши так глубоко погрузился в свои фантазии, что едва не пропустил момент, когда оркестр ароматов резко прервал запах парфюма рыжего исполнителя, оказавшегося прямо перед замершими в оцепенении юноше. —Ну-ка рот открой, —Чуя, не церемонясь, ухватил тонкими пальцами острый подбородок и отправил в рот юнца ложку с угощением. Ацуши широко распахнул глаза, чувствуя во рту всё то, о чем он грезил. Шоколадный доспех плавился на языке, горошина черники тонула в постепенно тающем муссе. Юноша медленно начал жевать, смакуя каждую секунду запоминая этот густой шоколадный вкус, эту мягкую кислинку… Привела Ацуши в чувство чашка, выскользнувшая из дрожащих пальцев. Он резко дёрнулся, хотел было изловчиться и поймать, но чашка, плавно покачиваясь в воздухе словно кораблик на волнах, окутанная лёгким алым светом, опустилась в руки Накахары. —Какой ты неловкий, —улыбнулся исполнитель, потрепав светлые вихры свободной рукой. —Понравилось? Ацуши быстро закивал, облизывая губы, силясь собрать с них остатки угощения. —Запей, ещё вкуснее будет, —Накаджима недоверчиво покосился на Чую, но забрал чашку и сделал глоток. Тепло тут же разбежалось по телу, чай чуть обжёг язык и губы. Шоколад смешался с чабрецом и мятой, принося какой-то странный покой. Чуя сел рядом с ним. Теперь запах шоколада и чая разбавлял и аромат парфюма исполнителя.       Они пили чай, о чем-то беседуя, Накахара пожурил парня за то, что тот расхаживает в таких некудышных башмаках, они припомнили как проходили тренировки, на которых Дазай или Чуя иногда позволяли себе потрепать Ацуши за пушистое тигриное ухо. Акутагаву гладить было чревато укусом. От Расёмона тоже. А Ацуши позволял себя гладить. Благодарно принимал любую ласку, как бродячий кот. Но так же как и уличная кошка вполне мог тихо рыкнуть, если неосторожно дёрнуть на шерсть —Тактильный до ужаса, —хмыкнул Чуя, окончательно путая белёсые прядки. Ацуши минуту назад рассказывал ему о последней прочитанной им книге, что-то воодушевлённо вещал, а уже сейчас ткнулся лбом в плечо исполнителя, слегка бодаясь. —Кошак кошаком. Каким-то образом, способность Ацуши повлияла на него, позволив грудной клетке юноши издавать замечательные звуки кошачьего мурлыканья. Разве что, в силу размера, муркала «киса» как трактор, тихонько вибрируя всем своим тощим телом. —Это на тебя так мята действует, или тебя так загоняли в этом вашем агентстве? —спросил Чуя. —Не зна-а-аю… Но очень хочется спать, —мурлыкнул Ацуши. Тигр внутри урчал, довольно облизывался и призывал ещё раз боднуть крепкое плечо, ещё хоть разочек выпросить такие приятные поглаживания. —Вот только засыпать тут не смей, —бурчание заставило юного тигра приоткрыть один глаз. —Хорошо… Тогда научите меня говорить по-французски! —неожиданно выдал Ацуши, смотря прямо в глаза Чуе. —Ну ничего себе выдумал. Тебе зачем? —удивился тот, ставя чашку чая на журнальный столик. —Я совершенно не умею произносить эти странные названия. А ещё мне недавно подарили книгу… По-сан очень здорово пишет, но иногда вставляет в текст фразы на французском языке, а я даже прочитать их не могу, не то что понять без перевода! Да и тот случай в кондитерской… Ой! Ещё раз спасибо! Чуя пару раз моргнул, слушая чуть сбивчивую речь. А ведь малец искренне хочет научиться… Ну что ж… —Почему бы нет. Французский язык богат на различные афоризмы. Но учти, я требовательный учитель, —хмыкнул новоявленный педагог. —Я приложу все усилия! —пообещал Ацуши, сверкая своими глазищами. —"Я почему-то не сомневаюсь в этом,"—подумал Чуя, глядя на юношу. Чудно́й он всё-таки, этот тигрёнок…