Демонология для чайников — часть II
14 августа 2019 г., 21:00
***
Шэнь Цзю даже не догадывался, какие мысли терзали Шэнь Юаня. А если бы услышал, то рассмеялся от их нелепости. Изгнание злодея-захватчика? Нет, конечно! Спаситель. Вот кем на самом деле являлся для него Шэнь Юань. Спустя годы Шэнь Цзю мог себе это признать. Шэнь Цзю никогда никого не любил: ни окружающих, ни себя. И думал, что нет ничего лучше, чем быть одному вдали от людей, держать всех на расстоянии. Особенную успокаивающую ауру, царящую на пике Цинцзин, замечали все. Здесь не приветствовались шум и суета. Ученики Шэнь Цинцю были хорошо воспитаны и соблюдали правила, заведенные учителем. А кто-нибудь сказал бы, что тут приют отшельника. Но с появлением Шэнь Юаня, Шэнь Цзю осознал, что что-то упускает в этой жизни. Что-то очень важное. Шэнь Юаня любили все вокруг! И в отголосках этой любви теперь купался и сам Шэнь Цзю. И главное, чтобы ее получить, ничего не требовалось делать. Поначалу Шэнь Цзю бесился и чувствовал себя крайне обиженным: сколько он состоял в ордене Цанцюн — столько между ним и остальными членами громоздилась высокая невидимая стена. А с некоторыми даже холодная война. Его это более чем устраивало. Собственные ученики за исключением, может, маленьких наивных девочек его побаивались. Хотя, как учителю ему не в чем было себя упрекнуть. Только если в строгости. Но разве строгость повод для порицания учителя? А стоило появиться блудному духу в его теле — как стена не просто исчезла, а была сломлена начисто! При этом Шэнь Цзю оставался собой, не изменяя характеру: магия Шэнь Юаня все равно работала. Шэнь Цзю, наконец, мог быть честным — он не знал, как общаться с людьми, и умел только их отталкивать. Он до сих пор не снял с себя камень, давящий с детства. Шэнь Цзю было тяжело простить единственного близкого в этой жизни человека. Но теперь ему казалось, что скоро он сможет поговорить по душам с Юэ Цинъюанем. Благодаря Шэнь Юаню сейчас Шэнь Цзю был способен видеть, с каким теплом и искренней заботой смотрел на него брат Ци-гэ. И это прозрение дорого стоило. Так что Шэнь Цзю вовсе не сетовал на чужое присутствие в своем теле. А пока другие лорды и ученики любили Шэнь Юаня, Шэнь Цзю восторгался своим вторым «я». Да, ему нравилось считать Шэнь Юаня продолжением себя. Нравилось думать, что другие любят не просто Шэнь Юаня, но и Шэнь Цзю, так как они части целого. Шэнь Юань этому способствовал — он легко и без усилий перенял привычки и образ мыслей Шэнь Цзю. Да, они друг с другом много спорили. Но даже конфликты заставляли думать, что Юань — часть него самого. Потому что спорить с самим собой и критиковать себя всегда были неотъемлемой частью Шэнь Цзю. Но кое-что очень важное не давало покоя, вернее кое-кто. Ло Бинхэ. Будет неправдой сказать, что Шэнь Цзю к нему не привязался. Только не после всей заботы, любви и тепла Шэнь Юаня, что проходили через тело Шэнь Цинцю к этому мальчишке. А найдя свое отражение в глазах Ло Бинхэ, возвращались назад в десятикратном размере. Пока мальчик послушно смотрел на своего учителя, лишь изредка делая наглые и наивные попытки добиться большего, Шэнь Цзю просто мирился с его прилипчивостью. В конце концов, послушание — разве не то качество, которое он так ценил? Шэнь Цзю сделал большой шаг, когда усмирил свой изначально негативный настрой по отношению к ученику. И принял его присутствие. Но после возвращения Ло Бинхэ из Бездны, все изменилось. Прежняя привязанность белой овечки превратилась в одержимость жадного демона. Шэнь Цзю был ошарашен силой чужого желания! И он не мог ей ничего противопоставить, только сдаться и покориться. Сила восхищала и поглощала. Шэнь Цзю и Шэнь Юань разделяли не только тело, они делили на двоих практически все, кроме нескольких вещей, которые Шэнь Цзю тщательно скрывал от второго «я». Нет, не свою привязанность к Шэнь Юаню, Шэнь Цзю и так казалось, что это скрыть невозможно. Но то, что, во-первых, Шэнь Цзю знал: одержимость Бинхэ направлена не только на Шэнь Юаня. Демон хотел их обоих. И их ученик давно разгадал, что в одном теле — две личности. А, во-вторых, то, что Шэнь Цзю отвечал демону взаимностью. Еще когда Шэнь Юань бережно лелеял свою чистую платоническую любовь, Шэнь Цзю уже давно погряз в удовольствии плотских утех. Хотя их парное совершенствование и началось не сказать чтобы гладко, но другого и не ожидалось от встречи двух полных противоречий людей. И все-таки мальчик был крайне убедительным в постели. Шэнь Цзю тоже был убедительным. В притворстве и сохранении своего достоинства, ради последнего он и отослал Шэнь Юаня. Дело, которое затеял Шэнь Цзю, бросало тень на репутацию гордого лорда. Хотя, много позже ему еще спасибо скажут. Но что важнее, Шэнь Цзю не хотел втягивать Шэнь Юаня в вещи, которыми его брат точно не захотел бы заниматься. А вопрос касался все той же демонологии.***
Шэнь Юань вернулся через месяц, как и договаривались. Его духовные силы заметно возросли. Хотя, их могло быть больше, если бы он меньше тревожился о Шэнь Цзю и Бинхэ. Большим облегчением стал сам факт возвращения домой. Шэнь Юань пришел в себя к обеду. Но к чему он морально оказался не готов, так это увидеть Ло Бинхэ в их кровати. Не то чтобы он никогда его там не видел, просто в голове не вязалось, что Шэнь Цзю… тут-то Шэнь Юань осознал нечто еще куда более странное! Шэнь Цинцю все это время сидел около кровати с чашей чего-то жидкого в руках и с ложки кормил ученика. Бинхэ выглядел изможденным, но крайне довольным и умиротворенным. Оставить мальчика в лапах злодея, и найти его потом на девятом небе от счастья? У Бинхэ стокгольмский синдром? Братец Зло отравил мальчика ядом? Накачал какой-то дурманящей травой? У демонов естественное сопротивление, но кто знает, может, есть управа и на их кровь. Шэнь Цзю, конечно, заметил чужое присутствие, но ничего не говорил, пока был занят кормлением. И только когда чаша опустела, не дожидаясь расспросов, поприветствовал брата и лаконично в своей манере прокомментировал происходящее. — Я слышу, как ты думаешь. И вовсе не в том направлении. Я его не травил. — Он выглядит подозрительно довольным. — Он лежит в кровати своего учителя и ест с его рук. Чем ему быть недовольным? Тут Шэнь Юань уловил эмоциональный фон Шэнь Цзю. Братец Зло чувствовал себя умиротворенным! Это что же получается? Пока он месяц отсутствовал, эти двое радовались жизни и были так счастливы без него, как никогда ранее? Как будто и не было между ними многолетнего конфликта. Он здесь третий лишний? Не успел Шэнь Юань погрузиться глубже в невеселые размышления, как его взял за руку Ло Бинхэ. Ослепительная улыбка на самом прекрасном лице в мире вмиг растопила печали Шэнь Юаня. Она как будто говорила ему — с возвращением. Мы тебя ждали. Шэнь Юань вцепился в теплую руку и просканировал состояние тела Бинхэ. Мальчик был в относительном порядке, но ослаблен. — Учитель, я уже здоров, не волнуйтесь. — Если ты здоров, то почему тогда лежишь в кровати? Бинхэ накрыл ладонь Шэнь Цинцю свободной рукой и самодовольно улыбнулся: — Учитель знает почему. Должен ли этот ученик действительно все озвучить? Шэнь Цинцю сделал жест рукой, как будто хотел отмахнуться веером, дал понять, что дальше можно не говорить. Шэнь Цзю кратко прокомментировал, что Бинхэ помогал ему с исследованиями, и с ним случилось отклонение ци, но ничего серьезного. Шэнь Юань смутно догадывался, что вовсе не хочет знать, какими практиками они тут занимались, чтобы приковать лорда демонов к кровати. И пусть Шэнь Юань стеснялся спросить ради чего его выгнали, но позже этим днем, после того как Шэнь Цзю тщательно проверил изменения в силах Шэнь Юаня, удовлетворенно заметив, что путешествие пошло на пользу, Шэнь Цзю рассказал сам. Без подробностей. Дело было в его исследованиях: научный интерес в вопросах демонологии. Проблема требовала полной концентрации и всех ресурсов тела. Шэнь Юань прекрасно знал, как сильно его брат увлекался и дорожил учеными изысканиями, так что пожал плечами. Было похоже на правду. Возможно, Шэнь Цзю просто не хотел делиться открытиями раньше времени, предпочитая сначала тщательно все изучить. А может он не делился информацией с Шэнь Юанем, потому что считал его недостаточно компетентным слушателем. Шэнь Цзю, в отличие от Шэнь Юаня, любил много читать и писать. Шэнь Юань же предпочитал возиться с учениками и наносить визиты горным лордам. Местная литература на вкус младшего брата устарела на несколько тысячелетий. Хотя Шэнь Юаня тоже можно было застать с кисточкой в руках. Иногда он часами переводил редкую и дорогую бумагу, заставляя обливаться слезами горного лорда Аньдин, отвечающего за поставки ресурсов. Но кто же упрекнет главу пика искусства в занятиях искусством? И пусть поначалу пейзажи выходили корявыми, но зато рисование успокаивало нервную систему в перерывах между словесными баталиями с Братом Зло. А за чаем, когда Шэнь Цинцю и его ученик разворачивали свитки, Бинхэ неизменно нахваливал таланты учителя. В конце концов, Шэнь Юань решил, что у него действительно есть таланты, и картины на диво стали нравиться и ему самому. Шэнь Цзю поначалу цокал языком. Нет, до хобби брата ему не было дело, но вопрос репутации! Все-таки никто раньше его за рисованием не видел, могло вызвать подозрения. Дальше больше: казалось бы, какое отношение имеют картины к проблемам горы Цанцюн? Однако теперь на собраниях горных лордов периодически обсуждали его работы. Шэнь Цзю в итоге махнул рукой. Чем еще мог удивить всех Шэнь Цинцю, после того как начал жить под одной крышей с учеником? Скромным новым хобби? Вряд ли. И все-таки невольно, но Шэнь Юань познакомился поближе с последними исследованиями Шэнь Цзю. Развернутый свиток лежал на столе, и глаза сами зацепились за строчки. В тексте речь шла о демонах, никакого криминала. Сухой язык, высокопарный слог, скукота. Шэнь Юань расслабился и не стал читать дальше, дав Шэнь Цзю свернуть свиток. А потом еще полдня Шэнь Юань ходил и мучился, что-то его все-таки зацепило в тексте. Может упоминание парного совершенствования рядом со словом «демон»? Когда они легли спать, и Шэнь Юань убедился, что Шэнь Цзю точно заснул, стараясь не будить Бинхэ, выполз из кровати и пошел рыться в комоде. Свитков там было много, и сходу найти нужный возможным не представлялось, поэтому он перебирал все наугад. Первый попавшийся, судя по дате, написали, пока Шэнь Юань отсутствовал. Но содержание свитка было абсурдным. Казалось, он здесь завалялся по чудовищной ошибке! Но, нет, Шэнь Юань узнавал почерк Шэнь Цзю, и не мог его перепутать с чьим-либо другим. Пробежавшись глазами по еще нескольким свиткам Шэнь Юань окончательно убедился: его брат действительно стал автором высокорейтингового демонического порно. Вот она какая демонология для чайников! Текст, конечно, был не той низкопробной чушью, что мог бы написать Братец Самолет; все такой же высокопарный суховатый язык. Много размышлений про дао, пути благочестивых заклинателей и демонов. Но это не отменяло сути: эти свитки были глубоким исследованием сексуальной жизни демонов. С анатомическими подробностями и графическим описанием. Шэнь Юань почти физически ощущал, как краснел при чтении до кончиков пальцев. Сейчас он радовался, что исследования лично его никак не коснулись, и он провел этот месяц в блаженном неведении. Иногда все-таки лучше не знать, чем лезть в чужие дела без разбора. Шэнь Юаню даже стало немного стыдно за то, что подозревал Шэнь Цзю в предательстве их вроде установившихся мирных отношений и желании от него избавиться. Что вовсе не отменяло неловкости от раскрывшейся тайны. Шэнь Цзю к этому моменту проснулся и был в курсе, что Шэнь Юань все-таки докопался. Оба молчали, а потом одновременно заговорили. — Я так и не поблагодарил тебя за артефакт. — Это не то, что ты подумал. Оба снова замолчали. И тут запиликала Система. [Система: Клиент! Хочу, чтобы вы знали, хост очень старался, копя баллы на подвеску. Прямо очень! Любо дорого было смотреть.] Братец Зло тоже копил баллы?! Сотрудничал с ненавистной ему Системой? Ради него? Шэнь Юань просто свернул свиток, убрал его подальше в комод и лег назад в кровать. Молча показывая, что им не обязательно это обсуждать. Сегодня ночью Шэнь Юаню было о чем подумать.***
В бамбуковом домике царило спокойствие, напрасно Шэнь Юань переживал за близких: они и не думали друг друга убивать. Наоборот, наладили контакт. Чего еще желать? А вот снаружи в кустах стоял и неуверенно переступал с ноги на ногу человек, который, в самом деле, пострадал из-за пропажи Брата Огурца. И поскольку никто не сообщил Шан Цинхуа о возвращении блудного брата, первый продолжал страдать. Даже решился прийти сегодня и облегчить свою участь. Когда Шэнь Цинцю вышел из дома, Шан Цинхуа вылез из кустов и бухнулся ему в ноги, истошно рыдая. — Шисюн, умоляю, пощади! — причитал Шан Цинхуа, громко всхлипывая. — Приветствую лорда пика Аньдин! У вас ко мне какое-то срочное дело? — как ни в чем не бывало ответил Шэнь Цзю, подзывая к себе жестом Бинхэ и что-то тихо говоря ему в сторону. — Я больше не выдержу! — Шан Цинхуа ни на секунду не прекращал пускать слезы. И хотя по натуре Шан Цинхуа был продажной шкурой без намека на честь и достоинство, но сегодняшние рыдания вовсе не являлись фальшью и комедией. За прошедший месяц лорд пика Аньдин успел вволю исследовать свои кинки. Скромностью он не страдал, но как оказалось, и эксгибиционистом не был. Чем только им с королем не пришлось заниматься под бдительным наблюдением Шэнь Цинцю и суровым надзором Ло Бинхэ. Злодеи не знали никакой жалости! А его король никак не пытался воспротивиться положению, проявляя чудеса субординации. Самое обидное, что грязное, спасибо не групповое, порно подавалось под соусом гуманизма и гуманитарной помощи миру заклинателей. Дескать, Шэнь Цинцю проводит важные исследования, которые в будущем пойдут на пользу людям. Настоящий злодей, это же надо было такое придумать! От таких исследований польза людям могла быть одна — снять напряжение со своей правой. Но для этого вовсе не обязательно проводить натурные замеры и реалистичные перфомансы! Уж он-то как автор кое-что понимал в написании развлекательных текстов. У непотребства был единственный плюс. Непрестанно переживая о будущих унижениях, мучаясь раздумьями, какие низости и пошлости потребует Шэнь Цинцю от них в следующий раз, Шан Цинхуа нафантазировал материала на несколько томов. И в перерывах между унизительными сессиями денно и нощно строчил текст. Похоже, настало время познакомить этот мир с настоящей литературой! Все читали и любили Несправедливость Чуньшань? Чушь! Его будущий роман раскроет двери восприятия! Все еще стоя на коленях, заливаясь слезами и захлебываясь унизительными мольбами под презрительным взглядом горного лорда пика Цинцзин, Шан Цинхуа спиной почувствовал присутствие своего короля. Шэнь Цинцю взглядом указал Мобэй Цзюню на лорда у себя в ногах будто на мусор и жестом дал понять исчезнуть им обоим из поля зрения. Шан Цинхуа схватили за шкирку и грубо утащили с пика Цинцзин, не дав произнести до конца заготовленную жалостливую речь. Но уже дома в покоях короля он узнал, что их совместные дела со злодеями пока закончены. Шан Цинхуа снова заплакал, уже от облегчения. Мобэй Цзюнь по-своему истолковал реакцию, на его лице отразилось что-то напоминающее сочувствие. Король попросил своего раба не расстраиваться попусту и пообещал договориться об еще одной встрече.***
