Rince leis an diabhal (Танец с дьяволом)

      — Гектор, подожди, я не поспеваю за тобой! — тяжело дыша, выкрикнула Мадлен.       Прадед сильно спешил, совсем не обращая внимания на выбившуюся из сил внучку. Девушка плелась за родственником, хотя желание куда-либо идти пропало спустя полчаса такого темпа.       — Нужно торопиться! — сжалившись, замедлился Гектор.       — Ты ведь даже не знаешь, куда нам идти! — возмутилась девушка.       Музыкант отвел взгляд и поджал губы. Это была правда, однако он решил, что хорошей идеей будет добраться до местного полицейского участка и узнать хотя бы немного информации от них.       — Есть какие-либо предложения? — нахмурившись, спросил он.       Мадлен неловко улыбнулась, теребя в руке браслет Барона. Из-за всех произошедших событий она совсем забыла рассказать прадеду о подарке Самеди. Возможно, теперь они с Гектором потеряли заветный час, блуждая по улицам мира мертвых. Тяжело выдохнув, девушка сняла с запястья украшение и протянула его мужчине. Тот недоуменно уставился на внучку, но все-таки подошел ближе, забирая браслет. Вопросительно сведя брови, он повертел его в ладони и вновь устремил взгляд на Мадлен.       — Это подарок Барона… — как можно беспечней начала девушка, стараясь с помощью этого избежать неловкого разговора, — В каждой жемчужине содержится подсказка, нужно только её разбить.       Гектор смерил ее строгим взглядом и глубоко вздохнул, покачивая головой, на что внучка лишь лучезарно улыбнулась, мысленно давая себе оплеуху. Прадед одним легким движением вынул черный минерал из украшения и сжал в руке со всей силы. Послышался характерный хруст. Мадлен и Гектор переглянулись, и мужчина подкинул вверх оставшуюся угольную дымку, которая одним сплошным потоком обвила обоих Ривера, погружая в темноту. Вдруг из тьмы начали появляться размытые, нечеткие образы, поначалу ослепившие родственников. Чуть привыкнув, Мадлен раскрыла глаза и стала рассматривать представший перед ними древний храм с высокими шпилями. Мрачное строение горделиво возвышалось посреди черной пустыни, обдуваемое тысячами песков. Мглистое небо, абсолютно пустое и безжизненное, плавно отделялось полосой горизонта, а угольные песчаные холмы окружали забытое богом строение. Холодный ветер вдруг сковал их тела, и от жуткого ощущения присутствия в этом месте по спине пробежался табун мурашек. С силой сжав руку Гектора, девушка неуверенно шагнула вперед и протянула другую ладонь к высоким изогнутым воротам, но незваных гостей внезапно болезненно оттолкнуло назад невидимой волной. Иллюзия вдруг исчезла, и Мадлен с прадедом оказались лежащими на пыльном асфальте. Голова ощутимо кружилась. Девушка тихо простонала, приподнимаясь на локтях. Видимо, неслабо приложилась затылком к земле. Зарывшись ладонью в волосах, она разочарованно выдохнула. Из полученной подсказки мало, что было понятно.       — Чертов дух, — прорычала она, принимая помощью Гектора, чтобы подняться с поверхности. Озлобленно отряхиваясь, девушка продолжила, — От такой наводки ни жарко ни холодно!       Гектор, отзеркалив действия внучки, задумчиво прищурился. Он усиленно принялся вспоминать, где мог видеть данное место. Одна мысль назойливо крутилась в голове, но у мужчины никак не получалось ее уловить.       — Ну же, ну же, ну же!.. — бормотал он, несильно ударяя себя по лбу. Гектор вдруг принялся мерить улицу шагами, перемещаясь туда-обратно. Мадлен удивленно наблюдала за ним, скрестив руки на груди.       — Что-то знакомое? — нарушила она молчание, чем обратила на себя внимание прадеда.       Тот наконец остановился, к счастью девушки, у которой уже начинала болеть голова от постоянного мельтешения.       — Я абсолютно точно где-то его видел, но вот только не могу вспомнить, где! — Гектор в несколько шагов пересек расстояние между ним и внучкой и мягко схватил ее за оба плеча, вызвал у нее недоумение, — Древний храм посреди черной пустыни, как такое можно забыть? Не понимаю…       Мужчина грустно опустил голову, прикрыв глаза.       — Гектор, ты в порядке? — обеспокоенно спросила она.       Гектор не был в порядке. Он был взбудоражен, раздавлен, потерян, разочарован. Что угодно, но только не «в порядке». Навалившиеся на него события выбили мужчину из колеи спокойной и тихой жизни. Появление Мадлен радовало, как и безумно радовала возможность поговорить с ней, побыть с ней рядом не в виде фантома. Однако причина, по которой она вновь оказалась здесь, давила своей скорбной мыслью. Да, они смогли снова встретиться, но насладиться этой встречей с помощью разговоров ни о чем и безумного веселья не выйдет. Слишком много стояло на кону. Слишком большие потери будут в мире живых в случае неудачи.       «Глупая девчонка!» — подумал он, как только узнал, каким образом Мадлен оказалась в мире мертвых. Импульсивная, наивная, безрассудная… И очень-очень смелая. Пролетели года, а она оставалась все той же, готовой на безумства ради достижения своей цели. В этом девушка была похожа на него. И, как не странно, на Эрнесто. В лучшие годы их дружбы, естественно.       За пять лет пребывания в семейной, размеренной жизни, Гектор уже успел позабыть, каким был раньше. Когда живешь в счастье, воспоминания о худших событиях в твоей судьбе становятся чуть светлее. Вот и сейчас, отдалившись от Имельды, Коко, от остальных родственников, на его плечи вдруг лег тяжелый груз. Единственной радостью являлась Мадлен, но она также была и напоминание о том, что другая его внучка, малютка Сокорро, находилась в большой опасности. Мир Гектора в очередной раз перевернулся с ног на голову.       — Ты меня слышишь? — донесся до него голос девушки, что трясла прадеда за плечи. Словно сквозь толщу воды перед его глазами, принимая более четкие очертания, показался образ внучки.       — Мадлен… — тихо прошептал он, — Прости, я не могу вспомнить.       Девушка поджала губы, стиснув руки на плечах мужчины, но тут же напустила на себя маску оптимизма.       — Ничего страшного, разберемся.       — Возможно, я смогу помочь, — послышался третий голос откуда-то сзади.       Резко обернувшись, удивленный взгляд Мадлен столкнулся с антрацитовыми глазами того, с кем, она думала, что уже не увидится в этой жизни. Эрнесто стоял, опершись о близнаходящуюся стену плечом, а уголки его губ были растянуты в усмешке.       — Какого черта ты еще здесь, Крус? — раздраженно прорычал Гектор, чуть отодвигая внучку в сторону.       — Нет, стой, — остановив прадеда, положив тому ладонь на грудь, проговорила девушка, — Как ты можешь помочь?       Усмешка Эрнесто стала шире.

***

      Ветер, сумевший проникнуть под полы старого пиджака и растрепавший и до того лохматые угольного цвета волосы, привел Круса в чувство. Мужчина тяжело вздохнул, поправив ладонью прическу, откинув локоны назад. Странное ощущение пустоты в собственных костях не давало покоя. Он не мог точно сказать, от чего оно вдруг возникло. От того, что Гектор не принял его извинений, или же от того, что Мадлен, последовав за прадедом, словно послушный пес, оставила его. Возможно, что от всего в целом.       Подвешенное состояние, в котором он находился, Эрнесто совершенно не нравилось. Словно девчонка своим появлением нарушила привычный уклад его жизни. Хотя, почему «словно»? Так оно и было. Что пять лет назад, что сейчас. Мужчина усмехнулся. Стабильность — признак мастерства.       Разозлившись на собственную бесхребетность и сентиментальность, Крус внезапно двинулся вперед. Не за чем было оставаться на месте и заниматься самобичеванием. Не в его это стиле.       Когда за его спиной оказалось уже несколько метров, Эрнесто вдруг услышал хлопок позади и, опустив глаза, в страхе отпрыгнул. К его ногам медленно пробирался фиолетовый туман. Резко обернувшись, он вперился взглядом в темнокожего мужчину с маской черепа на лице. Незнакомец хитро улыбнулся, протянув:       — Ну здравствуй, Эрнесто.       Нахмурившись, Крус приподнял бровь, ожидая объяснений. Былой страх, который возник при появлении духа, испарился. Хотя грудь еще продолжала учащенно вздыматься, а сердце пульсировать в мозгу. Скрестив руки на груди, он приготовился слушать.       — Меня зовут Барон Самеди, но что-то мне подсказывает, что ты уже догадался, — все с той же улыбкой проговорил тот.       Это была правда. У данного духа были достаточно индивидуальные черты во внешности. Даже ни разу не встречая его, Эрнесто нетрудно было узнать в нем Самеди. Сарафанное радио делало свое дело.       — Зачем ты здесь? — не утруждая себя учтивостью, спросил Крус.       Барон осуждающе покачал головой, пожурив мужчину пальцем. Ловко подкинув одной рукой трость вверх, а после поймав ее в воздухе другой, он навел ее на своего собеседника, приложив тому к груди.       — Очень грубо с вашей стороны, молодой человек. Я был бы повежливее.       Эрнесто раздраженного отмахнулся от упершегося в него предмета, злобно окинув взглядом духа. Вести светские беседы с бессмертным не было никакого желания. Поняв, что диалога ни о чем выстроить не получится, Барон разочарованно закатил глаза, вновь опершись на трость.       — Какими же вы, смертные, иногда бываете скучными, — проворчал он, но после продолжил, — Что ж, раз так хочешь перейти к делу, то хорошо, — дух махнул ладонью, и в воздухе появилось фиолетовое облако с каким-то изображением, — Узнаешь девчушку?       Крус с удивлением распознал в нем Мадлен. Настороженно кивнул в ответ.       — Хотелось бы спросить, почему это вы разошлись? Я же не просто так закинул ее поближе к твоему жилищу. Ты должен был стать ее проводником. А тут оказывается, что она встретилась со своим прадедулей, и все планы насмарку, — Барон раздраженно фыркнул.       Удивление Эрнесто постепенно перерастало в шок.       — Так наша с Мадлен встреча не…       — Да, конечно она неслучайна! — воскликнул он, перебивая собеседника, — Или ты думал, что из всех миллионов жителей мира мертвых, она волей случая забрела именно в твой дом? Наивный!       Крус нервно сглотнул, непонимающе сведя брови. Ладони непроизвольно сжались в кулаки, а из горла вырвался непрошеный выдох.       — Но почему именно я? Логичнее было бы отправить ее прямиком к Гектору. Мадлен же меня ненавидит…       Самеди вновь закатил глаза, саркастично изогнув бровь.       — Брось, если бы действительно так ненавидела, не смогла бы побороть себя, чтобы попросить твоей помощи, не глупи. А Гектор… Он тоже неплохой вариант, но он знает ужасно мало тайн этого мира. С ним бы она потеряла слишком много очень ценного для нее времени. Все же, я не просто так рискую своей репутацией, чтобы помочь ей спасти сестру.       Лицо бывшего музыканта вдруг растянулось в понимании. Паззл сложился. Крусу действительно было известно немало секретов мира мертвых. На празднествах у себя в пейнтхаусе к Эрнесто часто приходили самые разные гости с самыми разными историями. За столько лет он услышал их столько, что его запас знаний обогатился так, как никакой другой. Он сомневался, обладала ли хотя бы Имельда и половиной той информации, что помешалась у него в голове. Насчет Гектора он сомневался вдвойне.       — Что ты хочешь от меня? — выдохнул Эрнесто.       — Чтоб ты вернулся к ней! — воскликнул Барон, словно это была самая очевидная мысль на свете.       — Не вижу смысла, я буду послан куда подальше, — ответил он, с трудом делая вид, что ему все равно на этот факт, хотя ребра все еще помнили удары бывшего друга, а мозг — растерянное «прости» девчонки.       Барон, уставший от упрямства Круса, раздраженно фыркнул, наконечником трости заставив музыканта посмотреть на себя.       — Послушай, мне плевать на то, как далеко тебя пошлют. Если ты сейчас уйдешь, у Мадлен не будет возможности спасти ни Сокорро, ни себя. Она может сколько угодно надеяться на родственников, но все кончится одним исходом. Ее сестра станет полноценным жителем мира мертвых, а сама Мадлен испарится, отойдет туда, куда отходят все забытые. Я не говорил ей об этом финале, так как считал, что более-менее продумал план действий. Однако сейчас это вполне реальная опасность. И ты единственный, кто может ей помочь. Твое право, конечно, бросить и оставить все, как есть, и отправить девчонку на верную смерть. Ту самую, которой боятся даже мертвые.       Сердце вдруг сжалось от страха, представив, как Мадлен медленно уходит в небытие. Отведя взгляд, он с силой сжал челюсти. Когтистое существо в груди снова стало царапать его изнутри, а назойливый образ шоколадно-янтарных глаз девушки не желал испаряться. За спиной внезапно послышалось шуршание одежды и хлопок. Эрнесто испуганно обернулся, ища взглядом духа. Но единственное, что от него осталось — лишь слабая фиолетовая дымка, парящая над дорогой. Страх за девчонку пробудил в нем нешуточный огонь. Как бы он не отнекивался, как бы не пытался отрицать, но он успел привязаться к ней еще тогда, пять лет назад. Тогда, когда она пробралась к нему на вечеринку, с детской наивностью оглядывая цветастый зал. Пела настолько искренне и чисто, что внимание гостей просто не могло не переключиться на девчушку. Отплевывалась от хлорированной воды, глядя на спасшего ее музыканта с чувством восхищения и благодарности. Слушала его с нескрываемым интересом и счастьем в глазах, радуясь воссоединению с «прадедушкой». Совсем не подозревая, что вскоре новоприобретенный родственник будет держать ее над пропастью из-за собственного самолюбия и страха. И глупой фотографии. Сейчас это ощущалось так ярко, взрывалось в голове чувством вины и сожаления, желанием спасти, сохранить хотя бы на этот раз. Он готов был рвать и метать, только бы не дать ей погибнуть такой страшной смертью.       — Баро-о-о-н! — крикнул он, что есть силы, но в ответ ему вторила тишина. Дико и растерянно осматриваясь, в надежде все же увидеть его, Крус продолжил, — Самеди!!!       Грудная клетка активно заходила, а сердце уже давно готово было танцевать тарантеллу. Эрнесто хотел было упасть на колени и воззвать к чертовому духу, лишь бы тот его услышал. Очередной хлопок заставил сердце совершить кульбит       Тяжело дыша, он встретился взглядом потемневших глаз со взглядом Барона, который довольно улыбался.       — Я согласен.       Последний звук хлопка перенес его к Ривера.

***

      — Отвратительная идея, — хмуро буркнул Гектор, недоверчиво глядя на Эрнесто исподлобья. Руки его были скрещены на груди, а указательный палец то и дело мерно постукивал по правому плечу.       Мадлен заставила-таки прадеда выслушать предложение Круса помочь им. Гектор, превозмогая отвращение и ненависть, угрюмо следил за бывшим другом, сдерживая гнев внутри себя только по просьбе внучки. Хотя кулаки мужчины так и чесались, готовые в любой момент раздать тумаков.       Эрнесто кратко изложил, почему он — это не самый плохой вариант, чтобы быть путеводителем по миру мертвых. О появлении Барона мужчина решил тактично умолчать, мотивируя это тем, что данный факт к хорошему разговору навряд ли привел бы. Кроме того, раскрой он этот секрет, пришлось бы говорить Мадлен о не самом приятном исходе ее «миссии», при котором девушка осталась бы лишь воспоминанием, витающим где-то в воздухе. Какой бы храброй она не была, такая новость может надломить любого.       — Это все, конечно, хорошо, но какая тебе выгода с этого? — прищурив глаза, тихо спросила девушка. Гектор темной тучей навис за внучкой, угрожающе глядя на Круса.       У Мадлен практически не имелось сомнений, что этот плут вновь что-то задумал. Его явно тревожило нечто страшное, хотя мужчина старательно прятал это за очередной маской. Он, казалось, никогда не снимал масок. Всегда разные, непохожие одна на другую: нахальные, самодовольные, ехидные, фальшиво переживающие. Их было так много, что, наверное, и сам Эрнесто не помнил, как выглядело его реальное лицо. Оно затерялось где-то под тысячами чужих личин.       — Никакой, — ответил он. Твердо. Четко. Так, как никогда не отвечал раньше.       Мадлен чуть отшатнулась. Даже его голос показался крепче стали и ударил по ушам не хуже, чем скрежет металла. Антрацитовые глаза смотрели уверенно, не давая девушке пошевелиться, словно заковывая в невидимые цепи. Она нервно сглотнула. Мадлен не боялась его. Абсолютно точно. Не боялась. Или хотела так думать.       Она было открыла рот, чтобы что-то сказать, но недоуменно осознала, что из горла вышел лишь тихий хрип. Будто нечто сжало его тисками. Эрнесто же продолжал смотреть, не позволяя ей отвести взгляд, словно гипнотизируя. Ощутимый холодок прошелся вдоль спины. Черные брови Круса были напряженно сведены к переносице, а глаза по-прежнему затягивали в свою тьму, заставляя теряться в них.       Почуяв неладное, Гектор сжал плечи внучки со спины, собираясь отстранить ее подальше от темноволосого музыканта. Однако тот не дал ему сделать это. Эрнесто вдруг, схватив Мадлен за предплечье, дернул девушку на себя, второй рукой резко словив ее за плечо. Жестко. Внезапно. Так, что она оказалась в сантиметрах двадцати от него.       — Я ничего не хочу взамен, — вновь повторил он, глядя прямо в шоколадно-янтарные глаза. Несколько прядей волос девушки покачнулись от выдоха Круса.       Она смотрела в ответ испуганно, непонимающе. Но что-то в его взгляде заставляло ее поверить ему. Его странное выражение лица. Нечто среднее между страхом, переживанием и злостью. А еще отголоском заботы. Или ей это только показалось.       Гектор, замерев на миг от неожиданности, уже с силой и злостью потянул внучку к себе за спину, вырывая ее из рук Эрнесто. Тот не сопротивлялся, свободно уступив бывшему другу. Прадед бегло оглядел девушку, не заметив никаких увечий. После повернулся к Крусу, собираясь высказать ему все, что он о нем думал. Уже почти замахнувшись на него, Гектора вдруг прервал голос внучки:       — Стой! — небольшая ладошка задержала его за запястье, и он обернулся через плечо, недоумевающе глядя на Мадлен, — Я ему верю.       Эрнесто удовлетворенно улыбнулся. Гектор недовольно прищурился, но послушно опустил руку и злобно зыркнул на Круса.       — Что ты знаешь о черной пустыне? — уверенно спросила Мадлен, повернувшись к Эрнесто. Мужчина тут же перевел взгляд на нее, нахмурившись. Ривера закатила глаза и принялась пояснять, — Я и Гектор использовали одну из подсказок Барона, которая закинула нас к старому храму в том жутком месте.       — Что за подсказки? — удивленно произнес он.       Мадлен замерла, поняв, что ответить бывшему кумиру ей нечего, если она не хотела раскрывать ему правду о Сокорро. Противоречивое чувство разлилось у нее в душе. Неуверенно потупив взгляд, она встретилась глазами с темным взглядом Эрнесто. Тот смотрел с интересом, чуть прищурившись. Она боялась вызвать своим признанием издевающуюся насмешку, колкий комментарий. Крус остер на язык, и слушать его злой триумф не было никакого желания.       Эрнесто следил за эмоциями Мадлен, с трудом сдерживая ухмылку. Она так старательно избегала говорить ему правду, что это даже забавляло. Хотя о том, что Самеди дал им несколько наводок, он не имел понятия. Сжалившись, он решил сказать ей, что и так знал причину ее пребывания в мире мертвых:       — Не стоит так усердно придумывать очередную отговорку, я прекрасно понимаю, почему ты здесь.       Мадлен недоумевающе свела брови, чуть приоткрыв рот.       — Вы слишком громко выясняли отношения, — без намека раскаяния прокомментировал он.       Девушку вдруг озарило осознания действий Круса, и она возмущенно ахнула. Сжав кулаки, Мадлен решительно преодолела расстояние между ней и Эрнесто и замахнулась, чтобы дать ему пощечину.       «Да как он посмел подслушивать нас с Гектором?! Чертов подлец!»       Это было слишком личным, чтобы узнавать о таком подобным способом.       Эрнесто легко поймал ее руку, разочарованно наклонив голову вбок. Цокнув, он саркастично произнес, обращаясь к Гектору:       — Знаешь, Ривера, она что-то уж чересчур походит на тебя! Сразу видно, одна кровь.       Мадлен сжала руку, сдержанную Крусом, в кулак, попытавшись вырваться. Мужчина, почувствовав сопротивление, вернул взгляд на девушку. Внимательно ее осмотрев, подмечая про себя, что обращение в скелета достигло уже грудной клетки, видневшейся через полурасстегнутую толстовку, Эрнесто нахмурился. Надо было торопиться.       Выпустив запястье Мадлен из своей руки, он обезоружено поднял ладони, видя, что Гектор в очередной раз враждебно двинулся в его сторону. Это начало ему докучать.       — Я удивлен, старый друг, что ты не помнишь место, в котором очнулся после смерти, — саркастично отчеканил он, глядя на Ривера.       Гектор непонимающе посмотрел на Эрнесто, подойдя ближе к Мадлен. Для надежности.       — О чем ты? — опережая прадеда, спросила девушка.       Крус загадочно улыбнулся, ощущая некое превосходство перед собеседниками. Хотя само осознание, куда им придется спуститься в будущем, несколько пугало его.       — El Reino del caos — тихо ответил он, — Царство хаоса. Все погибшие страшной смертью оказываются там и проходят черные пески, лишь бы добраться до того самого мира мертвых, который так воспевают живые. Многие так и остаются погребенными в недрах пустыни.       Гектор чуть отшатнулся, когда в голове вдруг вспыхнули воспоминания о его пробуждении в храме. Страх прошиб тело. Он отчетливо почувствовал ужасный холод, пробивающий кости насквозь, словно бы вновь оказался там. Тысячи песков, обдувающих его отовсюду, летящих в глаза, проникающихся под одежду. Ладони мелко затряслись.       — Гектор, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Мадлен, глядя на состояние прадеда.       — Да, все хорошо, — успокоил ее Ривера, повернувшись к Крусу, — Но, если нам действительно надо спуститься в пустыню, то это нужно делать в последнюю очередь. Иначе нам придется добывать остальные элементы с тел… — Гектор осекся, покосившись в сторону внучки, — С бессознательной Сокорро на руках.       Мадлен сделала вид, будто не услышала замешки прадеда. Хотя внутри все непроизвольно сжалось в узел. Поняв, что каким-то образом первым делом перед ней с Гектором показалась самая последняя подсказка, которая должна была вывести их на финишную прямую, девушка нахмурилась. Что-то здесь было нечисто. Будто кто-то специально отправил им эту наводку, чтобы замедлить.       — Именно, — уверенно произнес Эрнесто, после чего перевел взгляд на Мадлен, — Нам нужна вторая подсказка.       Девушка утвердительно кивнула, снимая браслет с запястья. Аккуратно вытащив следующую жемчужину из украшения, она переглянулась со спутниками. Гектор сжал ее плечо, поддерживая, а Эрнесто лишь чуть улыбнулся. Мадлен рассматривала минерал, пытаясь найти в себе силы действовать дальше. Голова все еще побаливала после первого окунания в черную мглу. Ощущение беспокойства тормозило младшую Ривера. То самое чувство опасности, что она обнаружила, когда осматривала браслет в первый раз, не давало ей продолжить.       — Ну же, — чуть раздраженно буркнул Эрнесто, готовый уже самостоятельно сделать то, что нужно.       Дернувшись от звука голоса Круса, Мадлен, несколько раз быстро моргнув, уже с большей уверенностью кинула жемчужину на землю и с силой наступила на нее. Черный туман окружил троицу, поглощая во тьму. Они вдруг почувствовали, как земля под ногами перестала ощущаться, словно их подняло в воздухе. Внезапно резкая боль пронзила голову Мадлен, заставляя ее сжать зубы и еле слышно простонать. Положив ладони на виски, она сжала их со всей силы, лишь бы болезненное ощущение поскорее прошло. Казалось, будто расплавленное железо стало проникать в мозг, обжигая его, превращая в страшное кровавое месиво. Схватившись за находившегося рядом мужчину, что удивленно повернул голову в ее сторону, она сжала его руку, словно тисками. Боль не утихала, возрастая вместе с мглой, окружавшей троицу. Гектор, Мадлен надеялась, что это был Гектор, прижал ее к себе, за подбородок приподняв голову. Глаза девушки были плотно зажмурены, а брови в мученической гримасе сведены к переносице. Рот пересекал болезненный немой крик.       Так же внезапно, как и появилось, все закончилось. Все трое приземлились на твердую землю, подняв облако были. Гектор тут же поднялся, отряхаясь, и удивленно посмотрел на внучку, которую прижимал к себе Эрнесто. Возмущенный этим, прадед хотел было высказать Крусу несколько «лестных» комментариев, однако тот жестом руки прервал его, кивнув на Мадлен. Девушка облокачивалась на Эрнесто, держа глаза полуоткрытыми и находясь в полуобморочном состоянии. Из носа текла струйка крови.