Душа из пионов.

Чонгук дрожит крупно, и его проекция, кажется, сама исчезает и появляется, будто не знает, нужно исчезнуть или остаться. Он вообще бьется, как маленькие предметы посуды, вытирая слезы, которыми уже обливается, хватаясь беспомощно за пропахшую куревом и дешевым пивом футболку. Все, что хочет младший - сказать много-много всего, что он держит в себе, перемотать этот четверг на неделю и больше никогда, никогда не отпустить Юнги на вечеринку без него. Больше никогда не подпустить его к Айрин, больше никогда не позволять бледным рукам скользить по чужому телу. Он ведь знал, с самого начала все знал, так почему же... доверился? Почему же прямо сейчас позволяет обнимать себя, целовать и мысленно умоляет остаться? Почему же сейчас снова режется, в кровь и мясо, и оставляет обжигающие следы? Почему же именно сейчас Чонгук вовсе не щадит себя, даже не пытается уберечь от человека, который его душу мнет и избивает почти вручную, бьет о мраморные камни и втирает соль в раны? Не знает. Юнги уходит, будто доделал то, что должен был. Призрак (даже он в такой ситуации), не удерживаясь на ногах, приземляется прямо на пол и горько-горько хрипит самому себе, что все будет хорошо. Что он, может быть, больше не придет к нему. Уйдет жить к Тэхену, пока не поправится, а потом будет их с Чимином организатором свадьбы. Перестанет глушить боль сигаретами, перестанет резать руки и просто... выживет? Хотя бы до своей половины века, но дотерпит, любовь не сможет мучить его так долго. И не сможет мучить всю жизнь. Люди приходят и уходят. Часто не возвращаются, но этого и не надо. Чувствует, что исчезает. На собственных глазах становится прозрачным, мелькает, будто то вырубаясь, то включаясь снова, и прикрывает глаза, заваливаясь на пол с последними слезами окончательно. Чонгуку лучше? Его пульс снова заработал без искусственных источников? Он дышит, живет и пытается прийти в сознание? Было бы хорошо, если бы он заработал амнезию и больше ничего не помнил. Было бы еще прекраснее, если бы он просто знал, что лучше не подходить к Мин Юнги, и не подходил бы. Было бы вообще прекрасно, появись у него другая душа, но, увы, запасных при жизни никто не дает. Когда Юнги выходит, он не видит ни призрака, ни его глаз, ни его рук. Не слышит его голоса и бьющейся посуды. Чонгук не успел предупредить. Не успел рассказать о том, что уходит. Не успел, потому что думал, что уйдет в самый лучший момент своей жизни. Но ушел в тот, когда сдохнуть хочется только больше, и очнулся уже в больнице, открывая туманные глаза и разглядывая черные стены. Все еще ночь. Вертит совсем отекшей головой, видит на диване чуть дальше спящего Тэхена и улыбается. Тэхен. Тэхен, к нему надо было бежать. Его волосы надо было гладить. Его надо было успокаивать по ночам и любить. Тэхен бы не обидел. Он бы не сделал больно. Он бы только лучше сделал. Чонгук закрывает глаза и решает, что неплохо было бы доспать до утра. А наутро он встречает улыбку Кима и собственный голос не узнает, кусая губу. - Я в порядке, хен, правда, я буду в порядке, - хрипит младший, и понимает, что он все-таки стал намного бледнее, почти как призрак, белый. Но его видят. Ощущают. Бегают вокруг и отгоняют друга, который старательно шутит, вызывая улыбку, и обещает завтра принести цветы, когда выспится. И сохранить секрет о местоположении тоже. Ему бы к фиалкам, но он к ним больше не вернется, тяжело вздыхая и вновь вспоминая, как его променяли. Заведет новые, у него ведь на выписку еще две недели, а затем возвращение в университет и усердная подготовка к экзаменам. Некогда. (Ложь). Выходя из душа ,Юнги не видит никого и ничего. Алкоголь все еще течет в крови старшего,все еще влияет на его мыслительные процессы,но Мин,слишком привыкший думать даже в пьяном состоянии,сразу замечает,что Чонгука просто нет. Он исчез. Он не смотрит на старшего отчаянным взглядом издалека. Он не говорит ничего дрожащими губами. От него не слышно ни звука трескающего стекла ,ни звука капающих слез,ни звука рвущихся ниточек сердца. Чонгук просто пропал,исчез,ушел. И Юнги понимает,но надеется,что все это забудется и Чон будет утром будить его с теплой улыбкой. Как всегда. Но утром старший слышит лишь надоедливый звон будильника,вдыхает запах алкоголя от его вещей и чувствует более сильный холод,чем до этого. С кухни не доносится шорох посуды и тихой песни призрака. На полу не лежит рисунок с глазами лисьими,а около фиалки не стоит светлая фигура,через которую слишком прекрасно проходили лучи света. Чонгука н е т . Он так и не вернулся,заставляя Мина вспоминать все до самого конца,который действительно стал концом,ставя над всем точку. Юнги оттолкнул от себя единственного человека,с которым чувствовал себя счастливым за последнее время. Вставать теперь не хочется,как и ощущать себя живым. Однако уже в автобусе,рассматривая знакомые пейзажи за окном,Мин надеется,что еще пару секунд и рука Чонгука окажется в его руке,красивые глаза будут рассматривать профиль снова и снова,а после голова упадет на острое миноское плечо. Здесь происходит ровным счетом н и ч е го,заставляя Юнги лишь тяжело выдохнуть и ощутить,как трещины на сердце принимают еще большие размеры . Доходя медленным шагом до института,рассматривая окно в аудитории для пар литературы,Шуга бежит туда как можно скорее. Сбивает парочку учеников ,ничего не слыша позади себя,не замечает даже Айрин,что с широкой улыбкой уже тянула руки для объятий. Институт-любимое место Чона Может быть,хотя бы тут Юнги сможет его найти. За их с Чонгуком партой сидит только воздух,как и на всех других. Шумно выдыхая,Мин просто проходит на свое место и с легким психом кидает сумку на сидение,прижимаясь к стене спиной. Возможно,Юнги слишком сильно обидел Чонгука. Возможно,он слишком потеплел ему,дал ощутить свое тепло,дал почувствовать себя нужным. Возможно,он причинил этим боль похуже,чем Хенвон,несмотря на то,что предупреждал. Возможно превращается в т о ч н о-Мин бьет кулаком о парту еще раз,заставляя бинт снова покраснеть. Ему больно ,и не от кровоточащей руки. Ему больно морально,он умирает ментально и душевно,страдает так,как это еще возможно на не физическом уровне. Все его атомы превращаются в пепел сигарет,а органы рвутся на клетки от цунами внутри. Чонгук сказал заменять его губы сигаретами. Мин закуривает прямо здесь,не стесняясь остальных учеников. Там,под звездами среди цветов,он обещал,что его руки больше не притронутся к гладкой коже Айрин. Он обещал,что больше не посмотрит на нее,обещал,что они с Чоном теперь будут только вдвоем. Он говорил,что у них может что-то получиться, клялся себе в этом тысячи раз,не произнося вслух,но сам же нарушил то. Не сдержал слово. Не выполнил обещание. Поддался искушению привычному и действию алкоголя,хотя мог просто развернуться и уйти обратно домой,прижимая в ванной младшего слишком близко к себе. Если бы он поступил так,то Чонгук бы сейчас перебирал его волосы. Он бы рассматривал его,задыхаясь от взгляда лисьих глаз,он бы шел рядом на обед и крепко сжимал руку под столом,наплевав на посторонние любопытные взгляды. Он бы снова покрывал поцелуями шеюлицотело,заставляя Мина в своих глазах видеть галактики и планеты. Но все,что видит Юнги-давным давно написанный стих Чонгука где-то на парте. Вечером,уходя на работу из пустой квартиры,где фиалка стояла с немного завядшими лепестками,Юнги садится вес на тот же автобус и едет на работу. Прикрывает глаза,включает музыку на всю громкость и отключается от мира. С работы,где назойливые люди по пять раз меняют свои заказы,устраивают истерики и просят еду сновасноваснова,отпускают пораньше. На работе,где клиенты дают не ровную сумму,где истерят и просят быстрее,все замечают,что сегодня Мин без настроения. В работе,где нужно каждые пять минут делать эспрессо и макиато,готовить кексы и разносить заказы,ничего не получается, за три часа Юнги успевает пару раз уронить на пол панкейки,разлить на свой фартук кофе,сдерживая то ли слезы,то ли крик от ожога,и повысить голос на клиента,после извиняясь. Доен,слишком понимающая и добрая,ведет раздраженно парня в подсобку и говорит,что прикроет ,и посылает парня обратно домой. По пути Мин заходит в магазин и скупает сразу две бутылки вина,запираясь уже дома на все замки,пряча ключи. П у с т о т а. Без Чонгука ужасно пусто и одиноко. Без него ужасно скучно и все кажется теперь бессмысленным. Тикающие часы,на которые младший засматривался,раздражаются. Фиалка,которая раньше пахла,теперь веет ужасным запахом,раздражая носовую полость. Кофе.который делал Чонгука всегда вечером и утром,не вызывает больше никакой тяги и наслаждения от каждого глотка. Мин садится с поникшим взглядом за стол и выпивает два бокала залпом,начиная делать конспекты и домашнее задание,понимая,что сегодня его никто не заставит их делать без телефона,а после не утащит спать. День будет сменять ночь и наоборот,а Чонгука все еще не будет рядом. Юнги об этом пока не знает.