Правила кошачьей любви

      POV Кихён       Университетская аудитория, в окнах закат, почти все покинули здание, кроме двух студентов.       — Дохён, мы всё время ругаемся, не важно, есть ли для этого причина. Однако… Ты же тоже чувствуешь, что нельзя больше игнорировать то, что между нами происходит?       — Не понимаю, о чём ты, — парень с чёрными волосами, немного ниже светловолосого героя, хмыкает и делает недовольное лицо.       — О том, что мы всегда заканчиваем подготовку проекта у меня дома, — Минмун убирает прядь волос растерявшегося молодого человека за ушко. — О том, что нам хорошо друг с другом на ином уровне отношений… Там мы дарим…       — Замолчи! Нельзя же о таком в общественном месте! — шикает Дохён, но собеседник игнорирует и, вздохнув, продолжает:       — Я все о том, что никогда не говорил самого важного: «Я люблю тебя», — тёмноволосый парень краснеет и пугается, что их могли слышать, ведь ему совершенно не хочется прослыть геем в университетских кругах. — И мне кажется, что мы можем хорошо общаться и вне пределов моей кровати, — улыбается ослепительно Минмун, желая обнять, но понимая, что лишь навредит.       «До чего вредный. Перестань отрицать, что тебе самому интересно…»       — Пожалуйста, давай попробуем узнать друг друга лучше…       У Дохёна смена эмоций — возмущение, смущение, гнев, смирение с тяжёлым выдохом, задумчивость и очень неохотное:       — Мне не интересны отношения с тобой, — врёт, задирает нос и собирается уходить, однако светловолосый всё-таки обнимает сзади, произносит шёпотом:       — Ты же знаешь, как меня найти. Я буду ждать, — и целует за ушком вырывающегося парня, сразу дающего пощёчину. Дохён зарделся и крайне возмущён.       — Идиот! Не за чем ждать, ответ не изменится, — заявляет импульсивно и покидает аудиторию, оставляя Минмуна улыбаться.       — Ничего другого и не ожидал, однако буду ждать, сколько потребуется, ведь любовь так просто не проходит.

Конец 34 главы

      Обнимаю сам себя, лёжа на диване на кухне общежития, вспоминая то, как буквально неделю назад меня оплетали руки Минхёка. Он такой щуплый на вид, а сил много, вцепился тогда, будто вопрос жизни и смерти — держать меня.       Признаться у всех на виду, как ни в чем не бывало. Чересчур открытый, слишком настоящий для этого общества. Мне подобное поведение чуждо, яркие эмоции — как лишняя нагрузка. Передать всё в персонажа — одно дело. Выражать самому в обычной жизни — иное, непривычное. А ведь Шону прав в том, что лет десять назад и я был более эмоционален. Только теперь не растрачиваюсь.       Сам не заметил, как вчитался, буквально проглатывая главу за главой, понимая, что парень немного… сумасшедший на мне?.. Это пугает — когда кто-то открыто представляет ваши сексуальные отношения, расписывая и рисуя их для всех. Пусть и имена изменены, я ведь понимаю, что к чему. Но кроме опасений будоражит то, насколько человек посвящает себя мне. Минхёк признался в любви в реальности, а теперь — тут.        «… ведь любовь так просто не проходит».       Человек, вроде него, влюблённый годами, так ещё не разочарованный встречей в жизни, просто не сможет разлюбить. Я думал, что разозлю отказом, испорчу мнение своим трусливым побегом. А Минхёк? Всё ещё стремится ко мне, тянется, передает все чувства в главе, больше не пытаясь встретиться, навязать общение и даже не пытаясь дозвониться… В курсе ли он, что я читаю? Наверняка надеется на это.       Мне интересны эти послания, однако парень об этом не узнает. Дохён ведь — персонаж, а потому наверняка влюблён по уши в Минмуна.       Всё-таки, Ли умеет читать характеры. Наверное, все мои интервью смотрел, изучал… Только Дохён в своих чувствах признается в будущем, а я в своей заинтересованности — нет.

***

      — Почему ты спишь здесь? — Хосок накрывает пледом.       — Не хотелось домой, и всё равно прогон рано утром с Хёну… — потягиваюсь, понимая, что удалось поспать целых три часа, и ещё есть парочка до прихода менеджера, — спасибо, — кутаюсь в тёплую ткань и ощущаю, как Шин аккуратно поглаживает мне плечо. Чувство, будто хочет ещё что-то сказать, но сдерживается, а я засыпаю дальше.

***

      POV Хосок       Кихён напоминает меня в ноябре, когда ночевал в офисе, лишь бы не оставаться одному в пустой квартире, где слишком много давящей пустоты. Я был одинок без Хёнвона, кто необходим Ю — понятия не имею. Актёр мне помог, и мы с Че теперь вместе, потому хочу быть полезен ему.       Как помочь вредному и чрезмерно самодостаточному человеку? Сложный вопрос. Особенно, учитывая то, что гордость может не позволить Ки поделиться со мной проблемами.       — Хосок, что-то случилось? — Хёнвон кладёт ладони на плечи сзади, и одного этого контакта хватает для того, чтобы сердце забилось чаще. Просто от того, что родной человек рядом.       — Все хорошо, — улыбаюсь, поворачиваясь, слегка сжимая тонкие пальцы в своих. Че смотрит ещё непривычным карим взглядом, и я понимаю, что юлить нет смысла. Не та ситуация, от которой стоит любимого защищать. — Кихён странный в последнее время.       — Тоже заметил, что он очень задумчив, хотя обычно просто смотрит с высоты своего острого носа, — я же представляю, как Ю ходит, реально запрокинув горделиво голову, и что самое смешное — это вполне в его стиле.       Хёнвон всегда ощущает перемену эмоций окружающих, видимо, это — самая развитая его способность из присущих кошкам. А потому улыбается в ответ, явно расслабляясь.       — Хочешь помочь ему? — знает ответ, но я пожимаю плечами, — давай попробуем, ведь он помог нам…       — Ты слишком хороший, белый и пушистый для этого мира, — обнимаю тонкий стан, и голова опускается на плечо.       — Отнюдь. Я — трус и приспособленец. Просто ты научил меня бороться за своё счастье…       — Господи, как ванильно, — недовольно фыркает Чангюн, проходя на кухню и отгоняя нас от кофеварки.       — У всех свои предпочтения, — вздыхаю, наблюдая за слегка нервными движениями младшего. Че молчит и жмётся ко мне. Чжухон и Чангюн — те, к кому никак не может привыкнуть из-за того, что оба не следят за языком и резки в выражениях. Но замечает нечто, привлекающее внимание.       — Наручники? — склоняет удивленно голову.       — А?.. Это? — ухмыляется Гюн, демонстрируя одну руку с железным браслетом. — Этот идиот купил наручники мне на день рождения, но мы порвали цепь, так что теперь они — парные браслеты.       Меня наручниками не удивить, а вот Хёнвон зарделся совсем от подобной информации, впрочем, явно больше — от богатой фантазии.       — А когда у тебя день рождения? — вдруг абсолютно спокойно уточняет Че, а я понимаю, что и сам не в курсе. Чангюн смотрит на нас холодно.       — Позавчера, — забирает чашку с американо, не добавляя сахар или молоко, уходит к диванам.       — Почему не сказал? Мы бы вечеринку закатили… — удивляюсь подобному равнодушию.       — Обычно этим занимаются Кихён с Шону, как самые богатые, но в этом году Ю странный, — задумчиво теребит подбородок младший, и не скажешь, что парню недавно исполнилось всего девятнадцать. — Не в курсе, что произошло?       — Нет, — отвечаем хором. Думаю, появился реальный повод беспокоиться за актёра.

***

      POV Кихён       Раскрасневшиеся губы, метки поцелуев и пальцы, зарывшиеся в волосы.       «Такой красивый и открытый мне, с неподдельным желанием», — Мин кладёт ладонь на пах, от чего тёмноволосый парень тянется за продолжением поцелуя. Брюки с бельём улетают за пределы кровати, и Дохён остаётся полностью обнажённый в отличие от второго молодого человека.       Минмун ласкает соски и выливает лубрикант на пальцы, начиная проникать в парня одним пальцем, чем вызывает стон. Вторая ладонь перемещается на возбуждённый фаллос, от чего молодой человек запрокидывает голову и выгибается в спине.       — В такие моменты особенно прекрасен… — шепчет светловолосый, прикусывая ключицу и проникая вторым пальцем в узкое нутро, — мне так сложно сдерживаться…       — Ах, Мин… — Дохён подаётся в такт движениям пальцев, — я готов, — хватается за плечи старшего, а тому повторять не надо: растягивает латекс по члену и, пристроившись, начинает входить, сжимая бёдра.       Комната наполняется вздохами и всхлипами, просьбами быть быстрее, целовать и прикоснуться к возбуждению тёмноволосого.

Конец 16 главы

      — Какого хрена я решил это перечитать? Нет. Почему я, великий и прекрасный актёр современности, мастурбирую на вебтун парня, в которой он же меня имеет? Стоп, блять. Как я могу кончить, представляя себя на месте Дохёна?! — мечусь по квартире, но ни холодная вода, ни душ не помогают остудить пыл, что даже рыжие кошачьи ушки не в состоянии убрать.       До меня доходит долго, потому что сознание не хочет принимать тот факт, что возбуждаюсь от фантазий на тему «Я и мой безумный фанат». Это всё отсутствие отношений. Да. Надо просто прекратить читать комиксы и оградить себя от вещей эротического содержания. Какой-то недотрах не позволит мне скатиться и стать подверженным эмоциям слабаком. Необходимо собраться.       Красочный комикс с детальной прорисовкой постельных сцен — за что ты так со мной, Минхёк? Как развидеть, особенно после десятого прочтения?.. Столько соблазнов, в которых я себе отказывал — и всё воплощено здесь, в наших несуществующих отношениях. Во мне столько противоречий — хочу закрыть, удалить закладку и забыть про нашу встречу совсем. Но…

Любовь не проходит просто так, правда? Значит, новая глава, новый этап их отношений будет… Что же до меня — хочу ещё понаблюдать.