Узор судьбы

      Во тьме загорелся огонь.  — Меч короля Оритела пробуждается!  — Его свет становится всё горячее! Он обжигает.  — Кто-то или что-то пробудило его.       В темноте три тени взволнованно сбросили дремоту. Их скрипучий голос словно ржавая пила прорезал тишину, и в пространстве щепками разлеталось эхо.  — Но как? Мы разрушили мир, мы уничтожили его жителей. Больше ни у кого не должно быть доступа к этой силе.  — От последней искры Домино необходимо избавиться! Только так оно навсегда исчезнет из истории Волшебного измерения.  — Владычицы! Мандрагора прибыла в Ваше распоряжение! — Перед тремя призраками на камнях распростёрлась жуткая женщина. — Одарите Вашу покорную слугу силой тёмной энергии, чтобы она могла уничтожить причину Вашей горести.  — Да будет так.  — Кромешная темнота!  — Освобождённые молнии!  — Бездонный лёд!  — О да! Я чувствую, как Ваша милость растекается по моему телу! Я найду для Вас последнее ничтожное напоминание о Домино, и будьте уверены: с ним будет покончено!       Фанатичная ведьма залилась безумным смехом. В мечтах она уже бесчинствовала в Магиксе и получала похвалу от своих Хозяек. Дело оставалось за малым.

***

      День обещал быть душным и пасмурным, предвещающим ливень и грозы. Замерев между спокойствием и бурей, мир словно застыл, а вместе с ним остановилось и время. Казалось, в эти секунды, похожие на часы, не было ничего за пределами видимого горизонта. Мир сжался в точку собственного существования.       На пороге дома стояла девушка. Её рыжие волосы перебирал ветер, и они казались языками живого пламени на фоне серых угрюмых туч. Черты её лица выдавали с трудом скрываемое волнение и некое напряжение в ожидании чего-то действительно важного. Нежные голубые глаза, вторя небу, подёрнулись сизой пеленой.       От очередного порыва приближающейся бури затрепетали листья на деревьях. Маленький мир сжался ещё плотнее, словно пытаясь защититься от надвигающейся угрозы, и вдруг дверь открылась. Ласковые руки обняли девушку и потянули в дом. Заботливые взгляды, нежные слова… Здесь было тепло и по-настоящему уютно. Фея улыбнулась.  — Майк, Ванесса! Я дома.  — Дорогая, нельзя же так внезапно пропадать!       Супруги наконец-то могли вздохнуть спокойно. Их девочка цела и невредима, и — вернулась домой. Ванессу пробила дрожь, и женщина, не удержавшись, обронила слезу.  — Блум, милая, мы знаем, что ты уже взрослая, и способна постоять за себя, но, пожалуйста… — Её голос надломился. — Не заставляй нас так сильно волноваться!  — Мама… — И снова обьятья, переплетения дрожащих рук. И слёзы, слёзы…

***

      На следующий день Блум помогала Ванессе в цветочном магазине. Фея рассказала приёмным родителям о том, что собирается вместе с Винкс отправиться на поиски короля Оритела и королевы Марион и других жителей Домино. После этого приключения многое должно поменяться.       Это были последние «обычные» дни.  — Милая, принеси ещё красных гвоздик.       Нежный голос прервал раздумья девушки, поправлявшей гладиолусы.  — Хорошо! — Она скрылась в подсобке.       «Способность видеть ауры… Занятно.»       «Ты заметил?»       Вопрос риторический. И ответом было молчание, но она знала, что демон самодовольно ухмыляется там, на другой стороне.  — Мам, я принес… — Ваза на мгновение скользнула в её руках, а потом оказалась у стеллажей. Фея уже взвилась в прыжке, она видела перед собой только дуло пистолета и дрожащего мальчишку в чёрной маске.       Он не увидел её.       Раздался грохот. И следом за ним — выстрел. Возмущённо шелестя обидой, осыпалась штукатурка. Никто не заметил, как выбитое оружие на миг словно объялось пламенем.       Ванесса застыла, сжав в руках заказанные амаранты. Повисла тишина.  — Кто-нибудь, позвоните в полицию! — Визвизгнула покупательница. Немногочисленные посетители цветочного магазина засуетились, зашумели.       Блум прижимала к полу неудачливого грабителя, а тот всё пытался вырваться и никак не мог понять, откуда столько силы в такой — казалось бы — хрупкой девчушке. Но руки, похожие, но тростник, держали уверенно и неумолимо. Он кричал и ругался, шипел, чуть не плакал.  — Да не дёргайся ты!       Аура мальчишки билась ещё отчаяннее, чем он сам, а в это время магические потоки оплетали его, связывали, проникали внутрь. Вокруг феи сыпались яркие искры. Наконец, юноша стал расслабляться, всё ещё подрагивая, закрыл глаза и провалился в сон.       Блум поднялась и переместила парня в подсобку.  — Мама, пойдём — Ванессу надо было вывести отсюда.  — Минуточку внимания! — в её голосе звучали властные нотки, когда она вернулась к посетителям. — Прошу прощения за причинённые неудобства, мой бедный кролик укололся о кактус и устроил беспорядок. Теперь всё в порядке, его ранки обработаны и ни ему, ни вам ничего не угрожает. — глаза сверкнули магией. Фиолетовые искры отразились в прикованных взглядах — А теперь, как насчёт побаловать себя прекрасными цыветами? Выбирайте и ни о чём не беспокойтесь, мы скоро вернёмся.       Приторно-сладкая улыбка и недобрый прищур. Но ауры говорили о полнейшей расслабленности посетителей, поэтому холод отступил. Блум ушла в подсобку.       «Его ранки обработаны…» — внутренний голос кривлялся и передразнивал. «Надо же было додуматься!!!»       «Не очень понимаю, что тебя так рассмешило. Абсолютно невинный учтивый тон и красивые глазки издавна действовали на людей успокаивающе. А внушение обязательно надо чем-то подкреплять. Всегда.»       «Да-да, профессор.»       Она всё равно продолжала посмеиваться, но надо отметить, урок запомнила.  — Блум! Ты в порядке?  — Конечно, мам. Что более важно, я хотела бы поговорить с нашим маленьким грабителем.  — Ох, что же сейчас творится с людьми?  — Выбирают цветы. Что им ещё делать. Подумаешь, важность — кролик поранился. Всё в порядке.       Блум подмигнула, и с ресниц упало несколько искр. Ванесса кивнула понимающе.  — Я только тебя прошу, будь поосторожнее с применением магии на моих клиентах.  — Конечно, мам.       «Ты снова перехватил контроль.»       «Да. Кажется.»       «В… Эль!»       Она осеклась. И словно чуть сжалась изнутри.       «Прости. Но всё-таки, пожалуйста, больше так не делай, не предупредив. Если тебе скучно, можешь книги полистать. Тебе ведь не обязательно быть со мной постоянно.»       «Может быть, может быть… Но я не хочу пока уходить. К тому же, кажется, намечается что-то интересное.»       «Ты про мальчика? Ну, посмотим.»       Она сняла сонное заклятье, но оставила путы.  — Зачем ты напал на нас? — строго, с нажимом.  — Я… Я-я… Д-должен был!       «Эль, не лезь.»       «И не собирался.»  — Зачем?       В её голубых глазах — чуть не огонь. А парень всё жался к стене, и во взгляде плескалась паника.  — О-они требуют. Ш-шеф г-говорит, что я-я вырос, и должен п-п-платить. К-какой-то договор. Я-я не знаю. С-стр-рашно… Н-н-не зовите, пожалуйста п-п-полицию.       Мальчишка зашёлся слезами. И тут вдруг стало видно, какой он действительно маленький. Суетный человечек. Она мягко улыбнулась.  — Как тебя зовут, малыш?       Он вздрогнул. А когда поднял глаза, в них было столько детской надежды и отчаяния, что у Блум защемило сердце.       Он не ответил. Но бессильно трепещущая аура шепнула: «Том».  — Иди домой. Иди.       Словно довольный кот, где-то далеко улыбался демон.       Предупредив Ванессу, Блум скользнула вслед за Томом, обратившись птицей.