По ту сторону Интернета

Дорога не заняла много времени — от одного города до другого в пределах штата была всего пара часов, а лёгкий дождь, начавшийся в вечер отбытия, только сократил время своей монотонной мелодией. За окном мелькали сероватые поля да деревья, сероватые пригороды с сероватыми и даже серыми людьми — жизнь в принципе всюду проходила весьма одинаково, но в особенности — для того, кто смотрел на неё через призму стекла автомобиля. Дамиан вёл авто вперёд, думая о том, как же давно он не был в своём родном городе; в своих, действительно своих стенах университета. Возможно, в нём поигрывала та самая человеческая привязанность к первому месту работы, первому опыту и первым коллегам, но он действительно скучал и за тем местом, что через силу обязан был покинуть, и за теми людьми, что не через силу, но из-за чувства собственного достоинства должен был оставить позади. За всё время езды он не произнёс ни слова. Ни сарказм, источаемый Андреа, ни сам факт приятной компании девушки, что быстро задремала на заднем сиденье, не смогли бы отвлечь его от неё — от той дороги. Те же знаки, те же повороты, те же… «Сколько же времени прошло? — смотрел Саерс на незнакомые забегаловки где-то посреди пути, на сменившие вывески и стилистику заправки. — Много, наверное… Даже слишком. Стоило ли оно того? Стоило ли соглашаться?» — но додумать ту мысль он не успел. За очередным поворотом его ожидал последний рывок перед въездом в город: короткий участок дороги и арка, над которой на старом-добром мосту висел старый-добрый знак и вещал одну и ту же фразу: «Добро пожаловать!».

***

— Эй, приехали. Он разбудил её только тогда, когда они уже были у дверей отеля. Университет, как и годы до этого, обеспечивал номерами всех людей, приглашённых на конференцию, так что и Дамиан, и Андреа должны были получить свои места. Взяв свои чемоданы, они вошли внутрь, оба впервые перешагнув знаменитый в кругах того университета порог — год за годом именно тот отель с теми пыльно-коричневыми стенами и ровными колоннами в главном зале обеспечивал «спальниками» всех гостей различных мероприятий. Почему — кто бы знал. Возможно, из-за качества номеров, едва-едва дотягивающего до четырёх звёзд — чтобы дорогие гости дважды думали прежде, чем ещё раз приезжать; возможно, из-за выгодного расположения — ровно полгорода оставалось проехать в час пик, чтобы прибыть на прослушивание интереснейших выступлений различных деятелей науки; а возможно, из-за дальнего родства кого-то из руководящих университетом с владельцем отеля — причин могло быть великое множество, так что искать настоящую, разгребая завалы тайн своей должностью, никто не решался. — Дамиан Саерс и Андреа Девис, — заявил мужчина чудаковатой старушке за стойкой администратора, на что та, невозмутимо подняв одну бровь, рутинно принялась искать что-то в базе данных на очень-очень древнем компьютере. — Есть, — усталым тоном отчиталась та. — Вот ваш номер. На стойку упал один-единственный блестящий ключ с брелоком, потёртый номер на коем не сулил ничего хорошего, но не это было главным. — Один номер? — возмутился преподаватель. — Какого?! — Просим прощения за неудобства, — в какой-то момент тон той старушки был даже больше похож на мертвецки-холодный. — Одна семейная пара, которая… — Не интересует! — кинул он ключ обратно. — Раздельные номера. Немедленно! — В номере, предоставленном вам, можно раздви… — Вы не слышали?! — Других номеров нет. Либо так, либо звоните и разбирайтесь, — она ехидно взглянула на часы — была уже практически ночь. — Если дозвонитесь. Андреа от возникнувшей ситуации хотелось громко рассмеяться, но она всеми силами старалась сохранить бесстрастное выражение лица, словно её вообще никоим образом не волновал факт совместного проживания в одном номере вместе с малознакомым мужчиной… Охренительно красивым незнакомым мужчиной. Девушка вздохнула о своих же мыслей: вместо того, чтобы оставаться злой на тот факт, что Дамиан надавил на неё, притащив на ту конференцию, она позволяла своему воображению предательски подкидывать «плюсы» данной поездки, с коими, в свою очередь, лишь здравый рассудок старался всячески бороться. К счастью студентки, именно рассудок и одержал победу, так что в голове вместо всяких развратных картин нарисовался план-оккупация постели, который необходимо было как можно скорее привести в силу, пока преподаватель все ещё находилися под ярким впечатлением от местного гостеприимства: — Извините за беспокойство, — Андреа легко улыбнулась женщине, одновременно забирая ключи, — вы правы — время крайне позднее, так что мы просто заберём этот номер и не будем пререкаться. Спасибо! Слегка похлопав ладонью по спине Саерса, девушка повертела головой, без слов намекая, что уже не стоило скандалить — в тот момент разы проще было смириться с положением вещей и попытаться отдохнуть перед грядущим «восхитительным» открытием научной конференции, до которой ещё и добираться предстояло не менее часа. На удивление самой студентки, мужчина, только тяжело вздохнув, взял вещи и последовал за ней — видимо, тоже осознал бесполезность ночных препирательств. — Так бы сразу, — бросила им на прощание старуха, будто бы действительно заслуживала уважения к себе. Витиеватые коридоры, больше похожие на какой-то запутанный лабиринт, не отличались своим разнообразием и вообще не несли собой никакой атмосферы уюта — узкие, низкие, покрытые всюду нейтрально-бледными цветами… Единственная надежда оставалась лишь на то, что хотя бы из матраса кровати не должны были выпирать противные пружины, окончательно убивая весь настрой на отдых. Промусолившись с ключом не менее минуты, Андреа наконец удалось открыть дверь. Дав себе пару секунд, чтобы оценить всю плачевность состояния номера, она отметила для себя, что все оказалось не так уж и плохо, а даже более — вполне пригодно для проживания. Сориентировавшись в пространстве, девушка с грохотом бросила чемоданы на пол, отвлекая внимание своего оппонента в борьбе за лучший сон, после чего, едва ли не перескакивая мебель в небольшой прихожей, бросилась в сторону спальни. — Спишь на диване! — громко выкрикнула она, разваливаясь на кровати, словно тюлень, и пытаясь занять все пространство.       В ответ Дамиан бросил вещи у самого порога и молча вошёл в спальню, смотря на нелепо раскинувшуюся на полторы кровати девчонку. Не произнеся ни слова, он подшёл к левой половине — той, на которой было поменьше Андреа, и поддел её снизу рукой. «Эта же мымра говорила что-то о том, что кровати можно раздвинуть, — покрепче схватился он за дерево. — А значит, что на диване не будет…». — Блядь! — но стоило ему отодвинуть кровать на пару сантиметров, как её верхушка, слетев с ножки, повалилась вниз, прищемив ему указательный палец. — Твою-то!.. Он схватился за руку и взглянул вниз: ножек на две кровати оказалось три — одна была общей и придерживала обе половины. «Вот ведь старая сука! — оскалился он. — И когда эти кровати раздвигались-то в последний раз?!». Юная мисс Девис, всё это время не перестающая тихо хихикать с удачливости её преподавателя, тоже заметила тот любопытный факт и не упустила возможности медленно повторить да растянуть победоносную фразу на подольше: — Спишь! На! Диване! — Хрена с два, — рывком поставил он половину кровать на место. — Я тут преподаватель и основной приглашённый — сама спи на диване. — Ха-ха, ещё чего! — девушка стала говорить громче, открыто насмехаясь над мужчиной и не проявляя какой-либо доли сострадания. — Как видишь, я уже захватила территорию, и чисто по-дружески не советую пытаться меня подвинуть! Ты сам меня притащил меня в эту дыру, полностью отрезав все пути отступления, а теперь кто я такая, чтобы не дать перспективному, подающему великие надежды преподавателю, повелителю всея экологического права — мистеру Дамиану Саерсу ощутить все «сливки» его выдающегося положения?! Так что всё! Всё! После триумфальной речи, Андреа еще сильнее попыталась развалиться на кровати, желая занять собой каждый сантиметр свободного пространства. Тем более, был слабый расчёт и на то, что её спутник оказался бы хоть немного джентльменом и не стал бы прогонять «бедную» студентку ютиться на диванчике в прихожей, который даже для её габаритов был весьма тесноват. Впрочем, не то, чтобы тот попутчик был настроен на рыцарство и гуманность. Поправив съехавшую простынь, он подошёл к той стороне, на которой было побольше Андреа, и, взглянув на неё снизу, не без излишних сарказма и серьёзности спросил: — Тебя давно с кровати не сбрасывали, что ли? Или, может, ещё перенести тебя нужно? Ты только намекни — я… Но стоило ему то сказать, как он осёкся и поднял взгляд куда-то на стену с одной мыслью: «Плохая идея». Проморгав раз двадцать, словно то как-то помогло бы ему очистить голову от всех тех мыслей, что кубарем полезли в воображение, Саерс сделал ровно шаг назад и взглянул на тесный диван. — Ладно, — запустил он руку себе в волосы, почёсывая затылок. — Забей. Тем более, ты-то точно не отступишься. Приподнявшись на локтях, девушка с грустью посмотрела на преподавателя, как-то слишком просто и неожиданно признавшего своё поражение. Вкус победы оказался не настолько сладким, каким ожидался, потому Андреа решилась предложить то, чего и сама не ожидала от себя секунды назад: — Слушай, — пришлось выдохнуть, чтобы иметь смелость продолжить дальше, — на том диване даже половина меня не пометится, а ты-то явно крупнее будешь, — она прикусила нижнюю губу, пытаясь подобрать слова, а они уж слишком настойчиво не хотели подбираться. — Мне… не сложно будет подвинуться. Да и кровать достаточно большая — вполне можем поместиться вдвоем. Ты только… не подумай ничего лишнего, ага? Но те слова словно эхом отозвались в голове мужчины: «Ничего лишнего», — в тот момент, когда он всё-таки обернулся, когда всё-таки решился ответить, поздно уже было соглашаться — он и без её слов достаточно думал о лишнем, а с ними — и вовсе… — Откажусь, — коротко ответил тот. — Что я, по-твоему, зря со старухой скандал устраивал? К тому же… — едва-едва боком поместился он на диване. — Не так уж здесь и тесно. Не теснее наших архивов — это точно. Поместился, но даже не подозревал, что его в любом случае ждала бессонная ночь. Только в лучшем — из-за «лишнего», в худшем — из-за бессонницы на просто отвратительнейших пружинах. Свою судьбу и свои «лишние» он выбрал сам.

***

Несмотря на то, что пришлось встать достаточно рано, Андреа чувствовала себя крайне бодрой. Самые худшие ожидания не оправдались, и ей удалось отлично выспаться, чего нельзя было сказать о другом жильце отельного номера. Выглянув из спальни в прихожую, девушка увидела весьма комичную картину того, как Дамиан попытался втесниться на маленьком диване. Ключевым словом там являлось «пытался» — ноги ещё на полметра торчали, не умещаясь в коротком и узком пространстве. Впрочем, как и левая рука, что всю ночь, скорее всего, провалялась на полу по той же причине. И даже плед — даже он оказался маловат и прикрывал собой всего половину тела. — Хоть бы футболку потрудился одеть, — тихонько пробормотала девушка, стараясь не разбудить Дамиана, который, вероятно, смог задремать только под утро, — вообще не щадит чуткое девичье сердце. Некое чувство сострадания заставило студентку принести своё одеяло, дабы укрыть мужчину целиком. Почему она это сделала? Однозначного ответа у неё не находилось. Было крайне приятно, что он не стал, в конечном итоге, долго ссориться с ней за спальное место, согласившись на худший вариант, а может потому и хотелось хотя бы немного скрасить нелёгкую участь мистера Саерса. Но, опустив голову, девушке пришлось признать самой себе, что сердце уж слишком активно реагировало на оголённое тело мирно спавшего и не подозревающего ни о жесте доброты, ни о поглядывании на него мужчины. Решив не будить Дамиана преждевременно, Андреа первая начала собираться — у неё, как правило, это занимало в разы больше времени, чем у любого представителя противоположного пола, потому, дав мистеру Саерсу лишний часик сна, она на носочках прокралась в ванную комнату.

***

— Вот ведь… гадство, — раздалось с дивана спустя час ровно. Сколько бы десятков, даже сотен раз мужчина ни пытался нормально закрыть глаза и погрузиться в мир снов, сколько бы ни ворочался, пытаясь найти идеальную позицию, отклонение даже на миллиметр от которой означало бы падение, но у него ничего не получалось. Всю ночь раз за разом он то засыпал и просыпался из-за боли в какой-то конечности, то и вовсе сползал да падал на пол, едва-едва замечая разницу из-за жёсткости материала дивана. — Блядь! Он рывком накинул себе одеяло на голову, морщась от утреннего света, но тут же понял свою ошибку и поджал ноги, думая, что по ним должен был ударить поток холода. Однако… — Какого?.. Он раскрылся и увидел, что его потрясающий метр-на-метр плед заменило тёплое, очень мягкое и, главное, полноразмерное одеяло. «С чего бы это?» — приятно удивлялся он, пока не посмотрел на часы: было уже позднее утро, будильник на его телефоне, обязанный прозвенеть ещё пару часов назад, был, должно быть, выключен им самим — по крайней мере, телефон, валявшийся где-то в стороне от дивана, говорил об этом. «Ладно… — накинув на себя футболку и расстёгнутую рубашку, поплёлся он в сторону ванной, совсем не подумав и даже не заподозрив о том, что та могла быть занята. — Пора бы и за работу». Потеряв счёт времени, Андреа как можно скорее попыталась закончить водные процедуры, затянувшиеся едва ли не на час. Обмотавшись полотенцем на голое тело, девушка не могла думать ни о чём другом, кроме того, что теперь из-за нехватки времени приходилось жертвовать либо укладкой волос, либо хорошим макияжем, либо, на крайний случай, вообще сделать посредственно и то, и другое — девичья участь была и остаётся непомерно тяжёлой. Не успев толком вытереться, отчего капли воды продолжали мерцать на светлой коже, студентка быстро выскочила из ванной комнаты, помня о том, что нужно было ещё разбудить Дамиана. Впрочем, план с крахом провалился, ибо она со всей силы разбега столкнулась с ним же сразу под дверью. Затравленно подняв глаза, студентка быстро осознала всю неловкость ситуации, но в горле застрял кислый ком, не дающий сказать хоть одно внятное слово. — П-п-прости… Я как раз собиралась тебя будить, — промямлиал она, пытаясь одной рукой держать полотенце, что так некстати не хотело уверенно держаться на влажном от воды теле, а другой придерживать волосы, дабы те не заляпали водой весь пол. — Эм… Я… В общем… Ванная свободна… Да. Дожидаться ответа не имело никакого смысла, а от неловкости и так хотелось провалиться сквозь землю, потому, опустив глаза в пол, Андреа быстро засеменила в спальню, буквально убегая от потрёпанного Дамиана в свой безопасный уголок. — Черт! — выругалась она, со всей решимостью открыв небольшой шкаф, в который еще вчера сложила свою одежду. — Я так долго точно не протяну. Такой университет престижный, а не смогли даже позаботиться о своих гостях!.. Чёртовы!.. Блин! Ей хотелось обвинить все что угодно: университет, отель, пору года, ретроградный Меркурий — всё, но ни в коем случае не признавать того, что такое волнение в ней вызывал никто иной, как Дамиан Саерс, мысли о коем становились просто ядом для здравого рассудка. А Дамиан же, в свою очередь, лишь стоял, ошалело смотря на открытую ванную комнату и на подло убегающий из неё пар. Мокрая от столкновения с влажным тельцем футболка прилипла к его телу и вздымалась столь же часто, сколько и грудь от сбитого дыхания. «Чего это?.. Чего?..» — мысли снежным комом накладывались друг на друга, превращаясь в какое-то нелепое и неконтролируемое чудовище, катящееся куда-то в обрыв. Единственное, что было отчётливым в голове мужчины: картина — капли воды, стекающие по оголённому телу девушки. Он словно запомнил каждый изгиб, оминаемый теми каплями, за считанное мгновенье, словно думал совершенно не о том, что произошло несколько секунд назад, а о той самой ночи — о пьяной девчушке, едва-едва вылезшей из ванной, о кровати, на которой тоже были мягкие одеяла, о жарком дыхании, очерчивающем контуры его тела… О чём угодно, но не о том, о чём было нужно. — Я… — лишь спустя десятки ценных секунд он смог обернуться, чтобы извиниться, но Андреа уже простыл и след. — Я… — он глядел лишь на пустую комнату, на расстеленную кровать, на мягкий свет, падающий через шторы, но… видел ли он их перед собой? — Чего это я?..

***

Утренний инцидент все еще поражал нервную систему девушки, никоим образом не желая оставлять её в покое. Сидя сначала в машине Дамиана, потом — в холле университета, а потом — ещё и перед входом в большой конференц-зал, девушка судорожно поправляла то волосы, то рубашку, что, как ей казалось, помялась под пиджаком, то макияж, постоянно роясь в сумочке за зеркалом — она была готова докопаться до каждой мелочи в себе и на себе, лишь бы не заводить разговор с ним, да и вообще — не обращать на него внимания. Народу приехало крайне много, от чего на девичьей душе становилось легче — по крайней мере, ей можно было отвлечься на всёё и вся. Андреа не первый раз была на подобного рода мероприятии, но впервые — на таком масштабном. В голове снова пробежала злобная мысль о том, что хоть и устроили руководители того университета всё с размахом, но вот на отельных номерах они поскупилилсь. «Сволочи», — думала девушка, но даже эту злость хотелось запихнуть куда подальше, ведь, в любом случае, всё то было прекрасной возможностью и на людей посмотреть, и себя показать. Гулянки — гулянками, но они не отменяли способностей девушки к учёбе в сфере других предметов — не экологического права. А потому она не откладывала в сторону возможности попробовать себя в научном поприще, заодно заимев в запас вариант податься на аспирантуру, для коего неплохо было бы определиться с тем, в каком университете ей хочетолсь остаться, и какой области права хотель посвятить всю себя. А за сим, попав в неприятную ситуацию с принудительной поезднкой на какую-то конференцию, разумно было извлечь из того произвола всю пользу, а не засматриваться на какого-то там преподавателя… «Какого-то там» преподавателя. Оставив Дамиану возможность пообщаться с коллегами, студентка не теряла возможности пообщаться с другими ребятами, собирая контакты и информацию о разных учебных заведениях. Телефонная книга активно пополнялась новыми номерами, но в процессе записи очередного имени «товарища по несчастью», попавшего на конференцию вместе со своим куратором, внимание девушки переключилось на странный, пускай и не касающийся учёбы, фактик: университетский чат ещё с самого утра того дня доставал её уведомлениями, что она безразборно пролистывала вниз, но одно из тех сообщений никак не могло пройти мимо неё, ведь в нём внушающим капсом светилась новая тема обсуждения: «ПРЕПОДАВАТЕЛЬ СО СТУДЕНТКОЙ? СДАВАЙТЕ ЯВКИ, ПАРОЛИ! КТО, ЧТО ВИДЕЛ И СЛЫШАЛ?!». — Блядь! — сквозь зубы выругалась мисс Девис, стараясь, чтобы её ругань случайно не услышали. — Что-то случилось? — спросил парень, имя которого тут же выветрилось из головы. — Нет, все в порядке, — воспользовалась она своей дежурной, часто означающей прощание улыбочкой. — Номер я записала — потом свяжемся. Поскорее отделавшись от очередного нового знакомства, она судорожно начала листать сотни скопившихся сообщений. Пролистав все, и, к своему счастью, не найдя в обсуждении собственного имени, студентка издала вздох облегчения, что сам-собою сорвался с уст. Ситуация на миг показалась катастрофичной, но, с другой стороны, её мозг прекрасно понимал, что вряд ли кто-то из студентов смог бы что-то рассказать о той самой ночи, даже если и видел ту сцену на вечеринке. Все поголовно были пьяные вдрызг, а некоторые ещё и под влиянием других увеселяющих веществ — вероятность того, что кто-то спалил приключения «главной тусовщицы» стремилась к нулю, не выбираясь за микроскопические числа. Тем не менее, шоком стало другое: «Каким это образом в теме обсуждения появилось слово «преподаватель»? Ха… Должно быть, это лишь затравка, чтобы привлечь внимание — громкое название звучит гораздо вкуснее», — вовертев телефон в руках несколько секунд, Девис в голову пришло воспользоваться чатом, дабы выяснить побольше об инциденте — кроме любопытства, внутри неё ещё грелась надежда отыскать того незнакомца, вкус губ которого до сих пор ощущался на устах. — Что я делаю? — прошептала она сама себе, подняв глаза на обворожительно улыбающегося Дамиана, что вёл какую-то светскую беседу. — Кто мне на самом деле нужен?

***

— Вот как? — спустя двадцать-тридцать минут беседа мистера Саерса и его бывших коллег подошла к концу. — Тогда не буду вас задерживать. Был рад увидеть знакомые лица! Адам, Джейми. Он по-дружески пожал руку обоим мужчинам, что, судя по их костюмам, имели явно больший достаток, чем он, и направился в сторону девушки. «Значит, Ви действительно был прав, — оглянулся он на двух людей, когда-то инициировавших его увольнение. — Все действительно спустили эту историю на тормозах и теперь старательно делают вид, что ничего не было. Ни среди деканата, ни даже среди студентов и слухов не зародилось… Не зародилось ли? Откуда-то же Кейн вызнал всё это?». То ли наигранная, то ли искренняя улыбка всё не спадала с его лица. Куда бы он ни посмотрел — всюду были знакомые, знакомые знакомых, друзья… и не было никакого презрения. Ничего из того, что он ожидал увидеть, что он точно должен был бы… «Слишком хорошо, — доставала его паранойя. — Что-то точно не так», — но наконец то его взгляд поймал знакомые зелёные глаза, странно и одновременно мило смотрящие прямо на него, и если не спокойствие, то отвлечённые мысли и образы точно перебили его поток тревоги. «Что-то точно не так, — повторил он себе. — Но пофиг». — Пошли, — кивнул он Андреа, подзывая к себе, — конференция скоро начнётся. — Ты же не надеялась просто весь день с ровесниками протрещать, да? — на его лице появилась странная полуулыбка, и он повёл девушку на зарезервированные за ними места.

***

— Уважаемые дамы и господа! — начал с небольшой сцены какой-то новенький ректор или проректор — лицо было Саерсу незнакомо. — Наш университет рад приветствовать всех вас здесь! — откуда-то из зала донеслись одинокие овации; если бы дело было в его новом университете, мужчина бы не сомневался, что хлопал Кейн. — Как вам уже наверняка сообщили, наша конференция продлиться три дня, и мы с удо… — Хватит залипать в телефон, — перевёл взгляд и внимание преподаватель на увлечённую какими-то переписками девушку. — Ты же здесь не ради того, чтобы переписываться. Обычно, для студентов это шанс либо блеснуть знаниями, либо почерпнуть их, а ты, вместо того, чтобы выбрать хоть что-то сидишь, и… — И в первый день, — вдруг резко повысил голос вещающий, — мы дадим слово вам — лучшим из всей страны, пришедшим сюда — преподавателям! Каждый будет иметь шанс выступить и, мы уверены, каждый его использует! Искренне надеемся, что вам, мои дражайшие коллеги, хватило времени, чтобы подоготовить что-нибудь потрясающее! Дамиан резко развернул голову на сцену и замер в неприкрытом удивлении. В его голове, перекрывая ехидный смешок мисс Девис, звучал один просто вопрос: «Чего, блядь?!». — Ха-ха-ха! — Андреа, в конце концов, не сдержала своего смеха, хоть и пыталась сделать его чуть тише. — Давайте-давайте, мистер Саерс! Вы же сюда приехали не только со своей молодой, симпатичной и весьма перспективной студенткой в одном номере ютиться — надо же и себя показать перед коллегами-то, и не упасть в грязь лицом, и вообще!.. Блеснуть знаниями, знаете ли! — девушка всматривалась в лицо преподавателя, наслаждаясь каждой черточкой, которая выражала раздражение, и желание придушить ее прямо тут. — Ну, ничего! Ничего, мистер Саерс! — продолжала копать себе могилу студентка, — я-то в вас верю! Я же сама видела, как вы всю ночь над докладом просидели! А ещё — все утро! И даже не позавтракали!.. Какая отдача работе, — сцепила она ладони и наигранно посмотрела куда-то вверх, будто узрев лик святого. — Вот бы все так, как вы!.. — Да ты!.. — он перевёл на неё глаза, полные крови. Ты!.. — перевёл, но быстро понял, что обвинять человека, сидящего с ним в одной лодке, было так себе идеей, так что он быстро набрал знакомый номер с намерением повторить свой вопрос в более доступной для другого человека форме. — Алло, — раздался на другом конце голос Альберта — его товарища. — Ты охренел, Альберт?! — даже Андреа немного дёрнуло от громкости того вопроса. — Какое, мать твою, выступление?! Ведущий, тем временем, что-то там трезвонил о втором дне, Андреа хохотала, некоторые из зала — не имеющие проблем со слухом, слегка оборачивались на чересчур громкую словесную перепалку. — Ой, да ладно тебе! — нелепо попытался парировать тот. — Я же знаю, что ты способный парень — ты выкрутишься! — Я тебя быстрее выкручу! Ты был в курсе, куда меня посылаешь! В курсе, кто и с каким материалом будет здесь выступать! Какого хрена ты до последней секунды протирал жопу в своём стуле?! — Слушай, типа мне было легко, а?! Эта депеша пришла мне дня два назад, чтобы потом!.. — И после всего этого!.. — вновь возвышенно заговорил оратор. — После демонстрации ваших и наших знаний мы дадим слово их плодам! А что, скажите мне, может показать плоды знаний лучше, чем те, кто их пожинал?! Всё верно: в третий день мы услышим их — лучших из лучших студентов, свет знаний, что вы принесли с собой! Закрывать же нашу конференцию будет небольшое корпоративное… Дамиан повесил трубку с трезвонящим из неё Альбертом и посмотрел в сторону: на лице Андреа был такой же, если не больший шок. Впрочем, несмотря на всю ту язву и сарказм, что уже заготовил мужчина, нельзя было сказать, что он не волновался. Ведь он — тот незнакомый выступающий хмырь — был в чём-то прав: если выступление преподавателей защищало то, чего достигли они сами, то выступление учеников должно было защищать то, чего те ученики достигли благодаря собственным стараниям и своим учителям. — Ну… — потянул он, глядя на девушку и пытаясь улыбаться. — Я-то готовился всю ночь — это да. Глядишь, аудитория даже оценит количество складок на этих мешках, — он указал на свои заспавшиеся глаза, на которые нельзя было смотреть без боли. — Но твоё личико, «симпатичная и весьма перспективная студентка», за сонное явно не сойдёт, а что уж говорить о том, чтобы сошло за умное!.. Но ты постарайся! — похлопал он её по плечу. — Я тебя даже поддержу! Ты же слышала одинокие аплодисменты в самом начале? Поверь, — кивнул он, — хотя бы я, но да не оставлю тебя в стороне! Девушка, обернувшись, уже закипала от злости и от осознания того, что её преподаватель явно не был настроен помогать с её частью выступления. Не был, потому что кое-кто минуту назад сам вырыл себе могилу — да, но от этоог становилось только обиднее. «Ему то что?! — кипела она изнутри. — Он свой предмет точно знает — вполне себе сможет выступить без какой-либо подготовки! А я?! Приди я сюда с преподавателем уголовного права, или же международного, но нет! Не-е-ет! Нужно было припереться с преподавателем по предмету, из познаний в котором у меня только имя преподавателя и номер аудитории! О-хре-неть!». — Знаете, что?! — резко обернулась она на него. — Вы поставите мне этот чёртов зачёт! Вы! Мне! Его! Поставите! Сжав телефон едва ли не до хруста, студентка обрела полную решимость подготовить все без «мудака-Дамиана» — уж что-что, а то, как она считала, было лучшим способом поставить зарвавшегося препода на место. — Ага. И это будет первый случай зачёта за то, что кто-то будет мямлить эпидерсию на сцене, — фальшиво улыбнулся он, пытаясь скрыть собственное волнение. — Уверен, мисс Девис, я буду вами просто горд. До смерти. Они глядели вперёд — на всё ещё возвышающегося над всеми остальными людьми ведущего, и отчётливо понимали, что как бы ни язвили друг другу, как бы ни пытались подколоть или посыпать соли на рану, но им обоим, пускай и по разному, точно должно было прийтись несладко, так что хоть один общий пунктик у них всё-таки был. Вопрос был только в том, как именно. Но то должно было выясниться уже завтра…