Чемпион Сиродиила

      То, что Зои назвала пафосным названием «Кровавый Пир», оказалось широким залом, в центре которого располагалось окруженный иззубренными бортиками лавовый пруд — видимо, отвод от окружавшего башню океана. Сам зал утопал в багровом полумраке, из наиболее темных уголков которого слышались уже знакомые Сандору звуки: хихиканье скампов и скрежет ящероподобных кланфиров — именно так Зои обозвала ту тварюшку, что призвала в Вилверине. А в следующее мгновение появились и сами твари, издававшие эти звуки!       Впрочем, десяток скампов и несколько кланфиров были отряду на один зуб: Клиган только злобно скрипел зубами, когда очередной огненный шар разбивался о пузырь защитного заклинания, методично работая мечом. Каждый его удар сопровождался предсмертным визгом даэдра и легким уколом в сознании, сигнализирующем о том, что очередная душонка была пожрана Умброй.       Всплыла мысль: а почему раньше он не чувствовал, как души поглощаются мечом? До того, как он прикончил того офицера-даэдра, он не раз убивал в ближнем бою тех же скампов — и ничего не было. Хотя, скорее всего, он просто не знал, каково это, а после поглощения «крупной» души полноценного разумного существа научился на практике. И теперь может почуять движение даже тех жалких осколков, что заменяли души младшим даэдра.       — Нас явно не ждут, — проскрипел Клиган. — Видимо, основные силы двинулись в Кватч, здесь остался минимальный гарнизон.       — Они не воспринимают смертных всерьез, — кивнула Зои. — Тупые Керлы!       Она, похоже, называла Керлами вообще всех в армии Мерунеса Дагона: от рядовых дремор до самого Принца Разрушения.       Ногейр и Титус Клавдиус хмуро поглядели на неё, но снова предпочли ничего не говорить. Они вообще не особенно понимали, каким образом Джоффри проглядел замаскированную дремору. А если не проглядел, то почему никак не отреагировал и вообще — позволил опасному даэдрапоклоннику уйти из Приората Вейнон невозбранно? Тем более доверил такую ответственную миссию! Впрочем, вбитая на подкорку привычка выполнять приказы пока удерживала их от резких движений. Если гранд-мастер почему-то доверился Псу и проигнорировал то, что ему служит даэдра — значит, этому есть какое-то объяснение.       Из зала вело несколько дверей. Правда, дверями эти обсидиановые плиты, украшенные желто-ржавыми разводами, Сандор называл только за неимением других слов.       — Как это открывать? — буркнул он, разглядывая тонкую полоску, обозначающую стык между створками.       Зои просто хлопнула по двери ладонью — и те с хрустом начали расходиться. По краям створок виднелись кривые черные осколки, придающие двери вид челюстей неведомого монстра. Пес постарался выкинуть эту мысль из головы — и без того обстановочка не располагала к позитиву.       В коридоре, что открылся за дверью, было совсем уж темно: свет от лавового пруда сюда почти не доставал — так что имперец и Ирана зажгли несколько волшебных светильников.       — Коридоры Черного Избавления, — тихо проговорила Зои. — Они пронизывают весь Кровавый Пир снизу доверху — обычная планировка для Мертвых Земель.       — И что нас здесь ждет? — Пес хмуро вглядывался во мрак, не спеша идти дальше. Он запоздало сообразил, что Кровавый Пир — это название всей башни, а не только зала на первом этаже. Хотя ему было, в принципе, наплевать, как и что здесь называется.       — То же, что и раньше, — пожала плечами дремора. Правда, беззаботность и ёрничество в её голосе сменились напряженным сосредоточением. — Плюс ловушки и мины.       — Мины? — переглянулись Клинки.       — Даэдрические мины, — понимающе кивнула Ирана. — Я слышала о них. Механизм с заложенным внутри разрушительным заклинанием. Реагирует на движение. Но не думаю, что мы встретим их тут.       — Почему? — нахмурился Клиган.       — Потому что гарнизон башни не ждет гостей из числа смертных, — махнула рукой Зои, первой вступая в темный коридор. — А мины настраиваются как раз на ауры не-даэдра — иначе бы местные сами то и дело попадали в них. Ну что, мы идем или нет?       Клиган невнятно пробурчал что-то нецензурное, но все же двинулся вслед за дреморой: как-то само собой она оказалась в авангарде отряда.       — Если увижу мину или какую-то ловушку, настроенную на смертных, я успею её обезвредить, — ответила она на вопрос Пса. — Хотя, — внезапно остановилась она, — не все ловушки здесь безопасны для даэдра.       К тому времени они поднялись по пандусу коридора где-то на уровень второго этажа и вышли ко входу в небольшое помещение, освещенное не в пример лучше. У входа в эту комнатушку из стены торчали несколько стальных штырей, на которые был нанизан труп скампа.       — Мда уж, — фыркнул Пес, морщась от мерзкого запаха: лопоухая тварь и при жизни-то пахла не особенно приятно, а в момент смерти еще и обгадилась. — И много тут такой… прелести?       — Может, и много, — пожала плечами Зои, обходя дергающиеся шипы ловушки, пытающиеся вернуться в исходную позицию. — Слуги Мерунеса Дагона любят всякие мясницкие приспособления. И частенько подлавливают в них даже собственных собратьев.       — Милота какая, — пробормотала Ирана, тоже обходя шипы по дуге. Следом в комнату вступили двое Клинков.       Комнатка была пуста: ну, за исключением трупа скампа. Обстановка тоже была не особенно богатая: несколько каменных лавок и чаша из уже привычного иззубренного металла, в центре которой бил ярко-алый фонтанчик.       — Жизненная сила, — махнула рукой Зои. — Чистая прана, принявшая вид жидкости. И как много! — удивленно покачала она головой. — Хотя, сейчас прана должна течь в Кровавый Пир полноводной рекой — учитывая, какую резню эти уроды устроили в Кватче…       При этой фразе Титус Клавдиус вполголоса выругался. Они с Ногейром явно не видели разницы между Зои и «этими уродам».       Дверь напротив чаши с фонтанчиком оказалась заперта — а им нужно было именно туда!       — Ну что ж, — повернулся к пандусу, ведущему еще выше, Сандор. — Выбора особого нет. Вперед!       На следующем этаже все было практически так же, как и в комнатушке с чашей. Только вместо чаши — два кланфира, терзающие клювами какой-то кровавый шмат. Судя по обрывку серой котты, что валялся рядом, шмат когда-то был куском одного из пленных гвардейцев Кватча.       Ящеры-даэдра лишь удивленно взвизгнули, прежде чем рухнуть на пол обугленными трупами: маги отряда сработали молниеносно. В буквальном смысле МОЛНИЕносно.       Пес спокойно перешагнул через трупы, подошел к единственной двери и, подражая Зои, хлопнул по ней ладонью. Ничего не произошло.       — Седьмое Пекло! — рыкнул Клиган. — Ну и какого, спрашивается, хрена?!       — Двери реагируют на магию, — фыркнула дремора, подходя и в свою очередь прикладывая ладонь к створке, отчего та послушно заскрипела и отворилась. Из проема дохнуло жарким ветром — он вел наружу. — Некоторые на любую, некоторые — только на даэдрическую. Так что, если хочешь открыть такую дверь, пропусти сквозь пальцы немного маны и…       — Понял уже, понял! — отмахнулся Пес и шагнул в проем.       Они оказались на узком мосту, что соединял Кровавый Пир с соседней башней.       — Двинули, — буркнул Клиган, косясь вниз: до земли, если что, лететь было не меньше сотни ярдов.       С дверью новой башни проблем не возникло: она открылась, стоило Сандору только дотронуться и представить, как учила Ирана, текущий по пальцам ручеек — именно так для него ощущалась мана.       Сама башня была куда меньше донжона, из которого они пришли, и представляла собой полый цилиндр с пандусом, что вился серпантином вдоль стен, вверх и вниз от двери. В этой башне было куда светлее, чем в Кровавом Пире. Зато пахло здесь не в пример хуже: кровью, гнилью и испражнениями. И свисающие с далекого потолка цепи с ржавыми крючьями на концах не оставляли сомнений, откуда этот запах взялся.       На одном из крючьев, прямо напротив двери, висел изуродованный труп.       — Так, — прищурился Клиган. — Что ж, походу, мага мы нашли. Срань скампов!       Понять, что когда-то висящий на крюке мертвец был данмером, уже было никак нельзя: беднягу завернули в его же собственную кожу. Вывернутую наизнанку. О том, что это окровавленное месиво было чародеем, пошедшим вместе с отрядом гвардейцев, свидетельствовал только медальон с символом Гильдии Магов на его шее.       — Пекло! — выругался Пес. — И кто нам теперь скажет, каким образом закрыть сраные Врата?!       — Может, наверху остался кто живой? — проговорил Ногейр, к чему-то прислушивающийся все то время, что они находились в пыточной башне. Что было той еще задачкой: башня была более открытой, чем Кровавый Пир, в ней постоянной завывал ветер и было слышно, как погромыхивает алое небо Обливиона. Но даже в такой обстановке норд определенно что-то услышал.       Клиган кивнул, и отряд, вновь построившись в ранее принятый порядок, осторожно двинулся наверх по пандусу. Правда, перед этим пришлось немного потормошить Ирану: эльфийка, не отрываясь, остекленевшими глазами смотрела на труп данмера, висящий на крюке.       Уже через пару минут пути наверх Пес, наконец, услышал то, что насторожило норда. Стоны и чье-то глумливое шипение.       — Зря ты явился сюда, смертное существо! — злобно проговорил дремора, обнаружившийся на верхней площадке, куда выходил пандус. Фраза предназначалась не Клигану: даэдра стоял спиной к Сандору и обращался к окровавленному человеку, скорчившемуся в висящей перед ним огромной клетке. Живому человеку! Но, судя по стоящему тут же каменному столу с набором пыточных инструментов, тот был очень относительно живым. — Согласен, нужна недюженная смелость… или глупость, чтобы столь дерзко вторгнуться во владения Величайшего из Великих! Но за дерзость принято расплачиваться, разве нет?... А это еще что такое?! — резко обернулся он и хватаясь за булаву, лежащую на столе рядом с инструментами.       Поздно: черный клинок описал горизонтальную дугу и с легкостью отделил голову Кин от тела. Привычная волна тепла в руке — душа поглощена.       — О, Боги! — простонал человек в клетке, кое-как приподнимаясь на руках. — Боги, вы не оставили меня!...       — Держись, мы сейчас! — Ирана подбежала к клетке, пытаясь найти способ её открыть.       — Нет! — вдруг перестал причитать и кое-как привстал мужчина в клетке. — Нет времени! Вам нужно закрыть Врата!... — он сделал паузу, чтобы пережить приступ дурноты: дремора-палач неплохо поработал над ним. — Мне… мне уже конец, — сплюнул он кровавый сгусток. — Да и клетка открывается только вниз — чтобы содержимое падало на шипы на дне башни. А вам надо торопиться! Туда, на вершину Сигильской крепости!...       — Как закрыть Врата? — в отличие от впечатлительной эльфийки, Клиган самообладания не терял и помнил о деле. К тому же, наметанным взглядом оглядев раны сидящего в клетке мужчины, он сразу понял: бедняга уже не жилец. Тратить на него ману и зелья исцеления — выбросить так нужные им самим ресурсы впустую. А время поджимало: кто знает, как скоро гарнизон дремор поднимется по тревоге?       — Камень… — пленник обессиленно прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. — На вершине донжона… Снимите его с алтаря — и Врата захлопнутся! Вервин говорил… Кстати, как он там? — вдруг вскинулся мужчина. — Я слышал его крики, а потом все стихло…       — Мертв, — коротко отрубил Пес.       — Прими Талос его душу, — опустил голову солдат. — Одна просьба, воин. Не мог бы ты… добить меня? — с надеждой посмотрел на Клигана пленник. — Не хочу… снова… — с ненавистью посмотрел он на труп дреморы-палача и стол с инструментами.       Пес пожал плечам, вынул кинжал — обычный стальной, купленный по пути из Коррола — и вонзил его в сердце бедняги, прерывая жизнь.       Ирана всхлипнула, Клинки хмуро отвернулись, Зои равнодушно зевнула. А Сандор скомандовал:       — Все, двинули обратно в донжон! Только этого, — кивок в сторону мертвого палача, — обыщем.       На теле дреморы обнаружился ключ — на удивление обычный, сделанный из меди. Пес искренне надеялся, что он подойдет к запертой двери, что вела на вершину Кровавого Пира.              Врата погасли в яркой вспышке белого света, издавая громкий скрежет и шипение. Отряд Пса, уставший и потрепанный, сгрудился на площадке между баррикадами гвардейцев Кватча и воротами города.       Рывок на вершину донжона Сигильской крепости дался им тяжело: расположенное на вершине башни святилище с крышей и пандусами, сотканными из кровоточащей плоти, охранялось куда тщательней остальной башни! И, несмотря на то, что здешние даэдра не ожидали от смертных столь наглого вторжения, пришлось сильно попотеть, прежде чем они добрались-таки до расположенной наверху платформы. На которой, собственно, и располагался сигильский камень — черная сфера, объятая пламенем самого Обливиона.       "Убери одну деталь - обвалится вся конструкция" - кажется так говорил Сангвин? Так и вышло.       Ногейр тяжело опирался на плечо Титуса Клавдиуса, а Ирана прижимала к брови окровавленную припарку с исцеляющим зельем: дежурящие в темном святилище дреморы, которых Зои назвала жрецами Мерунеса Дагона, оказали бешеное сопротивление! Один даже попытался вызвать грозового атронаха, но Умбра отрубил ему руки, не дав закончить очередного пасса, а потом и вовсе рассек сверху вниз, выпивая душу.       От баррикад уже спешили человек десять в форме солдат Кватча. Лица у них были, мягко говоря, охреневшие. Еще бы: горстка наемников сделала то, чего не смогла сделать целая центурия обученной стражи!       Впрочем, отдать должное Савлиану Матиусу, в себя он пришел довольно быстро.       — Врата закрыты? — расплылся он в улыбке. — Превосходно! Нужно войти в город и добраться до собора — там наверняка остались выжившие! Даэдра не могут ступить на святую землю… Ну, по крайней мере раньше не могли, — поправился капитан стражи. — Ты же с нами… кстати, как обращаться к тебе, эээ, сир…       — Я не сир! — устало огрызнулся Сандор. — Хватит уже болтать! Лучше скажи: в долбанном храме служит священник по имени Мартин?       — Эм… — удивленно уставился на Клигана капитан. — Да, и я его хорошо знаю: он очень хороший человек. А зачем тебе… Хотя, действительно, хватит разговоров! — решительно тряхнул головой Матиус. — Не думаю, что ты желаешь Мартину зла — иначе бы не полез во Врата, чтобы спасти город. Если он жив, я вас познакомлю, — после этого капитан стражи выхватил меч и воздел его к небу: — Вперед! За Кватч!       Сандор лишь закатил глаза: его бесил приторный пафос. Сам он просто махнул рукой своему отряду, чтобы двигались следом.       Зои благоразумно поддерживала иллюзию черноволосой имперки — на этот раз при переходе между мирами она не слетела. Не стоило светить дреморскими рогами перед людьми, буквально только что потерявших по вине даэдра множество друзей и родных.       Ворота были сломаны. Точнее, одна створка просто валялась на земле, а вторая перекосилась так, что пройти через проем ворот не представлялось возможным. Пять десятков гвардейцев и отряд Пса влезли внутрь через проделанный адской машиной даэдра проем — благо, расплавленные камни уже успели немного остыть.       Город утопал в дыму и пламени. Как понял Клиган, битвы как таковой и не было: просто около суток назад открылись Врата и произошел быстрый штурм, в ходе которого Кватч пал. А теперь происходило то, что называлось в Вестеросе «поток и разграбление». То есть, если применить это к даэдра Мерунеса Дагона, банальная резня всех и вся.       Пес вспомнил завернутого в собственную кожу несчастного мага и скрипнул зубами. Подданные Принца Разрушения были действительно безумны в своем стремлении принести своему господину как можно больше жертв. При чем как можно более мучительным способом! А ведь в городе было полно женщин, детей…       Клиган снова скрипнул зубами и отбросил лишние мысли. У него есть хозяин и есть цель. И покуда этот хозяин не начнет требовать от Пса делать что-то из того, что Сандору не по нутру — например, свежевать заживо младенцев — он останется хозяину верен.       Тайвин Ланнистер никогда не требовал от Сандора Клигана ничего, что бы тот не мог или не хотел исполнять. Старый Лев был действительно великим знатоком человеческих душ — этого было не отнять. Исключением были, разве что, его собственные дети — в этом смысле лорд Утеса Кастерли проявлял удивительную близорукость! Оставалось только надеяться, что Сангвин тоже станет для Пса хорошим лордом…       — Соборная площадь дальше по улице, — указал Савлиан Матиус вперед. — Её иногда называют Привратной — она ближе всего к главным воротам города. Так что пробиться будет достаточно прос…       Его фразу прервал треск магического заряда и визг даэдра: на отряд, сгрудившийся на пятачке у входа в город, со всех сторон полезли кланфиры и скампы.       Клиган с руганью заработал мечом и щитом, выкашивая мелких тварей, будто черный жнец. Его отряд тут же сгруппировался вокруг него, привычно отражая нападение противника. Гвардейцы же сомкнули щиты и продемонстрировали на практике свою выучку и дисциплину!       Волна даэдра врезалась в этот строй и рассыпалась, обливаясь кровью. Несмотря на то, что тварей было несколько десятков, на людей они набрасывались абсолютно бессистемно, каждая сама по себе! Даже скампы, что пытались напасть на них в ущелье по пути к Сигильской крепости, и те имели зачатки организации и дисциплины. Эти же…       Это были скорее животные: безмозглые, дезорганизованные — небо и земля по сравнению с тем, что успел увидеть в Обливионе Пес!       Битва закончилась, едва успев начаться: даэдра тупо перли на мечи, умирая целыми пачками и даже не помышляя о выживании!       — Что за дерьмо?! — удивленно воскликнул один из графских гвардейцев, когда стало понятно, что врагов больше не осталось.       — Они как будто резко… поглупели! — изумленно потыкал носком сапога в труп кланфира капитан Матиус. — Раньше они действовали, как единое целое, полноценная армия! А теперь…       — Толпа. Зверьё, — сплюнула Зои. И вполголоса пояснила для Сандора: — Врата закрылись, связь с родным измерением у этих тварей прервалась. Так что низшие даэдра утратили большую часть сил и превратились в обычных животных — пусть и опасных.       — А Кин? — так же вполголоса спросила подошедшая Ирана.       — Кин, что пришли через портал, тоже ослабнут, — кивнула дремора. — Сам воздух Нирна будет отравлять их, выдавливая прочь, как занозу!       — А почему ты не испытываешь таких затруднений? — нахмурился Пес.       — Потому что её призвали по другому принципу, — откликнулась Ирана. — Сангвин буквально вживил её в плоть этого мира. А эти, — кивок в сторону мертвых скампов, — вторглись в него силой, грубо и неестественно. Принцип противодействия и Упругости вселенских оболочек, его сформулировали еще…       — Довольно! –оборвал Ирану Клиган, у которого уже начинали закипать мозги. — Об упругости чего бы то ни было я предпочитаю думать в борделе! Сейчас же у нас несколько другая задача, — кивнул он в сторону махавшего им Савлиана Матиуса.       До Соборной площади они добрались относительно быстро: расстояние дотуда было ничтожным, но отряд постоянно натыкался на группки мелких даэдра, рывшихся в развалинах, что-то жравших или дравшихся между собой. Впрочем, чем бы они ни занимались, при появлении смертных тут же кидались в атаку! Как снова пояснила Зои, это было отголоском последних приказов Мерунеса Дагона: убивать всех не-даэдра в пределах видимости. Портал в Мертвые Земли закрылся, поэтому на что-то более сложное они сейчас не способны. Но этот приказ был, видимо, особенно силен, поэтому до сих пор владел примитивными умишками тварей — только это не давало им разбрестись окончательно и вести себя, как обычные животные.       Сразу выскакивать на открытое пространство площади они не стали, отправив сначала разведчиков. Вернувшись, те доложили, что у Собора Акатоша скопилось до полусотни мелких даэдра и даже видны черные балахоны дремор-жрецов!       — Жрецы — это плохо, — нахмурилась Зои. — Похоже, они каким-то образом сумели восстановить связь с Обливионом, хоть и весьма ограниченную. Иначе бы эти скампы с кланфирами давно порвали их самих!       — Значит, первым делом надо прикончить жрецов, — нахмурился капитан гвардейцев, что тоже присутствовал на импровизированном военном совете.       — Они наверняка будут прятаться за спинами своих тварей, — проскрипел Клиган. — И если уж бить, то бить наверняка — чтобы ни одна черная юбочка не выжила! Уцелеет хоть один — и твари будут полноценным отрядом, пробиться через который с горсткой стражников даже и думать нечего!       — Ага. И если не прикончить всех дремор одним ударом — оставшиеся выставят щиты, — кивнул Титус Клавдиус.       — Ударить чем-то убойным, — тут Ирана посмотрела на Пса, явно вспомнив о том, как он жахнул Пальцами Гор по страже Кровавого Пира. — Но для этого надо быть точно уверенными, что жрецы на площади — единственные в радиусе двухсот ярдов. Если кто-то из них спрятался поблизости — он не попадет под удар!       — Значит, — прищурился Клиган, — бьем по тем, что на площади и тут же идем на прорыв к собору! Если и останется кто-то, он не успеет среагировать. Наверное… — последнее слово он еле слышно буркнул под нос.       На том и порешили.       Когда капитан Матиус понял, что удар по жрецам будет наносить сам Клиган, то уважительно покивал: репутация бретонцев, как отменных магов, бежала впереди них. А учитывая, что наемник с ожогом на лице уже успел показать себя, как умелого и очень сильного воина — и вовсе придавало ему немалого веса в глазах бывалого вояки! Сразу видно: не обычный мелкий рыцарь или маг-недоучка, а один из пресловутых баронов-магов из Хай Рока! А то, что их чаще называли «бароны-разбойники», капитан в сложившихся обстоятельствах предпочел не вспоминать.       Оглядев окружающее пространство, Сандор поморщился и свернул в заваленный мусором и головешками узкий переулок, идущий вдоль периметра площади и отгороженный от неё длинным зданием. Точнее, его дымящимся скелетом. Впрочем, этих развалин вполне хватило, чтобы скрыть от взглядов кучкующихся на площади даэдра как самого Клигана, так и увязавшихся за ним Зои, Ирану и Клинков.       По плану, который они обсудили с Савлианом Матиусом, после того, как Пес прикончит магией дремор-жрецов, гвардейцы должны нанести удар со стороны ворот. Сам же Клиган и его отряд ударят со своей позиции: по расчетам капитана, это будет переулок на противоположном конце площади. Таким образом, предполагалось взять уцелевших тварей в клещи, облегчая их уничтожение.       Но, разумеется, как всегда все пошло наперекосяк!       Когда Сандор уже привычно представил себе треск молний, срывающихся с рук — образ, помогающий ему применять Пальцы Гор — раздался удивленный крик откуда-то сбоку! Быстро глянув туда, Сандор злобно заскрежетал зубами: там стояли двое облаченных в латы дремор, вооруженных мечами и щитами.       «Глупо было рассчитывать, что черных жрецов будут охранять лишь тупоумные кланфиры и трусливые скампы!» — ругнулся про себя Клиган за миг до того, как выпустил, наконец, сеть смертоносных зарядов из рук, накрывших облаченных в черные балахоны жрецов Мерунеса Дагона. И тут же принял на щит мощный удар длинного меча одного из одоспешенных Кин.       Удара в тыл отряду тварей на площади не получилось — двое дремор-воинов отвлекли на себя засадный отряд Пса. Они были заметно более сильными и умелыми, чем попадавшиеся Сандору ранее: видимо, званием они были все же повыше, чем простые Керлы или Кайтифы!       Клиган грязно выругался: они с Ногейром оказались скованны ближним боем, в то время как Зои, Ирана и Титус Клавдиус вынуждены были отражать атаки выжившего жреца и ведомых ими мелких даэдра.       Несмотря на то, что уцелел только один из «черных юбочек», этого хватило с лихвой, чтобы доставить нападающим кучу проблем! Тем более, что к тварям на площади потекли подкрепления: видимо, дремора-жрец призвал их с окрестных улиц.       — Если никто не успокоит рогатого ублюдка — нам конец! — прохрипел Клиган, ломая руку своему противнику ребром щита и тут же вонзая ему Умбру под шлем. Дремора захрипел и рухнул на мостовую, брызгая черной кровью.       — А снова жахнуть молниями как тогда, у башни? — спросил норд, становясь с Сандором спина к спине.       — Я похож на всратого архимага, способного гроздьями раскидываться заклинаниями?! — огрызнулся Пес, откидывая щитом кинувшегося на него кланфира.       Ногейр не стал отвечать: он был чертовски занят тем, что отбивался от наседающего на него мечника-Кин.       Они отступали: шаг за шагом — теснимые все прибывающими скампами и кланфирами. Клиган подумал, что до этого им чертовски везло: такого огромного количества организованных даэдра их отряду еще не попадалось! В тот раз, когда на них напали в ущелье скампы, все закончилось, как только он прикончил вожака. Когда же они столкнулись с отрядом Кин у ворот Кровавого Пира, он смог выкосить большую часть отряда Пальцами Гор. Теперь же…       Теперь до вожака не добраться — ублюдок в черном балахоне благоразумно прячется за спинами своего зверья. А Пальцы Гор он не сможет применить еще как минимум несколько часов: кончилась мана! Все же свое обучение магии он начал от силы месяц назад, так что запас волшебной энергии у него был достаточно ничтожный — чудо, что на Пальцы Гор вообще хватало!       Их еще не смяли только потому, что Сандор с Ногейром были действительно хорошими воинами, к тому же их прикрывали сразу трое волшебников. Но долго это продолжаться не могло.       Внезапно наседающие твари замерли и недоуменно завертели головами.       — Что?... — непонимающе прохрипел Пес, но тут за откуда-то сверху раздался звонкий девичий голосок:       — Э-хей! — низкорослая фигурка с луком махала Клигану рукой с ближайшей крыши. — Босс, я знала, что ты вернешься! Я знала!       — Альтаэль, — хмыкнул Пес, даже не имея сил удивляться. — Все так же демаскирует свою позицию…       — Твои друзья? — прохрипел Ногейр, расправившийся с дреморой-мечником и настороженно оглядывающий замерших вокруг скампов.       — Что-то типа того, — кивнул Пес. — Так, не расслабляемся! — тут же прикрикнул он. — Альтаэль, прикрой нас!       Несмотря на невеликий интеллект, в бою босмерка все-таки что-то соображала. А потому на сгрудившихся перед отрядом тварей посыпались стрелы, почти каждая из которых отнимала жизнь скампа или кланфира.       Видимо, остатки последнего приказа Мерунеса Дагона, что хоть как-то поддерживались выжившими черными жрецами, окончательно выветрились из голов даэдра со смертью последнего жреца — Сандор наконец-то смог разглядеть труп в черном балахоне и стрелой в глазу. А потому твари попросту начали разбегаться.       Пес и Ногейр медленно пошли вперед, методично расчищая переулок от мечущихся тварей, не успевших убежать на площадь. Из-за их спин то и дело вылетали молнии магов, а с крыш летели стрелы Альтаэль.       Только Сандор подумал о том, что, раз мелкая босмерка здесь, где же двое чернокожих дезертиров, что были с ней, как впереди раздался визг скампов и лязг железа. А вскорости появились и виновники шума: два редгарда в кольчугах, шлемах, со щитами и мечами.       — Хой, атаман! — жизнерадостно махнул рукой Изран, когда последний даэдра рухнул на мостовую замертво. — Вот уж не думал, что снова свидимся! Да еще в такой обстановочке, ха-ха!       — Здаров, Пес, — кивнул в свою очередь Феззан, утирая пот со лба.       — Ура-а-а! — спрыгнула с крышы Альтаэль, тут же, под изумленными взглядами Ираны и Клинков, начав нелепо скакать вокруг Пса. — Командир вернулся! У нас снова будет крутая банда! Ура, ура!       — Так, стоп, стоп! — стянул с головы шлем Сандор. — Откуда вы трое здесь взялись?!       Рассказ троицы разбойников вышел достаточно лаконичным: ничего особенного, по сравнению с приключениями Пса, с ними не происходило. Вышли через Кандис Коржин на подпольного торговца, разжились амуницией и припасами. Двинулись на юг, стремясь в Кватч, где, как они знали, издревле промышляли скуумовые дилеры из Эльсвейра — наверняка нашлись бы среди них какие-нибудь знакомые знакомых, что приютили бы их и дали работу.       И они их нашли. Более того: сговорились на найм, и даже задаток успели получить! Только потратить не успели, вот беда…       Потому что вдруг не стало ни этих «знакомых знакомых», ни работы, ни самого города! А незадачливая троица уже сутки мелкими перебежками пытается пробраться к стенам Кватча, чтобы слинять из погибшего города. Минуя патрули даэдра, слыша крики пытаемых и убиваемых, выживая всеми силами…       — …А тут ты, атаман! — шмыгнул носом Изран. Его обычная веселость сменилась какой-то нервозностью — даже руки подрагивали. Вот уж чего нельзя было ожидать от солдата, что не только прошел все Круги Обливиона во время обучения в Легионе, но и повидал некоторое дерьмо, подвизаясь наемником в криминальном мире Тамриэля. Впрочем, учитывая седину, явственно видневшуюся на висках под шарообразной прической — за последние сутки они пережили и увидели немало такого, чего даже самые ублюдочные наемники в захваченных городах не творят! — В общем, командир, мы теперь с тобой. Вот как хочешь — но от тебя ни шагу! Клянусь Великим Шутником*!       — Брат! — то ли рыкнул, то ли простонал Феззан. — А не слишком ли?...       — А не слишком! — огрызнулся Изран. Он оскалился в каком-то странном бешенстве. — Вот так вот: клянусь идти за этим Аль-Кид — Вождем — по прозвищу Пес, покуда судьба не решит иначе! — он быстро выкинул вперед руку и полоснул по ладони невесть откуда взявшимся кинжалом. На землю капнуло несколько капель крови.       Пес стоял, охренев от таких раскладов. Ему что, только что… принесли вассальную присягу?       — А я… а я… — захлопала глазами Альтаэль. — А я клянусь Корнем и Кроной, что признаю тебя своим господином и сюзереном. Вот, — чуть вжала она голову в плечи под взглядами окружающих.       Пес почувствовал, как в районе сердца кольнуло: почудилось, будто два ручейка протянулись от босмерки и редгарда, замыкаясь на нем. Он почти сразу понял, ЧТО это значит: магическая клятва была принята и одобрена самим Нирном.       — ВЫ ОХЕРЕЛИ?! — слились воедино вопли Сандора и Феззана.       — А что такое? — обиженно надулась Альтаэль на редгарда с прической-косичками. — Он же наш босс!       — Говно Обливиона… — простонал Феззан. — У меня, похоже, и выбора не осталось.       — Не смей, козел! — рявкнул Пес.       — А у меня выбора нет! — уныло огрызнулся в ответ редгард. — Мой брат и моя… эээ… ну ты понял. В общем, а куда я денусь, а? — тоскливо глянул он на Пса.       — Ох, твою мать! — закатил глаза Сандор, но все же выслушал еще и третью клятву.       Он ненавидел, когда кто-то от него зависел. Тем более — так! Пожизненно, безальтернативно и накрепко. Человек, что сам являлся идеальным орудием в чужих руках, очень не любил распоряжаться чужими судьбами.       — Ладно, ребятки, — поморщился Пес, косясь на Клинков, что всю эту сцену наблюдали с живейшим интересом. Правда, интерес был скорее враждебного характера. — Двигаем на площадь, а то капитан уже заждался…       Капитан, в отличие от посланцев Джоффри, был чертовски рад видеть уродливого полулицего наемника. Еще бы: головорез в черной броне дал ему, да и всему городу, Надежду! Именно так — с Большой Буквы!       А потому в собор они вошли крайне торжественно…       Точнее как, «вошли». Те, кто остались в храме, накрепко забаррикадировались изнутри. И только после того, как увидели капитана Матиуса во главе полуцентурии стражи и отряда наемников, решились разобрать завал изнутри дверей храма.       Впрочем, на всякий случай баррикаду тут же восстановили. Кто знает, сколько еще врагов бродит по окрестным улочкам?       — Докладывайте, Тьерра, — кивнул Матиус широкоплечей женщине-редгарду в форме гвардии Кватча и с фалерами** десятника. Та начала что-то бубнить, но Пса это не волновало. Он двинулся в сторону алтаря собора, ища глазами местных служителей.       Там, в свете алтарных витражей, что умудрялись усиливать даже тот тусклый, забитый дымами пожарищ свет, что лился снаружи, виднелась огромная статуя.       Дракон, вставший на задние лапы и вскинувший крылья вверх.       Сандору показалось, что этот мраморный истукан вдруг взглянул на него! Здоровенная морда каменного ящера чуть повернулась, являя глаз о четырех зрачках…       Наваждение схлынуло так же быстро, как нахлынуло. Просто алтарь местного божка — Акатоша, кажется? — ничего особенного. Мда, точно. Определенно, ничего такого.       Клиган передернул плечами: ему здесь не нравилось. Было что-то… неправильное в его присутствии в этом месте!       «Я же служу Сангвину, Принцу Даэдра. А здесь — обитель аэдра Акатоша! Недаром Зои… то есть, рогатая девка!» — поправился в мыслях он — не хватало еще повторить тот косяк, когда он назвал её по имени! «Недаром она предпочла остаться в развалинах той таверны, что располагалась возле храма»…       А вокруг раздавались стоны, причитания и мольбы: храм Акатоша был срочно переделан в госпиталь и богадельню. Все выжившие прятались здесь, и каждому нужна была помощь! Пес тряхнул головой и двинулся, вместе с Клинками и троицей наемников, к видневшейся у алтаря фигуре в длинной рясе.       — Прости, брат, — устало произнес, поворачиваясь к вновь прибывшим, молодой мужчина с длинной «имперской» прической и черными волосами, серыми глазами и характерным сиродиильским носом, — но, если у твоих спутников нет каких-то особо тяжелых ран, то я…       Тут брат Мартин — а это был именно он, сходство с погибшим Императором было, что называется, «на лице» — внезапно умолк.       Вперившись в Клигана и неожиданно побледнев.       — Нет… Нет, только не сейчас! — внезапно пробормотал Мартин, глядя на недоумевающего Сандора. — Я… я не хочу!       — Никто не хочет, — машинально хмыкнул Клиган. А священник… бухнулся на колени:       — Я готов на все… Ну то есть, на многое, — уточнил Мартин. — Только прошу: не трогай этих людей, Посланник Розы! — он провел рукой в сторону зала, где все уже недоуменно смотрели на них.       — Откуда ты?!... Хотя ладно, — поморщился Пес. И не заметил, что Ногейр и Титус Клавдиус очень нехорошо переглянулись между собой. А потом — глянули на Мартина, что выглядел буквально как жертва похищения! Совмещенного с изнасилованием.       Зои рядом не было. Некому подсказать.       Судя по рожам Клинков, они явно были готовы сейчас к чему угодно, но не к тому, что произнесет Пес.       А произнес он сущую банальность:       — Иди со мной. Если хочешь жить.