По ту сторону рая

POV Мариса Всем нужна правда… пока они ее не находят. Я убегала из чертово отеля, номера и человека, лишившего меня безмятежности. Я бежала от проблем, от себя, с полным пониманием того, что мне все равно это не удастся. Все мои попытки справиться с болью на душе, были тщетны. Где-то в глубине себя, я знала горькую правду, выплывшую наружу, но боялась, уговаривая себя, что все обстоит совсем не так. Обманывалась, считая, что муж действительно слишком занят по рабочим вопросам, и как только Марко немного разгребется, все опять встанет на свои прежние места. Мы вернемся в Италию и начнем жить как раньше. Какой же дурой я была! Мне было ненавистно от самой себя. Я словно вернулась на восемь лет назад и вновь стала Марисой, которую легко было обвести вокруг пальца. Переспав с Пабло, я показала собственную слабость, но черт возьми в ту минуту, я едва ли отдавала отчет всем своим действиям, словно кроме нас никого больше не существовало в этом мире. Я определенно сожалела о случившемся, и будь то возможно, сделала бы все, чтобы повернуть время вспять, но… Как мне жить дальше? Где найти силы, чтобы идти вперед с гордо поднятой головой? Эти вопросы терзали меня на протяжении всего моего возвращения в отель. — Где ты была? — когда я вошла в номер, Марко стоял с телефоном, плотно прижатым в его уху. На его лице читалась обеспокоенность в купе с раздражительностью. Муж никогда не был тираном, и не особо следил за моими передвижениями в Италии, но его всегда задевало, когда я задерживалась на работе или с подружками в баре. Мужчины любят чувствовать контроль над своей женщиной, и когда они его лишаются, становятся мнительными и уязвимыми. Я позволила себе замешкаться лишь на короткое мгновение. Удобной и на все соглашающейся идеальной жены, которая не в состоянии и шагу ступить без разрешения своего супруга больше нет. Прошлая Мариса умерла… Я молча прикрыла за собой входную дверь, и равнодушно присев на край двуспальной постели, стала снимать с себя через чур неудобные туфли. — Кажется я задал вопрос! — Марко следил за каждым моим движением, пока я разминала уставшие ступни. — И что это на тебе надето? — он внезапно заметил мое красное платье. — Я гуляла, — ответила я, не проявляя никакого должного раскаяния и сожаления в голосе. — Гуляла? До ночи, в таком виде? Твой телефон не отвечал! — А я его отключила, — мои глаза смерили мужа холодным взглядом. Я подошла к зеркалу и принялась расчесывать волосы и снимать остатки макияжа, используя тоник для лица. — Я себе уже битый час места не нахожу. Твоих родителей поднял на уши, а ты вот так просто это все заявляешь? Уложив расческу обратно на трюмо, я развернулась, опираясь на край трехстворчатого зеркала. Выдохнув, я произнесла достаточно спокойно для жены, которая только что узнала о похождениях своего неверного мужа: — Позволь задать тебе встречный вопрос, где был ты? — На рабочей встрече, где же еще? — больше всего меня выводила из себя невозмутимость Марко. Клянусь, я с трудом сдерживалась, чтобы не влепить ему пощечину. И это самое меньшее, что он на самом деле заслуживал. Когда театр одного актера достиг своей кульминации, со всеми упреками и осуждениями, я решила, что пора ставить точку в этом неумелом и плохо сыгранном представлении мужа-ревнивца. Отелло, ей богу! Вытащив из сумочки снимки, которые дал мне Пабло, я с расстановкой выложила первый из них на прикроватную тумбочку, следом отправив туда же стопку других. — Кто это, Марко? — мой палец указал на высокую брюнетку гораздо младше меня по возрасту. Господи, да ей наверное едва ли стукнуло восемнадцать. Муж только мельком взглянул на фото и замер с совершенно каменным выражением лица. Когда Марко осознал, что его обман разоблачен, пытаясь решить что с этим делать, он молча прикрыл веки. — Это твой партнер по бизнесу, скажи мне? — я указала на снимок, где они страстно целовались, сидя в ресторане. — А это я так понимаю деловой ужин? Нашли, так сказать общий язык по всем вопросам. Милый, ты что язык проглотил? — Хватит! — я даже не испугалась, когда Марко повысил голос. — О, да я только начала…  — Ты за мной следишь? — незамедлительно последовало от мужа. Я смотрела на некогда любимого мужчину, правильного и исключительно положительного супруга, и впервые в жизни не узнавала его. В какой момент нашего брака он так изменился, или же всегда был таким двуличным, а я просто старалась этого не замечать? Как я могла так обмануться? — Это все что тебя беспокоит на данную минуту? Комната повисла в оглушительном ожидании ответа. — Так и будешь молчать? Мне кажется я заслужила немного правды от человека, которому отдала пять лет своей жизни. Как давно это продолжается? Как давно ты мне изменяешь, Марко? — Мы познакомились полгода назад на конференции, — ответил он, на этот раз не скрывая всей правды. — Луз была моей практиканткой. — Поверить не могу! — Только не нужно всей этой драмы, Мариса, ты сама во многом виновата! — Я? — мне только и оставалось, что задохнуться от полного шока. — Ты стала холодной, да тебя же кроме собственного комфорта ничего вообще не заботит. — Ненавижу! — зловеще прошептала я. Слышать подобное из уст мужчины, которого всегда считала примерным семьянином, было невыносимо больно. Прокручивая в своей голове наш разговор с Марко по дороге в отель, я представляла, что муж начнет извиняться, отнекиваться, в конце-концов, но не как не оправдывать свою измену, сваливая всю ответственность на меня. — Ненавидишь? — Марко резко двинулся с места, схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул, укладывая тело, которое почему-то совсем меня больше не слушалось, на постель. — Ненавидишь, говоришь? А знаешь, я рад, Мариса. По-настоящему рад, — он прошептал мне прямо в лицо, и я испытала страх за собственную жизнь.  — Теперь то ты хоть что-то чувствуешь. — Как ты смеешь? — пытаясь избавиться от его рук, я попятилась вперед, но встретив препятствие в виде его широких плеч, вновь упала спиной на кровать. — Отпусти меня! — Марко быстро сориентировался, накрыл мое тело собой, даже не думая, чтобы подчиняться моим приказам. Его сильные руки плотно прижали мои запястья к голове. — Посмотри на нас… — его глаза предательски заблестели, когда Марко умело ввел нас обоих в состояние, которое называется, «взгляни правде в глаза.» — Что с нами стало? Мы больше не разговариваем, как раньше! Господи, да когда мы в последний раз занимались сексом? — Это было вчера! — Я не об этом, когда мы занимались любовью, потому что действительно этого хотели, а не для галочки или для того, чтобы завести ребенка, которого ты так хочешь! — Хочешь сказать, я одна во всем виновата? — Ты слышишь только то, что хочешь слышать, или когда тебе это удобно. — Я слышу только то, что ты мне говоришь, — моментально парировала я, — ни больше, ни меньше. Хорошая же у нас с тобой семья, — горько усмехнулась я, — ты ребенка не хочешь, а я мужа! Удивительно, как это мы еще целых пять лет продержались! Так вот почему ты мне изменяешь, Марко! Ну теперь то мне все стало ясно! Только запомни на будущее, если у тебя проблемы с женой, засунуть свой член в другую бабу — это не выход. Я оттолкнула мужа из последних сил, и только когда оказалась на свободе, испытала должное облегчение. — И чего ты теперь хочешь? — эта фраза убила последнее теплое чувство, которое я некогда испытывала к мужу. По пути в отель, я где-то очень далеко допускала мысль о том, что возможно найду в себе силы со временем простить Марко. Равнодушие и холодность его едкого тона стали последней каплей. Как-будто он считал меня отработанным материалом, который можно было выбросить в мусорный бак за ненадобностью. Только вот не с той связался! — Чего я хочу? Для начала развода… квартиру в Италии, половину всей твоей компании, и разумеется, ежемесячное содержание за все доставленные неудобства. Запрокинув голову назад, Марко манерно рассмеялся. — Ты спятила, Мариса? Умерь свои аппетиты, женушка, кажется ты позабыла, что подписала брачный контракт? Я усмехнулась, ничуть не уступая Марко в надменности. — А ты кажется позабыл, что один из пунктов этого самого брачного контракта исключает всякого рода измены. Думается мне, твоему адвокату очень понравятся эти фотографии, — я махнула головой в сторону снимков, которые так и остались лежать на прикроватной тумбочке. — Еще одно слово, — предупредила я, оставаясь хладнокровной сукой, — и я заберу у тебя все. Посмотрим, так ли ты будешь нужен своей драгоценной любовнице! Марко призвал все самообладание, чтобы ненароком не потерять свое лицо. — Мы еще с тобой не закончили, Мариса. — Да, и кстати, Марко, — произнесла я ему в спину, — когда будешь уходить… а ты будешь уходить, — я нисколько не сомневалась в правильности своих слов и интонации, — будь добр, распорядись, чтобы прислуга собрала все твои вещи в Италии. На лице Марко заиграли желваки, он едва сдерживал свой гнев, чем вызвал только мою победную улыбку на лице. — И разумеется, я никогда не хочу тебя больше видеть. Мой адвокат с тобой свяжется. Как только дверной замок предательски щелкнул со стороны коридора, я позволила себе полностью расслабиться. Смеривая все что от меня осталось в отражении зеркала, я безвольно рухнула на постель и принялась отчаянно рыдать в подушку. POV Пабло … хочу руки на твоей талии, где-нибудь на берегах Италии… Я буду ходить по пятам, по пятам по пятам по пятам… Знаешь, я буду ходить по пятам, по пятам, по пятам… Черт возьми, эта женщина порочна. Ее поцелуи, соблазнительное тело, впрочем как и взгляд — отравлены. В ней все от греха… все до последней капли… Эти карие глаза, в которых не видно зрачка из-за темной радужки. Ее дьявольская улыбка, эти медные волосы. Ведьма не иначе! Таких бы на костре сжигать! Это тихое помешательство, думать о Марисе, когда ты завтракаешь с собственной женой. Я в буквальном смысле сошел с ума, если в присутствии Вероники, думаю о том, что сделаю с Марисой в следующий раз, когда снова ее увижу. Когда она, гордая и расчетливая, уходила из номера, будто-бы наша ночь ничего для нее не значила, мне хотелось сжать ее горло и с силой приставить ее тело к стенке. Вложить в ее прекрасную голову, что ее жизнь с мужем уже предопределена. Все ее попытки сохранить этот никчемный брак — обречены на провал. Инстинктивно я чувствовал, почему Мариса боится вновь подпускать меня к себе. Она в очередной раз боялась обмануться, и именно поэтому надела на себя маску холодной суки, которая лишь использовала мужчин в собственных интересах. Да еще эта ее мнимая верность мужу-изменнику. Я знаю, что моя Мариса не такая. Но ей меня не провести, и я должен сделать все, чтобы вновь вернуть ее доверие и расположение. Я не остановлюсь ни перед чем, переступлю через любого, кто встанет на моем пути! Мариса будет со мной, хочет она того или нет. Заинтригованный, окутанный паутиной раздражения и желания одновременно, я даю чувствам взять над собой верх и отправиться на ее поиски. *** Возвышаясь над всеми людьми в кафе, я со стороны наблюдал за Марисой, которая была чем-то увлечена. Она была одета в яркий спортивный комплект марки «Nike», плотно обтягивающего силуэта. Мне был приятен тот факт, что после разоблачения неверного мужа, она не изменила свой распорядок дня, продолжив свои утренние пробежки, как-будто ничего страшного в ее жизни и не произошло. Лениво оттолкнувшись от входа, я подошел к ее столику, слегка сдвинув солнцезащитные очки на переносицу.  — Тебе не говорили, что сладкое портит фигуру? — мои заинтригованные глаза упали на десерт, который был уже наполовину съеден. Мариса оторвала глаза от телефона и наградила меня «поверить не могу» взглядом. Клянусь, она даже закатила глаза, чем вызвала самую что ни наесть неподдельную улыбку на моем лице. — А тебе, что преследование запрещено законом? Я молча наблюдал за тем, как осунулось ее бледное лицо. С той самой ночи мы не виделись несколько дней. Совершенно осознанно я хотел дать ей остыть и полностью переварить, тот факт, что ее жизнь уже никогда не станет прежней. Невооруженным взглядом было заметно, что глубоко внутри Мариса переживает личную драму, но это не делало ее менее привлекательной для меня. Наоборот, меня изнутри раздирало обнять ее и прошептать над ухом, «я с тобой, принцесса, теперь все будет хорошо». — Рад, что новости о неверности мужа, все ещё не погасили твою способность язвить. Я присяду? — поинтересовался я как-бы между делом, совершенно не дожидаясь положительной реакции от Марисы. — Даже если я скажу нет, ты ведь все равно это сделаешь? — Я что такой предсказуемый? — уверенно потянувшись за спинку стула, я снял очки и положил их на столешницу прямо перед собой. В этот час кафе было наполовину заполнено посетителями, которые не спешили по каким-то рабочим делам, и размеренно проводили утро за чашечкой бодрящего кофе и незатейливыми беседами. С большим удовлетворением я огляделся по сторонам в поисках официантки, и как только нашел свободную глазами, тут же подозвал ее, приветливо махнув ей рукой. — Хороший денёк, не правда ли?  Мариса же с полным осознанием, делала вид, что слишком увлечена своим телефоном, но не перетрудилась в том, чтобы пренебрежительно поджать губы и произнести совершенно бесцветным для меня тоном:  — Был, если бы ты не нарушил мое спокойствие за завтраком. Она была такой предсказуемой в своих эмоциях. Иронический смех сорвался с моих губ и тут же стих, когда молодая девушка с фартуком, плотно обернутым вокруг ее тонкой талии, подошла к нашему столику в прекрасном расположении духа. — Вы уже готовы сделать заказ? — хлопая длинными ресницами, сладко пропела она, заранее приготовив ручку и блокнот для записей. Заметив ее большие голубые глаза, я улыбнулся и сполна оценил ее внешние данные, которыми ее щедро наградила матушка-природа. — Да, кофе пожалуйста, и чего-нибудь сладенького на десерт, — я пленительным взглядом обвел Марису глазами, но она опять сделала вид, что не заметила моего посыла и ненавязчивого флирта с официанткой. Меня эта ее излишняя отстраненность ничуть не задевала, а даже совсем наоборот, только подстегивала, заставляя меня принимать куда более решительные меры. — Что-нибудь посоветуете? — я с большим интересом продолжил плести свою игру и диалог с официанткой, не несущий никакой смысловой нагрузки. — О! У нас есть отличный тарт с малиной и лаймом. Сеньора Спинелли не даст вам соврать, она завтракает в нашем заведении всю последнюю неделю. — Правда??? — наигранно удивился я. — А где же в этот момент завтракает сеньор Спинелли? Девушка, озабоченная моей прямотой, округлила глаза и растерянно посмотрела на Марису. Та только с шумом выдохнула, обозначив тем самым, что вся эта тема с изменами Марко, порядком ей уже надоела. Под молчаливыми взглядами обоих женщин, я обезоруживающе поднял руки над своей головой, и произнес с веселой улыбкой на лице. — Это была шутка!!! — Ахха, — девушка добродушно махнула рукой, — я не поняла, извините. Поджав губы, Мариса слегка качнула головой. Кажется она ни капли не стеснялась быть разоблаченной в том, что напрочь не заметила ни единого намека на интеллект в глазах девушки, принимающей мой заказ. — Так значит малиновый тарт, — я выжидательно пробарабанил пальцами по столешнице и перехватил руку Марисы в тот самый момент, когда она отломила кусочек бисквита чайной ложечкой, чтобы немедля, отправить его в рот. — Не возражаешь? — я руководил ее рукой, пока она еле сдерживалась, чтобы не воткнуть мне эту самую ложку прямиком в глотку. Промокнув языком остатки нежного крема с верхней губы, я сладко облизнулся и объявил свой вердикт. — Ммм… божественно! Принесите два, для меня и для моей старой подруги сеньоры Спинелли. — Нет, не нужно, мне только счёт, — Мариса изобразила улыбку и сделала вид, что очень любезна, тогда как на самом деле, практически убивала меня взглядом, своих горящих от возмущения, глаз. Дождавшись ухода официантки, Спирито склонилась над столом и зловеще произнесла: — Что ты себе позволяешь, Бустаманте? — Все, что угодно, не люблю условностей и рамок, — балансируя на задних ножках, я облокотился на деревянный стул и одарил Марису милой улыбочкой. Ее лицо осталось беспристрастным, даже когда она прищурила глаза, чтобы меня разоблачить. — А… мальчику скучно, — утрированно протянула Спирито, приторно сладким голосочком, — и он решил немного развлечься? Мне это уже не интересно, дорогой мой бабничек… — Бабничек? — вальяжно раскачиваясь на стуле взад-вперед, я вдруг остановился, с интересом закусывая нижнюю губу. — Ты уже даешь мне прозвища… это так мило, принцесса… — Чтоб ты знал, это не комплимент, Пабло, — уверенно заявила Мариса, терпеливо укладывая руки на стол и всматриваясь в мои хитрющие глаза. — Ну, да ладно. А как там поживает старина Марко? Наверняка поджал хвост, когда услышал о том, что ты подаешь на развод? — Развод? — она усмехнулась, и потянулась к начатой кофейной чашке, сделав контрольный глоток и отставив ее на край стола. — У нас с мужем все прекрасно» Мы откровенно обо всем поговорили, обсудили все наши проблемы и решили начать все с чистого листа, навсегда позабыв о прошлом. Так будет правильно, ведь у нас настоящая семья, и как во всех семьях у нас тоже случаются неприятные периоды в браке. Я знал, что Мариса блефует. Два дня назад Марко выписался из отеля и снял номер в другой гостинице. Мужья, которые хотят сохранить семью, так не поступают, но мне было интересно послушать, что же она придумает дальше. — Какая самоотверженность и чуткость, ты посмотри…  А ты рассказала Марко о том, в чьих объятиях провела годовщину собственной свадьбы? — я указал на нее пальцем, и тогда губы Марисы слегка изогнулись в ироничной усмешке. — Ну разумеется, рассказала. У нас с мужем больше нет секретов друг от друга. Она принялась собирать волосы в хвост и буквально кожей ощутила, как мой взгляд скользнул по ее влажному от пробежки и полуденной жары, телу. Ее руки коснулись шеи, а глаза томно прикрылись, после того как она попыталась размять пальцами. Весь ее скучающий вид и мнимая расслабленность моментально разожгли во мне желание и ответный огонь во взгляде. — И все же расскажи мне, как вы с Марко помирились? Я жажду подробностей! — А что тут рассказывать, — Мариса словно отмахнулась от нашего диалога, — двое взрослых людей выяснили отношения, покричали друг на друга, выплеснули обиду и все негативные эмоции, а когда обоюдная злость медленно начала угасать, появилось непреодолимое влечение. Это очень странно, учитывая измену Марко и мою ошибочную ночь с тобой… Ошибочную ночь с тобой, это словосочетание резалуло ухо. — Сложно объяснить словами… но мы с мужем настолько близки и открыты, что порой теряем голову в объятиях друг друга. Вся эта ревность только лишь подогревает нашу постель. Ведь всем известно, — Мариса просто пожала плечами, — нет ничего лучше секса после ссоры. Игра вновь началась… Я сладостно растянулся в улыбке, понимая что при всей ее незаинтересованности, в ее карих глазах поблескивают озорные чертики. Да, я видел как они плясали в ее взгляде. Спокойно, Пабло, она просто хочет тебя позлить. Дай, ей самоутвердиться, ну чего тебе стоит? Моя извращенная фантазия нарисовала такие картины в голове, что я моментально заерзал на своем стуле.  — Правда? — чуть склонившись над столом, я уложил свою руку на бедро Марисы. Ладонь медленно поползла вверх… Чуть дернувшись от моего внезапного прикосновения, она осторожно огляделась по сторонам, чтобы понять наблюдает ли кто-то нибудь за нами в этот самый момент. Как это ни странно, Мариса даже не отодвинулась, не пересела на другой стул, откровенно позволяя вторгнуться в ее личное пространство. Меня должно было это насторожить, тогда как только лишь несколько удивило. Свободной рукой, я с большим интересом подпер свой подбородок и произнес таинственным голосом: —  Расскажи поподробнее, как именно это было… Мариса вскинула брови в легком недоумении: — Ты действительно хочешь услышать о том, как я занималась сексом с Марко? — она дерзко улыбнулась, и я без труда прочитал в ее взгляде, «больной ты придурок!» — Угу… — я не сводил с нее глаз, когда моя рука поползла дальше вверх по ее бедру. Да что там! Я был почти у цели, но Мариса нарочно скрестила свои ноги под столом, тем самым скинув мою ладонь, и при этом оставалась такой же невозмутимой и уверенной в себе. — Что конкретно ты хочешь услышать? — Все! Мариса не выдержала даже секунды и выпалила прежде чем, я смог осознать что этот разговор действительно происходит на самом деле. — Мы занимались этим по всему номеру… — Да, — подначивал я, — продолжай… — На балконе… на полу… в кровати… А потом уже в дУше, — Мариса намеренно сделала паузу, — я опустилась перед ним на колени и… Она запнулась, ошибочно полагая, что я стану перебивать ее интригующий рассказ, но меня он только еще больше позабавил. — И… — я выжидательно выгнул бровь, но Мариса больше не произнесла ни слова, и тогда я снова перенял слово. —  Маленькая обманщица! Я просил рассказать мне о том, что вы делали с мужем в вашу годовщину, а не то, что Марко Спинелли делал со своей любовницей… Давай же, придумай, что вы ещё не делали, — я вплотную придвинулся к столу и наградил ее победной улыбкой. На лице Марисы появилась тень разочарования. Она поняла, что проиграла, и была очень раздосадована этим фактом, но самообладание быстро вернулось в ее руки. — О, — она наигранно растянулась в улыбке, словно лишнее напоминание о крахе ее семейной жизни ничуть ее больше не заботило,  — на этот случай у тебя тоже фотографии имеются? — Нет, но могу достать если нужно. — Ты следишь за моим мужем? — Я? Вот еще! — имея в виду, что это делают мои люди, я чуть улыбнулся. — Ваш тарт и кофе, — официантка выставила десерт и кофейную чашку с блюдцем с подноса и быстро удалилась, пожелав нам приятного аппетита. Наша пауза с Марисой затягивалась. — Хочешь еще сладенького, принцесса? — помаячив ложкой с аппетитным бисквитом и сливочным кремом прямо перед ее носом, я стал для Марисы неким искусителем. — Чего ты хочешь, Пабло? — она устало выдохнула, воинственно сложив руки на своей груди. Я обвел ее соблазнительным взглядом, особо заостряя внимание на ложбинку между ее груди, выглядывающей из-под спортивного топа. — Я уже говорил… тебя… — Я серьезно… — Я тоже… — У тебя уже был шанс однажды…но ты им не воспользовался. Я облизнул свою ложку и отложил ее в сторону: — Кто старое помянет, тому глаз вон, слышала? — А кто забудет, тому два. — Да ладно, Мариии… я же вижу, что все ещё тебе нравлюсь и это чертовски взаимно. Теперь ты знаешь истинное лицо Марко Спинелли, вашим отношениям пришел конец, было бы очень глупо это отрицать. Дай мне ещё один шанс… просто поужинай со мной сегодня. Обещаю, я больше не стану доставать тебя твоим неверным муженьком, хотя, если честно мне очень хочется размазать его по стенке. На секунду Мариса словно задумалась. Моргнув, она отмела все лишние сомнения и произнесла: — У меня слишком много дел перед отлетом в Италию… — Чем сильнее, ты сопротивляешься, тем отчаяннее я хочу тебя завоевать, — предупредительно произнес я, уверенный в своих словах и поступках. — Ты позволишь мне быть рядом, если я хоть немного тебе нравлюсь? Знаешь, чего мне сейчас хочется больше всего на свете? — я с теплотой и заботой обвел ее лицо, пока Мариса молча продолжала исследовать мои глаза. — Я хочу увести тебя далеко-далеко отсюда, подальше от этого города. Забрать все твою боль из сердца и сделать по-настоящему счастливой. Я хочу поцеловать тебя. Поцеловать ещё раз… — я перешел на сладкий шепот, все еще не сводя с нее глаз. Мариса застыла в неком трансе, как бы обдумывая все то, что я только что произнес, но ее лицо было безучастным и отстраненным. — Поцеловать тебя прямо здесь и прямо сейчас… С тех пор как я впервые тебя встретил, ты живешь здесь, — я указал на область сердца, а затем приставляя палец к виску, продолжил перечислять, — и здесь. Прыснув, Мариса подавила в себе приступ дикого смеха, и прикрыла рот рукой. — Прости, прости, я это не нарочно. Продолжай, пожалуйста. Просто все твои слова… — она еще раз усмехнулась, а потом в одночасье стала надменной и серьезной. — Ты меня за идиотку принимаешь? Неужели ты и правда думаешь, что я поведусь на всю эту чушь? Марииииса, я хочу забрать твою боль… Браво, Пабло, — она мне похлопала, — будь мне лет шестнадцать, я бы наверное даже прослезилась и определенно бы отдалась тебе на заднем сидении авто твоего папочки. — Ты говоришь мне все это, чтобы задеть? — Я говорю тебе все это, потому что очень хочу, чтобы ты наконец оставил меня в покое! — она схватила со стола свой телефон и бросила мне на прощание. — Кофе за твой счет, прощай, Пабло. Я обернулся, только спустя несколько секунд после того, как она ушла: — Ты ведь не думаешь, что я побегу тебя останавливать, верно? — А ты правда сейчас не думаешь о том, чтобы меня остановить? — мгновенно парировала Мариса, и не дождавшись никакого ответа с моей стороны, побежала прочь. Улыбнувшись посетителям, как бы извиняясь за эту немую сцену, я потянулся к чашке своего кофе. Любуясь видами, я мнимо наслаждался своим одиночеством. Меня терзали сотни тысяч сомнений, пока что-то в моей голове не щелкнуло… — Чееерт, — протянул я, ударяя кулаком по столешнице и размышляя над всем сказанным. — Ладно… — быстро сунув пару купюр в счёт, я отправился догонять девушку из прошлого, которую больше не мог позволить себе отпустить. Я уже терял ее однажды, и не хочу повторения подобного. Стоя на проспекте, я растерянно рыскал по сторонам, в надежде еще найти Марису глазами. Не опуская рук, я двинулся по наитию вперед, и перейдя дорогу, набрал ее телефонный номер, записанный в моей телефонной книжке. — Не бросай трубку. Давай поговорим! — Откуда у тебя мой номер? — возмутилась Мариса, и я услышал, как она все еще была где-то рядом, потому что кто-то нажал на автомобильный клаксон, отголоски которого я отчетливо различал как рядом с собой, так и в телефонной трубке. — Нам не о чем больше говорить, мы уже все выяснили. — Один ужин! Я что о многом прошу? — Пабло, отстань уже наконец, ты мне даже не нравишься! И я заявлю на тебя, если ты не перестанешь меня преследовать!!! — В глубине души ты все ещё неравнодушна ко мне, признайся, — я выуживал время, все еще разыскивая ее глазами и наконец был полностью вознагражден за свои старания. — Нет, то что мы переспали ничего для меня не значит. Я была зла на Марко, а ты просто под руку подвернулся. — Скажи, что не нравлюсь тебе. — Ты мне не нравишься! — уверенно произнесла Мариса. — А теперь скажи мне это прямо в глаза. Я оторвал ухо от телефона и встал прямо за ее спиной. Она отчаянно вздохнула, что было заметно по движению ее острых плеч, а затем медленно обернулась, уже понимая кого увидит перед собой. Сглотнув ком в горле, Мариса уронила руку, с зажатым в ней мобильным телефоном, и произнесла на чистом выдохе, но уже не так уверенно: — Ты не нравишься мне, Пабло Бустаманте. — Ух ты, в самом деле звучит как правда. Так во сколько сегодня ужинаем? — я предпринял последнюю попытку. Мариса устало покачала головой из стороны в сторону, давая мне понять, что шансов на встречу у меня попросту не осталось. — Я серьезно. — Я тоже, принцесса, — сделав решительный шаг вперед, я протянул руки к ее лицу, и притягивая Марису за шею, впился губами в ее губы. Запуская ладони в ее медные волосы, я раз за разом овладевал ее ртом. С каждым движением мои пальцы надавливали на кожу смелее и требовательней, двигаясь по ее спине и спускаясь все ниже и ниже. Я не знаю, чем я руководствовался в этот самый момент, но ничего в этом мире не интересовало меня больше, чем эти сладкие губы. И это не было осторожным поцелуем. Наши рты как будто заново изучали друг друга. Возникла какая-то совершенно новая эмоция. Когда ты заведомо знаешь, что поступаешь неправильно, но тебе совершенно наплевать, потому что это лучшее что случалось с тобой в жизни. Я наслаждался и проживал каждое мгновение, цепляясь губами за губы Марисы, как за спасительную соломинку. Казалось, моя девочка полностью отдалась моменту, позволяя мне делать с ней все, что я только пожелаю. — Мариса… — выдыхая остатки разума, я, нехотя оторвался от ее рта. Еe имя так и застыло на моих губах, когда я еле заметно улыбнулся, сжимая ее лицо в своих ладонях. — Ничего… — прошептала она, распрямляя грудь и одновременно пытаясь игнорировать наше взаимное притяжение с новой силой. — Я совершенно ничего не чувствую. Теперь, когда ты получил все что хотел, оставь меня в покое. Пожалуйста, Пабло, это все чего я хочу. — Нет… — Если я действительно тебе нравлюсь, ты будешь уважать мое решение. Ты должен мне, Бустаманте — она в угрожающем жесте указала на меня пальцем, и в ее глазах промелькнуло все наше прошлое. Я чувствовал свою вину, черт возьми, я все еще ее чувствовал. — Просто хочу быть рядом… только позволь мне… — Ты опоздал лет так на восемь. — Это не ответ. — Нет, это ответ. Просто это не то, что ты хочешь услышать… Мариса еще раз посмотрела в мои глаза, задержавшись долгим и испытывающим взглядом на моих губах. После чего на прощание она провела по ним подушечкой большого пальца, а верхние уголки ее губ слегка изогнулись в полу улыбке. — Будь счастлив, — сначала Мариса шла уверенно, даже не оборачиваясь, а потом позволила себе на секунду посмотреть через свое плечо, пока я исчезал в бесконечном потоке автомобильного трафика, даже не пытаясь скрыть собственного разочарования. — Ты опять бежишь от меня, — крикнул я из последних сил, — все как и раньше, Мариса! — Надеюсь, что никогда не увижу тебя снова, — она взмахнула рукой, как бы говоря мне свое тихое прощай напоследок. — Нет, — прошептал я сам себе, словно обещая, — ты не надеешься…