По ту сторону рая

Я поняла, что никогда он не будет только моим мужчиной. Иметь его всецело можно только на время. POV Мариса Он по мне скучает. Проведя пальцем по дисплею, я перечитала смс от Пабло еще раз. Предвкушение от нашей совместной поездки в ближайшие выходные заставили меня улыбнуться. — Увидели что-то приятное для себя? Я подняла брови в немом вопросе, и понимая, что поступаю непрофессионально, когда обращаю внимание на отвлекающие меня факторы на встрече с потенциальным клиентом, убрала телефон обратно в свою сумочку. — Извините, сеньор Манчини. В эти выходные моя близкая подруга прилетает меня навестить, я должна была скинуть ей свой домашний адрес. — Называйте меня просто Рикардо. Ваш бокал почти пуст, — не отводя от меня своего испытывающего взгляда, мужчина вежливо улыбнулся и подал знак официанту для того, чтобы тот обновил наши фужеры. — Нет, нет, — я прикрыла ободок бокала, закрывая к нему доступ, — достаточно. Предпочитаю наслаждаться вином уже после рабочего дня. — А вы знали, что когда пьешь вино в одиночестве, оно кажется терпким и кислым? Напиток богов создан для того, чтобы им наслаждались двое, — Манчини поиграл со своим вином в бокале, выставляя его на свет. — Тем более, мы с Вами уже обсудили все вопросы касаемо предстоящего аукциона, самое время скрепить наше деловое сотрудничество. За плодотворное партнерство — провозгласил свой тост Рикардо, тем самым подталкивая меня к неизбежному. Я нехотя взяла бокал в свои руки, натянуто улыбнулась и в едином порыве соединилась хрустальным звоном над столом. За все время нашего обеда с Манчини меня не покидало чувство того, что он хищник, а я его жертва. Именно так он на меня смотрел, когда медленно прикоснулся губами к ободку своего фужера. Его глаза поверх тонкой стенки и медленный взгляд с поволокой заставили меня не на шутку смутиться. — Что же, сеньор Манчини, раз мы обсудили все вопросы, касаемо аукциона, думаю на этой хорошей ноте можно завершить наш совместный обед. — Хорошо, только прошу, называйте меня Рикардо. — Рикардо, конечно — переложив салфетку на стол, я поднялась со стула и в тот самый момент, когда Манчини протянул мне руку для того, чтобы попрощаться, к нам неожиданно присоединился Пабло. От шока, сковавшего мое тело на этом же самом месте, мои глаза в ужасе расширились, а рука самопроизвольно выскользнула из ладони моего нового работодателя. — Рикардо, какая приятная встреча. — Пабло, я тоже очень рад, — двое мужчин поздоровались, соединившись в крепком мужском рукопожатии, после чего даже по — дружески обнялись. Этот факт свидетельствовал о том, что эти двое находятся не просто в партнерских, а в приятельских отношениях. Бустаманте быстро переместил глаза на меня, и в воздухе повисла неловкая пауза. — Пабло, чуть не забыл, разреши представить тебе Марису Спирито. Мариса мой организатор для аукциона, который состоится в следующем месяце. Я тебе о нем уже упоминал. А это Пабло Бустаманте, мы играем вместе в гольф, и иногда он мне даже разрешает у него выиграть, — Рикардо прихлопнул Пабло по плечу, после чего оба рассмеялись. — А еще он баллотируется на пост мэра на ближайших выборах, но ты наверное и сама знаешь. — К сожалению, я не слежу за политикой. Очень приятно, — произнесла я несколько сумбурно, стараясь скорее закончить это никому ненужное знакомство. — Взаимно. — Извините, но мне уже пора. — Я провожу, — Манчини по-джентельменски помог мне накинуть пиджак на плечи, а я сосредоточилась на том, чтобы не словить взгляд Бустаманте на себе. Даже в воздухе я улавливала от него собственнические нотки. — Всего доброго. — До свидания. — Пабло, дождись меня, — вскользь кинул ему Рикардо, провожая меня в выходу. Когда я ехала в такси, я уже заведомо знала, что вернувшись домой меня будет ожидать крупный скандал. Ревность Пабло никогда не имела границ. Возможно это мешало нашим с ним отношениям гораздо больше, чем его брак с Вероникой. Но вновь помирившись после нашего последнего расставания… последнего, даже звучит смешно. «Уходя-уходи», именно так говорят, но у нас с Пабло свои правила игры, понятные только нам самим. Да, иногда я сожалела о том, что вновь поддалась его чарам и продлила свой статус любовницы еще на один неопределенный срок. Нет, я больше не тешила себя иллюзией, что он уйдет от жены и просто продолжила жить в свое удовольствие. И да, я могла жить без Пабло, но возможно пока просто была не готова его отпустить. Не раз отпуская его из своего сердца, я отчаянно желала счастья нам обоим. Но в тоже время мучилась ревностью, что Бустаманте может быть счастлив и без меня. Ладно, наступил именно тот момент в моей жизни, когда пора начинать ее контролировать. Люди, катком проходившие по моей судьбе, кто бы из них не оказался тем, кем обещал оказаться — я дала себе четкую установку, что отныне все будет зависеть только от меня. Я буду поступать так, как хочу этого я. Никаких больше решений в одни ворота. Я устала удачно вписываться в планы Пабло, отныне я буду выдвигать условия и очерчивать границы дозволенного. Буду счастлива в каждом моменте, который подарит мне жизнь. Буду свободна во всем, что бы я не делала. Как я и предполагала, мы с Пабло поссорились, и к выходным я начала строить новые планы. Прошлая Мариса осталась бы дома, гоняя мысли о том, почему же он не звонит, но новая решила пробежаться по магазинам, расслабленно почитать книгу в обед, а уже к вечеру приготовить что-нибудь особенное на ужин для себя любимой. Погода субботним днем была прекрасной. В воздухе витали ароматы весны, а солнце слепило настолько, что я приняла это за намек, подобрать себе новые солнцезащитые очки. Выходя с чувством выполненного долга из магазина аксессуаров, я улыбнулась собственному отражению в мерцающей витрине и поймала себя на мысли, что неплохо было бы обновить цвет волос. Так я и сделала, забежав в соседний салон красоты. — Девушка, — знакомый со спины голос привлек мое внимание на выходе, — можно с вами познакомиться? Я усмехнулась, узнав в незнакомце Пабло. — Не думаю, у меня очень ревнивый парень. — Какая незадача. — Да, вот так, — просто пожав плечом, я продолжила идти вперед. Моя новая стрижка, и укладка подпрыгивали при каждом шаге, и я еще больше наслаждалась тем, как Пабло, преследуя меня на своем автомобиле, терялся в догадках, касаемо моего нового образа. — Ты покрасила волосы? — Я покрасила волосы, — повторила вслед за ним. — А у тебя новая машина?  — Тебе нравится? — Бустаманте слегка сбросил скорость и опустил стеклоподъемник до конца, так чтобы я могла получше рассмотреть кожаный салон.  — На твоем месте я выбрала бы что-то более яркое. — Я звонил тебе вчера… — он вдруг резко изменил тему нашего разговора. — Была занята, — в мнимом извинительном жесте я поджала губы, но это не имело ничего общего с искренностью. — Могу ли я тебя подвести? — Нет, я пока не собираюсь домой. Нарушая все мыслимые и немыслимые правила, Пабло преградил мне дорогу, чтобы я не смогла идти дальше по тротуару. Затем он вышел из машины, и облокотившись на капот авто, точно какой-то мальчишка, который хочет похвастаться, откровенно задал мне вопрос: — А как же наши планы на выходные? — Я их изменила, — чуть расставляя руки в стороны, я пожала плечами. Да, я упивалась тем, как откровенно над ним издевалась. Не все же мне страдать. — Мариса, — Пабло усмехнулся, — что за игру ты опять затеяла? — А ты не боишься, что кто-нибудь может нас здесь увидеть? — я упрямо гнула свою линию, разыгрывая из себя идиотку. Оглянувшись по сторонам, я гипотетически оценила возможность быть замеченными кем-то из прохожих. — Мне все равно. Сейчас я хочу, чтобы девушка, которую я люблю, перестала вести себя как надменная сука. — Может быть тебе стоит извиниться, и тогда девушка, которую ты якобы любишь, перестанет ею быть? Пабло как обычно был непреклонен, но черт возьми, как же мне нравилось, что сегодня он скинул свой привычный лоск, и надел свою повседневную одежду. Никаких костюмов и прочей атрибутики мира большой политики. Разве что его потертые джинсы и футболка с небрежно накинутой на голову, кепкой выделялись на контрасте с его дорогущим автомобилем представительского класса. Я словно вернулась на десять лет назад. — Ты же знаешь, я никогда не извиняюсь. — В таком случае, больше не смею тебя задерживать,  — переступая через низкое ограждение на каблуках, я сумела таки сохранить баланс, хотя пакеты с новой одеждой и кухонной утварью изрядно перевешивали. — Ладно тебе, чего ты хочешь? Он возмущенно ударил себя по бедрам, пока я непреклонно продолжила свое шествие по проспекту. — Стой, — в одно мгновение Пабло со мной поравнялся, преграждая дорогу своим крепким телом. — Извини меня! — Что? Я кажется не расслышала… Бустаманте склонился над моим ухом и прошептал в него: — Прости меня за то, что позволил себе лишнего. Но пообещай мне, что ты будешь осторожна с Манчини. Этот тип не тот за кого он себя выдает. Я склонила голову и произнесла абсолютно искренне ему в ответ: — Мне льстит твоя забота, но если ты позволишь себе лишнего еще хоть раз, это будет наш с тобой последний разговор. А теперь, когда ты извинился, — сексуально прошептала я, намеренно касаясь мочки его уха. Клянусь, я не могла этого видеть, но почувствовала, как Пабло моментально расслабился и блаженно прикрыл глаза: -…можешь отвести меня домой, — я также резко развернулась и пошла туда, где Пабло оставил свою машину с включенными стоп сигналами, возле которой уже собралась кучка возмущенных прохожих. — Ты себе даже представить не можешь, как нелегко мне дались эти извинения, — я услышала это короткое замечание от Бустаманте уже в спину. — Ну почему же, — оборачиваясь вполоборота, я сверкнула победной улыбкой, — я очень хорошо себе это представляю… Когда Пабло помог мне сложить пакеты на заднее сидение и устроиться на пассажирском сиденье, зазвонил его телефон. Это был его отец. Отъезжая от бордюра, Бустаманте равнодушно отбил вызов, но следом же стал названивать Гвидо. — У меня выходной. Никаких но, для всех я умер. Буду доступен только в воскресенье, — Пабло разобрал свой телефон и избавился от сим карты, которую он выбросил из окна прямо на проезжую часть. — Кстати, — Бустаманте поправил свою кепку, развернул ее козырьком назад, после чего надвинул на переносицу свои солнцезащитные очки, — заявляю официально, ты похищена. — Никаких но! — сказал, как отрезал Пабло, когда я попыталась пойти на попятную. Казалось, его ничего не заботило, он был увлечен автомобильным трафиком на дороге. — Ты хотела, чтобы я извинился, и я это сделал. Теперь пришло мое время ставить условия. — Надеюсь, ты не страдаешь морской болезнью? Эта новость меня в конец ошеломила: — Куда мы едем? У меня даже сменной одежды с собой нет! — А разве я не все, что тебе нужно? — его темные брови игриво устремились вверх. — И могу обещать, она тебе даже не понадобится, — пробегаясь по мне сексуальным взглядом, Бустаманте лукаво улыбнулся. Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понимать к чему он ведет. — Я не шучу, Пабло, куда мы едем, черт возьми? — Там, где черт возьми, ты не сможешь от меня сбежать, — он меня передразнил, выводя на эмоции. — Ты, я и безграничный океан эмоций вокруг нас. Надеюсь, ты не боишься летать? — Уже просто умираю от любопытства! — Я надменно закатила глаза, стараясь не показывать как сильно я впечатлена его подготовкой к нашей совместной поездке, даже не смотря на ссору. — Вообще-то так и было задумано. Связывая воедино все сказанное Пабло, я позволила себе расслабиться, растекаясь по креслу. Это будут мои идеальные выходные. Мы совершили часовой перелет на самолете, после чего автомобиль, который заранее заказал Пабло, доставил нас к заброшенному причалу в местечке Мар-дель Плата. Одна из яхт, пришвартованных к пристани была специально приготовлена к нашему приезду. Дождавшись пока Пабло переговорит с капитаном, я не на шутку удивилась, когда они оба пожали друг другу руки и разошлись по разным сторонам. — Ты хочешь сказать, что мы отправимся в плавание совершенно одни? — Поверь мне, с яхтами я управляюсь ничуть ни хуже, чем с девушками. Мне опять пришлось закатить глаза: — Когда мне кажется, что твоя циничность переходит все границы, ты выходишь на новый уровень своего тщеславия, Бустаманте. — Сочту за комплимент, моя королева. Вы позволите? — он небрежно ступил двумя ногами на палубу яхты и вежливо предложил мне мне свою руку. Я колебалась. — Смелее, я не кусаюсь. — Да уж, но не задумал ли ты избавиться от меня подальше от людских глаз? — пошутила я, неуверенно протягивая Пабло свою ладонь. Одним резким движением он схватил ее и тем самым, я полностью оказалась в плену его объятий. — Я бы никогда так с тобой не поступил. Расслабься, Мариса. Яхта, море, ты и я на все выходные, разве не об этом мы оба мечтали? Вызывая во мне неудержимый приступ хохота, Бустаманте подхватил меня на руки, и покачивая из стороны в сторону, сопровождая все это действо звуками реактивной турбины, доставил прямо до каюты. Надо отдать Пабло должное, он продумал наше путешествие до малейших деталей. Позаботился о провизии на несколько дней и даже прихватил для меня несколько купальников и пару вариантов удобной одежды для морского круиза. В такие моменты его участия и заботы, я любила его еще больше. Конечно, если это вообще было возможно. Моментами, когда мои чувства к Пабло меня переполняли, в своем воображении я представляла яму, в которую я закапываю все, что «отлюбила», но не получила в ответ. Так мне было легче справляться в моменты моего одиночества. Ближе к вечеру, мы с Бустаманте устроили своеобразный ужин на кормовой части прямо под открытым небом. — Никогда бы не подумала, что Пабло Бустаманте такой романтик,  — я не удержалась от своего комментария, наблюдая за тем, как старательно он поджигает свечи в металлическом корпусе и расставляет их по периметру пледов, исполняющих функцию стола и стульев одновременно. — Иногда мне кажется, что ты меня совсем не знаешь. — Так и есть, — согласилась я. — В моих воспоминаниях ты остался парнем, соблазнившим меня на бильярдном столе. — Это я то тебя соблазнил? — Пабло усмехнулся, заканчивая поджигать последнюю свечу. — Помнится мне ты сама просила тебя… а я, на секундочку, — его палец устремился вверх, — оказался настоящим джентльменом. — Неправда, ты хотел переспать со мной, но просто побоялся откровенно высказаться в своем желании и набивал себе цену! — Я не стану переубеждать тебя в обратном. С интересом наблюдая за очередной его уловкой, я слегка улыбнулась и пригубила из своего бокала. Сойдясь на компромиссе, мы оба молча наслаждались видами и задумались каждый о своем. — Ты до сих пор дружишь с Томасом? — поинтересовалась я, первой нарушая шум волн, бьющихся об борта яхты. Пабло передал мне бокал с вином и ответил в своей уже ставшей привычной манере, вопросом на вопрос: — А почему ты спрашиваешь? Я пожала плечами, помешивая вино в своем бокале и втягивая в себя носом его тонкие нотки: — Простое любопытство. — Не могу сказать, что мы дружим, но общаемся время от времени, иногда пересекаемся по работе и не больше. Я удовлетворил твое любопытство? — Вполне, — я выдохнула, понимая что следующий мой вопрос вряд ли уж придется ему по вкусу. — И… что ты сказал своей жене, выпав из ее поле зрения на все выходные? Пабло едва притронулся к вину, когда усмехнувшись, отставил его в сторону: — Мы сегодня будем вспоминать всех, кто так или иначе связан с нашими отношениями? — Ты не ответил. — Мы поругались, — он посмотрел на меня в упор, — этот ответ тебя устроит? Я чувствовала себя очень неуютно под пристальным взглядом Пабло, но глаза не опустила. — Так вот чему я обязана такой чести провести целый уикенд в компании Пабло Бустаманте, — его слова вывели меня к новым размышлениям. — В тебе что, вдруг проснулась ревнивая любовница? — А я и есть ревнивая любовница! — Ладно, с меня хватит, — он резко поднялся с одеяла, окончательно достигнув точки своего кипения, — я стараюсь как могу, но все что слышу в свой адрес, так это только бесконечные упреки. Если бы я хотел, чтобы меня пилили день ото дня, я бы провел выходные в собственном доме! Мне осточертело испытывать давление отовсюду, куда не сунь нос! Вероника, Серхио, чертовы избиратели, инвесторы! Теперь еще и ты! Я мечусь между вами, стараясь осчастливить каждого, а хоть кто-нибудь из вас, подумал чего хочу я? Определись же наконец, на чьей стороне играешь ты, Мариса, потому что моего терпения не хватит на долго. Я понимала, что несмотря на свое положение, он тоже испытывает массу неудобств. Пабло прошел мимо меня, а мне только оставалось, что задержать его своим тихим «прости.» Моя гордость была окончательно растоптана, но и это не подействовало. — Прости, — я за руку притянула его к себе и носом уткнулась в его шею, — ты абсолютно прав. Я сорвалась. Мне трудно, Пабло, — а это уже был крик души. — Я вижу тебя раз в неделю, мне о стольком нужно тебе рассказать… но я смотрю на тебя, и во мне что-то щелкает. В одну секунду мне хочется любить тебя, не отпускать, душить в объятиях, а в следующую — убить, за все те дни, что мы провели не вместе. Я борюсь с собой, и все время проигрываю. Это больно… — Знаю, — Пабло взял меня за подбородок и коснулся взглядом моего лица, — я все это знаю. Мне тоже очень тебя не хватает, но я стараюсь, стараюсь как могу. И те редкие минуты, что мы вместе, я хочу проводить драгоценное время без взаимных упреков и недовольства. Разве я о многом тебя прошу? Я покачала головой, и прикоснулась к его теплым губам. Я снова и снова вкладывала в этот поцелуй частички нежности и любви, стараясь всеми возможными мне способами доказать Пабло, как же я по нему скучала. Так, чтобы он сполна ощутил мое раскаяние и желание все исправить. Такими темпами мы точно останемся без ужина… Иногда мне хочется думать, как сильно я ошибаюсь в отношении Бустаманте. Что он совсем не тот человек, с которым можно иметь что-то серьезное по жизни. Не строя иллюзий, жить становится легче. Спокойно и свободно, в своей зоне комфорта. А Пабло время от времени вытягивает меня из этого состояния внутренней стабильности. И мне это по-настоящему нравится…ровно до тех пор, пока он рядом со мной. А потом, словно тень он исчезает по утру и я снова остаюсь наедине со своими страхами. *** Мы любовались звездами, пока в небе беззвучно полыхали молнии. Моя голова покоилась на плече Пабло, а наши пальцы были переплетены. Было так неповторимо находится в его объятиях и чувствовать, как его сердце стучит в унисон моему. — Смотри, даже погода против нас. — Сегодня ничего не может нам помешать, даже чертов цунами! — Почему у вас с Вероникой нет детей? — гладя тыльную сторону его ладони большим пальцем, я вдруг спросила, сама не зная зачем. — Когда мы поженились, то были слишком молоды для ребенка, а сейчас, — он с усталостью вздохнул, — не самое подходящее время для этого. На самом деле, мне странно говорить с тобой о моих отношениях с женой, — по реакции Пабло, я поняла, что он не настроен на откровения, но я была не прочь такой странной темы, иначе зачем бы я бы ее тогда завела. — А мы с Марко несколько лет пытались, но безуспешно. — Ты стала бы прекрасной матерью, — он поцеловал меня в самую макушку головы, но не этих слов я ждала от Пабло. Я знаю, что не должна надеяться, но мне было бы приятно услышать о него, что-нибудь вроде " мы оба стали бы прекрасными родителями нашему ребенку.» Наверное, я слишком о многом мечтаю. И вновь я почувствовала себя пойманной в ловушку отношениями, которые ведут в никуда. Сейчас я была рада тому, что Пабло не мог наблюдать моего разочарования, запечатленного на моем лице — Кстати, чуть не забыл, у меня есть для тебя небольшой подарочек… Слова Пабло вновь ненадолго вернули меня к жизни, я обернулась предвкушая свой сюрприз. На самом деле, я догадывалась о чем конкретно идет речь. В один из дней, выходя из ванны, я заметила, как он рылся в моей шкатулке с драгоценностями, высматривая в ней колечко. А неделей позже, Пабло засуетился, пряча что-то во внутренний карман своего пиджака, когда я внезапно вернулась с кухни. Урвав минуту-другую, пока Бустаманте отошел в другую комнату, чтобы поговорить по телефону, я удовлетворила свое любопытство, забравшись в его карман. Там нашла колечко из белого золота. — Я уже могу открывать? — бархатная коробочка в руках Пабло, манила меня своей таинственностью и очарованием. — Можешь, — он заставил меня рассмеяться, проделав со мной трюк из фильма «Красотка.» Черт возьми, да я и есть Джулия Робертс, только вот мой Ричард Гир безнадежно женат. С горящими глазами я открыла маленькую коробочку и на свое удивление обнаружила в ней… ключ. — Я купил тебе квартиру, с видом на тот парк, где тебе понравилось гулять, помнишь? Значит кольцо предназначалось не мне…— пронеслось в моей голове. Как я могла забыть о дне всех влюбленных? Наверняка эти выходные и подарок — извинения за то, что он проведет этот праздник в компании своей жены. Разве нормально чувствовать себя обманутой, получая вместо дурацкого кольца квартиру в центре Буэнос-Айреса? Мне ничего не было нужно от него, кроме любви. Такой простой и честной. Ни колец, квартир, трогательных записок в букетах цветов, ни красивых признаний, ласковых слов, которые шепчут когда наедине. Я всего лишь хотела быть рядом с ним, и чтобы никого не было по другую руку от него. Я отчаянно хотела, чтобы мое желание было взаимным… — Ты злишься? — на лице Пабло отразилось легкое недоумение. С трудом сглотнув, я даже сумела выдавить на застывших губах подобие улыбки. — Нет, совсем нет, спасибо за такой подарок. Спустя мгновение Бустаманте кивнул, явно довольный тем притворным выражением, что прочел на моем лице.… Ты не знаешь, что всем подаркам на свете я предпочла бы, чтобы эти выходные никогда не заканчивались, — подумала про себя я, зная что никогда не смогу рассказать о своих желаниях Пабло так откровенно. — Идем спать, я хочу проснуться завтра пораньше и порыбачить… — Ты и рыбалка? — обнимая меня со спины, Бустаманте наступал на мои следы, двигаясь по направлению в каюте. *** Утром, проснувшись раньше обычного, я решила не будить Пабло, дав ему возможность, как следует выспаться. Думая чем же мне заняться, я поднялась на палубу с книгой, которую случайно нашла на одной из полок, желая совместить приятное с полезным, — позагорать и проветрить мысли. Так сильно увлекшись чтением, я и сама не заметила, как Пабло осторожно подкрался ко мне сзади, сцепляя свои руки вокруг моей талии: — И жили они долго и счастливо и умерли в один день… Он поцеловал меня в шею, и в тот самый момент, когда его губы коснулись кожи, по моему телу мелкой рябью пробежались сотни мурашек. Я улыбнулась, закрывая глаза от солнца и блаженства. — Эй, ты испортил мне все впечатление. — Это месть тебе за то, что ты меня не разбудила. — Ты так сладко спал, — я повернула голову, для того, чтобы еще раз его поцеловать, — не хотелось тебя будить. — Ты нарушила мои планы, перед рыбалкой, я хотел приготовить нам романтический завтрак… — промурлыкал Пабло, отправляя свои руки самым бесстыжим образом блуждать по моему телу. — У тебя еще есть время все исправить. — Да, но теперь вместо приготовления завтрака, я хочу заняться более романтичным занятием… Его рот нашел мое горло, покусывая и целуя, а его рука скользнула под мой купальник. Я так много хотела, когда Пабло был рядом. Выгнув спину ему навстречу, я впилась ногтями в кожу его затылка Мой страстный стон, когда Пабло силой сорвал с меня верх купального костюма, утонул на его губах. Я закрыла глаза, полностью отдаваясь ощущениям, охватившим меня от самых кончиков моих пальцев. Пока я с ним, ничто не имело значения. Его лицо — единственное, что я видела; его прикосновения — единственное, чего я жаждала… *** — Эй, не ешь, ты перебьешь себе весь аппетит, — Пабло пожурил меня пальцем в тот самый момент, когда я потянулась за яблоком на столе. — Прости, но ты и готовка, это верх моих фантазий. — Это еще что…после обеда я сделаю тебе массаж всего тела… — произнес он загадочным тоном — Аааа, я знаю, — не слушая все его предостережения, откусив яблоко я указала им же на Пабло, — ты решил меня бросить? Типа покушай, родная, на тебе массажик, выходные, квартирка новая в качестве отступных… я тебя раскусила! Он только лишь покачал головой: — Ты неисправима. Но если честно, следующая неделя и правда будет очень загруженной. — У меня тоже… — Чего так? — Я буду готовиться в аукциону Манчини.Нужно будет проверить сохранность и подлинность всех лотов… Что? — уточнила я, заметив неоднозначную реакцию Пабло на лице. — Держи ухо востро с этим типом. Я ему не доверяю… — А я думала вы друзья? — У политиков нет друзей, только взаимовыгодное сотрудничество… Я просто прошу тебя быть осторожней. — Ты ревнуешь! — Это не ревность. Прищурившись, я улыбнулась и полностью уверенная в своей правоте посмотрела на Пабло: — Нееет, ты ревнуешь, признайся же наконец. А что, — я даже не сомневалась, пожимая плечами, — мне приятно… Преспокойно помешивая ингредиенты в сковороде на плите, Пабло решил сохранить молчание, прикрывшись увлеченностью в приготовлении нашего завтрака. Я не стала углубляться в тему с Манчини по той простой причине, что мне было гораздо приятнее наблюдать за любимым мужчиной у плиты. Наши выходные хоть и пролетели незаметно, зато после себя оставили массу положительных впечатлений. С легким намеком на светлую грусть от предстоящей разлуки, я действительно чувствовала себя самой счастливой на этом свете. Рейс из Мар-дель-Плата прибыл в аэропорт Буэнос-Айреса без опозданий. Но тем не менее были проблемы с багажом. Пока Пабло выяснял что-то с девушкой за информационной стойкой, которая игнорировала двух других пассажиров, нетерпеливо ждавших в очереди, я отправилась в сторону уборных. — Простите, — я извинилась, столкнувшись с девушкой прямо на выходе из туалета. — Все в порядке. Только спустя несколько секунд, я осознала, что это была Вероника. Что она здесь делает, тут же промелькнуло в моей голове уже немного погодя. Проследовав за ней весь путь до зоны прибытия пассажиров, я остановилась. Вероника быстро разыскала взглядом Пабло, решив сделать ему тем самым своеобразный сюрприз. Она подлетела к нему со спины, закрыв при этом его глаза двумя раскрытыми ладонями. Мимо меня как в замедленной съемке проносились люди, которые спешили на свой рейс, или просто встречающие, с нетерпением ожидающие своих близких. А я стояла, как вкопанная посреди всей этой суеты и наблюдала за Пабло и его женой. Разумеется Бустаманте не ожидал такого сюрприза от Вероники, но надо было отдать ему должное, он даже глазом не моргнул. Когда он приветственно ее поцеловал и крепко обнял, слегка приподнимая жену от пола, наши взгляды встретились. Я не знаю сколько всего мне еще нужно вытерпеть, чтобы меня окончательно отвернуло от Пабло. Он пытался молчаливо извиниться глазами, но я больше не могла спокойно лицезреть эту немую картину. Мне было больно, по-настоящему больно. И даже не морально, а уже определенно физически. Найдя свой чемодан, они в обнимку с женой, благополучно направились к выходу, словно меня никогда не было. Словно не было наших совместных выходных… И тут я окончательно поняла, чтобы ни случилось, Пабло всегда будет выбирать жену. Удаляясь, эти двое были так счастливы вместе, что я невольно усмехнулась, понимая какой же дурой сейчас выглядела. С какой стороны не посмотри, а я лишняя на этом празднике жизни. Как жаль… как жаль, что любовь — это не решение. Если бы мы могли решать, кого любить, всё было бы гораздо проще. Да, вот такая волшебная штука эта любовь: первую половину жизни ты живешь, думая, что кто-нибудь разведется, а вторую проводишь в одиночестве или уже с совершенно другим мужчиной.