Мика — сын мясника

      — При какой, нахрен, попытке к бегству?! — Мейс Тирелл был практически бордовым.       Удивительно видеть его таким. Образ Верховного лорда Простора в сериале был слишком уж мягким и...нелепым. Я, признаться, до сих пор соотносил персонажей сериала и книг с людьми, которых вижу в этом мире, и в большинстве случаев соответствие было бы более-менее полным. Но Мейс Тирелл сейчас совсем не выглядел хлюпиком и нюней. — Ты хоть понимаешь, щенок, что мы могли покончить с Ланнистерами без боя?       — Лорд Тирелл, при всем уважении, я не думаю, что Тайвин согласился бы… — начал я доносить очевидную мысль.       — Да всем насрать, о чем ты думаешь! Тебя об этом спросили? Ты что вообще о себе возомнил? Лорд Тарли, почему ваш оруженосец смеет открывать рот? Вы размякли с возрастом и уже не способны обучать солдат?       До этого молчавший Рендилл Тарли поморщился. Ему явно было неприятно слышать эти замечания. Сурово посмотрев на меня, он вступил в разговор.       — Лорд Мейс, мальчишка излишне строптив. Я уверен, что с этим мы справимся. Но я не согласен с тем, что он достоин наказания за убийство Джейме Ланнистера.       — Что? — Если бы это был мультфильм, у Мейса Тирелла отпала бы челюсть.       — Пленив цареубийцу он конвоировал его к нам. Никаких особых поручений не получал, значит имел право действовать по обстоятельствам. Если обстоятельства, на его взгляд, сложились так, что Ланнистера следовало убить, то так оно и было. Он еще молод, но он один из моих командиров. А своим командирам я доверяю.       — Может мне его еще и наградить? — Мейс говорил это уже не таким злобным голосом, градус напряжения начал падать.       — Нет, безусловно, мальчишка не достоин поощрения. Он просто сделал то, что должен был.       — И что же мне прикажете написать Тайвину Ланнистеру? — Было видно, что к Тайвину Мейс относится с неким подобострастием.       — Напишите ему, что армия короля Джендри разберется с мятежными северянами и после придет за ним. И что если он не хочет разделить судьбу сына, все еще может преклонить колено.       Мейс Тирелл открыл рот на пару секунд, решаясь с тем, что сказать, но Рендилл Тарли оборвал сюзерена едва заметным кивком и, произнеся "милорд" , покинул шатер. Я несколько промедлил, но пришел в себя и, сделав неумелый поклон, рванул вслед за своим спасителем. Никак не ожидал, что он встанет на мою сторону. Я еще раз убедился в правильности своего решения не выдавать Акима, который произвел тот выстрел, взяв ответственность на себя.       — Лорд Тарли, благодарю Вас, — начал я, но замолчал под суровым взглядом. Как ему удается делать это каждый раз? — Иди и убедись, что с твоим отрядом все в порядке. Скоро будет ваш первый бой. Лучший способ выразить благодарность — проявить себя достойно в сражении с Севером.       Я хотел было поправить Тарли, напомнив о стычке с людьми Варго Хоута, но вовремя прикусил язык. Если воспоминания всплывали, как нечто эпичное, то для бывалого вояки это не более, чем пшик. Я направился в сторону шатров, между которыми у огня расположились "оленьи люди".       Запах куропатки приятно ударил в нос. Я присел возле костра рядом с Телегой и Саймоном. Сегодня впервые за долгое время не лил дождь. Нервозность в воздухе стояла такая, что понадобился бы достаточно острый меч, чтобы разрезать его. Единственной рукой телега протянул мне короткую шпажку с остатками птицы. Я был рад и этому.       — Ну что? — Подал голос Телега. — Как все прошло? Тебя не накажут за Цареубийцу?       — А должны? — Я попытался придать своему лицу искреннее изумление. — За убийство врага на войне, не наказывают.       — Ого! И как тебя наградят? — С набитым ртом уточнил Телега.       — Уже наградили, не наказав, полагаю, — с этими словами к нам подсел Уолдер, — куда ты всё время смотришь, командир?       — Слушайте, а вы не в курсе, где сейчас Аким? — Показушно лениво поинтересовался я. На самом деле, мне было крайне интересно, куда пропал тот, из-за кого моя голова чуть не оказалась на плахе.       — Аким? А кто это? — Чуть ли не хором спросили друзья.       — Ну наш солдат. Рыжеволосый, невысокий, немного прихрамывает на правую ногу, — Уолдер и Саймон переглянусь.       — Ты сейчас как будто себя описал. Мы не знаем никакого Акима, он, видимо, из солдат Тиреллов.       — Да нет же! Он был с нами с самого нач…       — Тревога! Тревога!       Крики доносились со всех сторон, мы инстинктивно вскочили на ноги. Лорд Тарли, в отличии от остальных, спокойной и уверенной походкой прошел мимо нас в сопровождении Лейтона Хайтауэра, его второго оруженосца. На ходу Рендилл лишь бросил:       — Срочно собираем шатры и выдвигаемся. Часовых снять, спящих разбудить. Все вопросы потом.       Мне оставалось лишь кивнуть. Всё нутро так и просило уточнить, что же произошло, но я уже успел изучить Тарли, и если тот говорит "вопросы потом", значит вопросы, действительно, стоило отложить. Уже через несколько секунд я руководил свертыванием палаток и прочими мелочами. Мы спешно двинулись на Запад. Туда, где сейчас находилось войско Севера.

***

      Двеннадцатитысячное дорнийское войско во главе с Красным Змеем вышло на королевский тракт. Оберин Мартелл усмехнулся. "Забавно. В Вестеросе, по крайней мере, пять собранных армий, а мы преодолели уже большой путь и не встретили никого, кроме нескольких групп недобитков. Судьба благоволит нам".       — Отец, — вырвала его из раздумий Обара, его старшая внебрачная дочь, — я все равно не понимаю, как дядя мог отдать Арианну вонючим Ланнистерам. И не только Арианну, но и огромное войско.       — Решение принято, дочь моя, — сквозь зубы процедил Красный Змей, — подожди прибытия в столицу, после я отвечу на все вопросы.       Обара фыркнула и направила чёрного жеребца в противоположную от него сторону. Оберину и самому хотелось поставить дочерей в курс дела, чтобы они не донимали постоянными расспросами. Но его брат принц Доран, верховный правитель Дорна, взял с него слово молчать, пока всё не будет кончено. И его дочери, и солдаты в армии, все были недовольны решением объединиться с Ланнистерами. Но, как сообщили Красному Змею, в разговорах на привале постоянно звучали предположения, что это всё коварный план. Лицо Змея расплылось в улыбке. "Наверно, план не такой уж и коварный, раз даже солдаты о нем догадываются". Тайвин Ланнистер тоже не был дураком, и, согласно договору, пока в городе будет проходить свадьба, даже две свадьбы, войско Дорна будет ожидать за пределами Королевской Гавани. Внутрь пустят только его с парой самых верных людей и будущую королеву. Мартеллу всегда было интереснее среди обычных солдат, поэтому любезное приглашение он, пожалуй, отклонит. А вот королева Арианна действительно въедет в город, когда всё закончится. Со своим будущим королем.

***

      Из-за спешки Старков нам удалось занять хорошую позицию. Северяне могли никуда не торопиться, и укрепиться в районе Крэга, но зачем-то двинулись нам навстречу. Лучники Долины взобрались на холм, их кавалерия была переведена на левый фланг, за исключением тех двух тысяч, что спрятались в лесу справа. Пехота Простора составила основную часть войска, они расположились в центре. Оленьи люди расположились на правом фланге вместе со многими знаменосцами Тиреллов. Мне было доверено нести флаг лорда Тарли, поэтому командование своим отрядом я поручил Уолдеру. Рендилл хотел вести авангард, но эта честь была доверена Лорасу Тиреллу. Мейс ни в какую не хотел воспринимать северян как серьезную угрозу, решив, что мальчишка Робб, наконец, ошибся. Что-то мне подсказывало, что все выглядело слишком хорошо, чтобы быть правдой.       Солдаты вокруг молились все громче и громче. Все традиционно просили сохранить их жизнь или даровать счастье их семьям. Некоторые даже славили короля Джендри. Я просто покачал головой. После смерти Седрика я решил, что если боги и есть в этом мире, у них вряд ли стоит просить справедливости.       Я был не единственным знаменосцем с флагом Тарли. Всего нас было человек десять, если не больше. Как мне объяснил Саймон, нести знамя считалось почетной обязанностью. Знамена помогали командиру хорошо ориентироваться в бою и быстро маневрировать отдельными отрядами. У Оленьих Людей не было собственного флага, а знамя с красным охотником на зеленом фоне было вручено Телеге. После этого "почетность" процедуры таскания флага по полю несколько пошатнулось, но вслух никто об этом мне не сказал.       Еще одной важной функцией знаменосцев было своим присутствием на поле боя поднимать моральный дух воинов. Для обычного солдата видимость большого количества знамен союзников помогает сражаться лучше. Обилие же вражеских знамен вокруг могло служить причиной для приступа страха, что вело к массовому дезертирству. Всё это означало, что задача у меня была хоть и почетная, но крайне опасная. Каждый вражеский солдат спит и видит, как зарубает знаменосца врага, втаптывая флаг в грязь. Уолдер пообещал по возможности держать Оленьих Людей ближе ко мне, но если изначально между нами могло быть небольшое расстояние, то в пылу битвы оно могло достигнуть сотен ярдов.       Переговоров в этот раз не было. Зазвучал горн. Мой конь недовольно зафырчал, поочередно подняв передние копыта. Я погладил его гриву и сказал пару успокаивающих слов на ухо. Удивительно, но я сам в них поверил. Конница Северян устремилась к нашему центру. "Что они делают? — Пронеслось в голове. — Их меньше, и они сами вот-вот въедут в зону идеального обстрела для лучников Долины! У них вообще есть разведка?". Все начали переглядываться. Такого подарка судьбы никто не ждал, и правильно. Слева от нас неожиданно начался дождь из стрел. Сначала я подумал, что северяне, как дотракийцы, начали стрелять с коней. Но, как оказалось, все гораздо хуже. Долина нас предала. Знамена Тиреллов начали падать одно за другим. Люди кричали, люди бежали, люди умирали. Левый фланг, которым командовал кто-то из штормовых лордов, сориентировался и направился к холму, чтобы уничтожить лучников Долины, но холм, согласно изначальному плану, охранялся рыцарями Арренов. Двинувшись на Запад, мы попали в западню. Вернее сказать, мы сами себе ее расставили.       — Занять оборону! Держать строй! — Прокричал Рендилл Тарли. Его команду тут же повторили все младшие командиры, в том числе замещающий меня Уолдер.       Пока я смотрел на происходящее слева от меня, противник по нашему флангу приблизился почти вплотную. Я уже отчетливо видел флаги с освеженным человеком, и начал проклинать тот день, когда попал в этот ужасный мир. Я сжал древко что было силы. Сегодня задачи победить уже не стоит. Стоит задача выжить!       Конница Болтонов врубилась в наши первые ряды. В воздухе тут же появился стойкий запах крови и дерьма. Да уж, ночная куропатка пахла куда приятнее. Кони ржали как ненормальные, но не могли заглушить лязг стали и крики умирающих. Пока ни один солдат даже не приблизился к лорду Тарли, а значит и ко мне. Рендилл не выключался из боя ни на минуту, постоянно раздавая команды. Краем глаза я пытался найти кого-то из своего отряда, но из-за пыли это было практически невозможно. Вот теперь уже я готов был молиться хоть Семерым, хоть Старым Богам, хоть самому Иному, лишь бы с Уолдером, Саймоном, Телегой и остальными всё было хорошо.       — Мика, вперед! Ты оглох! Они отступают, присоединяйся к догоняющим! — Сир Артур, один из ленных рыцарей, с которыми я успел познакомиться за время нахождения в войске короля Джендри, поддался эйфории и заставил поддаться ей и меня.       Войска Севера на нашем фланге действительно стали отступать, хоть, как казалось, мы не смогли достигнуть значимого преимущества. Теперь я несся среди солдат Тарли в сторону леса, чтобы... Стоп. Лес! Как так случилось, что в порыве битвы мы забыли про лес? Я пробовал кричать, но ком подступил к горлу. Захлестнувший азарт толкал солдат вперед на встречу погибели. Я бросил знамя на землю и направил коня в сторону, где предположительно были мои друзья, на ходу доставая меч. Виски жутко давило. Мне нужно взять как можно больше друзей и отступать. Плевать на всё, мертвым честь ни к чему, а прожить я смогу и без славных подвигов.       — Стратегическое отступление или бегство с поля боя? — Будто взявшись из ниоткуда, Аким встретил меня едкой улыбкой.       — Где наши? — Выдавил я из себя. На разговоры время не было. Конник Болтона почти достиг меня, но его перехватил кто-то из солдат Простора.       — Не знаю, но, думаю, они немного заняты, — Аким не изменял себе.       Мы с Акимом отступили достаточно глубоко в тыл, чтобы не опасаться скорой смерти. Отряд преследования, из которого я успел ретироваться, как я и ожидал, попал под контратаку Болтонов, совместно с Долиной Арренов. Кто-то успел отступить, но большинство, видимо, уже никогда не вернутся домой. Я вертел головой в поисках Уолдера или кого-то еще из Оленьих Людей. Но нашел я не их...       — Так и знал, щенок, что ты потеряешь знамя! — Донесся голос снизу, когда мы находились уже достаточно далеко от очага битвы. — Помоги мне подняться, я ранен!       Хайтауэр смотрел на меня гневным взглядом. Второй оруженосец лорда Тарли лежал в грязи, его ноги придавила собственная лошадь, уже отдавшая душу Неведомому. Еще перед боем он, узнав, что Рендилл Тарли предпочел меня ему в качестве знаменосца, высказал несколько едких замечаний. Человек, который раздражал меня уже довольно долго, даже прося о помощи, умудрялся грубить. Виски снова сжала боль. Все происходило, будто бы в замедленном повторе. Я спешился. Злость раскаляла меня, ничего вокруг не существовало. Был только я и мерзкий Хайтауэр. Аким, видимо, почувствав мое самое большое и гадкое желание, проткнул горло Лейтона Хайтауэра концом меча. В этот раз я лишь кивнул. Нет времени разбираться с этим, подумал я и буквально заскочил на коня. Преодолев еще сотню ярдов, мы добрались до лорда Тарли. Его движения были все такими же уверенными, несмотря на то, что ситуация была крайне печальной.       — Если бы на твоем мече не было крови, за потерю знамени я бы казнил тебя, признав дезертиром, — произнес лорд Рогового Холма, — Мы отступаем, битва проиграна.       И когда мой меч успел испачкаться в крови, подумалось мне. Оглянувшись, я снова потерял из вида Акима. И как это ему удается? И еще больший вопрос, почему мое нутро буквально кричит о том, что и сейчас не должен рассказывать про случай с Хайтауэром даже близким друзьям?