Наследник для Малфоев

— Мистер Снейп, меня ожидают, — представился Северус милой девушке-хостес, которая встретила его при входе в ресторан. — Да-да, конечно. Позвольте вас проводить, — расплылась она в улыбке и, прижав к груди блокнот, двинулась внутрь помещения. Северус пошел следом, гадая, кто же мог его позвать на встречу, и одновременно перебирая в уме важные даты, пытаясь определить, о чём именно он забыл. Потому что появляться, к примеру, на годовщине без подарка было недопустимым. «Надо было хоть цветы купить» — появилась запоздалая мысль, но вместе с этим пришло и осознание, что цветы точно будут лишними. За столиком, к которому его привели, сидел Люциус Малфой. — Ты? — спросил Северус удивленно вместо приветствия. Того, что это мог быть Малфой, он даже не предполагал. Какой может быть ресторан, если с Люциусом они встречались по тёмным углам, словно мыши, чтобы не дай Бог никто из коллег по Министерству не заметил лорда Малфоя в компании мужчины. И нет, подобные отношения не запрещались законом. Дело было в традициях, которые чётко предписывали, как именно себя должен был вести аристократ. И картинка эта включала в себя лишь скромную жену, парочку детей и собаку на заднем дворе. Никаких других мужиков там явно быть не могло. — Добрый день Северус, присядешь? — спросил Люциус поднимаясь, когда брюнет остановился около столика. Он и правда был накрыт на двоих, посередине красовалась золотистая индейка, а рядом стоял так полюбившийся Северусу салат из красной рыбы. — Боюсь, не смогу. У меня есть дела поважнее, — сухо ответил тот, намереваясь уйти. Но не успел. Люциус перехватил его ладонь и попросил: — Останься, прошу. — Хорошо, — нехотя согласился Снейп, опускаясь на диван напротив. Положил свои вещи рядом, — только ненадолго. У меня действительно дела. Хоть внешне Малфой был абсолютно спокоен, дотронулся до Северуса он влажной, холодной ладонью и это пугало, потому что Люциус впервые позволил себе подобную слабость в присутствии другого человека. А потом, озадачив Снейпа еще больше, с тревогой поинтересовался: — Что-то случилось? — Работа. Ничего особенного. Оба замолчали и просто рассматривали друг друга. С их последней встречи прошла неделя, прекрасная неделя, на протяжении которой Северус чувствовал себя счастливым человеком. Малфой же напротив, мог отнести эти семь дней в список самых худших в своей жизни. Всё, чего он добивался столько лет, больше не радовало, заставляя задуматься над тем, правильно ли он ранее выбирал цели. Судя по тому, что не хватало ему именно Снейпа, то стремился он вовсе не к тому. Казалось бы, расстались они не в первый раз, но только сейчас пришло понимание, что это навсегда, Снейп его больше к себе не подпустит. Именно это толкнуло Люциуса на этот шаг. — Я скучал, — признался блондин, так и не отрывая пристального взгляда от своего собеседника, который от такого признания сперва опешил, а потом одернул: — Мы в публичном месте, если ты не заметил. — Заметил. — И? — Плевать. — Ты официально женат, Люциус, — еще одна попытна его вразумить. Без толку. Нагибается вперед, накрывая лежащую на столе ладонь Северуса своей. — Плевать. Отдернуть руку Снейп не успел, где-то сбоку раздались вспышки камер, фиксируя этот жест навечно. Завтра все газеты будут пестрить снимками, на которых один из первых людей страны нежно лапает угрюмого темноволосого мага с лицом серийного маньяка. Прелестно. — Ты спятил? — гаркнул Снейп, наконец-то вырывая свою кисть из далеко не нежного захвата. Казалось, только его на данный момент заботила карьера одного белобрысого чиновника, для которого репутация всегда была на первом месте, а все нелицеприятные секреты тщательно скрывались. Столько лет стремиться к креслу Министра, чтобы сейчас в шаге от своей цели так глупо всё испортить? — … Думаю, мы сможем выкупить фотографии и решить эту проблему… — Северус, сядь, — попросил Малфой, странно усмехаясь, — рыба у них сегодня просто замечательная. Какая к чёрту рыба? — Официант, шампанского! — заказал Люциус, словно собирался отпраздновать конец своей карьеры. Серерус прекрасно знал этот внимательный, хищный взгляд. Он всё взвесил и теперь не отступит от своего решения. Что же чувствовал Северус, который и надеяться не мог, что подобное когда-нибудь произойдет? Он бы соврал, если бы сказал, что не был счастлив. Был. Смотрел в глаза этого нахала и понимал, что готов простить ему абсолютно всё. Невозможно разлюбить за неделю того, кого любил двадцать лет. — За нас! — предложил Люциус, поднимая бокал с искристой жидкостью. Северус сделал то же самое, отсалютовал и отпил лишь пару глотков. Голова и так кружилась от всего происходящего безо всякого алкоголя. — Как прошел твой день? — спросил Люциус, тепло улыбаясь. И Северус принялся рассказывать. И только вечером, когда он вернулся домой, часы показывали глубоко за полночь. Гарри, встречающий его в гостиной, успел заметить помятую одежду, висевший из кармана брюк галстук и отстраненный взгляд абсолютно счастливого человека. — С Малфоем помирились? — спросил прямо парень, поднимаясь с кресла, в котором до этого кемарил. Северус заметил стоящий на столе ужин, перевел взгляд на расстроенного Гарри, но соврать не смог, хоть и хотелось. — Да, — признался он, чувствуя, как от этого сжимается сердце. Гарри развернулся и ушел наверх, не сказав ни слова, но тут и говорить было нечего. Боль плескалась в его зеленых глазах, а Северус чувствовал себя последним мерзавцем.