Herisson /Ежик/

Базиль говорит, что биполярка – не какой-то там приговор. Базиль смотрит на него, как на тупого, возможно, даже отставшего в развитии ребенка, и разве что пальцем не крутит у виска. Наверное, в этой ситуации это было бы не очень корректно. Базиль говорит, что Лука идиот. И, боги, в кои-то веки Лука с ним – с Базилем, прикиньте? – согласен. – Ты думаешь, что он биполярен и не чувствует ничего. Ты так ошибаешься, он чувствует даже больше. Ты думаешь, что весь ваш роман был какой-то игрой, его прихотью, попыткой следовать моде. Ты никогда еще не лажал так, дружище. Серьезно? Какая, нахрен блять, мода? Ты поверил его этой бывшей? Той, которая его, наверное, любит и не отказалась бы вернуть все, как было у них до тебя. Базиль говорит и машет руками. Роняет на пол приборы, но этого даже не видит. Базиль смеется над тем, из-за чего у Луки еще недавно волосы на затылке от ужаса шевелились, и отчаяние вгрызалось острыми зубами под ребра. Базиль хохочет, а Лука его хотел бы обнять... Лука чувствует, как с плеч валится вниз какая-то до жути тяжелая хрень, что с той ночи в уставленном свечами и качающимся на волнах плавучем доме все время гнула к земле. – Он пытался связаться с тобой. Это знак, что он хочет тебя видеть, понимаешь? Лука, он не был в маниакальном эпизоде все это время. Уж я то бы точно заметил, да и ты сразу бы понял, что нечто неладно... Я понял. Я сразу понял, Базиль. ... на нашей свадьбе будут только чипсы и ветчина. Наша свадьба будет настолько крута... и Трамп вынужден будет объявить России войну, чтобы монополизировать ветчину... и мы бы отправились в кругосветное путешествие на лодке, пообещав никогда не ступать на землю... на Аляске нас бы поймал Трамп и отправил в тюрьму в Гуантанамо... а нам то что, ведь наркобарон... ... придется умереть сегодняшним вечером. Слышишь, Лука? Нам придется с тобой умереть. Я смеюсь, но это ведь вовсе не шутка. Зачем нам дышать, если мы уже женаты во всех параллельных вселенных?.. Я понял, Базиль. Когда все пошло по пизде, я сразу заметил. Вот только все себя убеждал, что это такие неудачные шутки, что я не всекаю чего-то... Ведь это же мой Элиотт, это Эл... Я понял, Базиль. Сразу, когда он растворился в холодной ночи совершеннейше голый, а я даже не знал, искать его на берегу или сразу на дне. Хотя лучше бы – камень на шею и следом. Я нихуя, совершенно не соображал, что мне, мать его, делать. Я так облажался, Базиль. Наверное, Базиль умеет читать по глазам. Блять, когда он стал таким охуенным и мудрым? И почему Лука не заметил? – Она сказала, что ты для него – это пшик? Она, наверное, хотела, чтобы так все и было. Но это не был приступ, Лука, все эти дни. Все это было реальным. Поверь мне, когда приступ у мамы, с ней невозможно общаться, уж я-то знаю, о чем говорю. Поверь, ты бы сразу заметил. Да, я заметил... сполна... – Ну? – Базиль наклоняется ближе, почти переваливаясь на Луку через стол. – Ну? В каком это смысле? – Ты понял? Что нужен ему, что он ни хрена тобой не играл? Сейчас... дальше может быть хуже. Но ты нужен ему, и если это взаимно... – Ты же знаешь, что да... – Тогда просто подними свою жопу со стула и отправляйся к нему. Хорошо? И, не дожидаясь ответа, пихает в рот бутерброд почти целиком. Жует, причмокивая и прикрывая глаза. Наверное, очень голодный. – Базиль... – М? – Спасибо. Ты – потрясающий друг. – Ха! А то я не знаю! Я еще очень красивый. В конце концов, Том Круз – почти мой отец. Хэй, чего вы ржете? Так все и было... Я разве не рассказывал? Мама, когда впервые увидела фильм с ним, безумно влюбилась... У Луки от вчерашней водки нещадно трещит голова. У него до сих пор глаза светомузыка режет, и басы по затылку хреначат. У него во всем теле будто не осталось ни капли воды, а язык превратился в пересохшую на солнце подметку. Лука слушает краем уха, как Баз о чем-то там вдохновенно трындит Артуру и Яну. Вокруг становится как-то сильно светлей, как будто кто-то снял шторы и окна раскрыл нараспашку, впустил ветерок, разогнал этот тяжелый, густой и вонючий воздух, что прилипал к гортани и не давал нормально дышать. А еще... может, там, снаружи, расходятся тучи? Ян ловит глазами улыбку, что ползет Луке на лицо. Подмигивает и выдыхает. Все как-то образуется. Все будет в порядке. Луке легко и Луке хорошо. Нет, это не крылья растут за спиной. Просто в мир возвращаются краски. И смысл. Эл... все будет хорошо, Элиотт. Мы справимся, слышишь? Мы вместе.