Волчья душа

— …и я завалил эту зверюгу с первого удара! — распинался Эдди, рассказывая удивительную историю, «приключившуюся» с ним на днях. — Ага, как же… Прямо-таки в одиночку? — недоверчиво изогнула бровки одна из волчиц. — Ну, без небольшой помощи не обошлось, конечно. — серый не терялся, бесстыдно присваивая себе чужую заслугу в попытках впечатлить симпатичных хищниц, около которых крутился уже целый час, — Кабанчика же нужно было сперва в мою сторону погнать. А дальше дело было за малым: один прыжок и всё — конец свинюшке! — Да неужели? — с тем же недоверием отозвалась вторая самочка. — Да чтоб я сдох, если всё не так было! — воскликнул Эдди, но обе волчицы не изменились в мордашках, — Бросьте, девочки, вы что, не верите мне? Да вам любой это подтвердит! Спросите, вон, хотя бы… — Кого? — хохотнула первая, — Твои подвиги, Эдди, почему-то никто никогда не видит. — Да, не видит! — поддержала вторая. — Пойдём, Нира. — сказала первая своей подружке, вздёрнув носик и отвернувшись от волка, — Пусть поищет себе других слушательниц. — Не, не, не, девочки, стойте! Куда же вы? Я могу… я ведь… Серый не имел ни малейшего понятия, как задержать волчиц около себя до тех пор, пока не заметил за их спинами движущуюся чёрную фигуру. В волке, проходящем мимо них, Эдди увидел своё спасение. — Рэт! — расплылся серый в улыбке, приветливо разведя руки в стороны. Чёрный хищник остановился, услышав до чёртиков знакомый голос, и повернул голову. Эдди протиснулся к товарищу между самочками, подошёл и дружески перекинул руку через его плечи, — Дружище, ты как раз во время! Я тут рассказываю этим милым особам о нашей недавней охоте. Ну, как мы кабана ловили. Правда ведь, круто я его уделал? Рэт возмутился наглостью друга, приписавшего себе его успех, но ни коем образом недовольство не выдал. Покосившись на волчиц, застывших при его появлении, Рэт сразу же смекнул, как должен ответить. — Да, это надо было видеть. — сказал зверь, — Зрелище было кровавое. — А кабанчик-то, между прочим, был не маленький! — Ага, огромный. — А как визжал, когда я его клыками! — добавлял красок Эдди. — Да… до сих пор этот визг в ушах. — Ого! Вы такие молодцы, мальчики. — кокетливо проворковала одна из хищниц. Серый так обрадовался, что даже и не понял, кому этот влюблённый взгляд и обворожительная улыбка были адресованы. — Да, мы такие! — загордился Эдди, отпуская Рэта и заслоняя его собой. Напрочь позабыв о приятеле, серый двинулся обратно к очарованным волчицам, — А хотите, расскажу, как мы… — Простите, дамы, нам пора. — чёрный хищник удержал друга и дёрнул обратно, заглушая его голос своим, — Нас ждут дела. — Дела? — не понял Эдди, обернувшись. Увидев взор товарища, волк всё понял: — А-а… то есть, да, дела! Очень важные! Покинуть общество хищниц далось серому с большим трудом и жуткой неохотой. Рэт буквально утаскивал его за собой, а тот всё никак не унимался, бросая волчицам напоследок обещания скоро вернуться. — Чёрт, старик, обязательно надо было мне всё обломать? — заворчал Эдди, забавно насупившись, — Только же получаться началось! — Чужими заслугами, тем более моими, ты не сделаешь себя краше. — ответил Рэт. — Тебе чего, жалко, что ли? Ну прости, приврал чуток! Иначе было никак… Ты же знаешь, их так трудно впечатлить! — Впечатлять ложью — не самое лучшее решение. — А что я, по-твоему, должен был им говорить? Что бежал от этой жирной свиноматки, как ошалевший? Такими темпами, я себе никого так и не подцеплю… — заключил серый расстроенно. — Оставайся собой, Эдди, и скоро увидишь, как тебя начнут воспринимать иначе. — посоветовал хищник. — Собой оставаться… От меня тогда ещё больше шарахаться начнут. — забурчал он, — Тебе-то проще, самочки к тебе сами липнут, ведь ты же Рэт! А мне приходится из шкуры вон лезть, лишь бы как-то на себя внимание обратить! — Завидуешь? — Иди ты! — пихнул его серый, — Просто не понимаю тебя. Столько красивых девочек на горизонте, а ты этим даже не пользуешься! В ответ хищник лишь хмыкнул. — Во, во… а ещё меня все почему-то странным считают. — сказал Эдди, увидев эту загадочную ухмылку, — На тебя бы сперва поглядели! — Ладно, хватит об этом. — закрыл тему Рэт, — Скажи лучше, что я пропустил за минувший день? Обо мне спрашивал кто-нибудь? — Только отец твой. Но не боись, я тебя отмазал! — А он что? — Рэт не поверил, что отец так просто купился на обман. — А он такой… — Эдди упёр руки в бока, скорчил забавную хмурую морду в попытке изобразить грозный вид Рагнара и заговорил не своим голосом: — «Передай Рэту, что я надеру ему зад, когда он вернётся! Чтоб впредь знал, как папке своему голову морочить!» Чёрный хищник раздражённо свёл брови после того, как Эдди залился диким смехом. — Да ладно тебе, старик, я ж шучу! — серый хлопнул угрюмого приятеля по плечу, — Ну правда, где ты пропадал? Мне-то хоть скажешь? Рэт молчал, помня, что у Эдди существовала дурацкая привычка узнавать чужие тайны, а потом ненароком разбалтывать их другим. Эдди делал это не специально. Зачастую, он и сам не замечал, как начинал болтать лишнего в присутствии нежеланных слушателей. — Ой, а что это у тебя? — серый опустил взгляд и случайно заметил на запястье Рэта интересную, а главное — новую, деталь. Поддавшись любопытству, Эдди схватил лапу друга и поднёс ближе к морде. Волк осмотрел плетёное украшение под недовольным взглядом хищника и усмехнулся, — Хе-хе… Милые бусинки! Где взял? Рэт выдернул руку из лапы серого, решив не удовлетворять его интерес. — Ты ж терпеть не можешь всякие побрякушки. — припомнил Эдди невзначай. — С каких пор? — Рэт поправил подарок девушки, чтобы бусины цвета янтаря — цвета его глаз — оставались на виду. — С тех самых, когда ты выкидывал все мои фенечки, которые я тебе дарил. — обиженно ответил серый. — Я их терял. — Ну да, ну да, на следующий же день… Колись, Рэт, откуда это у тебя? Не дождавшись объяснений, Эдди обогнал хищника, встал перед ним и упёр руки в бока. — У тебя что, есть кто-то, кроме нас с Сидой? — Эдди, уймись. — Рэт отодвинул друга, освобождая себе путь. — Ну уж нет, приятель! Я тебя насквозь вижу, ты что-то утаиваешь! Сбегаешь на целые сутки, возвращаешься с подарочком, уклоняешься от личных вопросов… Если б я тебя не знал, старик, то подумал бы, что ты тайком втюхался в кого-то! Ха-ха!.. — засмеялся он, представив это, — Было бы забавно! Ты, да и влюбился? Ха-ха-ха!.. Хищник хмуро покосился на друга, заставив того вмиг замолкнуть. — Прости. — неловко сказал он, убрав улыбку, — Ну правда, я уж и не знаю, что думать! Ты ничего не рассказываешь! Как будто я, подобно Бруту, буду о тебе всякие гадости направо-налево болтать… — Что за вздор? — внезапно донеслось со стороны, — За спинами товарищей я слухи не пускаю. Эдди и Рэт, двигаясь по заснеженной дорожке к центру логова, обернулись на звучание знакомого голоса и увидели ухмыляющуюся рыжую морду. — Разве что правдивые. — глаза Брута неприветливо сверкнули. Рэт нахмурил взор и раздражённо дёрнул хвостом. Эдди встал за его спиной, выглянул из-за плеча и, скривив морду, произнёс полушёпотом: — Ох, вспомни дерьмо, вот и оно… Брут находился в компании трёх приятелей. Те, заметив появление главного недруга их рыжего главаря, отвлеклись от разговоров и разом обернулись. Все три волка так же недолюбливали Рэта, правда никогда, подобно Бруту, не задевали чёрного хищника нарочно. Побаивались его статуса, предпочитая крыситься на Рэта по-тихому, между собой. Истинным же чемпионом по силе ненависти к сыну вожака по праву считался рыжий. Этот зверь, как уже было известно, никогда не боялся открыто заявлять о своей неприязни. Со дня поединка Брут очень изменился: приобрёл крупный шрам на всю грудь в виде четырёх косых полос, покрылся мелкими рубцами почти на всех частях тела выше пояса, сохранил след от укуса с левой стороны шеи, а также обзавёлся некрасивым надорванным огрызком вместо ранее целого уха. — Где так долго пропадал, приятель? — издевательски спросил рыжий у чёрного, помня, что тот исчез у всех из виду целые сутки назад. — Соскучиться успел? — парировал Рэт со сталью в голосе. Брут хмыкнул, сделав хищную ухмылку больше похожей на оскал. — Да нет, простое любопытство. Уходишь одним днём, бросая все дела, приходишь следующим… Как-то безответственно с твоей стороны. Не боишься на взбучку от папаши нарваться? — съязвил рыжий, тут же поощрённый ехидными смешками своих приятелей. — Сам разберусь, чего мне бояться. Но спасибо, что беспокоишься. — улыбнулся Рэт, нарочно подействовав ему на нервы. — Отмазки, что ли, придумал, раз так ерепенишься? — предположил он, — Или тебя твой недоумок-дружок прикрыл, как обычно? — Слыш! — взъерошившись, Эдди вышел из-за друга и двинулся прямо на рыжего. При этом даже не заметил, как оказался остановлен Рэтом, — Это кто тут недоумок?! А ну скажи мне это в глаза, собака сутулая! Давно по шее не огребал?! Рэт оттащил излишне смелого товарища обратно, дабы уберечь от приятелей рыжего, уже оскаливших на него клыки. — Чего тебе надо, Брут? — провокациям чёрный хищник не поддавался, — Если у тебя ко мне есть какие-то претензии — говори, я слушаю. — Претензий нет. — ответил зверь с ухмылкой, чуть поразмыслив, — Во всяком случае, пока что. — А раз нет, значит нет и разговора. — Что же мне, просто так поговорить с тобой нельзя? — Брут не дал ему уйти, — Мне до жути любопытно спросить, где же ты шлялся. Чем-то странным от тебя несёт. Никак понять не могу, что за вонь такая. — Если так интересно, подойди: понюхай. — огрызнулся он, но в меру сдержанно. Напряжение между волками нарастало. Тяжело было не обратить внимание на их злобные, обжигающие друг друга взгляды, так и искрящие ненавистью. Ни Рэт, ни Брут не замечали, что в их сторону начали оборачивались звери. Поглазеть на двух хищников было любопытно всем без исключений. Первым посторонние взгляды заметил Рэт. Становиться объектом внимания стаи чёрный волк абсолютно не хотел, потому принял решение покинуть столь неприятную компанию, да поживее, пока вокруг не прибавилось глаз. Короткое слово прощания было брошено Рэтом подобно плевку. Затем зверь ушёл, не позволив никому из брутовской шайки себя остановить. Эдди чуть растерянно переглянулся со всеми четырьмя волками, когда потерял прикрытие в виде спины товарища. Затем развернулся и спешно засеменил Рэту вдогонку. Брут провожал недруга хищным взором, который Рэт наверняка чувствовал затылком. Рыжий долго глядел ему вслед, храня задумчивое молчание. Своими мыслями зверь спустя время решил поделиться с приятелями: — Приглядывать за ним надо. Чую, ему есть, что скрывать.

***

Следующим днём, где-то за три часа до заката, в доме людского вождя юная девушка копошилась в личном сундуке, выбрасывая из него то одну вещь, то другую. Эми была увлечена поисками одежды, в которую бы могла облачиться сегодняшним вечером. К выбору девушка относилась крайне придирчиво: вещи, в её суждении не годные по случаю, сразу же летели в ненужную кучку, к этой минуте успевшей вырасти до весьма внушительных размеров. — Чёрт, мне совершенно нечего надеть! — раздражённо вздохнула Эми, отбросив очередную вещь в сторону. Боковое зрение девушки заметило, как к её коленям по полу приближалась только что брошенная рубашка. Эми отвлеклась и взглянула на движущийся бугорок, накрытый льняной тканью. Подобравшись ближе, бугорок мяукнул. — Что же мне делать, Сноу? — девушка помогла кошечке выбраться на свободу, — Я не могу ничего выбрать! Белый, уже подросший за три месяца котёнок посмотрел своей хозяйке в глаза так, будто понял каждое её слово. — Да, ты права. Может быть, я и правда зря беспокоюсь. Рэту наверняка всё равно, во что я одета. Сам-то полураздетый ходит! — Мяу! — ответила ей Сноу, дружелюбно подняв и распушив хвостик. Кошечка подошла и ласково боднула девушку головой. После потёрлась об её бедро пушистым боком и замурчала. — И всё же я волнуюсь. — Эми погладила Сноу по выгнутой спинке, — Мне отчего-то стало важно думать, как я смотрюсь в его глазах. Что бы это значило? Девушка взглянула на вещь, что держала в руке. Задумавшись, Эми расправила бежевую рубашку с длинными рукавами и рассмотрела воротник, особенный своей интересной, но не замысловатой шнуровкой. Выбор был сделан. Потратив время на то, чтобы аккуратно сложить вываленную одежду обратно в сундук, Эми приступила к переодеванию. Края длинной рубашки девушка заправила за пояс любимых штанов каштанового цвета и ненароком усмехнулась, вспомнив, что за подобный внешний вид её часто ругала няня. Берте не нравилась манера воспитанницы подражать мужчинам в одежде, но привить упрямой девушке любовь к платьям и юбкам женщине до сей поры не представилось возможным. Вот и сегодня, застав Эми в подобном наряде, старушка тяжело вздохнула, правда в спор лезть не стала. Сочла это бессмысленной тратой времени. Берта вошла в комнату воспитанницы тогда, когда та была занята волосами. Эми безжалостно чесала запутанные локоны гребешком, кривя личико из-за неприятных ощущений. — К чему такие сборы? — спросила женщина недоумённо, замечая некоторые странности в поведении девушки, — Торопишься куда-то? — Прогуляться хочу, пока не стемнело! — отозвалась Эми, затягивая волосы в высокий хвост и выпуская пряди с висков. Стоило отметить, что подобная причёска была ей очень к лицу. — А для кого так прихорашиваешься? — улыбнулась Берта. Девушка взглянула на няню, не сразу сообразив, как ответить. — Ох, не смущайся, дитя моё. — женщина приняла увиденную гримасу лёгкого испуга за стеснение, — Я же всё прекрасно вижу. Тебе хочется произвести на кого-то впечатление! Берта внезапно просияла радостью: — Неужели ты наконец-то решила сблизиться с Гартом? Эми молчала, колеблясь с ответом. Из-за мыслей о вчерашнем кожа на спине покрылась холодными мурашками. Благо, отвечать ей не пришлось: — Ах, это же замечательно! — Берта расценила молчание за знак согласия, — А ведь я говорила, рано или поздно ты перед ним не устоишь! — Да, наверное. — Эми поняла, что не покинет дом, если начнёт что-либо отрицать или выдумывать другую причину ухода, — Извини, Берта, но мне надо спешить. Не хочу опаздывать! — Конечно, конечно! Только оденься теплее, а потом уж иди с миром. И учти — до темна не задерживайся! Берта не отпустила воспитанницу, пока не озвучила прочие наказы и предупреждения. Женщина подытожила свою речь просьбой оставаться на чеку в вечернее время — время активности лесных хищников. Эми дала обещание быть осторожной и на этом с няней и попрощалась. Накинув плащ, девушка спешно направилась к выходу. Ради того, чтобы няня не заподозрила её в неладном, девушке пришлось выйти за калитку и уйти вперёд по деревенской дорожке. Но, оказавшись за пределами видимости Берты, провожающей её глазами с крыльца, Эми тихонько сместилась в сторону, сошла с дорожки и незаметно юркнула в узенькое пространство между двумя домами. Девушка прошлась вдоль деревянного забора чужого двора, по высоте чуть большего, чем её рост. За его угловым концом, видимым впереди, начиналась граница с лесом. Туда и лежала дорога Эми. Убедившись, что её побегу не нашлось свидетелей, девушка превратила свой крадущийся шаг в быстрый бег. На истоптанном снегу её следы перемешались со следами других людей, благодаря чему распознать, кто здесь проходил и когда, становилось практически невозможно. Скоро ноги Эми топтали уже не сельские улочки, а заснеженные лесные тропы. Девушка неслась вперёд, не замечая на своём лице счастливой улыбки. Причин её появления было много: от радости по случаю удачного побега до предвкушения скорой встречи с Рэтом. Словами было не передать, как Эми ждала сегодняшний вечер, и как жаждала увидеть волка. Окрылённая желанием поскорее с ним встретиться девушка не чувствовала ни усталости в ногах, ни учащённого сердечного стука. Посторонние мысли об обещаниях вернуться до темноты, о клятвах про соблюдение осторожности незаметно отошли на второй, самый дальний план. Первый же заняли грёзы только об одном — о Рэте.

***

Волчьи глаза смотрели на оранжевый небосвод, солнечный диск на котором успел спуститься к верхушкам сосен. Тёплые лучики сочились через пушистые ветви, согревая лес в свой последний раз перед уходом дневного светила. Рэт ловил их мордой. Тепло вечернего солнца было особенно приятным, что заставляло волка блаженно прикрывать веки, пока лучики грели его макушку и нос. Ожидание зверя тем временем подходило к концу. Уже совсем скоро в ноздри закрался знакомый нежный запах, отчего хищник улыбнулся, подумав: «Эми». На глаза же девушка показалась ему позже. Вскоре обернувшись к ней, выходящей со стороны высоких, укрытых пушистым снегом зарослей, Рэт так и застыл, оторопев. Сегодняшние старания Эми преобразить свой скучный облик не прошли даром. Увидев её с милым хвостиком в замену распущенным взлохмаченным волосам, с аккуратно выпущенными волнистыми прядями, с румяными от морозца щёчками, Рэт на какое-то время лишился дара речи. Эми была прекрасна. Нет, не только сегодня, не только в конкретный час или миг. Она была красива каждый день, однако сегодня — особенно. Волосы, зачёсанные назад и собранные в хвосте, теперь не мешали разглядеть то, что ранее от глаз было скрыто. Приятный овал лица, форма аккуратного точёного подбородка, черты тонких скул… в этом милом личике было идеально всё. — Привет. — чуть застенчиво поздоровалась Эми, немного смущённая столь пристальным взглядом. Голос вернул Рэта в чувства. — Привет. — ответил он тем же, всё не сводя с неё зачарованных глаз. — Прости, ты, наверное, долго ждал.— извиняющимся тоном произнесла девушка, стыдясь своего пусть и небольшого, но опоздания. Они договаривались встретиться, когда солнце будет едва касаться деревьев, но на деле же, по вине Эми, увиделись значительно позднее. — Нет, не так уж и долго. — сказав это, Рэт слукавил, ибо ждал её здесь уже довольно давно. Своё логово зверь покинул добрых два часа назад, пока на то имелась такая возможность. Помощи в прикрытии вновь пришлось просить у верного товарища — Эдди. Серый сразу что-то заподозрил, правда делать было нечего. Согласился. Однако за небольшую плату: теперь Рэт был должен ему услугу, а именно — помощь в общении с самочками. Рэт пытался сойтись с ним на другом условии, но Эдди был крайне настойчив. Не оставив другу выбора, серый вынудил чёрного согласиться. — Пойдём, — сказал Рэт после, — хочу тебе кое-что показать. Взгляд девушки сделался вопросительным, и зверь поспешил уверить: — Тебе понравится. На протяжении всего пути заинтригованная Эми думала, куда же её хотел привести Рэт. Девушка пыталась спрашивать, но упёртый зверь стойко хранил молчание. На морде волка девушка видела улыбку, что лишь удваивало её интерес. Рэт улыбался как-то загадочно, по-лисьи хитро. Зверь уклонялся от вопросов Эми даже тогда, когда тропа, по которой они шли, стала постепенно возвышаться. Холмистый край имел большое множество спусков и подъемов разной высоты и продолжительности. Дорожки здесь уходили то вверх, то вниз, значительно затрудняя передвижение. Обычная пешая прогулка по, казалось бы, короткой дистанции, требовала немалых усилий. Девушке приходилось следовать за волком по труднопроходимым участкам земли, в добавок покрытыми глубокими снежными сугробами. — Рэт, нам ещё далеко? — обречённым голосом поинтересовалась Эми, пока взбиралась следом за ним по крутому подъёму из каменных глыб, — Мои ноги устали. — Почти пришли, душа моя. — настрой волка был куда веселее, — Обещаю, твои усилия будут того стоить! Лишь многообещающие речи волка заставляли девушку двигаться дальше. Хмуря бровки, Эми гадала, что же там могло быть такого интересного. Вместе с этим девушка думала и о другом — о подозрительном поведении Рэта. Эми не могла не приметить, что в столь приподнятом и отчего-то радостном настроении видела его впервые. Сколько девушка его знала, Рэт всегда был мрачен и скуп на эмоции, а сегодня… Сегодня Эми его не узнавала. Волк был чем-то взволнован, верным доказательством этому являлся пушистый хвост, беспокойно покачивающийся слева на право, пока зверь, торопясь, поднимался вверх. На верхушку высокого отвесного склона Рэт забрался первым. Эми нагнала его немного погодя на пару с шумной одышкой. Девушка покинула пределы высоких кустов и сделала пару шагов до вставшего столбом зверя. — Для чего мы здесь, Рэт? — переведя дух, спросила она, поскольку беглый осмотр окрестности не дал ей никакого ответа. Вместе с волком Эми очутилась на самом верху высокого склона, немного возвышающегося над уровнем леса. А точнее — на небольшой круглой лужайке, покрытой ровным неглубоким снегом. Одна сторона лужайки была окружена деревьями, а другая имела скалистый обрыв. Застывший зверь глядел куда-то вдаль. Вид у него отныне был удовлетворённый и спокойный. На морде показалась лёгкая ухмылка, с которой Рэт обернулся к девушке и, довольный собой, сказал: — А ты подойди ближе, погляди вперёд. Эми поспешила выйти из тени, что отбрасывал волк, и встать возле его бока. Необходимость задавать вопросы после этого сразу же исчезла. Ноги девушки так и приросли к земле, когда её глазам наконец открылся вид на то, что так хотел показать ей Рэт. Закат — ни с чем не сравнимое, сказочное и воистину завораживающее зрелище. Стоит хоть раз увидеть эту волшебную игру красок и света, и забыть её уже не получится никогда. Короткий, но прекрасный миг встречи дня и ночи оставляет на душе неописуемые впечатления: это и восторг, и волнение, и трепет… Тёплые лучи садящегося светила падали на весь видимый глазу лес, окрашивали его во все оттенки жёлтого и красного. Их свет добирался и до того самого склона, где находилась девушка. Лёгкий ветерок обдувал её оранжевое от света зарева личико, ерошил блестящие волосы, раздувал края зелёного плаща. Эми не могла насмотреться. Прежде девушка никогда не наблюдала эту красоту с такого впечатляющего обзора. Эми видела огромные просторы заснеженного лесного царства, видела громадный купол разноцветного неба, видела багряно-красный светящийся диск, и всё это находилось так близко, так рядом… — Вся красота заката видна только с этого места и только в эти минуты. — сказал Рэт, смотря всё туда же вдаль, на солнце, медленно скатывающееся за лес. — Это потрясающе. — прошептали губы девушки, очарованной видимым зрелищем до мурашек. — Говорил же, — хмыкнул зверь, — тебе понравится. Эми любовалась прекрасным переходом дня в ночь до той поры, когда над соснами прощально блеснул последний лучик. Солнце оставило после ухода яркое зарево, но и оно уже в скором времени стало тускнеть и впитывать в себя синеватые тона подступающей ночи. Прошло время, прежде чем девушка смогла отвести глаза от неба. Эми повернулась к волку и обнаружила, что он уже не стоял, а сидел. Поза его была расслабленной: один локоть лежал на согнутой в колене ноге, а вторая рука упиралась в землю. Не долго думая, девушка к нему присоединилась, сделав и шаг и присев на бедро рядышком. — Волнительное зрелище. — сказала Эми после их недолгого молчания, вновь обращая взгляд к небу, всё ещё горящему алым заревом, — И это место… оно просто чудесное! Рэт обернулся к девушке и улыбнулся, увидев неподдельный восторг в её не менее прекрасных, чем закат, глазах. Говорить что-либо вновь не было сил: зверю хотелось только смотреть на неё и любоваться. Эми это, кстати, скоро почувствовала. Обернувшись, девушка взглянула на Рэта, совершенно не желающего сводить с неё взор. Тогда же, смутившись, спросила: — Почему ты так смотришь? — Закаты я вижу каждый день. — ответил он, но не сразу, — А с тобой могу не видеться месяцами. Не хочу упускать момент. Сердце забилось чаще, а щёки, и без того розовые от морозца, запылали пуще прежнего. Рэт находился так близко к девичьему личику, что Эми могла чувствовать его тёплое дыхание кожей. Могла видеть его до невозможности красивые глаза и заглядывать в их бездонные глубины. До зверя вдруг захотелось дотронуться. Рука девушки непроизвольно поднялась, приблизилась и робко коснулась волчьей щеки всего лишь кончиками тонких пальцев. В прикосновении чувствовалась её нерешительность. Эми не знала, можно ли ей продолжать, однако руку обратно не отнимала. Рэта хотелось касаться. Хотелось чувствовать мягкость его шерсти и перебирать её между пальцев. Чтобы понять эти желания, зверю не нужно было никакое чутьё. Хищник подался навстречу её нежной руке, сказав без слов, что не имеет ничего против. Зверь прикрыл веки, поджал уши и прильнул к ладошке, так бережно касающейся его щеки. Рэт ласково, как кот, потерся об руку, отчего Эми просияла радостной улыбкой. Всё внутри неё в тот миг затрепетало от неизведанного ранее чувства, которое пробуждал в ней только он. У девушки замерло сердце, стоило волку мягко взяться за её руку. Едва сжимая ладонь, Рэт ухватил пальчики Эми и медленно снял со своей щеки. Хищник поднёс их к губам и, поддавшись желанию, нежно поцеловал. — Рэт… — с уст девушки сорвался волнительный шёпот. Кожу на кончиках пальцев охватил жар горячих губ. Зверь целовал каждый тоненький пальчик, не обделяя вниманием ни один. Делал он это с таким трепетом, с такой нежностью, будто всю жизнь только об этом и мечтал. А Эми наблюдала и заливалась краской, теряясь в испытываемых чувствах. Сердце стучало, как бешеное. Дышала девушка через раз. Всё на свете ей сейчас было безразлично: небо, вечер, лес и это место… В голове был только он. — Прости. — извинился хищник, как только прервался, — Не смог удержаться. Рэт раскрыл лапу, даруя девичьей ручке свободу, но убирать ладошку Эми даже не подумала. Вместо этого, обхватив запястье волка, внезапно привстала на коленках, чтобы сделаться выше. Девушка приблизилась к Рэту, прикрыла веки и подарила ему поцелуй, легонько чмокнув в самое чувствительное место на морде — во влажный нос. — Не извиняйся. Я отчего-то тоже… — смущаясь, говорила она, — …тоже еле сдерживаюсь от желания целовать тебя. Совершенно обескураженный её ответом и поцелуем Рэт замешкался, правда всего лишь на секунду. Пасть его мгновением позже расплылась в довольной улыбке. — Так что же ты медлишь? Следующее касание мягких губ пришлось волку в место между бровями. Перед этим Эми обняла его, крепко-крепко, чем заставила обомлеть. Уши радостного Рэта сами собой развернулись к затылку от столь приятного чувства. Улыбка стала шире, а хвост, не контролируемый хозяином на радостях, оживлённо забился на снегу. Вскоре хищнику удалось вызвать у девушки смех. Произошло это, когда Эми застенчиво отстранилась и вдруг подверглась тщательному вылизыванию. Влажный язык прошёлся по губам, захватил нос и область глаз, вынудив Эми зажмуриться. — Рэт!.. — засмеялась она, однако сопротивление оказала слабое, — Щекотно же, перестань! Не надо!.. В какой-то момент, пытаясь спастись, Эми упала на спину, а зверь навис сверху. Вылизывая девушку, Рэт не знал пощады. Ему нравился её смех. Нравилось, как она хваталась за его голову, и как звала по имени, пусть даже сквозь хохот и писк. Ему безумно нравилось слышать звонкий смех девушки и понимать, что это он её смешил, что это он был повинен в видимой улыбке, так сильно радующей душу. Руки девушки остались у волка на плечах, когда щекотка прекратилась. Всё ещё улыбаясь после продолжительного смеха Эми встретилась со взглядом Рэта и заразила его своим весельем. Пасть хищника изогнулась в похожей улыбке — радостной и очень милой несмотря на то, что взгляду были видимы острые клыки. Не влюбиться в эту улыбку было просто невозможно. И почему Рэт всегда её прятал? Знал бы он, как она ему идёт! — Эми… — тихо произнёс он с внезапной решимостью, вызванной волной самых разных чувств по отношению к девушке, — Позволь мне кое в чём тебе признаться. — В чём же? — спросила она, затаив дыхание. — Мне кажется… — слова ложились на язык с большим трудом, — Кажется, что я тебя… Конец не складывался, отчего хищник шумно вздохнул. Всего лишь слово. Оставалось произнести только одно слово, чтобы наконец-то перестать скрывать то, что давно было понятно. Но Рэт робел, не зная, как набраться смелости. К счастью, Эми ему помогла. Вновь коснувшись щеки волка, девушка ответила: — И я тебя, кажется, тоже.