Волчья душа

День Конрада не задался с самого утра. К насущным проблемам и хлопотам прибавилась новая неприятность — новость о пропаже товарища. Этим утром дурную весть охотник узнал от отца. Известие об таинственном исчезновении Гарта омрачило и без того паршивое настроение Конрада. Часом позже охотнику было поручено возглавить один из поисковых отрядов и отправиться прочёсывать лес. Группе из четырёх человек предводитель поручил обыскать близлежащие северные и западные территории. Как на зло — самые коварные, богатые на непроходимые дебри и запутанные тропы. Но на отца Конрад обиду не таил. Он понимал, что таким образом Магнус закалял его дух, готовил к будущей тяжёлой работе, с которой он рано или поздно обязательно столкнётся. К этому часу поиски по-прежнему не давали результатов. Охотники бродили по холодным землям уже которой час подряд, но успехов, как видно, не претерпевали: — Мы прочесали окрестные земли от и до, но так ничего и не нашли. — к Конраду обратился один из охотников, — Есть ли смысл двигаться дальше? — Нельзя терять надежду, надо продолжать поиски. — Быть может, двум другим отрядам повезло больше, чем нам? — предположил второй, выражая очень тонкий намёк на то, что все члены группы порядком подустали блуждать здесь битый час, причём впустую. — Если так, хорошо. — сказал Конрад, не спеша шагая дальше, — Но наверняка мы не знаем, поэтому, пока не осмотрим здесь каждую опушку, обратно не двинемся. Это приказ вождя. Охотники обречённо повздыхали. — Не расслабляться. — продолжал рыжеволосый решительно, правда настроение товарищей прекрасно понимал, ведь и сам страдал от усталости и ненавистного холода, — Дальше будем двигаться строго на север. Думаю, нам нужно забраться повыше. Взойдём на холмистые хребты, что на пути в северные земли. Всё же лучше, чем плестись по низу через дебри. Охотников обрадовало решение главаря. Никому не хотелось продолжать утомительные поиски по непроходимым кривым тропам. Дорога, выбранная Конрадом, через некоторое время начала выводить группу к нужным возвышениям. Холмы виднелись далеко впереди, и чтобы к ним подобраться, охотникам предстояло пройтись сквозь густо заросшую чащу. Осмыслив это, Конрад повёл людей вперёд. В это же время, неподалёку от заветных холмов, к которым целенаправленно шли охотники, находились два хищника. О приближении опасности в лице четырёх вооружённых людей оба волка, правда, ещё не знали, ибо заняты были исключительно своими делами. — Стой, зараза! — серый зверь прыгнул в сугроб и погряз в нём всеми четырьмя конечностями, в то время как из-под его носа ловко выпрыгнул белый зверёк, — Да куда ж тебя несёт?! Стой, собака ушастая! Выскочив из снега, зверь бросился вдогонку шустрому кролику, нарочно петляющему меж низкорослых голых кустарников. Волк скакал за бедным зверьком зигзагами, то взмахивая когтями, то клацая пастью. А кролик всё никак в лапы хищника не попадался, упорно продолжая погоню. — Ага! — когда зверёк выпрыгнул на ровный снег, Эдди решил совершить смертельный рывок. Серый кинулся за кроликом. Пружинистые ноги оттолкнули Эдди от земли, и волк, растопырив когти, прыгнул за дичью. Хищник не учёл лишь одно: он совершенно не рассчитал силу рывка. Эдди поторопился, из-за чего не смог ни кролика поймать, ни мягко приземлиться. Прокатившись кубарем по глубокому снегу, серый встретился с массивной каменной глыбой, что так не к месту присутствовала на опушке. В неё зверь не слабо так врезался лбом, после чего наконец завершил своё падение. Морда Эдди погрузилась в снег, а нижние части тела — хвост с ногами — остались возвышаться над сугробом. — Эй, болван, ты там живой? — к неподвижному другу приблизился Рэт, еле сдерживающий дикий хохот от вида Эдди, застывшего задом к верху. Из-под снега послышалось едва разборчивое: — Не очень… С проскочившей на морде усмешкой Рэт подошёл и помог никудышному охотнику подняться и сесть. На вопрос о самочувствии Эдди ответил бодро, однако далеко не сразу: — Не парься, я уже в норме! — серый попытался скрыть от друга неважное состояние с двоящейся перед глазами картинкой, — Мой черепок и не такое выдерживал. Он же у меня во… — Эдди постучал по голове, — …каменный! — Скорее, деревянный. — усмехнулся Рэт, услышав глухой звук, — Ну-ка взгляни, сколько пальцев я показываю? Хищник поднял лишь указательный и средний. Придерживая ушибленную голову лапой, Эдди сфокусировался на его руке и выдал: — Четыре… — Ну, почти. — вздохнул Рэт и протянул серому руку, — Давай лапу, охотничек. Будем возвращаться, пока у тебя на лбу шишка не выросла. — Что? Не, не, не! Не надо возвращаться! — оживился он, — Сейчас я посижу чуть-чуть, и мы продолжим. Не возвращаться же с пустыми лапами! Рэт усмехнулся, не став спорить. Он знал, как для серого была важна его «репутация», и помнил, как он ненавидел посещать шалаш целителя. Порыв холодного ветра обдал волчью морду и пощекотал чувствительные ноздри. Рэт вдохнул принесённые запахи и почуял некоторые изменения. Принюхавшись, хищник довольно быстро различил человеческие «ароматы» и напрягся, различив четыре разных запаха. До этого времени охотники, видно, двигались с подветренной стороны. Иначе объяснить то, почему не их не удалось учуять раньше, Рэт не смог. — Зараза… — выругался зверь, — У нас гости. — Чего? — Эдди встрепенулся, — Где? — На подходе. — определил Рэт, пропустив запахи через ноздри ещё раз. — Оу… плохо дело… — серый поднялся на лапы, не делая резких движений, — Слушай, а предложение возвращаться домой ещё в силе? Настороженный хищник прислушивался к звукам леса, пытаясь понять, с какой из сторон им стоило ждать опасность. Нюх подсказок не давал: ветер гнал сильные запахи отовсюду. — Старик, может, не будем их дожидаться, а? — хвост Эдди прижался к ногам, — Нет, мы бы могли, конечно, но… но я сейчас не в лучшей форме!.. Да и зачем нам лишние проблемы? Рэт навострил уши на раздавшийся треск, а серый, прикусив язык, замер. Хвойные заросли напротив них задрожали, и снег начал осыпаться с пушистых ветвей. Рэт приготовился к неизбежной стычке, ощетинившись и расставив ноги по ширине плеч для будущего рывка. Человека, что вышел из кустов в следующую секунду, зверь узнал сразу. Достаточно было всего раз взглянуть на рыжие волосы, чтобы признать в охотнике весьма известную личность. А также чтобы сбавить обороты и не вступать в бой первым, ведь это был Конрад — брат его любимой девушки. Судя по тому, как охотник остановился и как бросил взор на двух волков, об их пребывании здесь он до сего момента даже не догадывался. Значит, двигался сюда отнюдь не ради боя. Осознание этого стало следующий сигналом к подавлению агрессии, вследствие чего Рэт охладил пыл и решил: завязывать драку пока что было рано. Конрад, увидавший зверей, немедленно застыл и схватился за рукоять меча. Сделал он это скорее по рефлексу, нежели от желания вступать в схватку. Рука, однако, быстро замерла, успев выдвинуть лишь верхнюю часть лезвия под гардой. Неосознанный жест охотника хищнику всё равно не понравился. Рэт ненавидел звук извлекания оружия и приходил в бешенство всякий раз, когда его слышал. Но не сегодня. Волк по-прежнему ждал, удерживая себя мыслью: «Конрада трогать нельзя. Нельзя…» Охотник хищника прекрасно узнал, именно поэтому и не стал обнажать меч полностью. Чёрный мех, оранжевые глаза, пятно на груди — всё это позволило Конраду вовремя остановиться и понять, что это был за зверь. Как там Эми его называла?.. Как-то коротко и звучно… Конрад, к сожалению, забыл. Зато другое он помнил отлично: злить и провоцировать этого волка было очень опасно. Из опыта последней встречи охотник знал, что реакция у волка была превосходной, а хватка — дьявольски сильной. Знал он и то, что зверь не станет терпеть ни малейшую угрозу, вот только… Хищник до сих пор с какой-то стати, видя готовность охотника выхватить меч, нападать не торопился. Тогда же Конрад задумался и поразился, допустив единственную мысль: неужели всё дело было в Эми? Второго волка с тёмной дымчато-серой шкурой охотник не знал. Однако внешний вид хищника помог прийти к выводу, что опасности он почти никакой не представлял. Серый показался Конраду каким-то растерянным. Карие глаза недоумевающего волка бегали от человека к сородичу и обратно, выражая искренне непонимание происходящего. Сам же он нападать на охотника откровенно трусил. — Конрад, ну где ты там? — вдруг послышался нетерпеливый возглас, — Нашёл что? Узкие зрачки чёрного зверя скользнули в сторону, на заросли за спиной охотника. Затем вернулись и впились в Конрада вновь. Даже сейчас хищник бездействовал. При помощи взгляда Рэт дал знать, что для себя он выбор сделал. Последнее слово теперь оставалось за Конрадом, и охотник не растерялся. Приняв решение, Конрад задвинул меч обратно в ножны, повернул голову в бок и крикнул: — Нет! — оповестил он громко, — Здесь ничего! Конрад отступил на шаг назад, показав волкам, что намерен уйти. Рэт, в глаза которого смотрел охотник, всё понял и признательно кивнул. Хищник поступил аналогично — двинулся назад. На этом обе стороны и попрощались. Охотник вернулся к отряду, а Рэт, прихватив друга, принял решение уходить, да поживее, пока их не обнаружили другие люди. Некоторую часть пути шокированный Эдди прошёл в абсолютном молчании, что для него было совсем не свойственно. А потом, созрев для истерики, так внезапно завёлся, что Рэт от неожиданности, честно признать, вздрогнул. — Я не понял, это что сейчас было?! — Ничего, Эдди. — ответил Рэт, — Забудь. — А ну стой! — серый схватил приятеля за локоть и развернул к себе, — Какого лешего, старик?! Ты его даже не тронул! — Да, не тронул, и что? Ты, кажется, не хотел проблем. — Ты не тронул человека! — выделил он, удерживая Рэта за плечи, — А он, глядя на тебя, даже меч до конца не вытащил! И как прикажешь это понимать?! — Считай, что нам повезло. — зверь избавился от лап серого, смахнув их с плеч, — Я почуял четверых. Четверых вооружённых охотников. Ты правда хотел с ними драться? — Четверых? Старик, тебе доводилось биться с целым десятком, а сегодня тебя напугала жалкая кучка?! Ну нет… хоть ты тресни, я в это не поверю! Ты бы ни за что не стал сдерживаться от хорошей драки, не будь у тебя на то причины! Говори, почему ты его отпустил! — Проклятье, Эдди… — давление товарища действовало на нервы. — Мне надоели твои тайны! — сердился он, — Колись, или я за себя не отвечаю! Рэт вздохнул, решив сдаться. — Это был брат Эми. — ответил он тихо, — Я не мог причинить вред человеку из её семьи. Не мог, ясно? Эдди с секунду пялился на друга, соображая, и уже скоро поменялся в голосе и морде: — Так всё дело в девушке? — Да, в ней. — признал Рэт, лишь бы серый угомонился, — А теперь, пожалуйста, замолчи. — Погодь, погодь, на этом месте поподробнее! — загорелся интересом волк, — Чтобы на тебя влиял прекрасный пол? Это что-то новенькое! — Ничего нового. — отвечал он сухо, только бы серый ничего не почувствовал, — Это вопрос долга: я не могу ей навредить, а значит, не могу навредить и её родне. — Ой, да ладно тебе долгом прикрываться! — ухмыльнулся Эдди, — Так и скажи, что ты к ней проникся! — Что? — Рэт держался, но волнение росло. — Брось, старик, я не слепой! Вижу же прекрасно, ты сам не свой в последние дни. А сегодня так вообще сдурел: людишек с миром отпустил! Если расставить всё на места, то совсем не трудно догадаться. Хищник не отвечал. Рэт шагал вперёд молча, гадая, могут ли возникнуть дурные последствия из этого разговора. Прежде, чем доверить Эдди самое сокровенное, следовало вспомнить о его чрезмерной болтливости и жуткой невнимательности. Рэту бы не хотелось попадать в неприятности по вине его длинного языка. Хоть зверь и знал, что Эдди никогда не желал ему зла, в вопросе доверия к нему всегда придерживался осторожности. — Ну же, признайся, я прав. — подговаривал тем временем тот, — Тебя к ней тянет! — Вовсе нет. — Тянет, тянет! — улыбался он, — Носом чую, старик, ты втюрился! — В человека? Не неси чушь, Эдди. — отвечал он спокойно, — Мы оба знаем правила: никаких связей с людьми. — Хорош заливать! Я не знаю ни одного волка, который бы от правил увиливал чаще, чем ты! Кого обмануть пытаешься, Рэтыч? Признай уже, я тебя раскусил! — Ты взбесился. — А ты влюбился! — воскликнул он, — Давай, скажи это! — Нет, Эдди, хватит. — произнёс он строже, — Уже не смешно! — Скажи! — Перестань! — Скажи! — Замолчи! — Не замолчу, пока не признаешься! Скажи! — Да что ты пристал ко мне? — Я своего добьюсь, ты знаешь. Скажи! — Нет! — Скажи это, чёрт возьми! — Ладно, хорошо! — прогремел Рэт, не выдержав. Зверь остановился, и то же сделал Эдди, перепугавшийся громкого рыка, — Хочешь, чтобы я признался? Хорошо, признаю, ты прав! Прав во всём! Только отстань от меня, ради бога… К своей радости не услышав ничего в ответ, хищник побрёл дальше. Эдди отстал, оставишь стоять и глядеть другу в спину. Уши серого, развёрнутые назад, говорили об обиде, однако дуться на Рэта подолгу серый зверь никогда не мог. — О-о-о… вот ведь Сида обрадуется! — вновь заголосил он, предавшись счастью, — Наш старик наконец-то впустил в сердце любовь! Опомнившись, Эдди бросился догонять ушедшего вперёд товарища. — Ну куда ты пошёл? Меня подожди!

***

Сноу внимательно разглядывала деревянную ложечку, сидя на кухонном столе. Кончик её пушистого хвоста периодически вздрагивал. Ей была интересна эта странная вещица, которую хозяйка бросила на край стола второпях. Любопытные синие глазки глядели на ложку, не отрываясь, а левая лапка была немного приподнята: кошечке хотелось дотронуться до деревяшки, чтобы понять, была ли она живой. Вскоре терпение котёнка иссякло, и ложка, тронутая лапкой, слетела со стола. Прыгать за ней вниз Сноу не стала. Вместо этого, поднявшись на лапки, подошла ближе к другому краю, за которым работала её хозяйка. Сноу перешла пространство стола по диагонали, оставив на усыпанной мукой поверхности следы маленьких лапок. Эми усердно трудилась над раскаткой теста для булочек, обращая всё внимание на скалку в руках. Голова котёнка, вдруг показавшаяся в поле зрения, девушку отвлекла. Сноу остановилась перед дощечкой и поглядела, чем была занята хозяйка. Эми не нашла ничего плохого в том, что она решила составить ей компанию. Поэтому вернулась к делу. Когда девушка была занята раскладкой ягодной начинки, входная дверь позади неё заскрипела. Эми обернулась, подумав встретить на пороге няню, но вместо женщины, к удивлению, увидела отца. Явно погружённый в невесёлые раздумья Магнус вошёл в дом тихо. Туманный взгляд чем-то удручённого предводителя почти сразу упал на дочь. Девушке не пришлось долго всматриваться в родное лицо, чтобы заметить его мрачный, усталый вид. И хоть в подобном состоянии вождь пребывал довольно часто, девушка до сих пор не могла к этому привыкнуть. На душе Эми поселилась жалость, и в надежде хоть как-то поднять отцу настроение девушка поздоровалась с ним так же, как и всегда — с улыбкой: — Привет, пап! Эми махнула ему абсолютно белой из-за муки ладошкой. Белый порошок к тому же присутствовал и на одежде, и даже местами на лице, причём сама девушка об этом, кажется, не знала. Глядя на своё чудо, что вновь хозяйничало на кухне в отсутствии Берты, вождю оказалось трудно удержаться от улыбки. Догадавшись о причине видимой усмешки, Эми засуетилась, поспешив стряхнуть всю лишнюю муку с себя. — Я не думала, что ты придёшь. — между делом продолжила она, — Знала бы, начала раньше… — Не торопись. — успокоил Магнус, проходя дальше неспешно, и поинтересовался, лишь бы как-то развеять дурные мысли: — Что собираешься печь? — Булочки. — ответила она, устраняя небольшой беспорядок на столе, — С малиновым вареньем! Конраду в прошлый раз они очень понравились, вот я и подумала… Эми неосознанно повернулась к отцу и осеклась, осознав, что её занятие на самом деле волновало его меньше всего. Девушка увидела отца в кресле. Прикрытые веки и пальцы, потирающие переносицу, дали понять, что вождя тревожило нечто весьма серьёзное. — Пап, что-то случилось? — беспокойно спросила девушка, хотя задние мысли уже подсказывали ответ. — Да, Эми, много чего. — ответил вождь на выдохе. Посвящать дочь во все проблемы Магнус не стал. Сообщить ей предводитель решил самое важное: — Гарт погиб. Ладони девушки похолодели. По спине рассыпались мурашки из-за упоминания имени человека, пытавшегося сотворить с ней невесть что. Внешне Эми постаралась страх не выдать. Магнус, благо, был слишком увлечён мыслями, что помешало заметить возросшее волнение дочери. — Его тело обнаружили в чаще сегодня утром. — поведал вождь, — Гарта загрыз волк. Девушка боялась представить, что отец скажет ей дальше. Эми слушала его, почти что не дыша. — Очень жаль, что так… Воином он был славным. Даже не вериться, что Гарт мог так сглупить: отправиться в лес в одиночку. — Почему же он ушёл? — Сдаётся мне, погнался за сбежавшим зверем. — сказал Магнус, удвоив беспокойства дочери, — В последний раз его видели около оружейной. Вполне возможно, он первый заметил пропажу. Не исключено также, что он мог кого-то увидеть… Одно не понятно — как случился побег и кто ему виновник. Для меня это пока что загадка. Девушку немного успокоило то, что отец не имеет подозрений. Беспокоиться, правда, заставляло его тревожное «пока что». — Волки зачастили появляться около нас. — начал вдруг вождь, — Либо осмелели передвигаться по одиночке, либо всего один из них облюбовал себе здешние места. — в связи с этим Магнус предостерёг: — Будь осторожна, Эми. Не ходи за порог с наступлением вечера и не забывай запирать заднюю дверь. К сидящему в кресле предводителю приблизилась Сноу. Подойдя, котёнок ласково потёрся об его ногу и замурчал, чем отвлёк Магнуса от размышлений. Вождь приподнял веки и обратил хмурый взор на маленькое создание. Устоять перед синими глазками Сноу предводитель не сумел: опустил руку, доселе находящуюся у лица, и приласкал котёнка по пушистой спинке. В следующую же минуту предводитель вспомнил, с какой целью наведался в родной дом: — Конрад сюда не приходил? — спросил он, вырвав Эми из тревожных раздумий. Девушка очнулась, заметив, что теперь отец смотрел прямо на неё. Постаравшись немного отогнать волнение, Эми ответила: — Нет, его не было с утра. — Не было, значит. — задумчиво сказал вождь сам себе, — Вот и мастерская его пустует… Выходит, до вечера не объявится. Пусть так. Его сейчас лучше не трогать. Эми мысленно согласилась с отцом. Потеря близкого товарища тяжело отразится на Конраде. Охотник будет скорбеть. И наверняка весьма продолжительное время. Вздохнув, Магнус поднялся с кресла и побрёл к двери. — Я вернусь поздно. — предупредил он, задержавшись около дочери на пути к выходу, — Будь здесь, милая. — Хорошо, пап. — ответила Эми, — Буду. Перед уходом вождь приобнял дочь и коротко поцеловал в лоб. Девушка улыбнулась, стоило его колючим усам пощекотать кожу. С этой же улыбкой Эми проводила отца взглядом до двери. И вот уже через миг фигура вождя скрылась с глаз, а входная дверь, скрипнув, закрылась. Но даже после ухода предводителя девушка продолжала глядеть на выход, будто отец всё ещё находился в доме. Эми думала. Думала обо всём, что ей довелось услышать за прошедшие минуты. Её переполняли разные чувства: от лёгкого страха, оставшегося от разговоров про Гарта, до жалости как к отцу, так и к брату. Погрузившись в раздумья, Эми шумно выпустила воздух из груди и устало прикрыла глаза. Девушка задумалась: надолго ли ей ещё хватит сил? Сколько ещё она будет скрываться от отца? И, главное, как он поступит с ней, если вдруг когда-нибудь всё узнает?

***

— Аппетита тебе, я так понимаю, занимать не приходится. — посмеивалась Эми, пока зверь уплетал сладкие булочки из её узелка за обе щеки, — Не боишься форму потерять, здоровяк? — Если и потеряю, в этом будешь виновата ты. — ответил Рэт шутя, безмятежно пожёвывая мягкое, тающее на языке тесто. Зверь глянул на надкусанное лакомство в лапе и добавил: — Всё-таки вы, люди, знаете толк в еде. Это ж надо было додуматься: впихивать ягоды в… не знаю, что это, но оно такое, чёрт подери, вкусное! — Это называется «тесто». — «Тесто», — повторил зверь, рассматривая угощение, остатки коротко вскоре закинул в пасть. Смакуя лакомый кусочек, Рэт улыбнулся: — Буду знать. Проглотив содержимое рта, хищник сладко облизался. Рэт глянул на опустевший узелок и немного расстроился. И пока зверь, сидя на земле, шарил лапой в сумке, девушка стояла поодаль. Находилась она у края отвесной, но невысокой скалы. Эми глядела на лес, а к волку оборачивалась не столь часто, сколько бы ему хотелось. — Ты чего стоишь? — не мог не спросить Рэт, — Сторожишь нас, что ли? От задумчивой девушки не последовало ответа, но зверь на то внимание не обратил: отвлёкся на некий предмет, случайно найденный им в просторах узелка. Заинтересовавшись, Рэт вытащил из сумки неизвестную для себя вещь и покрутил её в лапах. Вещица эта была небольшой, продолговатой и плоской. Хищник нарёк её странной, а всё потому, что на ней имелся длинный ряд из тонких зубчиков. Не зная, для чего те служили, Рэт провёл по ним когтём. Колеблющийся мелодичный звук, раздавшийся при этом, ему понравился, потому зверь проделал то же самое ещё раз. И этим привлёк внимание девушки. Эми отвернулась от обрыва и обнаружила в лапах волка свой гребешок для волос. Буквально каждая дурная мысль, что находилась в её голове в тот миг, растаяла. Девушка до сих пор была удручена мыслями о разговоре, состоявшемся сегодня в доме, но теперь о нём и думать забыла. На губах при виде волка, увлечённого её вещью, сама собой возникла улыбка. — Зачем нужна эта штука? — спросил он, вдоволь с ней наигравшись. Перед тем, как ответить, улыбающаяся Эми приблизилась к волку и села рядышком. — Это гребешок. — сказала она, — Он нужен для волос, чтобы расчёсывать их и не давать им путаться. Выслушав, Рэт взглянул на вещицу в руках по-новому. — Полезная, выходит, штуковина. — оценил он, продолжая крутить ту в лапах. Загоревшись внезапной идеей, хищник покосился на локоны девушки, немного поколебался и всё же спросил: — Позволишь? Эми удивилась его просьбе, но отказываться не стала. Девушка доверилась лапам Рэта, пересев в новое положение. Из-за случайного касания волчьей лапы к коже на шее спина покрылась мурашками. Зверь подхватил золотистые локоны и удержал в ладони. Волк пощупал их подушечками пальцев и улыбнулся, подумав: «мягкие». В первый раз гребешок по волосам Рэт провёл медленно. Доведя расчёску до самого конца, зверь понял, что этот процесс ему нравится. Нравится не меньше самой девушки, затаившей в это время дыхание. От касаний к волосам и коже тело пронизывала приятная дрожь, неведомая ей раньше. От ощущений этих хотелось улыбаться, что она и делала, прикрывая от удовольствия веки, пока Рэт продолжал. — Ты совсем не дышишь. — усмехнулся он, заставив её щёки вспыхнуть. К неожиданности Эми, Рэт ткнулся в золотую макушку носом, зарылся в приятно пахнущие волосы и глубоко вдохнул их цветочный запах. Тёплое дыхание на выдохе объяло кожу головы так, что девушка, не устояв, вздрогнула. — Гребешок для тебя был только предлогом, верно? — догадалась она. Эми была готова поклясться, что почувствовала, как зверь ухмыльнулся ей в затылок. — Подумал, тебя надо как-то отвлечь. — проурчал он над её ухом, — Чую ведь, тебя что-то тревожит. Вспомнив свои переживания, Эми промолчала. Не успела она придумать, чем ответить, как лапы хищника вдруг обняли её поперёк живота, придвинули назад и крепко прижали к пушистому телу. — Расскажешь, в чём дело? Отказывать волку желания не было. Пригревшаяся в уютных объятиях девушка вскоре во всём призналась: — Дело в страхе. — вздохнула она, немного поёрзав в его лапах, — В страхе за наши жизни. Мне боязно гадать, что произойдёт, если люди или волки узнают о нас… И грустно от мысли, что даже если всё удастся сохранить в тайне, мы всё равно не сможем… ну… — Быть вместе? — помог Рэт, видя её смущение. — Да… — зарделась она, но продолжила: — Ведь у каждого из нас есть свой народ. У тебя стая, которую ты возглавишь однажды. У меня люди, ради которых я должна следовать вековым традициям. Как ни посмотри, а судьбы наши не вяжутся. Расстроившись из-за своих размышлений, Эми притихла ненадолго, уронив голову в бок на одну из лап волка. Подумав над сказанными словами минуту другую, девушка вдруг обронила неожиданную для Рэта фразу: — Но знаешь… будь у меня на то возможность, я бы вышла за тебя. Какое-то время Эми не замечала ничего странного, но вскоре нахмурилась, ведь Рэт как-то подозрительно затрясся. Понять, что с ним, девушка смогла лишь после поднятия головы: — Эй, что смешного? — обиделась она, видя, как зверь над ней откровенно смеялся. — Извини. — едва выговорил он на фоне смеха, — Тебя порой так забавно слушать… — «Забавно»? — взъерошилась та, — Я, вообще-то, серьёзно! — Серьёзно бы на это согласилась? — отчего-то усмехался он. — Что тебя так веселит? — Просто напомню, что, по моим законам, тебе бы сперва пришлось от меня забеременеть. После двухсекундной немой паузы девушка сердито нахмурила бровки, схватилась за его лапы и потребовала: — А ну пусти меня!.. — дёргалась она, пока Рэт хохотал, — Пусти, я не хочу с тобой больше разговаривать! — Да пошутил я, пошутил. — волк не расцеплял руки, — Куда собралась, душа моя? — Пусти, я и ударить могу! — Ага, как же… Пытаясь вырваться из стальных тисков, Эми доказала свои слова, правда совсем не нарочно. Неосознанно подняв одну из рук выше головы, девушка случайно стукнула Рэта по носу. Хищник, отдёрнув морду, фыркнул. Было больно. — Ах так? Драться со мной хочешь? Эми испуганно вскрикнула, когда Рэт завалился на спину и утянул её за собой. Вскрикнула и здесь же звонко рассмеялась. Крепко обнимая, зверь удерживал её на себе, не позволяя вырываться. Дёргаться Эми вскоре прекратила, а вот смеяться — нет. Позже ей удалось перевернуться на живот так, чтобы видеть его морду. Девушка улеглась на нём, упёршись руками в твёрдую грудь. Лапы хищника помогли ей устроиться: подхватили с боков и крепко придержали. — Прости. — девушка коснулась его носа, — Я предупреждала. Со мной так шутить не надо!.. — после на минуту отвлеклась: — …эй, твой нос всегда такой мокрый? Рэт улыбнулся, пока маленькая ладошка щупала его морду. — Всегда. — ответил он, перехватывая её ручку, — Мокрый нос — залог успеха, знаешь ли. Улавливает любые запахи. — Ого, я бы тоже так хотела! Не сказав ни слова более, Рэт высунул широкий язык и облизал маленький нос Эми. — Не благодари. — усмехнулся он, позабавившись её зажмуренными глазками. Девушка приподнялась на волке и насухо вытерла слюнявое личико рукавом плаща, что-то обиженно при этом пробурчав. По её глазам, открывшимся после, случайно скользнул солнечный лучик. Эми моргнула, поймав отблеск садящегося светила, и взглянула на лес. Оранжевые лучи струились сквозь громадные сосны так, словно угасающее вечернее солнце спустилось с небес и затаилось где-то в чаще неподалёку. Затаилось, чтобы в скором времени уйти на покой. — Мне домой пора. — расстроенно сказала Эми, прикинув, сколько времени осталось до захода солнца, — Надо успеть вернуться до заката. — Проводить тебя? — Нет! — отказалась она спешно, вспомнив разговор с отцом. После беседы с ним Эми была уверена, что сегодня и все ближайшие дни патрули будут обхаживать земли вокруг деревни круглосуточно, — Я сама. Эми слезла с волка так быстро, что он даже и опомниться не успел. Делать было нечего: зверь приподнялся и сел, подставив одно колено под локоть. — Эй, ты кое-что забыла. — сказал он девушке, заметив её припорошенный снегом узелок, сиротливо валяющийся поодаль. Рэт и не заметил, как она приблизилась. До одной его щеки внезапно дотронулась ладошка, а до второй — губы. Девушка поцеловала Рэта на прощание, совершив немного не то, что он ожидал. — Спасибо, что напомнил. — улыбнулась она хитро, заметив столь искреннее удивление в его глазах. А уже затем, обняв, попрощалась: — Увидимся!