Волчья душа

— Ладно тебе, не рычи. — приговаривал старческий голос по-доброму, даже ласково, — Раны зализывать не любишь? А кто ж, скажи мне, любит? Пальцы старика раздвинули густую шерсть на загривке и взялись промывать очередную рану. Хищник дёрнулся и отпугнул мужчину громким рыком. Лекарь, всё же немного побаивающийся громадного волка, послушно одёрнул руку. Боль в ране со временем ослабла, и Рэт успокоился, уронив подбородок на пол. Зверь с шумом выпустил воздух из лёгких и снова притих. Хищника осматривал людской врачеватель — седобородый мужчина шестидесяти пяти лет с высоким гладким лбом и короткими белыми волосами. Добродушный дедушка выполнял свою работу честно, невзирая на огромную разницу между этим необычным пациентом и всеми предыдущими. Лекарь позволил волку немного отдохнуть и набраться сил для продолжения. — Кусанные раны… — говорил он, повторно смачивая тряпочку средством из стеклянного флакона, — Самые паршивые из всех ран. А уж в таком количестве… Рэт фыркнул и отвернул голову от старика. Затем зажмурился и крепко стиснул зубы, ощутив, как целебное снадобье стараниями лекаря вновь защипало шкуру. Болезненную гримасу на его морде увидела Эми. Девушка стояла около двери, поодаль от лекаря и зверя. Эми находилась здесь с разрешения своего отца, позволившего ей остаться и помочь, если это потребуется. «Выразить свою благодарность», как сказал он ей перед уходом. Четыре каменные стены больше не находились во тьме. Волчью камеру освещал свет яркого факела, вставленного в железный держатель на стене. Горящий огонёк озарял мрачное помещение и всё, что прежде было скрыто от глаз. Переминаясь с ноги на ногу у входа, Эми осматривала голые стены и ёжилась, замечая на них давно высохшие пятна крови. Девушка кривила губы, ненароком поднимая взгляд к потолку. Грязевой налёт, плесень и чёрная свисающая паутина пускали мурашки по позвоночнику. От этого места веяло смертью и холодом. От последнего девушка наивно пыталась спастись под плащом, однако мерзкое дыхание темницы всё равно пробиралось к коже. Эми услышала рычание и обратила взгляд на лекаря, пытающегося дотронуться до волчьей морды. Опасаясь лишиться пальцев, а то и целой кисти, врачеватель не спешил подносить руку к обнажённым клыкам. — Что же ты, ну?.. — пушистые брови лекаря хмурились, — Помочь ведь хочу. Помочь… Эми подошла, решив, что настало время для её вмешательства. Пожилой мужчина увидел её и весьма разволновался. — Эми, деточка… — лекаря напугало приближение девушки к хищнику, — Что ты делаешь, моя красавица? Эми безмолвно опустилась на коленки около Рэта и, к ужасу старика, потянула к нему руку. — Эми! — взволнованный лекарь перехватил её запястье. — Не волнуйтесь, дядюшка Хэмиш. — ответила она, взглянув на пожилого мужчину, — Я помогу. Удивлённый лекарь стал свидетелем того, как девушка положила руку на волчью голову, и как зверь, прикрыв веки, спокойно выдержал её прикосновение. Старый врачеватель увидел невозможное. Поражённый не моргающий взгляд лекаря приковался к маленькой ладошке, так смело прошедшей по голове опасного хищника. Старик Хэмиш покосился на девушку и признал, что без её помощи справиться с капризным пациентом ему не удастся. — Вот, возьми это, деточка. — лекарь протянул Эми склянку с прозрачным содержимым, — Раз уж хочешь помочь — помоги делом. Сможешь с этим справиться? Хэмиш намекнул на полосы от когтей, рассекающие правую сторону волчьей морды. Две из них, что поменьше, красовались на щеке, а одна проходила через глаз до самого лба. Нисколько не смутившись, Эми приняла снадобье из рук лекаря. — Я смогу. Под контролирующим взором мужчины Эми смочила кусочек чистой ткани средством из бутылька и посмотрела на волка. Рэту не понадобилось ничего говорить. Хищник сам положил голову на колени Эми для её удобства. Девушка опустила свободную руку на его лоб и погладила, утешая. Влажную тряпочку во второй руке Эми приложила к его щеке и не торопясь промыла царапины от пыли и грязи. Из волка не вышло ни звука. Рэту хватило сил не выдать свою боль, чтобы не волновать Эми. Взгляду лекаря была невидима та дрожь, что владела её тонкими пальчиками, а глазу зверя заметна ещё как. Хищник терпел, стараясь сосредотачиваться не на боли, а на ласке, получаемой от второй её руки. Через плавные касания пальцев девушка как будто извинялась. Просила прощения за ту неслабую боль, которую он был вынужден испытывать. Но прощать её за это было не за чем. Ради ласковых касаний её рук хищник был готов терпеть боль хоть целую вечность. — Молодец, Эми. — тем временем лекарь оценивал каждое её движение, — Приступай к перевязке. В руках девушки оказались бинты. Перед началом Эми замешкалась и переглянулась с волком. С виноватым выражением глаз девушка, вздохнув, начала разматывать толстый рулон. Старый врачеватель к этой минуте уже совсем не переживал. Эми прекрасно справлялась с нелёгкой работой даже без его советов, а зверь смиренно терпел и вовсе не думал на неё рычать. Лекарь не побоялся покинуть Эми на минуту, чтобы заняться приготовлением следующей, самой тяжкой для хищника процедуре накладки швов на рваные раны. Отправившись искать подходящие нити и иглу, старик оставил свою «подопечную» наедине с волком. — Так не слишком туго? — пользуясь моментом, спрашивала взволнованная девушка, — Скажи, если слишком! Я ослаблю. — Не переживай. — отозвался раненый, — Мне не больно. — Врёшь ты всё. — буркнула Эми, придерживая повязку на его голове, — Просто расстраивать не хочешь. Побереги хоть раз себя, а не мои чувства! Хищник поглядел на неё одним глазом. Второй, чудом уцелевший после удара когтистой пятерни, уже скрывался под повязкой. Эми отвлеклась, не проглядев его внимание. — Что? — спросила она, непонимающе сдвинув брови. — Не припомню, чтобы ты так сильно волновалась, когда лечила мою лапу. К бледным щекам Эми вернулась краска. Девушка постаралась скрыть лёгкое смущение, вернувшись к делу. — Если бы ты мог видеть себя сейчас, ты бы меня понял. — ответила она, сделав ещё один оборот вокруг его морды. — Я больше не симпатичен? Девушка усмехнулась, показав улыбку на губах. — Нашёл, о чём переживать. — Вообще-то, это важно. — продолжил он, шутя, — Как же я волчицам теперь буду нравиться? — Ах вот как? — вздёрнула бровь Эми, — Тебя, значит, волнуют волчицы? — Не хотелось бы, знаешь ли, терять среди них репутацию. — отвечал зверь, движимый желанием сохранить улыбку на девичьих губах, — На кого я буду похож с такой-то мордой? — На Рагнара. — издала смешок девушка, вспомнив изувеченную морду вожака. Улыбка стёрлась с её лица, как только весёлые мысли сменились грустными. Эми задумалась о стае и Рэте — о том, что хищник не сможет вернуться домой до тех пор, пока не окрепнет. Её волнение почувствовало волчье сердце. Зверь снова поднял глаз на Эми, спрашивая причину понурого взгляда без слов. — Что подумают волки, когда поймут, где ты? — спросила девушка вместо ответа. Рэт немного поразмыслил, так же задумавшись об отце и стае. — Меня сочтут мёртвым. — сказал он коротко, — Ни о чём другом и не подумаешь. — Так решит даже Рагнар? — Даже он. — помрачнел Рэт, изменив положение ушей. От сказанного им после сердце девушки облилось кровью: — У отца не осталось никого, кроме меня. Долгие годы вражды отняли всех. Страшно представить, что он почувствует, когда отыщет ту поляну. Эми переместила взгляд в дальний угол камеры, задумавшись и беспокойно затеребив рулон бинтов в руках. Позднее девушка изрекла: — Значит, тебе нужно скорее поправляться. Ты жив, и он должен это знать! — Узнает лишь когда я вернусь. — приземлил её надежды Рэт, — А вернусь я уж точно не скоро. Если только этот старик не окажется волшебником… Слова о волшебстве напомнили девушке о существовании далёкого и неизведанного края, полного скрытых чудес. Думая о загадочных Дальних землях, Эми не могла не вспомнить Арсу. Чародейка владела способностями и знаниями, которые обычным людям даже и не снились. Могло ли у неё иметься что-то способное помочь Рэту? Наверняка. Была бы только возможность это выяснить… Эми отвлеклась от размышлений, услышав шаги возвращающегося лекаря. Старик Хэмиш воротился в камеру с необходимыми примочками. Рэт увидел их в руках врачевателя и обречённо вздохнул, представив, до чего же болезненная процедура поджидала его в недалёком будущем.

***

— Загулял! — воскликнул возмущённый Эдди, на миг перестав маячить перед глазами сестры, — Точно тебе говорю, за-гу-лял! Нет, ты представляешь? Обнаглел в край! — Если бы Рэт собирался уйти надолго, он бы нас предупредил. — сказала Исида, — Вдруг что-нибудь случилось? — Ага, случилось… — проворчал серый, — Случилось то, что он на нас забил! Никогда не думал, что влюблённые такие эгоисты! Он там, значит, развлекается, с девушкой гуляет… а мы тут сидеть и дёргаться за него должны?! — Вспомни, Эдди, может, он что-нибудь тебе говорил? — волчица не теряла надежды, — Куда хочет пойти?.. Или когда вернётся? — Ничего он не говорил! — сказал обиженный волк, а после припомнил: — Обещал только, что в патруль утренний пойдём вместе. А теперь погляди, — серый вскинул лапу к светлеющему небу, — солнце уже поднимается, а его до сих пор нет! Друг, тоже мне… — Нет, здесь точно что-то не так. — поняла Исида, сопоставив все факты, — Вдруг случилась беда? — Беда случится, когда Рагнар заметит пропажу. — упираясь лапами в бока, хищник расхаживал туда-сюда перед шалашом и сестрой, — Вот что прикажешь делать? Снова прикрывать его? Мне же первому потом за это достанется! Вот подстава, так подстава… — Мне кажется, Рагнару следует сказать. — ответила волчица, — Если с Рэтом что-то случилось, нужно действовать, пока не поздно. — А если нет? Только спохватимся, а старик возьмёт и вернётся, как ни в чём не бывало! — А что, если не вернётся? — Исиде стало страшно от собственных слов, — Рэт не мог просто так пропасть на целую ночь, никого не предупредив. Он ведь должен был думать, что его отсутствие заметят. — Чёрт-те знает, о чём он там думал! Ты что, старика нашего не знаешь? Он же безбашенный! — Хорошо, — Исида выдохнула, попытавшись успокоиться, — давай не будем паниковать. Патруль ведь ещё не ушёл? Значит, у нас есть время. Может быть, стоит осторожно поспрашивать у остальных? Вдруг его кто-нибудь видел? — Ой, да кому он нужен? — буркнул Эдди, а затем, повеселев, хмыкнул: — Разве что какой-нибудь по уши втресканной волчице, что вечно бегает за ним и следит за каждым его… Потоптавшись на месте, Эдди обернулся кругом и случайно заметил вдалеке группу волчиц с Кейт во главе. — А-а… — морда серого прояснилась внезапным озарением, — Стой тут, Сида. Я сейчас вернусь! Эдди пригладил лохматую голову, расправил сутулые плечи, втянул в грудь побольше воздуха и отправился к воркующим хищницам. Серый пересёк широкую дорожку и подкрался к ничего не подозревающим самочкам. Эдди замедлился около них и задумался, с чего начать. — Утречка, дамы! — приветствие серого заглушило голоса волчиц. Возмущённые грубым прерыванием беседы хищницы обернулись, — Чудесный денёк намечается, не правда ли? Так прохладно и свежо! Словно весна собралась наступить раньше! О!.. Здарова, Кейт! — Привет, Эдди. — через силу ответила волчица за троих, скрещивая руки под грудью, — Чего тебе? — Мне? Да так, ничего, я лишь… кхм… разве я мог пройти, не поздоровавшись? — серый был совершенно уверен, что его ухмылка была просто обворожительна. — Куда пригласишь на этот раз? — поинтересовалась Кейт на вздохе, сокращая длинную и уже давно знакомую речь приставучего волка, что абсолютно каждый раз сводилась к уговорам где-нибудь прогуляться. — П-приглашу?.. — хвост удивлённого Эдди радостно приподнялся, а сам он напрочь забыл, зачем пришёл, — Да хоть куда! Для тебя у меня есть особенное местечко… в моём сердце. Речь серого зверя весьма позабавила Кейт и её подружек. Последние звонко рассмеялись, не сумев сдержаться, а первая повела себя чуточку скромнее, всего лишь улыбнувшись краешками пасти. — Ты очень милый волк, Эдди. — ответила Кейт, — Странно, что в стае до сих пор не нашлось волчицы, которую бы тебе не пришлось уговаривать на встречу в десятый раз. — Во, во! — серый совершенно не заметил подвоха, — Хоть кто-то меня понимает! — Не отчаивайся. Рано или поздно ты обязательно её встретишь. Только… — волчица постаралась сказать это помягче: — …не в нашем кругу. — И не в нашей стае. — добавила одна из подруг, спровоцировав новую волну смеха. Лишь теперь Эдди обиделся. — Смейтесь, смейтесь… — буркнул он, насупившись, — Когда-нибудь так же буду смеяться я! — Да, когда станешь чуточку симпатичнее, мускулистее и выше. — ехидно продолжила та же хищница. — Как Рэт! — мечтательно подметила другая, и первая поддержала её похожим томным вздохом. Лишь Кейт как-то странно проигнорировала их грёзы о чёрном хищнике. — Да уж… как Рэт… — тихо проворчал серый под свой нос и внезапно вспомнил, с чего всё началось, — Точно, Рэт! Слушайте, вы нигде его не видели, а? Опять потерялся, собака! — Он ведь твой друг. — ответила Кейт, дёрнув бровью, — Разве ты не знаешь, где он может быть? — Знаю… — Эдди вспомнил, что не должен вызывать подозрений, — Просто поиски облегчить хочу! Не встречал его этой ночью, вот и… — Ха-ха! — вдруг захихикали две подружки, — От тебя уже лучший друг прячется! — Ой, да ну вас! — окончательно обиделся Эдди, махнув лапой, и отвернулся, чтобы уйти, — Вообще не смешно, между прочим. — Постой. — Кейт его неожиданно одёрнула и спросила, не веря ушам: — Ты не видел Рэта со вчерашнего дня? — Э-э… да. — её волнение заметил даже такой невнимательный волк, как Эдди, — А что? Кейт не отвечала. Синие глазки волчицы беспокойно бегали и смотрели куда угодно, но только не на серого зверя. Вопрос о странной реакции волчицы не успел созреть в голове волка. Внимание Эдди отвлёк чей-то внезапный оглушительный рёв, отчего все вопросы о странностях мгновенно позабылись. Серый зверь и волчицы обернулись на шум и увидели разгневанного хищника, рычащего на кого-то молодого волка: — Прочь с дороги! Юный зверь испуганно шарахнулся в сторону, в компанию своих приятелей, и старший волк направился дальше. Громадный зверь, похожий на ожившую гору, промчался мимо Эдди и волчиц грозной тучей. Все четверо, как и остальные находящиеся рядом волки, проводили спину хищника недоумёнными взглядами. Зверь, сметающий всех на своём пути, решительно двигался к шалашу, расположенному у конца дороги. — Он идёт к Рагнару. — услышал Эдди шёпот подошедшей Исиды и обернулся. Белая хищница глядела вслед уходящему волку, не скрывая страха на мордашке. Исида переглянулась с братом и заразила его своим волнением — вполне уместным после случившегося. Назревало что-то страшное.

***

Мощный рывок отшвырнул плотную шкуру с прохода, и в шалаш ворвался разъярённый зверь. Тёмно-бурый хищник с рыжими подпалинами на шкуре с виду больше напоминал медведя, чем волка. Непрошенный гость бесстыдно вторгся в покои вожака и загрохотал с порога: — В какую чёртову дыру ты отправил моего сына?! Рагнар обернулся к посетителю и смерил его спокойным алым взором. Личность ворвавшегося серый хищник узнал ещё с первых слов: лишь один зверь в стае мог позволить себе подобную наглость в обращении к вожаку. — Здравствуй, Натан. — ответил Рагнар, совсем не обрадованный его визитом, — Что стряслось? — Куда, чёрт тебя дери, ты посылал вчерашний вечерний патруль?! — бурый двинулся на альфу, — Куда должен был пойти Брут?! Железная выдержка и безграничное терпение позволили Рагнару пропустить хамство собеседника мимо ушей. Натана было бесполезно упрекать в невежестве. Серый зверь уже давно с этим смирился. — Вчерашним вечером в лес отправилось два патруля. — ответил он чуть хмуро, — Твой сын должен был войти в восточные земли и повернуть назад, не доходя до границ. Патруль вернулся в логово через час после заката. И Брут, соответственно, тоже, если верить словам его приятелей. — Чхать я хотел на его приятелей! — рявкнул Натан, оскалив клыки, — Мой сын не вернулся! — Волки часто уходят за пределы логова в безопасные территории долины, если они свободны от обязанностей. — невозмутимый Рагнар испытывал его терпение, — Ты уверен, что его нигде нет? — Стал бы я врываться сюда и просить твоей помощи, будь я не уверен?! — взревел хищник, — Мне что, по-твоему, больше нечем заняться?! — Хорошо. — серый зверь понял его беспокойства, — Я тебя услышал. Будь готов выдвигаться в лес через несколько минут. Я соберу волков. — Сразу бы так. — огрызнулся бурый, поутихнув. Добившись желаемого, Натан ушёл. Яростная буря под пологом вигвама завершилась так же быстро, как и началась. Рагнар вздохнул: известие о пропаже волка было ужасным началом нового дня. Альфа двинулся следом за умчавшимся Натаном, но в шаге от выхода помедлил. Взгляд хищника метнулся в правую сторону, к пустующему спальному месту сына за отодвинутой шкурой. Слабые запахи подсказывали, что чёрный волк не появлялся здесь со вчерашнего дня. И где он снова шлялся? С этим вопросом Рагнар был вынужден покинуть шалаш. Ночная метель скрыла все следы. Дремучий лес, так хорошо знакомый его обитателям, казался теперь совершенно чужим и диким. Патрульные дорожки, укрытые высокими сугробами, во время пути приходилось прокладывать заново. Прошедший снегопад смёл с них не только видимые следы, но и оставшиеся запахи. Следовать по пятам пропавшего волка удавалось только благодаря помощи вчерашнего патрульного. Слегка нервничая, молодой хищник указывал верный путь вожаку и другим волкам до той самой поры, когда тропа оборвалась последним известным ему местом. — Мы разминулись здесь. — доложил серый зверь, встав посреди опушки, — Но я не видел, куда он ушёл. Заяц, за которым он погнался, был где-то близко… — Вы не должны были разделяться! — зарычал Натан. Бурому волку было всё равно, на ком спускать пар, — Разве ты не помнишь правила? — Помню, но… — Но дал ему уйти! — Оставь его, Натан. — за напуганного волка вступился Рагнар, доселе внимательно осматривающий местность, — За свой проступок он ответит, но не сейчас и не перед тобой. Бурый фыркнул и нехотя оставил провинившегося в покое. Молодой волк перевёл благодарный взгляд на Рагнара, но, поймав строгий взор кроваво-красных глаз, стыдливо понурил уши и потёр шею от неловкости. Когда альфа отвернулся и сосредоточил своё внимание на прежнем деле, кто-то из отряда приблизился к серому зверю и сочувственно похлопал по плечу. В несколько прыжков Рагнар взобрался на близрасположенную скалу, чтобы расширить обзор зоркому взгляду. На верхушке заснеженной горки в морду ударил новый порыв ветра, тут же схваченный чутким носом хищника. Вожак принюхался — более развитые способности, приобретённые им за долгие двадцать семь лет нахождения в статусе альфы, позволяли улавливать мельчайшие нотки самых разных запахов. Рагнар пропускал свежий воздух через ноздри вновь и вновь, выискивая подсказки. Учуять нечто подозрительное получилось только со стороны юга. Южная граница… Вечно чувствовалась оттуда какая-то дрянь, сбивающая даже самое острое обоняние с толку. Рагнар недовольно прищурился. Уж что-что, а «черту» на юге он ненавидел больше всего на свете. Гиблое там было место. Какое-то невезучее, ведь именно вблизи той границы он однажды попался людям в плен. За время изнурительного пути от логова до южных земель солнце успело подняться с низов до наивысшей небесной точки. Было премного жаль, что лучи дневного светила терялись где-то в кронах раскидистых сосен. Следовать на юг приходилось в сплошной тени. Первая пройденная верста по дороге к границе не ознаменовалась успехом. Запахи по-прежнему были неясными и слабыми, да и ветер, как ни кстати, стал слишком часто стихать. Но Рагнар не сомневался в выбранном пути. Самый подозрительный запах шёл точно с юга и ниоткуда больше. Альфа готовил себя к чему-то плохому, чуя неладное уже не только носом, но и нутром. До «черты» оставалось менее двух сотен метров. Нюх вожака вёл волков к скалистому холму, очертания которого уже виднелись сквозь деревья. — Ты ведёшь нас прямиком в деревушку? — спросил раздражённый Натан на исходе своего терпения, — Можешь сказать нормально, есть здесь что-то или нет? — Есть. И где-то рядом. — «Где-то рядом» было полверсты назад! — огрызнулся хищник, встав перед Рагнаром, — Ты уверен, что ведёшь нас верной дорогой? Алый взор вожака сместился в сторону, куда-то вниз. Находясь на небольшой возвышенности, серый зверь имел возможность видеть широкую поляну у подножья холма, к которому его всё это время вёл нюх. — Что? — спросил бурый, — Куда ты смотришь? Натан немедля обернулся. И лучше бы он этого не делал. — Нет… — пролепетал шокированный зверь, даже чуть покачнувшись, — Нет… нет! Бурый хищник рванул вниз. Рагнар отправился следом. Серый хищник с завидной прытью преодолел неровный спуск и оказался на поляне, усеянной кровавыми следами боя. Хорошо сохранившиеся запахи свели острый нюх альфы с ума. От целого калейдоскопа людских «ароматов» вперемешку с волчьими запахами у вожака закололо в висках. Вчерашний вечером охотников на поляне было свыше десятка, а волков всего двое. Один из них до сих пор находился здесь. Возле его давно остывшего тела Рагнар мог видеть Натана, стоящего на одном колене, а вокруг — прыгающую стайку чёрных воронов, вспугнутых появлением бурого хищника. Вскоре к поляне подтянулись и другие волки. Звери собрались поодаль от вожака и Натана, не рискнув подойти ближе. Взволнованные волки начали шептаться и обмениваться беспокойными взглядами. Видимая картина вгоняла в недоумение всех. Глубокие раны на шкуре Брута были заметны даже под снежком, осевшим на меху после ночной метели. Тело мёртвого волка покрывали борозды от клыков и когтей. Помимо рваных ран, на шкуре Брута, прямо посреди спины, находилась дыра. Опытный глаз сразу определял, что нанести такую могла лишь охотничья стрела. Люди никогда не оставляли свои стрелы в телах убитых. Охотники выдёргивали их после метких выстрелов, и на шкурах волков оставались узнаваемые отметины — дыры с рваными краями в центре кровяных кругов. Запахи и следы людей вокруг подтверждали, что сражён рыжий зверь был не клыками, а выстрелом. От этой мысли всё внутри Натана закипало от гнева. А усиливали его злость запахи второго волка, сохранившиеся на бездыханном теле. — Твой сын… — рычащим голосом произнёс Натан, — Брут бился с твоим сыном. — Я вижу. — с тяжестью на сердце ответил Рагнар, не имея возможности это отрицать. Натан обернулся к вожаку. — Они сошлись в поединке без свидетелей. — процедил он, — Нарушили закон, потеряли бдительность и позволили людям подобраться близко! Не вздумай говорить мне, что Рэт не виноват в его смерти. — Виноваты оба. — ответил мрачный альфа, смотря на погибшего волка, — И оба мертвы. — С чего ты взял?! — ощетинился Натан, — Рэта здесь нет! — Его схватили люди. — Рагнар перевёл взгляд на яму в снегу, где вчерашним вечером лежал обессиливший чёрный зверь. И на длинную борозду, свидетельствующую о том, что волка тащили по земле. Натан проследил за красноречивым взглядом хищника и всё понял. — В людском плену волки не задерживаются надолго. — сказал Рагнар, зная это не понаслышке, и добавил сквозь огромный ком в горле: — Рэт навряд ли дожил до этого утра. — Выходит, его ждала участь гораздо хуже. — изрёк Натан с тончайшей нотой злорадства и отвернулся от вожака с чувством, будто только что отомстил за смерть Брута. Рагнар не уловил в его тоне ни злобы, ни коварства. Погружённый в свои мысли хищник и вовсе не услышал ни единого слова. В груди серого зверя оседало такое чувство, будто оттуда только что вырвали сердце. И вместо него теперь там зияла пустота. Отрешённый взгляд альфы медленно обводил широкую поляну и не видел ничего, кроме следов драки и людей. Рагнару всё ещё не верилось, что всё это происходило на самом деле. Алый взор хищника зацепился за что-то яркое в снегу. Нахмурившись, Рагнар приблизился и присел на корточки. Хищник поднял со снега нечто крохотное и тоненькое. В своей лапе зверь увидел фенечку — переплетённые светлые нити с мелкими зелёными бусинами на них. Не успел зверь задаться вопросом, что это, как ответ сам закрался в его нос: потерянная вещица принадлежала Эми. Алый взгляд Рагнара прояснился, стоило носу принюхаться и понять, что девушка действительно была здесь. С новой дюжиной вопросов хищник проследил дорожку из её следов и устремил тревожный взгляд в лес.