Волчья душа

Конрад почувствовал металлический привкус крови, когда слишком сильно разгрыз губу. Уже целых полчаса с момента прихода волков его нервы были натянуты, словно тетива. Никто в отряде, как и он, не двигался. Никто не переговаривался и не шептался. Все слушали голоса предводителя и вожака, разбавляющие ночную тишь. Конрад пытался улавливать и осмысливать их речь, но по-прежнему громкая пульсация в ушах лишала собранности и внимания. Он слышал голоса через раз, постоянно отвлекаясь то на взволнованных охотников в отряде, то на недвижимых волков в лесу. Последние больше не казались Конраду угрозой. Звери сейчас во многом были похожи на людей, так же настороженно улавливая малейшие движения противников и так же тревожно переводя взгляды на своего лидера. Рука дёрнулась в желании поднестись ко рту и стереть капельку выступившей крови, но Конрад одёрнул себя, не став привлекать внимание лишними движениями. А привлечь его было достаточно просто, находясь почти напротив вожака и трёх волков в лесу позади него. Кровь на нижней губе охотник слизал и усмирил давнюю привычку, прекратив грызть тонкую кожу. Сквозь пульс в ушах он вновь услышал волчий голос, почти не отличимый от человеческого, и вернул взгляд к вожаку. Зверь говорил спокойно и ровно, без повышения тона или рычания даже если ему что-то не нравилось. О недовольстве порой говорили его глаза, хищно прищуриваясь, если в словах вождя проскакивало нечто неугодное волкам. Почти так же хищно сверкали и глаза предводителя, если вожак отвечал своими предложениями, не шибко выгодными людям. Они говорили о территориях, патрулях, будущих невольных столкновениях и охотничьих местах, которыми пользовались оба народа. Никто из двух лидеров не подавал знаков агрессии, позволяя переговорам идти напряжённо, но мирно, к удивлению каждого. Между взглядами вождя и альфы бушевала невидимая гроза, и лишь Конрад, как наяву, видел, какими яркими были вспышки молний. Охотник задержал взгляд на шевелящихся губах отца и постарался вникнуть в суть. Скоро он с изумлением понял, что по истечению самого напряжённого получаса за последние годы обе стороны плавно подошли к некоторым соглашениям. Конрад хоть и поймал их слухом, но вник далеко не сразу. «Земли в окрестностях этой черты будут расчищены от ловушек, но ступать на них будут только люди» — повторно прозвучал в голове голос отца, — «Земли дальше этой линии не будут принадлежать никому и станут нейтральными». Охотник отвлёкся на плотоядный блеск алых глаз. И лишь мгновением позже заметил, что и губы зверя шевелились в ответе. «Края в долине северных рек и гор, восточных лугов и западного густолесья вблизи скал останутся только во власти волков» — раздался мысленный голос вожака спустя минуту, как прозвучал по-настоящему, и Конрад прикинул размеры отхваченной хищниками территории, — «Пусть охотники не переступают эти границы, и тогда волки не переступят людские». Начертив в голове известную карту леса, Конрад понял, что волчья территория в итоге окажется ненамного больше людской. Звери ухватили края с каждой стороны света, кроме юга, не дав людям догадок о местонахождении логова. Магнус согласился: его устроило, что остальные довольно обширные земли будут в праве использовать обе стороны. Вождь дал слово, что никто из людей, пребывая на них, не будет провоцировать конфликт, и вожак ответил взаимным обещанием. В момент этой клятвы Конрад присмотрелся к серому зверю: к его бесстрастной морде, поразительно ровной осанке, положению сцепленных за спиной рук и неподвижному алому взгляду. И всё ради поиска хотя бы одной лукавой нотки, хоть одного незаметного подвоха. Охотник ничего не нашёл и впервые за время этой ночи вздохнул свободно. С дыхания он сбился вновь, когда вожак почувствовал столь пристальный взгляд и ответил на него своим. Рагнар отвёл глаза от вождя к его сыну, когда даже железное терпение дало слабину. Конрад не пропустил этого из внимания. И пусть миг продлился недолго, охотник легко догадался: вожак помнил юного лучника, стрелы которого едва не довели его до кончины. Однако при этом воспоминании взор альфы не окрасился злобой. Хищник легко перенёс взгляд обратно к отцу повзрослевшего охотника, не дав Конраду испытать ничего похожего на неловкость. Взамен неё охотника коснулось удивление, с которым он быстро понял, каким образом его сестре удалось выжить после встречи с этим волком в зверином логове. Охотник не проглядел и выражение лица Магнуса. Он буравил вожака куда более прямым и суровым взором, не забывая о вражде даже в минуты наступающего перемирия. Конрад его за это не судил. Он знал, что сегодня отец переступал через самого себя, подавляя сильнейшую ненависть и жажду мести. И для человека, отпускающего прежние убеждения, Магнус держался превосходно. Конрад мог это подтвердить, будучи единственным человеком, способным считывать с его лица каждую скрытую эмоцию и каждую, даже мимолётную, мысль. Сейчас он, к примеру, видел, что отец находился в сомнениях. Даже пребывая здесь и клянясь не нарушать перемирия, он думал, правильно ли поступал. Между ним и вожаком висели десятки лет пролития крови и подлых убийств, из-за которых каждый присутствующий здесь был готов биться до последнего издыхания. Всех их здесь объединяло желание мстить если не за убитых родных, то за погибших товарищей. Если не за невинные смерти, то за прочие незабытые злодеяния. Ненависти в обеих сторонах скопилось предостаточно, и избавиться от неё будет очень непросто. Перемирие, на котором сошлись оба заклятых врага, — это грядущее испытание для каждого из живущих в этом лесу, и вполне ожидаемо, что не все пройдут его успешно. Вопрос заключался только во времени. Поэтому переговоры завершились договорённостью встретиться спустя месяц. Вторую встречу обе стороны условились провести на нейтральной территории взамен здешней, отныне принадлежащей людям. На времени лидеры сошлись раннем несмотря на то, что полночь весьма устраивала ночных хищников. Альфа сам предложил сойтись на месте встречи при свете вечернего солнца, только начинающего свой путь к горизонту. Вождь удивился его заботе о людях, правда сразу вспомнил, что и сам при выборе времени сегодняшних переговоров не случайно избрал ночь. Как он и надеялся, волки увидели в этом выборе первый шаг к примирению и готовность говорить, а не размахивать мечами. Поэтому совершили второй, на сей раз позаботившись об удобстве людей. Вожак бросил несколько взглядов на волков по завершению разговора, и те пришли в движение. Звери отступили в лес по не озвученной команде, и из Конрада вышел очередной облегчённый выдох, когда они скрылись из виду. Вожак ушёл последним. Перед своим отступлением во тьму, он в последний раз взглянул на вождя и без слов выразил признательность за эту встречу. Магнус понял этот взгляд, и серый хищник увидел в глазах вождя взаимный ответ. После зверь не побоялся повернуться к людям спиной и неспешной поступью отправиться в лес за ушедшими волками. Вскоре ночная тень приняла его в свои объятия и накрыла серую шкуру чернотой, в которой зверь растворился спустя несколько шагов. — Волки покинули нас тихо. — уже днём рассказывал Конрад сестре, делясь не остывшими за ночь впечатлениями, — Мы услышали вой только отступив обратно за «черту». Наверное, это был знак другим зверям, что всё прошло… хорошо. — слово неуклюже легло на язык, и охотник, помедлив, распробовал его забытый вкус, — Да… даже очень хорошо. Я и не думал, что всё может пройти так гладко. До сих пор не верится! — А что отец? — спрашивала нетерпеливо Эми, примчавшаяся к брату сразу же, как услышала его возвращение, — Что он об этом думает? — Рад, что не пришлось прибегать к запасным планам. Но бдительности он приказал не терять. Первые дни у границ будет стоять усиленная охрана. Ловушки оттуда действительно уберут, но пока что не все. Оставят парочку на всякий случай, пока волки не оправдают доверия. — Вы разделили территории. Отец не догадался, где может быть спрятано логово? — Нет. Говорю же, волкам теперь принадлежат части земель с каждой из трёх сторон. Перемирие перемирием, а свой дом они рассекречивать не собираются. — А Дальние земли? — спохватилась девушка, — Темнолесье? — Эми, туда уже давно не лезут ни люди, ни волки. Те края никому не нужны, поэтому речь о них даже шла. Они на нейтральной территории. Рассказ Конрада распутывал тревожный клубок из всех ужасных мыслей, что мелькали этой ночью у Эми в голове. Девушка провела её без сна с навязчивыми желаниями нарушить обещание отцу только ради того, чтобы сбежать к месту переговоров и увидеть всё своими глазами. Благо, совесть сдержала её в постели. Эми промаялась в ней всю ночь вместе с волнительным зудом, жаром тела и пляшущими нервами. Несколько раз девушка выходила из комнаты, слонялась по хижине, как привидение, и замирала у закрытых окон, прислушиваясь. Множество раз касалась входной двери, мечтая выйти и унестись на всех парах в лес. И, наверное, сотню раз шептала молитвы за жизни родных и Рэта. Эми вспомнила зверя и этим утром. Зацепившись за вопрос о том, какая его встретила судьба, девушка спешно спросила брата, не видел ли он чёрного хищника в ночи. — Нет, Эми, его я не видел. — ответил Конрад, придерживая кожаный наруч на левой руке и затягивая на нём крепкий узел, — Нас окружило девять волков, не считая вожака. Ни один из них не был чёрным. У девушки упало сердце. Мысль об изгнании сдавила грудную клетку до боли. И Конрад, даже будучи занятым фиксацией наруча, заметил, как её лицо лишилось краски. — Возможно, конечно, что за ними в лесу находилось ещё несколько на подхвате. — сказал он, думая вернуть ей надежду, — Может, твой зверь скрывался там. Эми захотелось возразить, что Рэт не тот зверь, который будет прятаться где-то позади. Но память быстро подсказала, что после случившегося его могли если не изгнать, то наказать иным способом. И девушка побоялась представить, каким. Охотник ловко затянул шнур и на плотном дублете. Тёмная кожа одеяния обтянула крепкие бока, и Конрад приступил к ремешкам и застёжкам. Эми обратила внимание на его лёгкий для дальних походов облик и, чуть насупившись, спросила: — Разве ты не в патруль собираешься? — Нет, сегодня я от службы в лесу свободен. — пальцы молодого охотника притронулись к последней заклёпке на одеянии, — А раз есть свободное время, я проведу его с пользой. Поупражняюсь немного в стрельбе, хочется проверить свою меткость. — Тебе-то? — подняла бровки Эми, — Самому меткому стрелку? — Да, а что? — руки охотника оказались укрыты под плотными перчатками без пальцев, — Лишь практика удерживает за мной эту славу. Не хочешь, кстати, составить мне компанию? — Мне нельзя. — со вздохом опустила взгляд девушка. — Уже можно. Отец разрешил тебе выходить с сопровождением, он сам мне сегодня об этом сказал. — Не думаю, что он имел в виду охотничьи тренировки, говоря о выходе. — Что-то не припомню, чтобы раньше ты говорила о тренировках с таким кислым лицом. Тебе нравилось со мной заниматься. — Нравилось. — признала Эми. — Так в чём проблема? — охотник добрался до своего тёплого мехового плаща на вешалке, но повременил с облачением, — Пойдёшь, постоишь в стороне, развеешься немного. А то, смотрю, после десяти дней торчания здесь ты совсем зачахла. Девушка взглянула на брата с искрой, давшей знать, что прежняя весёлая и заводная Эми всё ещё там, за усталым от недосыпа и бесконечных тревог лицом. Девушка улыбнулась, сообщив о своём согласии, и Конрад ответил тем же, поняв, что смог её убедить. — Только смотри, задумаешь бежать — не выйдет. — сразу предупредил охотник, — Глаз с тебя не спущу, а то мало ли… Дашь по голове и сбежишь в свой ненаглядный лес. — Что? — хохотнула она, легко заметив шутку в его голосе, — Я, по-твоему, настолько коварна, чтобы провернуть такое? — Кто знает… — усмешка Конрада стала шире, — В последнее время ты всё чаще меня удивляешь. Не думаю, что от тебя стоит прекращать ждать чего-то новенького. — За голову уж точно не бойся. — Хоть одна радость. — хмыкнул охотник и, накинув плащ, поторопил: — Ну иди, собирайся. И не копошись там, я не буду ждать долго!

***

Стрелы просвистывали свой секундный полёт и с треском врезались в цели. Наконечники каким-то волшебством тянуло к мелким красным кружкам на огромных деревянных мишенях. От точнейших охотничьих выстрелов Эми затаивала воздух и подолгу не могла его выдохнуть, следя за новыми и новыми стрелами, пронзающими красные цели. Ни одна не отклонялась от проложенного Конрадом направления. Ни одна не задерживалась в луке дольше, чем на пару секунд. Охотник стрелял резко, смело и быстро. Тетива жалобно трещала во власти закалённой руки, с лёгкостью оттягивающей её вместе с оперением до сосредоточенного, почти каменного лица. Конрад не моргал, пуская стрелы. Зоркие глаза прокладывали им безошибочные пути, и рука, подчинённая взгляду, тут же пускала по ним стрелы. Удивительным для Эми было и то, что каждый выстрел Конрад совершал в движении. Его ноги и корпус действовали сообща, когда перемещая его вдоль ряда мишеней, когда поворачивая в сторону подвешенных к деревьям чучел. В последних Конрад пускал стрелы так, чтобы прознать «головы» или «сердца». Девушка заворожённо наблюдала, как наконечники попадали в нарисованные волчьи глаза, проходили сквозь чучельную голову в виде набитого сеном мешка и показывались из «затылочной» части. По той же схеме стрелы протыкали и груди чучел в тех местах, где у настоящих волков находилось сердце. Смертельные выстрелы следовали один за другим, протыкая каждую куклу поочерёдно. Охотник закончил, как только последняя словила стрелу в горло и разорвалась на две части из-за слабого шва, треснувшего после сильного удара. Нижняя часть чучела упала в снег, и из разорванного мешка высыпалась сухая трава. Конрад шумно выдохнул после утомительного занятия и опустил лук. Охотник повернулся к сестре, молча наблюдающей за ним в сторонке. И на некогда суровом и каменном лице молодого человека прояснилась милая улыбка, с которой охотник подошёл к ней. — Ну как? — спросил он, — Неплохо, правда? — Неплохо? — Эми удивилась столь скромной оценке, — Ты прострелил всех чучел до одного и пронзил все мишени точно по центру. Это, как минимум, невероятно! — Дело в скорости. — объяснил тот, разминая правую руку после двух десятков выстрелов, — Думаю, я мог сделать это быстрее. — Шутишь? Невозможно сделать это ещё быстрее! — Позанимаешься с моё, и возможным станет всякое. — Конрад ухмыльнулся краешком рта, и в его зелёных глазах вдруг загорелась какая-то знакомая девушке искорка. Эми всё стало ясно, как только он спросил: — Ну? Не надумала вспомнить мои уроки? — Я в стороне постоять пришла. — напомнила она, всё ещё не позволяя совести забывать хоть и об ослабленном, но наказании, — Да и раньше я тренировалась на лёгком луке для новичков. Твой куда тяжелее. — Если постоянно оставаться на лёгком, то ничему не научишься. И не ври мне, Эми. Я же вижу, ты с него глаз не сводишь. Девушка оторвала взгляд с охотничьего лука, лишь теперь осознав, как заметно разглядывала недоступное оружие. Эми посмотрела брату в глаза, и противиться желанию сразу стало невозможно. Охотник всё понял. С улыбкой на губах и радостью на душе от возможности вновь поделиться опытом с сестрой, он отдал ей свой лук. Конрад придержал руки девушки, предотвратив падение оружия из слабенькой хватки. Эми взвесила лук в обеих руках и мгновенно засомневалась в своих силах. Это было совершенно новое оружие для мышц, подзабывших все занятия. Девушка поувереннее взялась за рукоятку и попробовала удержать лук в одной руке. В плече мгновенно родилась тяжесть, но Эми стерпела и выпрямила локоть, припомнив старые подсказки брата. Благодаря им же встала в нужную стойку, правда вновь получила несколько замечаний. — Дыши глубже. — напоследок посоветовал он, — Дай себе время привыкнуть к луку и не стреляй, пока не почувствуешь его частью себя. — Частью себя? — Стрела легко доберётся до цели, если ты будешь в ладах с оружием. — Конрад слегка приподнял её руку так, чтобы наконечник вставленной стрелы смотрел точно прямо, — Ты промахнёшься, если лук будет казаться тебе чужаком. Для хорошего лучника его оружие — это как близкий друг. Он надёжный и верный. Главное, верить ему и помогать своими силами. Тогда ты увидишь, как на самом деле просто пускать стрелы в полёт. — А имя у твоего близкого друга есть? — спросила она ради шутки. — Есть. — ответил он серьёзно, — Имена чаще дают мечам, но я дал и луку. Только я его не назову. Это личное. Удивлённой Эми не представилось возможности ответить. Конрад поправил её левую руку, держащую оперение, и отошёл. Охотник направился к одному из чучел, висящему на самой низкой дубовой ветви ближе всего к земле. Некоторое время назад Конрад сразил эту бедную куклу в голову. Охотник подошёл, чтобы вытащить стрелу, исказившую волчью гримасу, и одним уверенным рывком избавил чучело от «страданий». — Попробуй сразить этого. — сказал Конрад, шагая обратно, — Он не должен вызвать у тебя большие трудности. Эми прицелилась. Подвешенная кукла из набитых соломой мешков слегка покачивалась и вертелась после извлечения стрелы. Из дыры выглядывало несколько соломинок, устрашая нарисованную морду раной в глазу. От непрошенного представления на месте сухой травы крови Эми передёрнуло. И следом за этим представлением девушке заместо корявой начерченной морды показалась настоящая — чёрная. «Рэт…» Стрела вылетела со свистом. Она пролетела мимо чучела в лес, задела заросли и скрылась из глаз. Эми опустила руки, перестав терпеть дрожь и тяжесть. Изо рта её вырвался вздох, мигом превратившийся в пар. В мыслях девушки пропало воспоминание изувеченной морды хищника, и владеть собой вскоре стало легче. — Всё не так плохо. — подбодрил Конрад, не догадавшийся о причине неудачного выстрела, — Она совсем рядом пролетела, я видел. — Её нужно найти. — девушка двинулась вперёд, по пути вернув оружие хозяину, — Вон в тех кустах потерялась! В заросли Эми вошла вместе с братом, решившим помочь и ускорить поиски. Лук охотник закинул за спину к колчану и посадил на специальные крепления за временной ненадобностью. Конрад остался рядом с сестрой несмотря на то, что осмотра требовали и те кусты, что подальше. Девушку кольнула обида, когда стало ясно, чего он опасался. Охотник наверняка не исключал того, что промах и потерянная стрела — это всего лишь уловка ради отвлечения внимания и побега в лес. Но обиду быстро вытеснила досада от мысли, что своими проделками она настолько запудрила головы родным, что те теперь совсем не знали, как ей доверять. — Нашёл. — сообщил Конрад, когда пропажа показалась под ногами. Эми обернулась и заметила поднятую стрелу в руке брата. Приподняв путающуюся ткань плаща, как юбку платья, девушка прошлась по снежным бугоркам до охотника, чтобы принять стрелу в свои руки. Конрад её не отдал, оставив сестру стоять рядом и ждать его слов. Те почему-то не звучали. Эми успела нахмуриться и задаться вопросом, почему его взгляд был поднят выше её головы. Девушка присмотрелась к зелени его глаз, особенно хорошо заметной из-за зрачков, уменьшенных до точек. — Конрад? — не выдержала молчания она, — Что с тобой? Губы охотника приоткрылись для ответа, но голоса он так и не подал. Взгляд молодого человека остался стеклянным. Неожиданно его правая рука метнулась за спину, открепила лук и схватила в боевую готовность. Охотник обогнул сестру, вставил только что поднятую с земли стрелу и выстрелил в лес. Эми так ничего и не поняла, обернувшись вслед его шагам. Пущенная стрела улетела в пустоту и воткнулась в дерево. Девушка упёрла в брата непонимающий взгляд, но тот не стал объясняться. Напряжённый, как при бое, Конрад всё не переставал глядеть в лес и держать уже вторую стрелу из колчана наготове. Из приоткрытого рта охотника лишь погодя послышался тихий голос, больше похожий на шёпот: — Он снова явился и исчез. — Что? — уже с испугом спросила девушка. — Этой ночью я видел в лесу что-то странное. — охотник взялся за рассказ, — Вблизи границы мне явился человек, невидимый из-за чёрной мантии. Не успел я ничего понять, как вдруг он пропал и больше не появился. Только что я снова увидел его вон там. Девушка ещё раз посмотрела на дерево. Секунду спустя она всё поняла: Конрад видел духа. В памяти ожил далёкий день, когда и она сама, находясь на берегу речушки вместе с волком, впервые увидела лесного призрака. Тогда неизвестная сущность увела их в лес, и девушка в погоне за интересом травмировала ногу, сорвавшись с подъёма. Эми покрылась холодком от внезапного озарения — дух явился к ним с Рэтом в их первые дни знакомства. Он показался на глаза двум представителям враждующих сторон, сумевшим прийти к миру между собой. Но один человек и один волк — это немного для пробуждения всей тёмной силы. Для её полного восстания необходимо нечто крупное, вроде перемирия, заключённого этой ночью. — Вон он! — охотник заметил промелькнувшего духа подальше в лесу и бросился вперёд, не задумываясь. Девушку объял страх, когда стало очевидно, что и эта сущность была намерена их куда-то увести. Эми спохватилась и крикнула брату вдогонку, чтобы он вернулся, но отчаянным криком ничего не добилась: было трудно остановить охотника, уже наметившего свою цель. Перед тем, как броситься за Конрадом в лес, Эми не глядя приложила руку к бедру и убедилась, что клинок находился на положенном месте. Сегодня она взяла его, собираясь на тренировку. Эми не думала, что он послужит ей в чём-то, кроме возможных упражнений, ранее обещанных братом за хорошее поведение. Девушке не хотелось верить, что скоро ей может представиться случай взять его в руку, поэтому скорее убрала ладонь с рукояти и побежала по следам охотника. Эми вошла в высокие заросли и приложила немало сил, чтобы выйти из них, не порвав плащ. Ноги девушки опустились в глубокий снег, но в плотных девичьих сапожках, надетых на смену старых отцовских, не оставляющих на земле маленькие следы, двигаться оказалось легче. Эми пробежалась по следам брата и окликнула его, так и не заметив нигде в округе. Конрад ей не ответил. Значит, умчался достаточно далеко, что странно. Он бы не бросил её одну, это было не в его правилах. Перед девушкой возникли новые кусты, совсем высокие и непроходимые. Эми удивилась, откуда здесь могли взяться дебри, если охотники тщательно заботились о расчистке всех труднопроходимых мест вблизи селения ради хорошей видимости. Девушка отыскала редкий участок зарослей и прошла, поломав нижние ветви ногами. Зайдя за них, Эми опустила глаза и в страхе увидела, что следы брата исчезли. Девушка огляделась. Почему-то окружение показалось её памяти незнакомым, хотя в окрестностях поляны тренировок она бывала не раз. Волосы неожиданно разлохматил холодный ветер, и Эми немедля скрыла голову под зелёным капюшоном. Гадая, как в лесу успело похолодать за считанные минуты, девушка двинулась дальше наугад и продолжила звать Конрада. Нога провалилась глубже, и Эми сбилась с равновесия. Девушка завалилась на бок и, ахнув, упала на мягкую снежную подушку. Эми перестала понимать, что происходит. Лес как будто над ней издевался, меняясь с каждым сделанным шагом. Девушку начал окутывать страх за то, что брата ей найти не удастся. Он не откликался на громкий зов и не возвращался, хотя говорил, что будет рядом и не сведёт с неё глаз. Неужто дух уже сделал своё дело? — Эми! — плечи девушки неожиданно накрыли две руки. Эми не успела испугаться: родной голос прозвучал раньше голоса страха. Конрад подхватил её под мышки и поднял со снега, — Ну наконец-то!.. Куда ты пропала? — Пропала? — девушка дёрнула голову к брату, как только вернула уверенность ногам. От внимания охотника не ускользнуло её возмущение, когда Эми обвиняюще заявила: — Никуда я не пропадала, это ты исчез! — Я отошёл всего на пару шагов. — возразил не менее возмущённый охотник, — Призрак испарился, и я повернул обратно, но тебя в зарослях уже не было. Я начал звать, но ты не показывалась. — Я тоже тебя звала! — всё ещё с обидой восклицала Эми, — Неужели ты не слышал? — Была тишина. Я стал искать тебя, но все следы как ветром смело. — И дорога стала другой? — Да. — кивнул Конрад и одновременно с сестрой обо всём догадался, нахмурившись, — Что это за чертовщина? — Это дух. — ответила она, почти не сомневаясь, — Он разделил и запутал нас. Я хотела крикнуть тебе, что он опасен, но ты уже исчез. — Ладно. — выдохнул Конрад с тяжестью, пустив в полёт облачко пара, — Главное, мы нашлись. Будем возвращаться, держась вместе. Возьми меня за руку. Эми без возражений обхватила кожаный наруч на правой руке брата и пристроилась ближе, когда он повёл её в обратную сторону. Местность всё ещё продолжала казаться ей незнакомой, но девушка целиком и полностью доверилась охотнику. Он должен был знать эти места куда лучше неё. А значит, и вывести их из леса на поляну тренировок с успехом мог только он. Дорога перестала путаться. Брат и сестра больше не видели духа в лесных тенях, и за лук охотник теперь не держался. Оружие, бессильное против призрачной сущности, висело за спиной там же, где и колчан со стрелами. Конрад смело вёл сестру за собой, частенько с сомнениями поглядывая на окружение и не узнавая в нём земли вблизи деревни. Не теряя надежды и преждевременно не тревожась, Конрад продолжал двигаться вперёд. По пути он спросил: — Откуда ты знала, что этот дух опасен? — Однажды я видела такого же вместе с Рэтом. — честно начала та, — Он сказал мне тогда, что они могут запутывать и уводить в дебри. А недавно я узнала кое-что новое… Эти духи опасны, потому что им не по нраву мир в лесу. Вражда им выгоднее, потому что льющаяся кровь и постоянные смерти питают их силы. — Что? — для охотника это прозвучало как бред, — Каким-то призракам может быть выгодна наша вражда? — Я тоже удивилась, но это правда. Ночью ты видел такого, потому что люди шли с миром на переговоры. А теперь, когда в лесу настало перемирие, они будут являться чаще. — Кто тебе это сказал? Твоя чародейка? — Да, её зовут Арса. Она недолюбливает людей после того, как они с ней обошлись. Лишь ко мне у неё есть доверие, поэтому про опасность она сообщила только мне. Наверное, с расчётом, что остальные узнают обо всём от меня. — Духи будут пытаться помешать миру? — Скорее всего. — Как? Путая всех, как нас, в дебрях? — Я не знаю. — вздохнула Эми, — Мне очень хочется с ней встретиться, но я больше не могу огорчать отца. Я дала слово, что никуда не сбегу, даже если будет сотня возможностей. Но я не волнуюсь, потому что верю, что, если в лесу что-то изменится, Арса обязательно найдёт способ связаться со мной ещё раз. Про опасность я хотела рассказать отцу вчера, но он успокоил меня, сказав, что не допустит недовольств среди людей. А сегодня ты сказал мне, что люди и волки встретятся через месяц. Если проблема начнёт себя проявлять, значит, на второй встрече отец и вожак смогут решить, как с ней бороться. Конрад остановился. Удивлённая Эми встала на полушаге и поглядела на брата с вопросом. — Что? Думаешь, им не удастся договориться? — Мы здесь уже были. — А? — Вон то дерево. — охотник указал на хилую сосну, пригнутую к земле, — Я его уже видел. Мы вернулись на то же место. — Как это? Мы ведь шли только прямо! Поляна тренировок должна быть где-то здесь. — Знаешь, мне кажется, мы с тобой сейчас совсем не рядом с деревней. — Конрад наконец поверил своим сомнениям, — Это другие места. Нас забросило куда-то очень далеко, но пока не пойму, на север или запад. — ЧТО?! — Не паникуй, разберёмся. — сказал охотник, хоть и сам занервничал, — Сперва нужно выйти из замкнутого круга, в который этот поганый дух нас заманил. Идём сюда. Конрад подхватил сестру под руку и повёл другой дорогой, помня, как шёл ранее. Ступать пришлось по неровной земле с нетронутым снегом. Глядя только вперёд, охотник прошёл вместе с девушкой свыше трёх десятков метров и вновь увидел ту же кривую сосну. — Что за чёрт… — прошипел он, встав на месте, — Мы возвращаемся, хотя двигаемся по прямой. Это ловушка. — А если пойти туда? — девушка предложила направиться ровно в противоположном направлении, — Если всё это проделки духа, значит, он хочет, чтобы мы шли вглубь леса. — Прямиком в его капкан? — Другого пути нет. Может, хотя бы так мы выберемся из круга. Отыщем место, к которому он хочет нас привести. Немного поколебавшись, охотник сдался. — Хорошо, пойдём у него на поводу. — сказал он и двинулся, придерживая сестру под ту же руку. Оба отправились навстречу дебрям. Когда путь сделался непроходимым, Конрад воспользовался собственным клинком, чтобы прорубить дорогу. Густая полоса зарослей закончилась, и охотник вывел сестру на ровную землю, похожую на тропу, по которой давно никто не ходил. Перед охотником встал выбор между правой и левой сторонами, в которые тянулась эта заманчивая тропинка. Конрад выбрал лево, ведь оно уходило на возвышение, необходимое им обоим для того, чтобы понять, где они находились. Охотник повёл сестру на бугор, и спустя полчаса утомительной ходьбы оба оказались на достаточной высоте, чтобы осмотреться. — Мы на севере. — сообщил Конрад, — Совсем рядом с волчьей границей, к которой вероятнее всего нас и вёл призрак. — Ты уверен? — Я вижу реку. — охотник вытянул руку, и Эми увидела небольшую равнину с тонкой речкой и лесом, вновь сгущающимся за дальним берегом, — Она здесь не единственная. С неё начинается речная долина, а там и горные хребты. Эти территории волки отхватили себе. Будь на чеку, здесь патрули часто нарывались на них. Звери не хотели пускать сюда людей раньше, а сейчас и подавно. «Ещё бы, ведь до логова отсюда рукой подать». — подумалось девушке тут же. — Ты сможешь найти с этой высоты дорогу домой? — уже вслух произнесла Эми. — Дорогу вряд ли, но направление легко. — ответил Конрад и встал так, чтобы правое плечо смотрело на волчью границу, а левое в лес к югу. Повернув голову влево, он уверенно сказал: — Идти нужно туда. — Отлично! — просияла Эми, — Тогда не будем терять времени, двинемся домой! — Ты хоть представляешь, сколько добираться отсюда до деревни? — Долго. Но чем быстрее двинемся, тем скорее попадём обратно. Это недоразумение! И я не хочу из-за него нарушать обещание отцу! — Наш путь растянется на несколько часов. — охотник начал перечислять все пункты, доказывающие, что это плохая затея, — Через четыре из них полностью стемнеет, и двигаться придётся по кромешной тьме. Я разведу огонь и сделаю простенький факел, но он не спасёт нас от холода, что усилиться ночью. Не исключено, что пойдёт снег, а мы оба одеты для мороза и непогоды слишком легко. Тренировка, беготня по лесу и выход из западни духа отняли у нас много сил. Ты устала, как и я. В лучшем случае, оставшихся хватит только на начало пути, а потом мы замёрзнем, потеряемся или убьёмся, потеряв бдительность в темноте. — Хорошо, хорошо, поняла! — остановила его девушка с раздражением от этой правды. А про себя разразилась проклятиями потому, что с целью сохранности оставила дома чародейский кристалл, способный перенести их из одной точки леса в другую, — Тогда что нам делать? — Искать место для ночлега. — ответил Конрад, став осматриваться, — Мы переждём ночь и холод где-нибудь в укрытии, согреемся у костра и восстановим силы, чтобы выдвинуться утром и добраться до дома под светом солнца. Эми не смутилась его идее, уже имея опыт в ночёвках посреди леса. Но все разы девушка проводила в компании волка, чьи тёплые бока не давали мёрзнуть, а мягкая шерсть заменяла подушку. Вспомнив безмятежный сон под боком Рэта и представив грядущую ночёвку в скалах, девушка с горечью поняла, что этой ночью зверя ей будет очень не хватать. Эми покосилась на очертания гор, зная, где именно скрывалось логово. Голову на мгновение тронула мысль, что её бы могли принять там с радушием, но память быстро подняла недавний случай на поверхность. Хоть и не имея за собой вины, Эми уверилась, что среди волков ей теперь многие будут не рады. Мечтать о ночлеге у волков не стоило и потому, что рядом с ней в эти минуты, ни о чём не догадываясь, стоял и осматривался Конрад. Уж кого-кого, а охотника на своих землях волки не станут терпеть даже во время перемирия. По этой же причине им обоим, по-хорошему, следовало скорее уходить на поиски пристанища где-нибудь подальше от границы. Благо, Конрад пришёл к этой мысли одновременно с сестрой. — Вот что, двинемся на северо-запад. — решил он, тщательно осмотрев каждое направление с высокой точки бугра, — Отсюда не видно, но мне помнится, там есть скалистые холмы. В них должны найтись пещерки, способные нас уместить. У нас есть около четырёх часов на поиски и размещение. Думаю, не лишним будет поторопиться. — А что, если мы не успеем за это время? — вопрос девушки остановил двинувшегося охотника. Он обернулся. — Это будет не очень хорошо. Если убежище не удастся найти при свете дня, вряд ли мы отыщем его в ночи. — Конрад отвернулся обратно, — Пошли, Эми. Охотник нашёл кривую дорожку на спуск и сделал первый шаг боком во избежание падения. Проверив почву под неглубоким снегом, он ступил дальше и убедился, что для спуска эта дорога была хоть и не безопасна, но пригодна. Обернувшись, Конрад увидел сестру около себя на начале пути и без раздумий подал ей руку. Эми схватилась и поставила ногу точно на след, оставленный братом. Перед вторым шагом что-то заставило её вновь покоситься назад к горам, виднеющимся за густым лесом. Голова, полная тревог, снова вспомнила волка, и Эми задумалась, где он сейчас мог находиться. Сердце сжалось при мысли об изгнании. Девушка быстро отвернулась от гор, чтобы в глазах не встали слёзы. — Не бойся. — Конрад всё же увидел их блеск, когда сестра опустила взгляд к земле. Охотник погладил её руку большим пальцем и пообещал с мягкой улыбкой: — Всё будет хорошо.