Волчья душа

Эми не лезла в высокие заросли за волком во тьму, оставаясь перед лесной полосой, где деревья с кустарниками были редкими. Под небом, свободным от паутины пышных ветвей, было светлее: ничто не мешало белой луне освещать ровный снег. Девушка прогуливалась вдоль границы леса, отламывая самые толстые ветки кустов когда своими силами, когда при помощи клинка. Эми возвращала оружие на крепления к бедру после того, как куст лишался нескольких длинных сучьев. Девушка поднималась с присядок и брела дальше, к новым кустарникам, параллельно прислушиваясь к треску зарослей, где хворост выискивал Рэт. Зверь свободно перемещался по лесу, чаще заходя в него поглубже за более прочными ветвями не только от кустов, но и от молодых деревьев. Эми его совсем не видела. Двигаясь отдельно от волка, девушка слушала тоскливые мысли, накатывающие одна за другой от пребывания в одиночестве. Они изжигали остатки хорошего настроения, возвращая Эми в то состояние, в котором она жила все последние дни. Когда от них стало слишком тошно, девушка позабыла просьбу волка оставаться вне леса и, оставив собранный хворост в кучке на снегу, полезла в заросли. Эми миновала колючую сеть, прошлась по заснеженным кочкам и, выйдя на следы зверя, увидела Рэта. Хищник был заинтересован корягой, когда-то являвшейся низеньким деревом. Неровный ствол имел несколько судорожно изогнутых ответвлений. Зверь их тщательно осматривал, видно, решая, какое было возможно сломать. К удивлению девушки, зверь взялся лапами за самую толстую ветвь, что находилась ниже остальных. Для добычи такой был нужен, как минимум, топор. — Подожди! — Эми ускорила шаг, думая приблизиться и помочь надпилить сук клинком, однако зверь пропустил возглас мимо ушей. Послышался древесный треск. Девушка остановилась в смятении. Хищник надломил приличную ветвь ближе к основанию и усилил давление, чтобы сломать её окончательно. Бедное дерево в дрожи затрещало, когда напряжённые волчьи руки наклонили сук к верху. Место надлома не выдержало давления. В конце концов ветвь сдалась, и Рэт оторвал её от коряги. В лапах хищника оказалась отличная пища для костра и залог тепла на все последующие часы пребывания в пещере. Зверь обернулся к девушке, удерживая добытую ветвь. Эми вспомнила свои тонюсенькие в сравнении с этой дубиной сучки и почувствовала себя бесполезной. Недалеко от волка девушка приметила горку похожих по толщине веток и подумала, что к оставленной ей кучке хиленьких палочек можно было не возвращаться. — Что? — спросил зверь, искренне не подозревая, что её удивило. — Рэт, когда говорят о сборе хвороста, то обычно не имеют в виду безжалостную ломку деревьев. Как ты это сделал? — Ветку оторвал? Так это ведь не трудно. Ну, для волков. Если зверям не составляло труда в одиночку калечить маленькие деревья, то Эми побоялась представить, что же для них являлось сложной задачкой. — Ты, кажется, должна ждать меня дальше. — напомнил он, утаскивая новую ветку к собранным, — Я же просил не залезать в кусты. — Одной бродить скучно. На морде Рэта прояснилась улыбка, которую девушка не заметила: хищник повернулся спиной, после чего сгрёб несколько сучьев в охапку. — Раз так, помоги это перетащить. Возьми, сколько сможешь. Эми с радостью приблизилась и без выбора подхватила верхнюю ветвь из оставшихся на снегу. Девушка охнула, приподняв первую попавшуюся. Ноша оказалась непосильна для худеньких рук. Эми удалось поднять надломленный сук только со стороны сломанного основания. — Тяжело? — спросил зверь, в свою очередь удерживающий сразу три похожие ветви в лапах. — Нет, я сейчас. — поднатужившись, девушка потянула ветвь из кучи. Успеха это не прибавило: ответвлениями сук намертво зацепился за остальные, Эми лишь разрыхлила снег под ногами в безуспешных попытках сдвинуться вместе с ношей. — Оставь. — с усмешкой сказал Рэт, когда Эми бессильно бросила сук, шумно выдохнув, — Вернёмся за этим позже. Лучше подбери то, что сама собрала. Девушка неохотно сдалась и вскоре поплелась за волком налегке, в обиде на собственные силы. По пути нашлась её жалкая кучка. Рэт хоть и промолчал, увидев, но Эми уверилась — про себя он вновь любя усмехнулся. Вместе они направились в сторону скал, что начинались сразу после конца лесного скопления растительности. Дорога там постепенно возвышалась и затруднялась каменными выступами разных форм и размеров. Девушке было возможно подниматься только след в след за лапами зверя, знающими верный путь. — Рэт… — нести свою ношу в тишине Эми быстро надоело. В голову опять полезли непрошенные мысли, отравляющие душу. — Да? — То, что сказал Эдди, правда? Вместо изгнания тебя причислили к низшим волкам? Девушка не услышала ничего в ответ. Эми смотрела ему в спину, ненароком считая глазами сохранившиеся увечья. Слипшаяся шерсть вокруг рубцов казалась грязной. Видно, целители логова продолжали лечение несмотря на то, что зверю, исцелённому магией, оно не требовалось. Волчьи лекари, скорее всего, и не догадывались, что их старания для Рэта были излишни. Хищник наверняка помалкивал о чудесном выздоровлении. — Не молчи. — попросила девушка после минуты ожиданий, — Я хочу знать. Не надо снова меня беречь, скажи всё, как есть. — Да, душа моя, правда. — на выдохе сдался тот, — Мне досталось самое лёгкое наказание из всех возможных в моём случае. Сказал бы, что это удача, да не совсем. Многие старшие волки питают ко мне уважение, я редко где-либо плошаю. — И насколько изменилось твоё положение? Рэт снова помолчал. Но затем, собравшись, продолжил, не дождавшись повторной просьбы. — Моё слово больше многого не стоит. Теперь я подчиняюсь, а не командую. Если нужно поставить кого-то на караул — я первый в очереди, чтобы не занимать более… нужных волков простенькой работой. Если необходимо гнаться за добычей в охоте — я бегу быстрее всех, точно следуя командам главарей, чтобы не обременять их сложными задачами. Если меня посылают в патруль, то чаще в самый длительный и непростой: в этом, правда, почти ничего не поменялось. Меня и раньше в такие посылали. До перемирия, если бы в патруле встретились люди, я был бы должен держаться ближе к главарю, защищая его ценой своего здоровья и помогая в бою. Если мне не нравятся приказы — я не предлагаю иное решение, как до этого, а молчу, чтобы не отхватывать проблем. Если я получаю время на отдых, длится он не так долго, как раньше. Сегодня, правда, отец сделал мне исключение, дав время до утра, потому что все дни после возвращения я служил стае почти без передышек. Если мне захочется прогуляться во время перерыва от дел, далеко уйти я не могу — только высшие по статусу имеют право на выход подальше в лес. Если я захочу есть — получу не самый лакомый кусок, как прежде, а то, что останется после раздела между старшими или теми, кто заслужил больше меня. Я раньше, честно, и не представлял, какого это — слизывать мясо с треклятой кости, в то время как отец на моих глазах демонстративно смакует сочную мякоть. Подразнить он меня, конечно, любит, но в меру. Вчера вот пожалел, поделившись своей порцией. — Да, не сладко приходится… Он был на тебя зол, когда ты вернулся? — Был, но не настолько, насколько я ожидал. К моему поступку отнёсся с пониманием, хоть и упрекнул в безответственности. На его памяти я впервые так крупно сплоховал. Совесть внутри Эми болезненно заскреблась. — Ты… рассказал ему всю правду? — Всю. И стае на суде тоже. О нас теперь знаю все, достаточно было просто упомянуть, что о твоей беде я узнал лишь благодаря чутью. — А разве это тебя как-то раскрывает? — Конечно. Только у волков, испытывающих самые глубокие чувства, возникает это. Эми замолчала, не зная, то ли от смущения, то ли от очередных упрёков совести. Сколько бы она ни думала о произошедшем, самая громкая мысль была о том, что виновник событий — Брут — не напал бы, если бы её в тот день попросту не было в лесу. — И что на это сказала стая? Хищник колебался, отмалчиваясь, пока Эми вновь его не одёрнула. — Осуждений я не слышал, но косые взгляды ловил. — удалось вытащить из него девушке, — Волки удивлены. Рэта насторожила тишина, последовавшая после ответа. Зверь мельком обернулся и глянул на притихшую спутницу. — Я надеюсь, ты не винишь себя в моих бедах? — Тебя лишили всех прежних свобод, едва не изгнали из родного дома потому, что из-за своей слабости я не смогла справиться с проблемой сама. Ты вновь пришёл мне на помощь и вытащил меня из передряги невредимой, приняв всю боль за двоих. Конечно, я корю себя. Эми не ожидала услышать смешок. Нахмурившись, девушка возвысила взгляд до затылка Рэта. — Слабая бы не отговорила Магнуса от моей казни. Не отправилась бы в одиночку в Дальние земли ради целебной скляночки. И наверняка бы не приложила руку к проведению переговоров: я уверен, это ты дала вождю наводку. — Конрад тоже. — Тем не менее, коришь ты себя зря. Ты ни в чём не виновата: Брут не должен был с тобой столкнуться, он ушёл от обязанностей, почуяв твой запах. Брут как-то разузнал, что ты мне дорога, и не сдержался от соблазна не только лишить меня радости, но и давнее дело завершить. Он, как я помню, намеревался прикончить тебя ещё в первую встречу. А волки не любят, когда их лишают добычи. Вот и дёрнуло его, несмотря на запрет, за твоей смертью отправиться. Брут всегда был малость безрассудным. Рэт ненадолго замолчал, вспомнив рыжего. Гибель Брута до сих пор не давала хищнику покоя. При всём гневе на его поступок, смерти в тот день чёрный ему не желал. Брут был не настолько плох, чтобы ненавидеть его всем своим естеством. Были в нём проблески света, о которых рыжий сам и не догадывался. Влияние Натана их всегда гасило, но Рэт знал — никогда не полностью. — Прийти тебе на помощь было моим решением, поэтому мне за него отвечать. Я крепко с тобой связан, Эми, и в этом нет твоей вины. Есть только мой выбор. — Твой выбор дорого тебе обходится. — буркнула приглушённо Эми. Девушке в лицо в знаке несогласия прилетел волчий хвост. Он легонько шлёпнул её по щеке, вызвав только улыбку. Придержав покрепче ветки, Эми поймала хвост свободной рукой, когда белая шерсть на кончике щекотнула нос. Девушка посмотрела на волка и заметила добрую усмешку в приподнятом уголке его пасти. — Очень приятно. — усмехнулась и она. — Не болтай ерунды. И присмотрись к камням, здесь надо быть аккуратней. Девушка вернула внимание к дороге. Острые выступы на этой высоте становились крупнее. Некоторые мелкие камни под ногами коварно крошились, приходилось осторожно ощупывать места под подошвой носками сапожков. Звериные лапы следовали той же схеме, сперва проверяя устойчивость камней и только потом перенося тяжесть тела на опорную ногу. С этой задачей Рэт справлялся быстрее, оттого и начал подниматься шага на два впереди девушки. Эми запоминала места, куда хищник ставил лапы, и старалась подражать его движению. Порой делать это было трудно — волчий шаг был гораздо шире. Рэт со временем это понял и сократил размах ног, заодно и уменьшив расстояние между ними. Подъём закончился, превратив дальнейшую дорогу в тоненькую каменную тропу не без препятствий. По ней двое спустя пару поворотов вышли к пещере. Эми увидела мерцающий отсвет костра на её внутренних стенах. Рэт вошёл в их пристанище один. Девушка осталась ждать его возвращения снаружи: топтаться на месте, разглядывать местность и пускать пар изо рта. Подпитав огонь, хищник спустя время воротился на воздух со свободными лапами, чтобы забрать хворост из рук Эми. Во второй раз из пещеры он вернулся гораздо быстрее, собираясь проделать тот же путь до оставшегося в лесу топлива. Рэт предложил Эми остаться, но девушка отказалась, настояв на второй прогулке по скалам. Хищник не отговаривал, только улыбнулся её рвению. Спуск давался Эми легче подъёма. Девушка шагала по камням, следуя по пятам за зверем. Вопросов Эми больше ему не задавала, думая лишний раз не ворошить пережитые события. Всё-таки не только ей было неприятно думать о последних днях. На сей раз связывающее их молчание не выдержал Рэт. Где-то на середине пути хищник спросил девушку о духе, который привёл их с Конрадом на север. — Твой брат сказал что-то про опасность. Не знаю, правильно ли я понял: духи, мол, злые. Им нужна кровь. — Всё правильно. — вздохнула Эми, — Духи несут всем нам угрозу, потому что им нужна вражда. Все эти годы она подпитывала их «жизнь», не вынуждая выбираться наружу. А с появлением изменений у них появился повод для выхода из долгой спячки. — Как много я пропустил, валяясь в той поганой камере? — спросил зверь, чувствуя вмешательство чародейки. — Не так много. Я узнала обо всём этом в день, когда тебя выпустили. Ко двору моего дома пришёл Винс, чтобы передать предупреждения Арсы. — Твой друг-ищейка? Взял, да и не побоялся явиться в деревню? — Он… — девушка забыла, что, в отличие от неё, Рэт не знал о найденной чародейкой возможности обращаться в человека, — …был осторожен. Винс рассказал мне, что это духи первых волков — проклятых людей. Помнишь рассказ Арсы? Первая стая начала войну, но не закончила её так, как хотела. Поэтому после смерти первые волки превратились в озлобленных духов, которых всё это время кровопролитие устраивало. Но перемирие всё изменило, скоро они начнут вмешиваться в отношения двух народов. — Каким образом твой друг, случайно, не сказал? — Нет, но я немного догадываюсь. Духи будут делать всё, чтобы как можно чаще сталкивать людей и волков, натравливать их друг на друга. Рано или поздно их пакости могут сработать и вызвать новый конфликт. Особенно сейчас, пока между всеми нами ещё нет доверия. — И что на это говорит Арса? — Говорит, что эта проблема только пробуждается от долгого сна, и пока лишь в Дальних землях. Духи могут оттуда вырываться, но раз их пока что в нашем лесу мало, значит, оживились ещё не все. Арса может их удерживать, но не долго. Её сил для этого недостаточно. — Выходит, ещё не известно, насколько серьёзна опасность? — Не известно. — Прекрасно. — раздражился зверь. Каменный спуск перешёл в ровную дорожку, ведущую к лесу. Когда рядом начали появляться первые редкие деревья и кусты, Эми сказала: — Теперь я начинаю понимать, почему ненависть не ослабла за все эти годы. Если между народами вражда начинала охлаждаться, духи это чувствовали, выбирались в лес и подогревали конфликт. Селили злобу в каждого. — Интересно, что же они такого вытворяли. — поддержал её мысли Рэт, — И ещё интереснее, почему о их вмешательстве мы узнаём только сейчас, спустя больше сотни лет кровопролития. Получается, их проделки для наших предков были незаметны. Духи действовали тихо. — Нужно предупредить наших отцов. Вторые переговоры будет опасно проводить, ведь уже на первых Конрад видел одного духа. Когда их станет больше, не известно, не вмешаются ли они в ход разговора. Не спровоцируют ли бой. — До следующих переговоров месяц. Мы не знаем, успеет ли эта дрянь размножиться по лесу за это время. — Но не тревожиться нельзя. Нельзя допустить, чтобы перемирие оказалось бесполезным шагом. — Тебе страшно? Эми подняла глаза на зверя. Хищник смотрел на неё с тревогой. — Да, Рэт, очень. — тихо призналась девушка, — Мне страшно за всех нас. — Я чувствую. Девушка пробежалась по нему глазами, гадая, было ли это то самое чутьё, о котором он говорил. Так и не придя к ответу, Эми спросила: — Это оно?.. Твоё чутьё? — Да, похоже на него. — А что ты чувствуешь? — полюбопытствовала девушка, — Как понимаешь, что это связано со мной? Рэт коснулся белого пятна на груди пальцами. — Чувствую вот здесь. Сердце колотится и дрожит так, что не слушать его не получается. Оно заглушает всё, когда твой страх растёт. Я даже себя перестаю слышать. От мыслей в голове не остаётся ничего, в ней сразу появляешься только ты. — О-о… — сочувственно отозвалась она, сведя бровки, — Нелегко это всё, наверное. Зверь тихо усмехнулся. — Не сказал бы. Лишний раз ощутить связь с тобой… даже приятно. Опустив голову и взгляд, Эми постаралась скрыть внезапную улыбку и щёки, к которым от его слов прилило тепло. Рэт опустил взор к золотой макушке её головы и действительно не увидел то, что она спрятала. Чуть взлохмаченный волосы закрыли волнистыми локонами её лицо. Однако зверь всё равно представил и понял, какими нежно-розовыми сделались её щёки. Взгляд хищника зацепился за бедро Эми, случайно показавшееся из-под плаща во время шага. Зверь заметил кожаный ремешок, опоясывающий её штанину ближе к коленке, и прикреплённые к нему ножны. Те крепились и к ремню на поясе: оружие тянулось вдоль всего бедра девушки, ничуть не мешая ей при ходьбе. Рэт неожиданно встал на месте, произнеся: — Ну-ка остановись. Удивлённая девушка замерла и задрала голову к волку. Рэт смотрел куда-то вниз, хмурясь, как при встрече с врагом. Эми ничего не понимала, пока из зверя не вылетел вопрос: — Что это? Хищник указал на оружие, выглядывающее из-за края плаща. Эми опустила голову и нашла предмет его беспокойства взглядом. — Клинок. — девушка отодвинула плащ с ноги, чтобы полностью открыть припрятанное оружие глазам зверя, — Конрад отдал его мне. — Зачем? — Для защиты. То есть, на всякий случай. Сказал, так ему будет спокойнее. — И ты умеешь им пользоваться? — Не совсем… — чуть прихмурилась она, оценивая свои способности, — Немного… — Тогда он бесполезен. — сообщил Рэт и отвернулся, чтобы продолжить идти. — Почему это? — взъерошилась Эми, — Я знаю, как с ним обращаться! Конрад чуть-чуть подсказал. — Тогда вынь его. — Что, прямо сейчас? — Да. Хочу посмотреть. Эми оголила клинок и взяла покрепче в руку. Убедившись, что рукоять легла в ладонь, как влитая, девушка вернула взгляд к волку с небольшой улыбкой на губах. Впечатлений у Рэта пока что не рождалось. Зверь глядел на сверкающее лезвие с прищуром. Хищник ненавидел оружие — не важно, в чьих руках оно находилось. — Конрад говорил мне, что, главное, держать его крепко, а удар наносить быстро и уверенно. — сказала Эми, выставив клинок перед собой остриём на зверя. — Сейчас ты держишь крепко? — Крепко. — Точно? — Да. Рэт нанёс неожиданный удар по её руке. Оружие вылетело из разжавшейся ладони, на тыльную сторону которой пришёлся внезапный шлепок. Клинок отлетел на пару метров и скрылся в снегу. Эми отдёрнула руку, неосознанно прислонив к ней вторую. Потерев покрасневшую кожу, девушка упёрла в волка нахмуренный от негодования взгляд. — Говорю же, от него нет толку. — сказал он, — Обезоружить тебя ничего не стоит. — Это было не честно! Я не ожидала удара! — Ты никогда не будешь точно знать, когда противник решит действовать. Чтобы сохранить оружие у себя, нужно иметь быструю реакцию. — Поняла, давай снова! — девушка отошла, чтобы поднять утерянное. Вернувшись, Эми встала в прежнюю стойку, так же нацелив оружие в сторону Рэта. Зверь специально выждал немного времени, а затем ударил с той же силой. Клинок вылетел из её руки даже быстрее, чем в первый раз. И отлетел дальше, задев кусты. Эми проследила его позорный полёт, вновь поместив ударенную руку во вторую, чтобы боль перегорела быстрее. — Ты это специально! — девушка обернулась к зверю, обвинив его в чрезмерной силе. — Радость моя, я даже не стараюсь. — Не может же быть всё так безнадёжно. — подойдя к кусту, Эми вытащила оружие из веток, — Ты просто сильный очень! Мне для начала бы с кем-нибудь попроще потренироваться. Вот с Эдди, например! — Уверен, даже он выбьет твой клинок с первого раза. Эми поджала нижнюю губу от обиды на правду, посмотрев сперва на зверя, а потом на бесполезное оружие. Девушка досадно опустила руку, больше не веря, что в ней могло иметься достаточно сил для собственной защиты. Однако Рэт неожиданно обнадёжил: — Ты не блещешь силой, Эми, но у тебя есть другое преимущество. — волк поймал заинтересованный блеск её глаз, — Ты мелкая. Тебя будет сложнее задеть, если ты научишься быть быстрой. Девушка не ответила, задумавшись над этим. — Конрад ещё… — припомнила она, — …советовал мне до последнего не показывать врагу, что я вооружена. — Да, это тоже сыграет тебе на руку. Глядя на тебя, противник сразу посчитает тебя беззащитной, уж прости. Если он набросится, ты можешь увернуться, а потом резко подскочить и ранить его неожиданным ударом. — Что? — ужаснулась она, — Нет! Так же и убить можно. — Ранить, Эми. — чётче выделил зверь, — Для убийства у тебя не хватит ни сил, ни духу. А вот отвлечь противника болью ты вполне сможешь, если постараешься. Главное, знать, с какой стороны подскакивать. — Со спины? — предположила Эми. — Да, спина чаще уязвима. Но времени для манёвра всё равно будет мало, опытный зверь никогда не повернётся к врагу спиной надолго. Исключение, если он уже будет ранен. Боль всегда замедляет. — А слабые места у волков есть? — Нос. — ответил Рэт, коснувшись пальцами собственного, — Попадёшь по нему кулаком, и время форы тебе обеспечено. Бежать сразу после этого я бы не советовал: тебя догонят. Лучше использовать это время для нанесения удара. Самое надёжное место — бедро. Если воткнёшь в него клинок и резко повернёшь, крови пустишь очень много. Враг, скорее всего, не сможет тебя преследовать. Но таким ударом можно и убить. Чтобы противник мог передвигаться, но медленнее, ранить его нужно ниже колена. В таком случае у тебя будет шанс оторваться. — Я не уверена, что смогу напасть на кого-то. — ответила Эми. — Я тоже не уверен. Поэтому лучше проверить на деле. Попробуешь от меня отбиться? — С клинком? — испугалась девушка, — А если задену? — Не заденешь, поверь мне. — усмехнулся Рэт, подойдя к ближайшему дереву, — Но ради спокойствия ты возьмёшь не оружие, а кое-что попроще. Хищник поднял руку и отломил от голого сука подходящую замену оружию. Зверь бросил её девушке. Эми поймала длинную прочную ветку, едва не выронив при этом клинок. Окинув беглым взглядом тренировочное «оружие», девушка с сомнением от всей этой затеи вернула взгляд к волку. — И что я должна делать? — Всё просто. — Рэт встал перед ней в готовности, — Защищайся. Не успела Эми переспросить, как зверь пригнулся, чётко рассчитал силы и кинулся вперёд со скоростью змеи в броске. Девушка растерялась от резкого нападения, но всё равно отскочила в сторону от опасности быть поваленной на землю. Клинок Эми спешно сунула в ножны свободной рукой, одновременно с этим крепко сжав палку во второй. Рэт на месте не задержался. Зверь ловко развернулся и бросился вновь, разворошив весь снег под лапами — Эми испугалась, снова отскочив. Спиной девушка налетела на куст и почувствовала множественные уколы его ветвей. Эми скорее отшагнула, пятясь обогнула кустарник и машинально схватила палку в обе руки, выставив её на приближающегося зверя. — Не убегай, душа моя. — подсказал на ходу Рэт, — Обороняйся. — Не могу. — пролепетала девушка в настоящем страхе: атакующий зверь её пугал, хоть подсознательно она и знала, что ничего плохого Рэт ей не сделает. — Соберись. — на четырёх лапах хищник медленно обогнул укрытие в виде куста, за которым Эми от него спасалась, — Ты можешь. Пятясь дальше, девушка завертела головой в отрицании, по-прежнему держа вытянутую палку перед собой. — Прогоняй страх, Эми, он тебе мешает. — посоветовал волк. — Думаю, наоборот. Не даёт прыгать прямиком в твои лапы. Ты же снесёшь меня одним махом. — Не переживай, я сделаю это аккуратно. — улыбнулся Рэт. Хищник молниеносно сорвался с места и бросился, но девушку отнюдь не поймал. Эми вовремя отбежала в сторону, да так и пустилась бежать к лесу на всей скорости, огибая препятствия. Зверю ничего не оставалось, кроме как вздохнуть от её пугливости и понестись следом. Эми рванула от него на всех парах и вскоре добралась до участка леса, где ни ей, ни волку не удастся широко разбежаться. Проигрывать зверю Эми не хотела. Думала, что уж лучше петлять от него между деревьями, чем постоянно отпрыгивать в испуге, подобно лягушке от ловящей её цапли. Оторваться от него Эми совсем не мечтала, зная, что это было невозможно. Надеялась она лишь продержаться в погоне как можно дольше и, если повезёт, всё-таки использовать данное ей оружие — палку. Убегая, девушка наспех гадала, как это возможно провернуть. Зверь постоянно находился в движении. Гнался за ней, не щадя сил. Сразить его на бегу казалось немыслимым. У Рэта была превосходная реакция; Эми понимала, что надеяться уловить момент его уязвимости было глупо. Тогда голову посетила другая мысль — брать волка внезапностью. Пробежав по лесу ещё несколько петлей, Эми решила, что лучшего варианта для неё против Рэта не было. Зверь, кажется, уже поверил, что останавливаться и бросаться на него в атаку она не станет. Девушка вздумала этим воспользоваться. Эми выбежала на ровный снег вопреки боязни неожиданно провалиться в глубину и потерять равновесие. Белый покров, на удачу, оказался проходимым. Пробежав ещё немного вперёд, девушка дождалась, когда Рэт выпрыгнет из сосредоточения зарослей за ней. Эми замедлила свой бег, постаравшись правдоподобно изобразить усталость. А когда зверь оказался рядом и уже было оттолкнулся для броска, девушка резко развернулась, взялась за палку поувереннее и со всего размаху начертила в воздухе широкую дугу. Эми проделала это исключительно положившись на удачу, поэтому заранее зажмурилась от страха и приготовилась к болезненному падению с ног. Палка свою цель неожиданно нашла. Оружие девушки полоснуло зверя по правой стороне его шеи, перед этим задев плечо. Огрело оно его с такой силой, что, не выдержав, сломалось в ударе пополам. Не ожидав атаки, зверь мгновенно затормозил, правда всё равно проехался вперёд по снегу всеми лапами. Не задеть Эми у него не вышло. Девушка столкнулась с хищником и проехалась дальше вместе с ним, после чего, как и ожидала, упала, откатившись от остановившегося волка. Эми охнула, приземлившись на бок. Удар выбил из груди весь воздух, но снег, благо, смягчил резкое падение. Девушка сразу подставила руку, чтобы избежать второго кувырка и замереть на месте. Это помогло: Эми остановилась, дав боли от падения скорее пройтись по телу импульсом и немного ослабнуть. Девушка вдохнула утерянный воздух и выдохнула, расслабив напряжённые мышцы. Разрешив себе пару секунд бездействия, Эми после медленно перевернулась на спину. Девушка осторожно приподнялась и подставила оба локтя себе в опору. Секундой позже сверху нависла чёрная тень. Когда Эми подняла на неё глаза, раздался вопрос: — Ты цела, радость моя? — Да. — девушка уже знала, что невредима: беспокоила её только лёгкая боль от падения, но та, Эми уверилась, совсем скоро исчезнет, — Ну что?.. Как я справилась? — Отлично. — улыбнулся Рэт, — Ты молодец. Отдаю должное, ты ловко меня обставила. Я поверил, что тебе действительно страшно. — Ты не ожидал? — в ответ ему улыбнулась Эми. — Твоего разворота? Нет. Вышло, правда, неуклюже, но всё равно действенно. Просто в следующий раз не зажмуривайся и скорее отскакивай, пока тебя не сбили с ног. Или не придавили к земле телом, что хуже. — А если бы у меня был настоящий клинок, я бы оставила крупную рану? — Приличную. — кивнул зверь. — Недостаточную, чтобы убить? — Думаю, нет. — Рэт прислушался к болевому следу удара на плече и шее, — Жить после такой можно. — А после такой? — Эми подняла палку, которую после падения удалось сохранить в руке и припрятать за спину от глаз волка. Оружие, превратившееся от поломки в острый кол, девушка приставила к его животу. Рэт опустил взгляд, поняв, что и в этот раз девушка обвела его вокруг пальца. Зверь вернул к ней взор с хищным блеском, от которого хитрая улыбка Эми лишь сделалась шире. — Быстро схватываешь. — одобрил он, — Признаю, поспешил с выводами: ты совсем не бессильна. Только не убивай меня, пожалуйста, я ещё слишком молод и красив. — Хорошо. — Эми засмеялась, откинув палку в сторону, — А кого из волков мне следует опасаться? — Что? — Просто ты так серьёзно говорил о «врагах», как будто мне и правда стоит почаще оборачиваться, чтобы вдруг не накинулся никто. — Не бери в голову. — отмахнулся Рэт, не желая думать об этом, — Если ты носишь оружие, то должна уметь им правильно пользоваться. Знание всегда лучше незнания, согласись? Эми нахмурилась. — Что-то ты темнишь. Опять говорить что-то не хочешь? — Тебе нечего бояться. Верь мне. — Я всегда тебе верю. Только сейчас немного сомневаюсь. Ты говоришь мне не бояться, а сам как будто тревожишься. — Тревожиться за тебя я никогда не перестану. Уж такое сейчас время: за близких сердцу душа всегда неспокойна. А ты очень близка мне, Эми. Девушка поднялась с локтей, чтобы сесть и оказаться наравне с его взглядом. Вблизи глаза Рэта искристо переливались всеми оттенками оранжевого и жёлтого. Глядя в них, Эми в который раз сравнивала этот блеск с золотым блеском янтаря. Со времени их неожиданного знакомства его глубокий завораживающий взгляд стал для неё по-настоящему родным. Не имея желания разрывать с хищником зрительную связь, Эми подняла руку и не глядя приложила ладонь к его подбородку. — Ты тоже мне близок. — девушка взъерошила пальцами чёрную шерсть, — И я чувствую… что становишься ближе с каждым днём. По медленно расширившимся зрачкам зверя Эми поняла, что разлила в его груди нечто тёплое. Рэт молчал, также всматриваясь в её глаза, не в силах наглядеться. Их чарующая зелень затягивала, напоминала о тёплых летних деньках, когда всё, что мертво зимой, цветёт, радуя душу. Вскоре волк подался вперёд, чтобы между мордой и личиком не осталось расстояния. Эми с улыбкой прижалась лбом к его лбу, когда хищник приблизился, и передвинула руку с подбородка к его щеке. Второй ладошкой девушка коснулась волчьего затылка. Пальцы растрепали мягкий мех, плавно отправившись вверх до макушки. По пути задели уши, дав Эми понять, что Рэт от удовольствия их поджал. От зверя повеяло невероятным теплом, охватившим всё, что было внутри неё. В животе заиграло какое-то приятное до широкой улыбки чувство, быстро разошедшееся по всему телу. Эми поняла, что это было счастье. Его приход всегда затрагивал каждую частичку души, вытеснял из неё всё плохое и тревожное. Дыхание в такие моменты начинало дрожать ровно так же, как сердце, трепещущее от волны самых высоких эмоций. Эми с трудом выдохнула воздух через слегка приоткрывшийся рот, когда по велению сердца решила коснуться зверя губами. Поцелуй в место чуть выше волчьего носа вышел лёгким несмотря на то, что был полон всеми её чувствами. Рэт их ощутил и не смог не ответить. Подавшись ещё ближе, зверь уткнулся влажным носом в разгорячённую от смущения кожу на её шее. До неё он дотронулся и горячими губами. Хищник обхватил девушку рукой, не побоявшись аккуратно залезть под зелёный плащ и приложить лапу к её спине: медленно погладить от поясницы до лопаток и отправиться в такой же неспешный, ласкающий обратный ход. Дрожь Эми усиливалась от его касаний. Пальцы, гуляющие в шерсти на загривке, заметно подрагивали от волнения. Девушка судорожно дышала, наклоняя голову в бок, чтобы Рэт мог продолжать касаться шеи. Горячие прикосновения дурманили, а тихое звериное урчание удовольствия под ухом пускало сотню мурашек по спине и рукам. Эми не возражала, когда хищник придвигался ближе и изучал губами новые участки её кожи. Только улыбалась, ощущая, как пылали щёки. Зверь дотрагивался до неё и языком, порой вынуждая срываться с дыхания и выдыхать воздух шумно, прерывисто. — Как бы я хотел быть с тобой, не подчиняясь никаким законам. — томно проурчал хищник, лишь на короткое мгновение оторвавшись от горящей под губами кожи. Эми не ответила: не смогла от волнительного трепета. Но про себя согласилась — им обоим быть вместе мешали порядки их народов. Стая наверняка ждала от преемника вожака серьёзного выбора в паре. Отец желал видеть рядом с дочерью доблестного охотника, проверенного поступками и верной службой. Ничьи законы не позволяли двум совершенно разным душам быть вместе по-настоящему, на всю жизнь. Это пугало и расстраивало. Вынуждало гадать, сколько же ещё они продержатся друг рядом с другом? Когда одному из них придёт время соблюсти традицию? Эми не хотела думать об этом в минуты их близости. Не хотела вспоминать, что до весны отец непременно найдет для неё нового жениха, способного заменить погибшего Гарта. Паршивые мысли страшно отвлекали, а отвлекаться от волка сейчас девушка нисколечки не желала. Рэт обнимал её уже и второй лапой. Зверь держал её у шеи под затылком, невольно трогая волны мягких волос. Носом хищник постепенно отодвигал край ворота плаща и толстой рубахи, подбираясь к тонкому плечику и ключице. Узел на завязках накидки медленно расслаблялся от натяжения ткани. Плащ грозился скоро упасть, однако холод, который мог после объять тело девушки, Эми ничуть не пугал. Рядом со зверем было тепло. Его касания усиливали жар и в ней. Рэт водил язык по солоноватой коже, не обделяя вниманием ни одно местечко на пылающем теле. От этого было щекотно, но не настолько, чтобы прерывать всё удовольствие смехом. Эми не хотела, чтобы зверь останавливался. Девушка почти не следила за своими руками, беспорядочно перемещая их по горячему волчьему телу. Одна из рук сейчас точно гуляла по спине, трогая изредка напрягающиеся мышцы. Вторая гладила мех где-то у его головы. Кажется, на шее рядом с загривком. Лишь губы Эми чётко контролировала, точно зная, до чего ими дотрагивалась. Девушка касалась шрамов на правой щеке. Целовала каждый из них — и под глазом, и над бровью, словно желая избавить морду от страшных увечий, навсегда стереть следы того кошмарного поединка. От рубцов короткие поцелуи цепочкой шли ко лбу, подбираясь к уху. После снова опускались в зависимости от того, как Рэт наклонял голову. Плащ всё-таки скоро сполз с плеч, но Эми не заметила. Морозец не подбирался к спине, от него защищали плавные движения волчьих лап, постепенно подталкивающих девушку поближе к телу. Исходящий от волка жар спасал от холода и спереди. Не видя снег из-за прикрытых глаз, Эми даже представляла, что сейчас разгар немыслимо жаркого лета — середина дня, солнце в своём зените. О зиме девушка совершенно забыла, когда Рэт мягко надавил на неё всем телом, чтобы опустить к земле. Спина легла на упавший плащ. Зверь убрал лапы с боков Эми, чтобы упереться ими в снег и нависнуть сверху. Его губы не покидали девичью кожу ни на секунду. Ворот тёплой рубахи хищник уже отодвинул и растянул настолько, что наружу выглядывало всё её хрупкое плечико. Рэт вернулся к шее с новым жадным порывом. Добрался до подбородка, который девушка бездумно подставила, задрав голову. От него зверь перешёл к розовым губам, которых коснулся своими. Оставив на них короткий, но ощутимый поцелуй, Рэт вернулся обратно, к полюбившейся нежной коже у ключицы. Эми прошлась против шерсти на звериной спине ладонями и сгребла густой мех в пальцы. Мышцы под волчьей кожей напряглись. Девушка почувствовала их твёрдость. Когда зверь опустился на всё правое предплечье, ей на голову вернулась чёрная лапа. Мягкая подушечка большого пальца прошлась по лбу к виску, захватив тонкую золотую прядь и убрав с лица. Остальные пальцы зарылись в волосы. Когти слегка укололи кожу головы до приятных мурашек, вновь побежавших от затылка к спине. Вторая лапа зверя двигалась по её боку, поглаживая в разных направлениях. С той же стороны Эми получала ожоги его дыхания. Рэт всё по-прежнему был увлечён кожей, желая увеличить оголённый участок. Изучить языком новые места. Но одежда больше не поддавалась. Ткань под рубахой, охватывающей грудь, была менее податлива и совсем не двигалась с места, сколько бы раз Рэт к ней ни притрагивался. Чувствуя её неприступную тугость, зверь возвращал себе совесть и уводил цепь поцелуев выше. Довольствовался тем, до чего и так сумел добраться. Когда вместе с совестью вернулся и разум, касания стали замедляться и исчезать. Сперва кожу покинуло обжигающее дыхание, затем влажные губы и нос. Лапы сползли последними, вынудив Эми открыть глаза. Лёжа неподвижно, девушка увидела Рэта всё в той же близи с собой. Зверь глубоко дышал, как после тяжёлой пробежки. Пушистая грудь заметно вздымалась, белое пятно в движении напоминало бьющееся сердце. — Нужно прерваться, любовь моя. — улыбнулся вскоре зверь, — Немного остыть. — Всё в порядке? — Да. Просто волкам… — чуть сдавленно отвечал он, будто словам мешала какая-то тяжесть, — …бывает трудно сдержаться от того, чего они хотят. А ты и твой запах… боюсь, всё кончится не тем, чем нужно. Не сразу, но Эми поняла, о чём он говорил. И вспомнила, какую роль для зверей играли запахи и инстинкты. Поэтому не расстроилась, когда Рэт отстранился, по-прежнему тяжело и шумно дыша. Дыхание девушки было таким же сбивающимся, то выходящим из лёгких, то застревающим поперёк горла. Зверь перестал нависать. Эми поднялась со спины, села и задышала глубже, одновременно с этим поправив волосы, чтобы скрыть кончики ушей, покрасневшие от его слов. Сердце колотилось в грудной клетке, как птица, мечтающая о свободе за железными прутьями. Успокаиваться оно не торопилось. Исчезать не спешила и дрожь. Это состояние, одновременно прекрасное и странное, Эми так ярко терпела впервые. И как бы девушка не пыталась отдышаться и вернуться в чувства, — оно не отступало. Морозец скоро подобрался к телу, вынудив девушку заметить оттянутую рубаху и отсутствующий плащ. Поправив одежду и обернувшись, Эми нашла накидку скомканной на снегу. Одеяние, поднятое со снежного покрова, оказалось холодным. Это в небольшой степени помогло прийти в себя. Остыть, как сказал Рэт. Сердце вскоре замедлило свой темп, и дыхание восстановило привычный ритм. Эми почувствовала, что и жар начал спадать. Медленно покидать её тело и оставлять взамен только лёгкую слабость. Девушка повернулась к зверю. Грудь волка неестественно заметно вздымалась, хищнику как будто не хватало воздуха. Густой клубящий пар у его носа это доказывал. Рэт старался перевести дух, но что-то настырно мешало и подталкивало вернуться обратно. Чувствуя исходящее от него желание, Эми неловко подвинула к себе согнутые ноги. Заметив её взгляд, хищник заставил себя расслабиться. Менее чем через минуту он глубоко выдохнул и этим снял некоторую часть напряжения. Затем сумел подняться. — Как ты? — спросил он, немного приблизившись, — Всё хорошо? — Да. — зардело ответила девушка, возвысив взгляд. — Готова идти? Эми закивала. Стоящий на двух лапах зверь подал ей руку, предложив помочь встать. Девушка не отказалась, вложив ладошку в чёрную лапу и опёршись на неё во время толчка от земли. Ноги оказались ватными. Пришлось придержаться за руку волка и после поднятия. Полное осознание произошедшего дошло до головы Эми только теперь. Пульс вновь заколотился в ушах, как бешеный. — Мы пойдём к пещере? — спросила она, старательно скрывая волнение. — Да, но сперва отыщем ветки. Они где-то здесь, недалеко. Девушка про них и забыла. Как уж тут можно упомнить… Кожа продолжала чувствовать мнимые прикосновения Рэта и покрываться от этого мурашками. В голове творился настоящий кавардак. Полная неразбериха, в которой Эми цеплялась лишь за мысли о том, что между ними было. Ещё отчего-то — скорее всего, от пережитого жара — страшно хотелось пить. Девушка думала, что запросто выпьет целый ручей, если тот вдруг попадётся ей на глаза. А ведь, кажется, где-то рядом он должен был быть. Эта местность всё больше казалась её памяти знакомой. — Пойдём скорее. — неожиданно поторопил Рэт, коснувшись спины девушки. — Почему скорее? — не поняла она. Зверь отвёл взгляд от Эми к густому лесу. — Вдалеке, кажется, что-то промелькнуло. Толком не разглядел. Какая-то тень. Мысли о близости испарились. Всё вытеснил страх. Эми испуганно обернулась к тёмному лесу, проследив за его взглядом, и догадалась, кто вероятнее всего мог мелькать среди деревьев. Особенно после яркой вспышки чувств, на которую охотники за кровью в лице духов могли запросто клюнуть. Допустив последнюю мысль, Эми побледнела. Как же они могли забыть об опасности?.. — Уйдём поскорее. — девушка немедля двинулась прочь, удерживая волчью руку, — Нам нельзя попадаться им на глаза. Зверь понял, кого под словом «им» девушка имела в виду. Эми потянула волка за собой с таким упорством, что Рэт безмолвно удивился — вот она, та сила, которую сегодня он в ней искал. Всё думал, что её почти что нет, а она вон, оказывается, где сидит и от чего рождается — от страха: неподдельного и сильного. Не став успокаивать Эми словами о том, что ему, возможно, показалось, Рэт отправился за ней, ведомый её стремительным уходом прочь из леса. По пути хищник всё-таки напомнил о ждущих своего часа ветках. Как он и думал, Эми снова про них забыла. Правда в этот раз не от мыслей о волке, а от боязни угодить в призрачные лапы неизвестной опасности. Однако даже после нахождения оставленных сучьев, даже после выхода из леса, нахождения нужного девушке ручья и длинного подъёма к пещере, никакая тёмная сущность им не явилась. Рэт уверился, что ему действительно почудилось. Эми же поддерживать эту мысль не стала: перед входом в укрытие ещё раз с опаской обернулась назад и присмотрелась к тёмному лесу — с виду как всегда спокойному, но на деле скрывающему в себе все самые страшные угрозы.