***
Прошло уже больше десяти часов, как бедный Джун копается в своём обителе знаний, ища неизвестность. Спать хотелось по-прежнему ужасно, а отведать Кимовской стрепни ещё больше: с кухни донослся аромат чего-то мясного. — Как же я устал! — кричит Нам, с силой ударяя по однону из многочисленных стеллажей и, тут случается необычное. Старинная книга падает с верхней полки и громко приземляется на ногу Джуна. Сопровождалось данное событие нечеловеческими завываниями земляного эльфа, ибо всё в этой жизни уже достало. Решив взглянуть на причину своего негодования, Намджун с великой радостью кричит на весь лес: — Нашёл! На такой громкий и радостный крик сбегаются сразу все обитатели дома, кроме спящего Чимина. — Ты чего так кричишь? — недовольный Юнги стоит на пороге библиотеки, операясь на дверной косяк и во весь рот зивая. — Я спать вообще-то хочу! — Я отыскал её! — эльф обессиленно падает на колени, чем безусловно пугает всех присутствующих, а особенно впечатлительного Чона. — Намджун-а, всё хорошо? — принц первым подбегает, хватая уставшего друга за широкие плечи. Намджун, тот час же утыкается клюющим носом в плечо младшемго. — Не знал, что ты такой удобный, Тэхён. — Джун закрывает глаза и почти всем весом наваливается на испуганного эльфа воды, и они с грохотом валятся на пол. — Сокджин-и, с Намджун-а плохо! Он бредит! — пищит придавленый мелкий, пока здоровый Ким укладывается на чужой груди, словно это подушка. — Да успокойся ты, он просто очень голодный. Две тарелки моего нового блюда быстро поставят его на ноги. — как всегда спокойный и уверенный в себе Джин гордо вскидывает голову и медленно подходит, чтобы поднять тушку земного эльфа. Из-за угла как обычно за всем происходящим наблюдат ледяной эльф. Он сверлил взглядом Джуна до тех пор, пока тот не был поднят заботливым Сокджином. Его глазки-щёлочки уже давно метали маленькие снежные молнии в обладателя зеленоватых волос, так как никто не имеет права прикасаться к такому сокровищу, как Чон Чонгук без его на то согласия, но после того, как ликвидация Кима-старшего закончилась, стало бессмысленно дуть губки. Тэ благополучно смылся в недры своей комнаты, оставив после себя зловещую снежную горку. Юнги, кстати, тоже не заставил бедного себя смореть на этот цирк и следом за эльфом льда отправился покорять мир Морфея. Чонгук, к сожалению, остался, так что уход за спящим Паком предстоял ему одному.***
Сидя уже около Чима, Чон заметил, что Мин выбрал для своего путешествия в страну снов кровать по соседству со спасённым человеком. Эльф огня громко сопел и прихрапывал. Никто никогда наверное не узнает, откуда у такого вспыльчивого молодого эльфа талант быстро засыпать в любой ситуации. С кухни послышалось Джуновское «спасибо». Наверное он тоже отправился в кровать. Следовательно бодроствовали только Чонгук, возможно Тэхён и Сокджин Чон посмотрел на спящего Чимина. Вспомнились все события минувшего дня и текущего. В голову к Гуку пришёл очередной сложный вопрос: как это так возможно вот так взять и измениться простому эльфу? Юнги вдруг стал заботливым и беспокойным, Тэхён какой-то смелый и чересчур милый, и даже Джун успел посегнуть на вечный покой в своем священном месте. Подобные вопросы часто мучали разум юноши, но все они потехоньку забывались со временем, так и не решёнными. Филосовскому мышлению конечно обучали на уроках во дворце, но о таких сложных вещах Чогуку думалось с трудом. Все его умозаключения на этот раз сошлись на том, что всё поменялось с появлением в их доме человека! — Эх, Чимин-и! — проговорил принц, выжимая холодную воду из тряпки. — Кто же ты такой, что смог в один миг поменять то, что складывалось так долго? В ответ поледовала лишь ожидаемая тишина. Вопрос как-то сам по себе отошёл на втрой план, оттенённый мыслями о прекрасном Тэхёне, его губах, глазах, но в комнату зашёл Джин, и все радужные грёзы куда-то стремительно убежали. — Чонгук, тебе бы стоило тоже отдохнуть. — проговорил светловолосый, садясь на кровать к Чимину и кладя ему в ноги заветную книжку, на поиски которой бросил все свои силы Джун. — Да, ты прав, но кто будет следить за Чимин-и если я уйду? — Гук похлопал по груди Пака. Ким знал о недалёкости Чона, всеми силами старался это исправить, но видимо долгая жизнь во дворце под присмотром нянек просто отключает способность думать самому. Пришлось помочь: — Чонгук, я здесь именно для того, чтобы смотреть за этим человеком. — А, точно. — протянул водный принц, опять понимая, что медленно соображает. — Тогда я пойду спать, да? — Ага, иди. — бросил эльф воздуха, пересаживаясь на табуретку. Видя довольную физиономию Чона, Джин сразу понял, что тот замышляет какую-то оферу. Несмотря на привычную несмышлёность, Гук отлично придумывал всякие пакости и проказы, которые потом приходилось разгребать уже всем вместе, так что старший Ким успел выучить наизусть эту улыбающуюся моську. — К Тэхён не ходить! — строго кинул он. — Дай бедному эльфу от тебя отдохнуть! Счастье вмиг сменилось на наигранную обиду, но всё же Чонгуку пришлось послушаться — с Сокджином шутки плохи. После очередного хлопка деревянной двери, Ким мог спойно открыть находку его цветочного друга. — Так, посмотрим, что у нас тут. — прошептал старший, открывая тяжёлый фолиант с тёмной обложкой и светлой надписью «Сказки про людской народ».