Холодное сияние

      Кит был удивлен. Он даже вспомнил весь запас тех эпитетов, которые в своей бунтарской жизни использовал, но ничего не говорил. Херобрин выглядел очень довольным, разве что искорки с глаз не сыпались. Он ластился к ученику, словно хотел вылизать, как кошка своего котёнка. И, как истинный котёнок, Кит бунтовал:       — Подожди! Это ещё что такое?! Ты мне не говорил!.. — юноша пытался оттолкнуть от себя учителя, но так как он был в одеяле, выглядело это больше как барахтанье рыбы на суше.       — Я сам не знал, — Брин потрепал ученика по волосам, — теперь ты похож на меня, — заворчав, Кит резко выпутался из своей ловушки и схватил учителя за руку, отстраняя ее от своей головы, но столь же резко с него слетело и одеяло, открывая просто живописнейшую картину.       Рука учителя была тут же возвращена на место, а второй Кит попытался схватить одеяло. Не вышло. С Херобрина забрать было нечего — он сам был в одних штанах. Постепенно всё сильнее краснеющий ученик вызывал у учителя лишь умиление.       — И что в этом хорошего… — опустив взгляд, пробормотал Кит. Он, конечно, сел, сжавшись и смущённо прикрывая себя руками, но все свои покрасневшие «украшения» на теле он двумя ладонями скрыть не мог.       «Мне нужна одежда. Очень нужна одежда!» — думал юноша, лихорадочно осматриваясь вокруг. Почему-то ему казалось, будто вид у горизонта совсем не такой, как раньше…       — А что в этом плохого? — Херобрин поднялся на ноги. Он будто тоже почувствовал неладное, нахмурившись. А после перевёл взгляд на ученика, и, вздохнув, под подмышки поднял его и взял на руки. Кит брыкался недолго, ведь его после понесли домой. А там была одежда.       — Что это такое вообще? Я теперь что, что-то вроде твоего слуги? — ничего другого ученику в голову не пришло. Кем ещё можно стать, если переспать с Хаосом? Ну не его женой, ведь Кит же не девчонка невинная.       — Э-э… — подобное заявление поставило белоглазого в замешательство, — звучит слишком жестоко. Скорее, теперь ты часть меня, — Херобрину вспомнилось, как до этого ему пришлось поглотить по осколкам душу Кита, чтобы восполнить свои силы. Он бы вообще мог назвать их единым целым, но знает же, что Кит поймёт все… не так.       — А что-то ещё у меня есть от тебя, кроме белых глаз? — Кит тесно прижимался к Брину и говорил довольно тихо. Белоглазый, пусть и не понимал смущения Кита, но всё же укутал его в простыню и оставил сидеть на кровати, сев перед ним на корточки. Выглядел он серьезно, и юноша даже сглотнул в предвкушении.       Всего лишь одно прикосновение к щеке заставило Кита вспомнить всё. Это было похоже на удар молнии: словно она с сознания Брина направилась к мыслям Кита. Вихрь беспорядочных слов заставил его затаить дыхание: он видел всё. Он видел будто глазами Херобрина маленького себя, Нотча, мир, который пылал… и Дракона Края. Вместе с чужими воспоминаниями к нему вернулись и его: о том, как Кит проснулся от запаха гари, и как пытался спастись… тело заныло, будто снова было обожжено. Принятие реальности таким образом далось ему очень тяжело. Так вот почему горизонт у океана был другим! Это была бездна!..       — …нам нужно помочь Нотчу, — выдохнул Кит. Собственное тело начало восприниматься жарче, чем было ранее. Даже собственные руки казались ему неродными, и, смотря на них, возникало странное чувство, будто он знает, что может ими сделать.       Брин не видел смысла рассказывать ему всё: на это ушло бы слишком много времени. Но вместе со своими воспоминаниями он передал Киту ещё одну частичку себя: понимание. Он не дал ему своих воспоминаний о том, как колдовать, он лишь передал ему понимание этого. Чтобы юноша не паниковал, когда придёт время использовать свою силу, и понимал, как нужно это делать, ведь их способности могут отличаться: всё-таки, Кит имеет собственное понимание использования магии.       — Где мы вообще находимся? — ученик прикрыл глаза, обняв белоглазого. Тот всё ещё пилил его заинтересованным взглядом, и от этого было немного неловко.       — На дне бездны, — спокойно ответил Херобрин, — и к месту боя придётся телепортироваться.       — Сколько времени прошло с тех пор, как ты тут? — чувствуя, как прохладные руки учителя поглаживают его по спине, Кит успокаивался. Головная боль больше не была столь назойливой, и воспоминания раскладывались по полочкам сознания не так хаотично.       — Время в бездне идёт совсем не так, как у нас. Думаю, где-то около часа… Но не могу быть настолько уверен.       — Дай мне пять минут на то, чтобы одеться. О, чёрт… моя поясница, — юноша тихо простонал от боли. Отстранившись от учителя, он потянулся к одежде, которая была разбросана по полу у кровати. Учитель не сдвинулся с места. Чувства Кита сильно обострились, и теперь он чувствовал смущение сильнее, чем раньше. Да и то, что произошло между ними, тоже подлило масла в огонь.       Брин не хотел рисковать и позволять Киту телепортироваться одному, поэтому, как только его ученик закончил с одеждой, поднялся, притянул его к себе и переместил в Край. Он делал это с помощью воспоминаний — просто вспомнил какой-то клочок острова, что был более-менее отдалён от центрального, но знал, что Дракон Края не был столь опрометчив и, скорее всего, поставил защиту, поэтому куда их могло перенести на самом деле, Херобрин не знал.       Первое, что увидел Кит, было тусклое белое свечение, а после он услышал безумно оглушающий шум. Юноша парил над желтоватым камнем, где-то далеко от места действия. Он увидел то, как Странники Края появляются будто из бездны, нападая на каких-то воинов. Кит без труда узнал в них Нотча, Алекс и Стива, и тут же рванул им на помощь. Лететь было так легко и приятно, словно плыть в тёплой воде. Подлетев ближе, юноша заметил своего учителя — тот парил выше, на уровне с Драконом Края, и что-то, ему кричал. Враждебное поведение Странников злило Кита, им не было конца, ибо они все нападали и нападали на уставших Прародителей и Создателя.       Они увидели Кита, лишь когда он, прерывисто выдохнув, запустил во врагов огромный пламенный шар, который, упав на камень, сжёг агрессивных Странников, оставив после себя огненное кольцо вокруг. На это ушло куда больше энергии, чем юноша предполагал: пришлось даже обессилено упасть на колени.       — Ох ты ж… порождение Хаоса, — эти слова были самыми цензурными из тех, что сказала Алекс. У мужчин лишь отвисала челюсть, и они явно лишились дара речи, смотря на юношу.       — Ага, привет… ай, — Кит попытался подняться, — давно не виделись, Алекс, — юноша поднялся на ноги, посмотрев ввысь: Брин смотрел на него, нахмурившись. Он был так далеко, но Кит чувствовал его взгляд, и кивнул, мысленно говоря, что всё в порядке. Белоглазого это, похоже, успокоило, и он вновь посмотрел на Дракона Края.       — Это как… это вообще… как такое вышло?! — девушке было трудно подбирать слова. Кит посмотрел на нее: вид у нее был неважный. Броня, пусть и довольно прочная, была хорошо потрёпана, по лицу стекала кровь вперемешку с потом, а волосы, совсем короткие и явно неаккуратно обрезанные мечом, растрепались.       Кит промолчал. Он не знал, что сказать, но его удивило то, что самой шокированной оказалась лишь Алекс. Нотч также выглядел удивленным, но его взгляд скорее изображал понимание.       — Давайте для начала разберемся с теми, кто так жаждет нас убить… — заметил Кит. Огненное кольцо постепенно тускнело и не могло долго сдерживать Странников Края. Пламя было необычным — намного сильнее, жарче и опаснее, поэтому выматывало тоже неслабо.       — Они исчезнут, лишь когда Дракон Края умрёт. Он летает слишком высоко, его даже стрелами не задеть, — Стив стоял слегка поодаль. Кит знал, что тот недолюбливает Херобрина по личным причинам, и относительно понимал его неприязнь теперь.       — Только вы с Брином можете с ним справиться — вы оба можете летать в Краю, — Алекс протянула Киту алмазный меч. Юноша уже слегка восстановился, и ему было легче, поэтому он, взяв меч, взлетел в воздух. Было безумно опасно и рискованно оставлять троих уставших беззащитных людей, поэтому Кит, решив, что лучше рисковать собой, вновь усилил пламя, и, превозмогая боль, взлетел выше.       «Нужно справиться с этим как можно быстрее, — трубило ему сознание, — иначе ты упадешь в обморок прямо в полёте!»       Взмахнув крылом, Дракон Края попытался смахнуть Брина: похоже, они все-таки не смогли договориться. Выкрикнув имя учителя, и этим обратив его внимание на себя, Кит кинул Брину меч. Даже не обернувшись, белоглазый без труда поймал оружие, замахнувшись на Дракона. Ударная сила чар слетела с меча ярким пурпурным сиянием, отталкивая огромного Дракона, но тот, взмахивая массивными крыльями, частично блокировал удар. Подобный меч в руках обычного человека на такое не способен. Кит знал, что Херобрин создал эту силу для себя сам: когда юноша ходил в шахту, Брин чаровал для него орудия, и научился выходить за рамки возможностей обычной «Небесной кары».       Очередной взмах крыльев заставил обоих отлететь, а после Дракон полетел вперед, сбивая своих врагов. Разница в размерах была колоссальной. Кит заметил, что монстр не может больше восстанавливаться, и у него, скорее всего, осталось менее половины жизненной силы.       «Так вот почему он летает так высоко! — осознал юноша, — если бы не Брин с его фокусами, я бы сам ничего не понял…»       Первых два удара Херобрин вынес. Из-за того, что он передал часть своей силы Киту, он чувствовал неприятную слабость и опустошённость. Даже против своей воли он щадил Дракона Края: крупицы верности другу и остатки человеческих чувств не давали ему драться в полную силу. Но его бывший товарищ сошёл с ума, и, увы, даже самому глупому будет понятно, что выход только один. Жизненной силы Дракона Края было всё меньше. Бессмертие Брина он преодолеть не мог, поэтому старался задеть не тело, а душу.       Они встретились взглядами перед очередной атакой — белоснежные глазницы Херобрина и пурпурные, сияющие глаза Дракона Края. Белоглазого током прошибло: столько отчаяния и ненависти было в этом взгляде. Столько жажды убийств… Это уж точно не его друг… И как у него хватило сознания принять человеческую форму и говорить? Ненависть поглотила разум Дракона.       Этот ступор и стал ошибкой Брина: сильный удар оттолкнул его прямо в обсидиановую башню, а из рук выпал меч. Белоглазый сильно ударился головой, и перед глазами первые секунды не было видно ничего, кроме темноты.       У Кита осталось слишком мало магии. Он пытался навредить Дракону огненными шарами (пока единственное, на что был способен, и что получалось сразу же), но атаки Брина наносили куда больше урона. Юноша видел, что их «человеческая» троица тоже едва справлялась с нападениями, и сильно нуждалась в помощи. Киту удалось поймать меч Брина. Дракон, как одержимый, смотрел лишь на белоглазого, сделав из него свою главную цель.       «Если хорошо постараться… я смогу сделать этот удар последним».       Пришлось подняться выше в воздухе, использовать чуть ли не все знания естественных наук и глубоко вдохнуть.       Огненный круг ослаб, привлекая внимание наземных существ.       Дракон был спиной к юноше. Кит заключил всю свою энергию в меч, замахнулся, и нанёс удар, что пламенем разлетелся по всему пространству.       У него получилось.       Осознание пришло к нему лишь только тогда, когда Дракон повалился на камень Края, и Кит увидел Брина. Того уже успели потрепать: ученик даже не видел, а скорее чувствовал трещину души.       Бросив меч, он полетел к нему. С носа текла кровь и он не чувствовал кончиков пальцев рук, но так крепко обнял белоглазого, как никогда раньше.       — Странники Края исчезли, — тихо сказал Херобрин, заметив, что снизу им активно машет рукой кто-то в алмазных доспехах.       — Это был самый рискованный выбор в моей жизни… — выдохнул Кит, — если бы ты не учил меня своей методике использования зачаровывания и не смог бы передать свои воспоминания, нам всем был бы конец, — юноша сжал учителя сильнее, да так, что кости хрустнули. Тот болезненно промычал «угу» в ответ.       У Кита совсем не было сил, но после того, как он обнял Брина, стало легче. Да и самому белоглазому полегчало: трещина уже не ощущалась настолько болезненной. Она некрасиво сказалась на его внешности: серая кривая линия в глазном яблоке.       Они спустились вниз и сами пошли к друзьям: в отличие от них, те не имели способности восстанавливать силы благодаря объятиям.       — Ху-у… я думал, это никогда не закончится, — едва слышно сказал Нотч. Все трое лежали на камне, пытаясь отдышаться.       — Ну что, понял теперь, каково нам, ага? — тоже совсем слабо, но с чувством гордости ответила ему Алекс.       — Кит нанёс последний удар, — решил подать голос Стив, — и если бы не он, мы бы точно не справились.       — Если Дракон Края мёртв, значит, и все его деяния должны были исчезнуть, — Херобрин помог брату подняться на ноги.       На месте исчезновения поверженного Дракона открылся новый портал, и на верхушке него было огромное черное яйцо. Все с трудом шли, ведь были довольно уставшими, поэтому не обратили на него внимания и сразу же отправились домой. Но Кит стоял у этой пропасти.       — Почему ты на него так смотришь? — Брин был сзади, но оказался рядом с юношей.       — Что это? — Кит посмотрел на белоглазого.       — Яйцо Дракона Края. Когда-то он мне рассказывал, что из него может появиться его преемник, — Херобрина тоже не особо заботил этот объект, и он, как остальные, хотел забыть как страшный сон эту битву и то, что произошло до нее.       — Я заберу его, — потянувшись к яйцу, Кит взял его в руки. Оно было довольно тяжелым и большим.       — Зачем? Ты понимаешь, как это рискованно? А если у него будут воспоминания Дракона?       — Он не вылупится сразу взрослым. Мы сможем воспитать его с детства хорошим, — от этого слова у белоглазого мурашки по спине пробежались, — всё-таки, он ведь сошёл с ума из-за того, что потерял друга. Зачем заставлять страдать его наследника? Он ни в чем не виноват, — пусть и в словах Кита был смысл, но Брин лишь хмыкнул и прыгнул в портал.       Кит понимал его. Он долго думал и решал, как поступить. Разве наследник Дракона не будет той нитью, что потянет Брина в прошлое? Но со своей стороны юноша не хотел идти на уступки, и, прижав огромное яйцо к груди, зажмурился и позволил своему телу провалиться в пропасть.       Портал был с ним не так обходителен, как белоглазый, и встряхнуло довольно хорошо. Он оказался на лужайке у своего дома, и та казалась даже зеленее, чем раньше. Вокруг не было никого, но через мгновенье рядом оказался Херобрин и помог ему подняться. Белоглазый был уже опрятно одет, даже волосы причесал. Но в левом глазу все ещё красовалась трещина, что вызывала некую жалость к учителю.       — Ты всё-таки взял его с собой. Тебя не было довольно долго, — взяв яйцо у Кита, белоглазый понёс его в домик. Ученик облегченно выдохнул, вновь упав на мягкую траву. Он лег на спину, посмотрев на небо, и нежно улыбнулся ярким солнечным лучам.       «Всё закончилось. Наконец-то всё закончилось…» — обрадовался Кит. Найден их третий игрок, который не давал покоя Создателю, уничтожен тот, кто хотел уничтожить этот милый мир… Пусть милым он был лишь для Кита. Ведь тогда он был особенным. А теперь — избранный.