Белый демон, черный волк

Том проводит пальцами по темному дереву старинного буфета, медленно шагает к горящему камину, окидывая пронзительным взглядом собравшихся в комнате. Огонь в камине мягко потрескивает, переливается желтым, наполняя гостинную Слизерина ленивой безмятежностью. Реддл мысленно проводит парарель со спокойствием Ганнибала и с раздражением подмечает, что среди пожирателей его нет. — Где Лектор? — Наверно увидел очень эстетичный архитектурный изгиб и теперь пристально разглядывает его. — Эйвери хихикает, — обязательно его ждать? — Нет, — сухо бросает Том, пряча руки за спину, точно так же как и лишние эмоции. Он походит на капитана готового дать приказ солдатам, — в этом году мне особенно нужна ваша поддержка. Поддержка в виде незаметности. Это значит никаких проделок, никакого лишнего внимания. — И это все? — Лейнстрендж сверкает зелеными глазами скрестив руки на груди, — пожиратели так разжиреют мой лорд, еслы вы продолжите держать нас под юбкой, как детей малых. — Он прав мой лорд, — робко вмешивается Малфой, — вы не даете нам помочь серьезными делами и причины остаются нам непонятны. — Абраксас оглядывается на пожирателей, — по крайней мере мне непонятны. — Мы поклялись вам в верности. — Беллатриса делает шаг, вглядываясь в лицо Тома, — и вы можете нам доверять. Не заваливайте себя одного сложными делами. Том и не спорит. По крайней мере в верности Беллатрисы сложно сомневаться. Она выливается в каждом ее жесте, когда он рядом. Не говоря уже о том, что верность написана у нее на лице. — Хорошо. Сегодня я собираюсь проникнуть в запретную секцию. Там есть куча полезных книг, которые сделают нас сильнее. Мне нужно, чтобы кто-либо позаботился о стороже. Точнее о зелье, которое его отключит. Кто возьмется? — В зельеварении хороши либо вы, мой лорд, либо Ганнибал Лектор. — Да, никому не хватает терпения учить эту замороченную хрень, — фыркнул Эйвери закатив глаза. Том скривился от отвращения. Бесполезные идиоты. С другой стороны, он сам виноват в этом. Слишком часто давал им прозябать без дела. — Я буду варить зелье краткой невидимости. Значит придется Ганнибалу. — Том задумался. Здравая мысль, доверить зелье Лектору. Нехватало только, чтобы эти идиоты его нечаяно отравили. — Нам привести Ганнибала? — Дэрия Гринграсс делает вопросительное лицо и столкнувшись с глазами Реддла, боязливо опускает взгляд. Ожоги хоть и вылечены, но след глубоко въелся в воспоминания. — Нет, не нужно, — Том чуть усмехается чувствуя ее страх. И поделом. Слабая, болтливая дурочка, — Лейстрендж будет наблюдать за сторожом утром, подмечать привычки его передвижения. Сойдет за его утренний прогул. Днем караулить будет Беллатриса, ты и так не особо любишь гадание. А ночью будет Эйвери, так как тебя и так часто ловили в прошлом году пьяным, ночью, по этому странно это выглядеть не будет. После в 3 часа ночи Беллатриса и Лейстрендж пойдут со мной. Все ясно? Пожиратели дают понять, что все запомнили. Том коротко кивает им шагая к двери. До занятий еще осталось 20 минут. Он направляется к астрономической башне, точно зная где найти Лектора. Эйвери хоть и идиот, но быстро схватывает характер людей. И он прав: Ганнибала действительно часто можно застать в самых утонченных местах Хогвартса с архитектурной точки зрения. Да и не только с архитектурной. Реддл знает, даже если Лектор когда-нибудь и сбежит, то и легко найдется. Его выдаст его утонченный вкус. Сбежит ли он от него? Том поднимается вверх, прогоняя тяжелые мысли. Ледянной воздух обжигает лицо по мере приблежения к последнему этажу. Он ежится, укутываясь в мантию. Глазами скользит по пшеничным волосам вниз по спине. Подмечает абсолютно ровную осанку, и недоумевает, как человек может сидеть так долго в этом положении. Только Ганнибал. Он величественно сидит, чуть склонив голову вбок и делает набросок открывшегося вида. — Холодно, — сухо кидает Том становясь за Лектором и хочет сказать по другому, но не умеет, — а ты так и не полюбил мантии, — он кивает в сторону сложенной черной ткани на скамье рядом с Ганнибалом, — даже такая мелочь выдает в тебе бунтовщика. Никак не признаешь себя частью мира магии? — А ты себя частью человека? — Ганнибал продолжает шумно штриховать карандашом как ни в чем не бывало, пока сердце Тома пропускает удар. — Зачем ты здесь? — Том сжимает в кулак ладони, надеясь, что так возьмет под контроль свой гнев. Почему Лектор так сильно его раздражает? Упоминание о его магловской крови сродни подписанию приговора к смерти, своей же рукой. — Здесь красиво. Да и грех не воспользоваться разрешением, которое дали мне. Мы с тобой единственные ученики, кому разрешено сюда подниматься, ты знал? — Я имею ввиду в Хогвартсе — Раздраженно бросает Том плавя взглядом затылок Лектора. — У меня только один мотив — любопытство, — Ганнибал все не оборачивается. — И никак не долг перед семьей? У тебя не осталось никаких ценностных ориентиров помимо эстетики? Никакого морального долга? — Моральное переросло в эстетическое, — Ганнибал вскидывает голову, вглядываясь в небо, будто в подтверждение своих слов. — Я все больше удивляюсь, что же нас держит вместе, — Том тоже устремляет черные глаза в небо. Облака зависают вокруг башни, почти не пропускают солнечного света. Сегодня особенно пасмурно. Будто время остановилось. Время в Астроноической башне, течет по другому. Да и сама башня — возвышенная, позволяющая посмотреть на мир другими глазами. Глазами наблюдателя, который ищет красоту и неожиданности. Том думает, что это подходящее место для Ганнибала. — Полагаю ничего, — наконец отвечает Лектор, — ничего так не держит как свобода. Что ты хотел Том? — Зелье. Усыпляющее. — Для сторожа полагаю? Книги по черной магии, купленные на Лютном переулке перестали тебя удовлетворять? — Мне нужно больше, — Том вглядывается в пустоту впереди. Ганнибал запускает пальцы во внутренний карман пиджака, достает маленький пузырек и протягивает его Тому. Реддл убирает с лица черную копну волос, тянется за флаконом, разглядывая спокойное лицо Лектора. — Твоя предусмотрительность иногда пугает, — улыбается он направляясь к лестнице. — Ганнибал, — Реддл останавливается делая бесшумный глубокий вдох, будто готовится к прыжку. — Да? — спокойно бросает Ганнибал взглянув на Тома. — Иногда мне кажется, что не я руковожу тобой, а ты мной, — Реддл делает паузу, уираясь взглядом в ступеньки, — еще раз не явишься на собрание, получишь круциатус, а после аваду, понятно? Том удаляется не дожидаясь ответа, привычными уверенными шагами, зная, что хотел сказать Лектору не только это.